Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Отечественные записки 2014, 1(58)

Маркеры в социальных сетях

Документ без названия

 

 

Перед презентацией, на которой я присутствовала и которая должна была продлиться никак не больше двух часов, директор корпорации, проводившей это мероприятие, дал указание подчиненным: «Проверьте, чтобы у всех был пароль от нашего Wi-Fi. Современный человек не может без интернета!». Никто не возражал против предоставления собравшимся доступа к Сети, хотя принимающая сторона наверняка отдавала себе отчет в двусмысленности этого жеста: ведь гости могли использовать подключение к интернету не только в рабочих целях, но и для посторонних контактов, отвлекающих от сути дела.

Действительно, если раньше мы с первых лет жизни, посещая детский сад, а затем школу, приучались к изоляции от дома и семьи, а позже, в более зрелые годы, и от более широкого круга друзей и близких, ограничиваясь общением с непосредственными коллегами или товарищами по учебе, то в настоящее время учиться этому не нужно: с помощью Сети, подключиться к которой можно везде — в школе, в университете, на работе, — мы более или менее успешно комбинируем личную жизнь и трудовой процесс. С одной стороны, в этом есть много плюсов. Чтобы совершить покупку, прочитать новости, посмотреть фотографии друзей или найти нужную статью, теперь не нужно даже вставать со стула. С другой стороны, при наличии таких возможностей внимание человека рассеивается; трудно сосредоточиться на каком-то конкретном деле, когда получаешь сообщение от приятеля или в новостной ленте появляется что-то интересное. Именно поэтому на рабочих местах доступ к крупным социальным сетям, таким как Facebook, «Вконтакте» и «Одноклассники», часто блокируют — ведется настоящая война за человеческое внимание.

Соглашусь с мыслью профессора Шерри Теркл, высказанной на конференции американского фонда TED (Technology Entertainment Design): из-за бешеного ритма современной жизни мы ощущаем необходимость контроля за всем происходящим и в то же время хотим воспринимать и усваивать лишь ту информацию, которая нам интересна. Часто люди, находясь в одном помещении с друзьями, коллегами, семьей, «сидят в телефонах». Со стороны это выглядит дико: неужели мы предпочитаем интернет живому общению?

В кругу моих друзей, молодых людей в возрасте от 17 до 30 лет, такое поведение считается естественным и привычным. Интернет — неотъемлемая часть нашей жизни, в нем мы проводим в среднем от двух до шести часов в день, а то и больше. У каждого из нас — свои места и свои предпочтения. Мы просматриваем новости со своей страницы ««ВКонтакте»», переписываемся с друзьями, комментируем их записи, слушаем музыку, смотрим фильмы онлайн, играем в компьютерные игры, читаем интересные книги, статьи, «посты». Интернет-зависимость стала почти столь же нормальной, как зависимость от пищи или сна. Более того, отчасти такое поведение диктуется уже не нашим личным выбором, ведь с интернетом напрямую связаны учеба и работа.

Участники социальной сети «ВКонтакте» употребляют характерное словосочетание: «контактозависимость». Для многих моих знакомых, и для меня тоже, зайти в эту сеть и просмотреть новостную ленту, свою страницу или стену группы — действие автоматическое. Зачастую в этом нет никакого смысла, но мы все равно осуществляем его с известной регулярностью. Ситуация отчасти схожа с просмотром телевизора: если он работает в помещении, где мы находимся, взгляд невольно притягивается к экрану. Смена картинок завораживает, мозг вбирает новую информацию, даже если звук выключен. Это и понятно: скорость происходящего на экране велика, насыщенность экранного времени событиями чаще всего больше, чем в обычной жизни. Пространство, окружающее нас, как правило, более статично, требует меньшего внимания — в противном случае экран нас бы не заинтересовал.

