Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Дети Ра 2007, 7-8 (33-34)

А есть письмо зодиакальное

Стихотворения

* * *

А есть письмо зодиакальное,
Письмо небесное — зеркальное —
Земных пределов отражение,
Дрожание воображения,

Как вывих тела, как летучая
Письма глубокая извилина,
Лучами быстрыми колючими
И поцелуями изливлена,

Сомнамбулой маниакальною
Выходит настежь краем жести
И видит ближнюю и дальнюю,
Мгновенно считывая вести,

И там, где берег простирается,
Невидимый, но осязаемый,
Кустарник в эту грань врывается,
Внезапный, точно так желаемый;

Извив растений, букв и линии,
Порыв к буквальному прочтению,
И вычитание идилии,
И голос уст-ремленный к пению.



Киноэтюд

как мотают назад кассету —
отступает Дом Бенуа
и зима отлетает к лету
и ау перейдет в уа

если руку опустишь в реку
у истока, то в дельте ея
точно вскинется встречно веку
ликом утреннего бытия...



Еще раз... о В.Х.

о, Хлебников,
о ночь густая
о волглая трава
с надрывом
когда страницы книг листая
мы смотрим в очи с перерывом

нам полагается надменно
судьбе своей противоречить
и вилку вытянуть из речи
не каждому дано наверно
а ночь насквозь уже проволгла
и съежилась трава к рассвету
и внемля дикому навету
Улыба хохотала долго...



* * *

ты тварь ничтожная
и лепет твой нелеп
на берегу стоять
от жажды изнывать
тот кто проходит здесь
он будто слеп
иль просто никого
не хочет узнавать



По мотивам

румынка
с дерев собирает сладость
пьет молоко суровых коз
только кажется есть старость
жизнь состоит из угроз и роз
румынка
раз-рывает розовые лепестки
толчет их в ступке
со слезами и свежей спермой
и влажных волос ее завитки
и вечер гаснущий в дымке серной



* * *

казалось просто
голос и голос
ну что такого —
слова речь...
а это тело
стянуто в мелос
колеблет связки
словотечь



* * *

проза — чистая ложь
правда — не имеет слов
начни пожалуйста (с) основ
вынь да положь
дух избегает прямых пустот
сон вылетает из рукава
ты знаешь ли точно кто это тот
кто вылепил губы вложил слова
тогда остается на берегу
беречь остатки фонем
или вычерчивать на снегу
имя с которым нем



Хельсинки

Игорю Лощилову

в небе плывущие тени-лосинки
вот вам Хельсинки из синей синьки
в кадр войти выйти из кадра
ступени на площади Александра
исполни танец войди в залив
утонешь в небе цвета олив
и разрывая тряпье облаков
                    был таков



* * *

строфа притянута к строфе
так длится тайное мгновенье
почти что аутодафе
то что назвали вдох-новенье



* * *

не выдернешь колючку
языка из языка
не выпадешь из речи
без увечья
без просто та...



В музее Хлебникова

А.А. Мамаеву

когда бы вы сказали Велимиру
что будет здесь музей
он может быть спросил бы
крошку сыру иль ложку щей

но есть музей и облик Велимира
в кругу друзей
и оживает и лепечет лира
и зинзиверы вторят-творят
ей

ты зинзивер ты грозная синица
кузнечик лепестков и солнцевер
возьми и это слово
пригодится в твоем пути
на поиск числоэр

о озари сияньем лебедиво
и да пребудет присно
Ладомир
да сбудется сим победиво
божественный твой мозг
о Велимир



Сергей Бирюков — поэт, саунд-поэт, филолог, исследователь авангарда. Родился в 1950 году в Тамбовской области. Окончил Тамбовский государственный педагогический институт. Основатель и президент Академии Зауми, учредитель Международной Отметины имени «отца русского футуризма» Давида Бурлюка. Автор многих сборников стихов, а также теоретических книг «Зевгма. Русская поэзия от маньеризма до постмодернизма» (1994), «Теория и практика русского поэтического авангарда» (1998), «Уроки барокко и авангарда» (1998), «Поэзия русского авангарда» (2001), «Року укор. Поэтические начала» (2003). Живет в городе Галле, Германия.

Версия для печати