Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дети Ра 2008, 9(47)

Новые смыслы

Стихотворения


освежевание верлибра

они обсуждают ритуалы активизации кундалини
в манговой роще на берегу ганга,
предлагают мне прыгнуть с парашюта («адреналин!»),
напоминают о том, что волга действительно — действительно, подумать только! —
все еще впадает в каспийское море,
делают (дурдом, однако бывает и такое, да-да) энергетические «привязки»,
а потом получают «откаты» в виде болезней — смертельных и не,
иронизируют над вялотекущим «литпроцессом»,
которого — вскрытие показало — не существует в природе,
оттачивают асаны (думают о позвоночнике, и не только, простигосподи, не только),
воспитывают детенышей (не забывают — первое: о старости, второе: богадельне,
третье: об эвтаназии, которая, разумеется, всяко гуманней мутерляндской пенсии),
складывают слова в предложения, тщетно надеясь вдохнуть в них новый смысл,
издают книжечки — тоже ведь бизнес, интеллектуальная проституция,
(особенно заразны дамки, взявшиеся за вязание романоff:
три лицевые, накид, две изнаночные etc.),
они не/любят, ненавидят, сплетничают, смеются, плачут,
спорят до хрипоты, отстаивая право на отражение лишь в своем зазеркалье,
пьют, бегают по утрам, пялятся в монитор или, что хуже, в ящик,
со скучающим видом расхаживают по секс-шопам,
стесняясь спросить продавщицу «о самом главном» (скажем, во-он том любриканте),
сходят с ума, у кого был, собираются:
родить, развестись, сойтись, переспать, перечитать, поесть, опорожниться,
снять, надеть, купить, продать, принести, украсть, поймать, выманить, извести, убить, отпустить, унизить, разжечь, написать, сыграть, ширнуться, поддать, нюхнуть, создать, заметить, не заметить, осилить, распилить, вырубить, построить, вложить, полететь, поехать, манипулировать, разрушить, принять, не принять, в отпуск, далее по списку;
они пишут диссертации, улетают на кубу —
«открытия» пылятся в библиотеках, кубы за ромом не видно;
они показывают свои дипломы, труды и фотографии:
«это троюродный племянник кузины моего бывшего второго мужа, очень забавный…»,
качают головой: «все так дорожает! так дорожает!..»,
ежесекундно пытаясь влить в свободный слуховой аппарат свою рвоту:
не видят — мои-то уши давно заблокированы…
не слышат,
бедненькие,
когда молчу о том,
что срок годности живых душ
исчисляется
лишь
количеством Пустоты,
танцующей в них.

 

* * *

«скальпель скальпель
приходи меня резать»
— очень громко!
«технология одиночества
в отчетливой выпуклости ледяных обертонов…»
— тише! тише!
«ушко-локатор
свернись в трубочку
осколочком станешь»
— а заткнуться?
«не имею
не имею права помнить
о с'нежном безумии»
— тсс…
«иначе сила мысли непременно потревожит
Тех Кого Больше Нельзя…»
— рот закрыл/а, ага?
«…вот и не думаю
не думаю
совсем не думаю о фантомных колебаниях
звучащих тел…»

 

* * *

новые смыслы
сердцу свингующему в угоду
танцуют над виселицей
а там
чудо болтается
морда синяя
штаны мокрые

чудо-чудо
что с тобой сделали?
спросил/а трупик
и нос зажал/а
однако чудо молчало
а я теребил/а приказ
подписанный мной же
здесь же

повешение гуманней
гораздо гуманней четвертования
да-да
поэтому не стой
не стой под луной
с обратной ее стороны
иначе когда-нибудь
небесный город
впаяет в земную твою аорту

терновый куст
раскрашенный
бирюзовой
кровью
алчущей
рыси

 

* * *

следующая станция
Gorizont
выдохни
дальнее зарубежье
за границами твоей матрицы
маленький кай
всего лишь жгут
на горле
пора снимать
погоди
наложу швы
не бойся
крови

