Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Отечественные записки 2005, 1

Понятие и категории интеллектуальной собственности.

Оригинал статьи, другие материалы по этой проблематике и новые поступления смотрите на сайте «Отечественных записок».

Традиционно все объекты интеллектуальной собственности разделяются на две родовые категории: промышленная собственность и авторское право[1]. Критерием их разграничения служит предмет, являющийся продуктом интеллектуальной деятельности. Понятие промышленной собственности иногда ошибочно трактуют как относящееся к движимой и недвижимой собственности, используемой в промышленном производстве. Так, иногда к этой категории пытаются отнести заводы, станки и машины для производства промышленной продукции. На самом же деле промышленная собственность является одним из видов интеллектуальной собственности и распространяется на произведения, созданные человеком в научно-технической сфере. Наиболее характерными объектами промышленной собственности являются полезные модели, промышленные образцы, изобретения. К промышленной собственности относятся также товарные знаки, знаки обслуживания, фирменные наименования и наименования мест происхождения товаров.

К другой категории объектов интеллектуальной собственности относится авторское право. В данном случае речь идет о праве на такие продукты интеллектуальной деятельности, как произведения искусства, в том числе литературные и музыкальные, произведения кинематографии, а также научные произведения, к которым относятся, в частности, программы для ЭВМ.

В англосаксонском праве категория авторского права охватывается термином copyright. Смысл данного термина отчасти отражен в его языковой форме: только автор художественного произведения либо его правопреемник вправе дать разрешение на изготовление копий произведения, например, книги или кинофильма.

Прежде чем перейти к более подробному рассмотрению отдельных видов интеллектуальной собственности, назовем основные источники правового регулирования данных отношений. Таковыми являются федеральные законы: «О товарных знаках», «Патентный закон», «Об авторском праве и смежных правах».

Правовая природа интеллектуальной собственности

Смысл интеллектуальной собственности состоит в том, что лицо, обладающее исключительным правом на изобретение, полезную модель и промышленный образец, вправе использовать его по своему усмотрению. В частности, патентообладатель имеет право запретить использование изобретения, на которое выдан патент, другим лицам без его разрешения.

В настоящее время в России достаточно широкое распространение получила теория исключительных прав. Основу исключительного права составляет запретительная функция, позволяющая патентообладателю исключить несанкционированное использование запатентованного им изобретения каким бы то ни было третьим лицом. В России эта теория более века тому назад была разработана в трудах цивилиста Александра Александровича Пиленко (1873–1948). Его юридические построения сводились к следующему. Сущность права, защищенного патентом, заключается в том, что носитель этого права может запретить всем третьим лицам:

  • подражать запатентованному изобретению;
  • самостоятельно создавать то же изобретение;
  • заявлять такое же к патентованию.

Упомянутые выше правомочия создаются только выдачей патента, поскольку до выдачи изобретатель ими не располагает[2].

Поскольку в большинстве случаев патентоведы выделяют в исключительном праве его запретительную функцию, придавая ей главную роль, правомочие по распоряжению запатентованным изобретением становится дополнительным к праву запрета. Вместе с тем в патентных законодательствах большинства государств, в том числе и в Патентном законе РФ (ст. 10), исключительное право сформулировано как «исключительное право на использование изобретения». При этом термин «использование» употребляется в патентном праве в более широком смысле, чем в гражданском обороте, обозначая не только правомочие пользования изобретением, но и распоряжения им.

Обладатель исключительного права получает защиту на основании государственного акта, например патента, выдаваемого патентным ведомством. Таким образом, право интеллектуальной собственности не подпадает под регулирование антимонопольного законодательства, устанавливающего запрет на ограничение конкуренции. Таким образом, исключительное право представляет собой некий вид легальной монополии.

В этой связи становится понятным содержание на первый взгляд противоречивого положения, закрепленного во французском патентном законодательстве. Исключительное право на использование изобретения начинает действовать в этой стране с момента подачи заявки (ст. L. 613.1 Кодекса интеллектуальной собственности). Речь идет именно о положительной функции исключительного права, вступающей в действие с даты подачи заявки. Запретительная функция исключительного права вступает в действие значительно позже, с даты публикации сведений о выдаче патента, когда третьим лицам становится известно о чужой патентной монополии[3].

Фирменное наименование

Одним из наиболее актуальных вопросов в области права интеллектуальной собственности остается вопрос о правовой охране фирменных наименований — один из самых сложных и запутанных как в правовой литературе, так и в законодательстве.

