Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дети Ра 2008, 11(49)

Маркабрь: семь стихотворений вовремя

Стихотворения

Доказательство

Слово если
знает больше чем слово
Бог. И значит грозит
там где удары звука
недоброго и пробужденья.
Да что ты значит
если перевести («приблизительно»)
да чего там. Да только
лежишь ты восьмеркой
огромной у брата
в крови и сияешь
как будто бы
ты это он. Будто бы
он проклятье твое, а ты
для него молитва. И
он отражение «я» твоего. Ты же книга.



Святой

не зверь. Как сияет
в первом лице
единственного числа и знает. Тело
уходит вглубь
и раскрывается поляной.
Говорит
из него любовь. Отблеск
который мгновенно
будет зарыт в небе
том где все
уже есть. Ни голос
ни камень не
будут обмануты
подобием отраженья. И
ждут все что пламя придет
и загасит огонь.



Небесам

Звезды не
помнят. Надежна лишь
тишина. Как трудно
не быть. Так бессчетно
небо будто пусто оно.
Но если спасенье
грозит и расцветает чудовище
то для любого гниения
слишком поздно уже. Только
это черное Нечто
продолжает порхать какое-то время
в мире знаков.



Есмь

Черен
внутри этот Тролля орех. Сух
как Гераклита
идея последняя. Гениально
бесплодно лежит он на влажной
ладони и длится. Так
легок почти как
ничто. Как навсегда



Где

везде один язык
чужбины. Венера
в изъявительном
наклонении
яд. Нервы и вены
пустое
как похоть
что молчит
и жаждет лжи.
Предательство никогда
Где расцветает
тайна которой
неведома сласть. Кто же
тупой тот
Бог что не разгибаясь
трудится как земля. И кто тот
случай который встретит себя
во взгляде черепка.



Куда

Любая причина
кроет избыток в себе. Будто в квадрате круглый такой
некий круг
с крыльями. Будто ангел. А во льду
рукавица
чернеет оброненная. Или доваривается
по ошибке воспоминанье.
Может пора
весла
готовить. Пока еще в смехе огромном
тело зияет теплом.
Томится.



Первая

кровь в шагу как
кричит она. Доказательство что не
одно начало. До нутра пронзает сирены
звук. Окаймляет красным поток. Края растрепав
медленно
исчезает в пении все более четком. Наконец
достигает
рокота

что в рифах застрял. И уже
в ускореньи набухнет до дикого шума.
Дурманит. Восходит. Благо
творит. Зависает комом
прекрасным. Добыча навеки.

Перевела с немецкого
Галина КУБОРСКАЯ-АЙГИ



Феликс Филипп Ингольд — известный швейцарский славист и поэт-переводчик. Автор многочисленных книг и публикаций. Стихи из «Футурум АРТ», № 6, 2004.

Версия для печати