А что происходит, если мы оказываемся там, где нет интернет-подключения? Для меня это чрезвычайно непривычное ощущение: внезапно я понимаю, что мне нечем себя занять, возникает странная пустота. Впрочем, спустя некоторое время наступает облегчение — я вспоминаю, сколько у меня непрочитанных книг, несделанных дел. Без интернета, без «ВКонтакте» легче думать, потому что иногда автоматизм проверки новостной ленты и прокрутки диалогов вовлекает тебя в бессмысленный переход с одной страницы на другую — все равно что тупо смотреть на экран телевизора, хотя передача совершенно неинтересна.

Так же обстоят дела с социальными сетями: по разным причинам они нас властно притягивают. «Мне нужно посидеть в контактике» — расхожая в моем окружении фраза. Слова «зависимость», «автоматизм» в данном контексте могут звучать жутковато; иногда появляется ощущение, что, увлекаясь своим киберсуществованием, мы упускаем радости реального мира. Что касается меня, то моя жизнь — это комбинация интернета и реальности. Я могу быстро устать от общения, от пребывания в большой компании, и уход в интернет дает возможность побыть наедине с собой, отгородиться от внешнего мира, переработать полученную информацию и расслабиться.

«ВКонтакте» мы можем в любой момент связаться с любым из наших знакомых. Это отдельное сообщество, со своими социальными группами, правилами вежливости, условными сигналами, особый мир, в котором любой новый пользователь оказывается подростком. Эмбер Кейз в своем выступлении на уже упомянутой конференции TED высказала забавную мысль: существуют два «подростковых периода» — тот, через который дети проходят в возрасте 12—18 лет, и тот, который переживает каждый человек в интернете. Так происходит, потому что нам требуется время для освоения «негласных правил» сообщества, формирования специфической манеры речи, определения образа своего «alter ego» (Эмбер Кейз называет это «your second self»), который репрезентирован нашей страницей. Мы действительно «растем» в Сети. Например, я зарегистрировалась «ВКонтакте», когда училась в пятом или шестом классе, сейчас мне 18 лет, и в интернете за мной тянется длинный, уходящий в прошлое след; мой архив — это старые записи, комментарии, фотографии и сообщения. Вообще взросление в Сети, на мой взгляд, — очень важная и интересная тема. Естественно, мы все взрослеем по-разному, и в реальной жизни можно сказать про сорокалетнего человека, что он «еще такой ребенок!».

Знакомиться в социальной сети очень просто — достаточно зайти на страницу случайно заинтересовавшего тебя человека и оставить заявку, написав при этом приветственное сообщение. Такое знакомство снижает стресс-факторы до минимума, не налагает обязательств, почти не требует эмоциональных усилий. И здесь я перейду к маркерам «ВКонтакте» — репутационным параметрам, факторам, которые влияют на мое мнение о человеке, если я знакомлюсь с ним в интернете.

При встрече с незнакомым человеком в реальной жизни мы обращаем внимание на то, как он одет, насколько опрятен, подтянут и т. п., оцениваем манеру его речи, тембр голоса, мимику, жестикуляцию, выбор темы разговора и умение его вести. Так складывается наше мнение о новом знакомом. Схожим образом мы воспринимаем и чужое alter ego в интернете. «ВКонтакте» — сеть с миллионами зарегистрированных пользователей, и хотя большинство из них обычно регулярно общаются не более чем с пятью-шестью себе подобными, они часто просматривают чужие страницы и «стучатся» друг к другу . Мы бегло оглядываем страницу потенциального друга и соотносим увиденное с нашим жизненным опытом, а затем делаем ряд предположений — безусловно, не окончательных. Личная страница — это проекция личности пользователя, пусть и далеко не исчерпывающая, но дающая представление о том, каким он хочет казаться или быть.

Ниже я анализирую свой механизм формирования первого впечатления по странице «ВКонтакте». Разумеется, механизм этот у каждого свой — хотя бы потому, что у всех у нас разный жизненный опыт, на основе которого мы и строим гипотезы; не исключено, однако, что для круга моих ближайших знакомых характерен во многом аналогичный моему механизм восприятия.

Итак, какая информация становится предметом нашего анализа при первом взаимодействии с новым пользователем сети «ВКонтакте»?

