* * *

Каждое Божье утро
он варит гречневую кашу.

Чувствуя жар Его огня,
она горячо вздыхает:
«Господи, прости меня, гречневую!»

Он прощает ее,
помазывает елеем,
нежно помешивает —
и, не давая остыть, поглощает.

И правильно делает:
не падшим же приживальщикам-дармоедам
оставлять ее, рассыпчато-сосредоточенную...

Аминь!

* * *

В Удмуртии — тает снег.
Однако же «уг»* — не тает.
И местное это «не» —
Давно меня угнетает.

Когда же наступит «да»,
Когда же «оо»** настанет?
Когда эта глыба льда
Под вашим Шунды*** растает?..
______________
* «уг» (удм.) — не.
** «оо» (удм.) — да.
*** Шунды (удм.) — Солнце.

* * *

В какой конфессии с меня
Ты спросишь, Отче?
Я — адвентист любого дня
И каждой ночи.

Баптист я, тискающий баб,
И лютеранин.
И, наподобье римских пап,
Я люто ранен

Всем православием Твоим
С протестантизмом.
Четвертой властью Третий Рим
Во мне оттиснул:

«Родился русским коль — винись
Христу, не Будде!»
Сегодня был я — кальвинист.
Кем завтра буду?..

…Но Ты мне постовать велишь —
И я говею.
Свидетель жалостливый лишь,
Иеговею,

Один, как Ты — день ото дня,
От ночи к ночи…
В какой конфессии с меня
Ты спросишь, Отче?