каноэ души моей
плывет по глади отражений
прошлых твоих воплощений
оранжевых соков
розовых лепестков
сиреневых лагун
вишневых впадин
поздно краснеть

прислонившись к шершавому стволу
считай улыбки
солнечных зайцев
что затевают бесстыдные игры
но что есть стыд
как не страх наказания

изгибаться
лианничать
линчевать собственные родинки
за несколько минут до кремации
смеяться
когда колени
сходятся над головой
затем лишь
чтобы
смутить
секретом

то ли горчат
то ли кровоточат
губы
медная музыка
по межклетникам анимы
разливается
сжимаю крепко
фантом человека
он бьет крыльями
птица
готовая умереть
в снегу
(принцесса?.. принц?..)

сдается
летим
над городом
конечный пункт
не имеет значения
конечный пункт
в любом случае
кладбище
тело
отбросы анимы
сжигают
или закапывают
у кого как

освободить от одежды
не составит труда
несколько кнопок
посмертная маска
падает на пол
разбивается
похожая
на засохшую глину
больно
подумаешь
а как ты хотел/а

тебе
хлыст
хлыст нужен
зубы стискиваешь
плачешь
хохочешь
стекаешь с моего языка
душистыми каплями
так на землю
проливается
ирратический дождь
так я
вмораживаюсь в лед
дольше сохранюсь
хэппи-энд

шахматная доска
для изощренных
уставших
пресыщенных
белый ферзь
черная королева
съедены пешки
кони убиты
ладьи сожжены
«иди ко мне»
не нужно приказов
призраки одолели

сжимаешь плечи
так сильно
будто боишься
убегу
хочешь оставить «залог»
некое оправдание того
что я
кажется
был/а
«здесь и сейчас»
я тоже
тоже боюсь
что улетишь
беру «под залог»
твои лопатки
на них-то ведь
и растут крылья
я видел/а

переплетаясь
не совсем понимая
что делать с «реальной жизнью»
прячемся
в солнечных сплетениях
но даже они
даже они
расплетаются
и лишь эхо
выдает тайну снега

ледяное
высокогорное
эхо

 

* * *

…и потому придумана франция,
маленькая такая франция:
шоколадно-кофейно-винная, цветочная —
смотрите-ка! уж пританцовывает, глазки строит,
зрачками смеется, губы облизывает (суховаты).

…из окна моего кабинетика можно увидеть дом, высотку,
подъемный кран, гаражи, небо (это если поднять глаза),
а еще — в разноцветных касках, внизу — рабочих:
они ругаются, гремят, жестикулируют, мечтают о баб(к)ах:
что им булочно-изюмная, вафельно-коньячная,
душисто-сырная, эротично-виноградная франция,
маленькая такая франция?

они просто не видят (не хотят, а потому не могут):
внутреннего дворика нет,
нет ни гаражей, ни высотки, ни здания
со скрывающим меня от «внешнего мира» пространством,
что реальна лишь страна,
существующая в воображении,
в сладкоголосом кровоточащем воображении…
se porter bien!

 

* * *

быть может
осталось на донышке
и не успеть ни этого ни того
ни вымолвить
ни проститься
ни достучаться
похоронив манкую тайну
которая если навскидку
с'нежными нитками штопана
как знать?..



Наталья Рубанова — поэтесса, прозаик, эссеист. Публиковалась в журналах «Дети Ра», «Волга», «Меценат и Мир», «Знамя», «Урал», «Крещатик», «LiteraruS — Литературное слово», «Октябрь», «Вопросы литературы», газетах «Литературная Россия», «Eх-libris НГ»; в книжных сборниках «Пролог» (изд. «Вагриус»), «Новые писатели России» (изд. «Книжный сад»), «Гремят раскаты молодые» («Литроссия» 2006). Автор книги прозы «Москва по понедельникам» («Узорочье», 2000), «Коллекция нефункциональных мужчин» («Лимбус Пресс», 2005).

Версия для печати