  1. Прежде всего мы видим аватар (юзерпик, фотографию) пользователя, а также альбом с предыдущими его аватарами, которые он специально отобрал, и другими картинками, показавшимися ему важными (смешными, «цепляющими» и т. п.). Количество изображений в альбоме само по себе свидетельствует об активности пользователя в сети. О картинках мы судим по актуальности их содержания. Интернет-мода на какой-либо мем, сериал, фильм или книгу очень недолговечна; она держится месяц-другой, а затем считается устаревшей и заезженной (так называемый «баян»). По картинкам можно понять, насколько у нас с данным пользователем совпадают вкусы, понятия о том, что важно, смешно, красиво. Оценивая фотопортреты пользователя, мы принимаем во внимание их качество, разнообразие и антураж. Несколько оригинальных элегантных снимков в кругу друзей, сделанных зеркальной камерой, безусловно, лучше, чем 50 селф-шотов (selfie), на которых он предстает в зеркале, висящем в коридоре, ванной комнате или туалете общественного заведения. Имеет значение и то, насколько естественно он выглядит; чем меньше постановочности в представленной фотографии, тем большее расположение чувствуешь к тому, кто на ней изображен. Иногда у человека практически нет фотографий, они могут быть не выставлены или скрыты. Это можно интерпретировать по-разному: вероятно, пользователь не придает фотографиям значения и вообще редко заходит на свою страницу; не любит свою внешность; не хочет даже отчасти выставлять свою личную жизнь напоказ.
  2. Выставленные друзьями и знакомыми изображения, на которых отмечен пользователь. Этот раздел свидетельствует о его социабельности: если он закрыт, значит, человек не склонен позволять просматривать его страницу всем и каждому. По содержанию фотографий, их числу, качеству и пр. можно сделать выводы об интересах пользователя, о его круге общения, о том, давно ли он зарегистрировался «ВКонтакте», насколько активны его друзья и т. д.
  3. Альбомы пользователя — сюда, как и для аватара, отбираются картинки из интернета, фотографии, сделанные пользователем или его друзьями. Различие в том, что обычно здесь их несравнимо больше и у них другой статус — они не «озаглавливают» страницу, а просто сохранены на память. По количеству альбомов и их содержанию можно сделать выводы о личной жизни человека — как часто и куда он путешествует, насколько ему важно поделиться своими впечатлениями от путешествия, праздника, досуга.
  4. Число друзей свидетельствует о социальной активности пользователя в сети и в жизни. Для сети «ВКонтакте» «мало друзей», по моим меркам, — это в среднем до 200 человек. Такое число друзей может свидетельствовать как о взыскательности пользователя, так и о том, что его круг общения очень узок. В этом отношении показательно число подписчиков — тех, кто был удален из списка друзей, но оставил заявку, чтобы попасть в него вновь. Если таких людей много (несколько десятков), то скорее можно предположить первое, в противном случае — второе.
  5.  Сведения, которые человек сообщает о себе. Наличие/отсутствие полной даты рождения (с указанием года), религиозные взгляды, отношение к алкоголю и курению, интересы, любимые книги, фильмы, цитаты. Часто встречаются фразы: «не читаю))» или, на мой взгляд, банальные, неумные, скучные сентенции. Это очень важная составляющая репутации, так как в данном случае владелец формирует мнение потенциальных знакомых о себе не случайным, а целенаправленным, сознательным образом.
  6. Аудио- и видеозаписи, которые участник сети слушает и смотрит. Музыка — важнейший аспект жизни практически любого современного молодого человека. В этой возрастной группе действует принцип: если тебе пишет кто-то незнакомый, первым делом посмотри, какие у него аудиозаписи. Музыкальные вкусы могут быть решающим фактором, формирующим первое впечатление. Их сходство служит весомым поводом для начала общения: по моему опыту, людям с общими музыкальными предпочтениями всегда есть о чем поговорить.
  7. Стена — раздел на странице пользователя, обновления которого его друзья видят в своей новостной ленте (если его обновляет сам пользователь). Это информация, которой он делится со своими друзьями и которой его друзья хотят поделиться с ним так, чтобы это увидели все, кто просматривает его стену. Из содержания этого раздела мы можем сделать вывод об интересах круга друзей индивида, а также о том, что из своей новостной ленты он считает важным, достойным внимания.
  8. Группы — сообщества, на чьи страницы пользователь подписан и чьи обновления он ежедневно просматривает в своей новостной ленте. Сообщества могут быть музыкальными, могут быть посвящены какому-то телесериалу, писателю, информировать о событиях в области культуры или «постить смешные картинки». По ним можно судить о политических, культурных, бытовых интересах человека; это фильтры, которые ему нужны, чтобы выбирать из бесконечного информационного потока то, что его привлекает. Внутри групп (особенно если они посвящены сериалу, компьютерной игре и т. п.) рождается свой язык, сленг, свои шутки и мемы, которые затем могут распространяться за пределы группы, становиться общим трендом. Список подписок на группы может определять принадлежность пользователя к той или иной социальной страте.
  9. Для меня чуть ли не самый важный критерий оценки — то, как человек пишет, его владение русским языком. В процессе формирования своего интернет-амплуа мы ориентируемся на то, как пишут другие, и на то, как мы сами хотим выглядеть в переписке с ними. Писать можно по-разному — большим единым сообщением или отдельными сообщениями, используя большие буквы и нет (часто пишут с большой буквы исключительно имена собственные), используя или не используя запятые, с точками и без точек в конце предложений, со смайликами или без. Грамотный и богатый русский язык всегда привлекателен, но нужно помнить, что формат переписки «ВКонтакте» не подразумевает особой официальности, здесь главное — донести мысль. Я практически не использую заглавные буквы, даже в именах собственных, пишу отдельными короткими сообщениями, чтобы собеседник не скучал и не терял нить разговора, соблюдаю правила грамматики, но редко ставлю точки в конце предложения. Но я не ригорист: некоторые мои знакомые любят и умеют писать грамотно, но не считают нужным следить в переписке за правильностью написания слов и расстановкой знаков препинания, и я отношусь к этому терпимо. Кроме того, существует и игровое нарушение нормы — тут все зависит от вкуса и чувства меры. В интернет-общении раздражает избыток смайлов-скобочек («Привет!))))»), восклицательных знаков. Здесь легко закамуфлировать свою эмоцию, написать не то, что думаешь. Режим диалога позволяет составить красивый и эффектный ответ: для этого есть достаточно времени и практически отсутствуют стресс-факторы. Общаясь в сети, мы пользуемся преимуществами одиночества и одновременно не прерываем дружеской беседы. Впрочем, это привилегированное положение часто поощряет неискренность: ставя смайл в конце предложения, мы на самом деле не улыбаемся; отправив другу «ахахахахах» или «LOL» (Laughing Out Loud), мы, скорее всего, просто усмехнулись. Такое сообщение означает лишь: «то, что ты сказал, мне показалось забавным» или «скажи ты это вслух, я бы посмеялся»

Конечно, для многомиллионной сети «ВКонтакте» нельзя выделить единые тенденции, единые «правила игры». О таких тенденциях и правилах можно говорить только применительно к социальным стратам, которые объединены возрастом, интересами, интеллектуальным уровнем и т. п., хотя периодически они могут охватывать и несколько страт. Правда, новую информацию — несмотря на то что она распространяется быстро, — можно и не заметить, точно так же, как в реальной жизни.

Первое впечатление от страницы пользователя и от первых минут общения с ним может оказаться неполным или ошибочным — хотя бы потому, что у нас недостаточно опыта, или потому, что мы неправильно истолковали то или иное обстоятельство. Мне нравится формат интернет-общения, и я не могу в полной мере согласиться с утверждением, что через переписку невозможно понять, с каким человеком имеешь дело. Я встречала людей, которым удобнее раскрывать себя в режиме чата, ведь в этот момент не нужно смотреть собеседнику в глаза, пропадает неловкость, не затрагивается личное пространство. И все же ничто не может заменить непосредственного присутствия того, с кем говоришь, живого общения — с паузами, запинками, торопливым поиском нужных слов и искренним громким смехом.

Версия для печати