Как уже было упомянуто выше, фирменное наименование относится к объектам промышленной собственности. Правовому регулированию фирменного наименования посвящена ст. 54 ГК РФ. Кроме данной статьи в Гражданском кодексе не так много иных положений, регулирующих фирменное наименование. Согласно п. 4 этой статьи, коммерческие юридические лица должны иметь фирменные наименования. Регистрация фирменного наименования предоставляет исключительное право на его использование. Порядок регистрации и использования фирменных наименований должен определяться отдельным законом или иными правовыми актами.

Из вышеизложенного следуют два предварительных вывода: разработчики, а затем и законодатель определили фирменное наименование как фирменное наименование юридического лица и придали регистрации фирменного наименование правоустанавливающее значение[4].

Иными словами, фирменное наименование призвано индивидуализировать юридическое лицо, собственника предприятия, а не само предприятие. Об этом также свидетельствует упоминание фирменного наименования в ряде статей ГК (ст. 69, 82, 87, 95, 96, 107), которые определяют соответственно основные положения о юридических лицах, являющих ся коммерческими организациями — собственниками имущества[5]. Таким образом, очевидно, что фирменное наименование принципиально отличается от товарного знака, индивидуализирующего продукцию или даже предприятие как объект права, а не его субъект.

Представляет интерес зарубежный опыт, связанный с правовой охраной фирменных наименований. Целесообразно рассмотреть его на примере французской практики, поскольку она была определяющей при составлении текста Парижской конвенции[6].

Во Франции никогда не существовало особых формальностей, связанных с регистрацией как условием возникновения исключительного права на фирменное наименование. Такое право приобретается в этой стране путем первого публичного использования фирменного наименования. При этом публичным использованием фирменного наименования не признается регистрация коммерческой организации в Реестре торговли и товариществ, хотя фирменное наименование, используемое этой организацией, упоминается при такой регистрации.

Далее. Между наименованием юридического лица и фирменным наименованием предприятия, собственником которого является это юридическое лицо, делается принципиальное разграничение. Наименованием юридического лица считается название, которое индивидуализирует юридическое лицо как самостоятельный субъект права, обладающий совокупностью прав и обязанностей. Наименование служит для юридического лица тем же, чем для физического лица его имя, т. е. личным (неимущественным) правом, которое не может быть предметом оборота.

Фирменное наименование — название, которым физическое или юридическое лицо обозначает предприятие и которое оно использует для идентификации своих отношений с клиентурой. Поэтому фирменное наименование, являясь объектом промышленной собственности, может передаваться, т. е. быть предметом оборота, но только совместно с предприятием, которое оно обозначает. Именно в таком смысле используется понятие «фирменное наименование» (nom commercial, trade name) в тексте ст. 8 Парижской конвенции, а также в законодательстве многих государств.

Следует особо подчеркнуть, что в большинстве промышленно развитых стран право на фирменное наименование возникает из факта использования этого наименования, а последующая его регистрация в реестре компаний лишь закрепляет ранее возникшее право (Великобритания, Италия, Канада, США, Франция, ФРГ, Япония).

Сочетание двух оснований предоставления охраны фирменному наименованию — факта приобретения известности на рынке в процессе использования фирменного наименования и факта его регистрации — характерно, например, для законов Мексики, Перу, Испании. При этом регистрация фирменных наименований имеет факультативный характер — она производится в специальных реестрах в патентных ведомствах на десятилетний срок с возможностью возобновления регистрации на последующие десятилетние периоды. Сведения о регистрации фирменных наименований (воспроизведение регистрируемого обозначения, место расположения предприятия и род его деятельности и др.) публикуются для всеобщего сведения в официальных бюллетенях[7].

В России субъектами права на фирменное наименование признаются только юридические лица (причем только коммерческие организации). Представляется необходимым (и это соответствует мировой практике) различать наименование и фирменное наименование юридического лица. Первое ассоциируется с личным неимущественным правом и является средством индивидуализации юридического лица в целом как организации, наделенной обособленным имуществом и выступающей в имущественных и личных неимущественных отношениях от своего имени. Второе есть объект промышленной собственности, т. е. имущественного права. Фирменное наименование индивидуализирует юридическое лицо как участника гражданского оборота, осуществляющего предпринимательскую деятельность. Оно призвано отличать предпринимательскую деятельность одного юридического лица от идентичной или сходной предпринимательской деятельности другого юридического лица.

Часто наименование и фирменное наименование юридического лица совпадают. Главное здесь то, какую функциональную нагрузку несет то или иное наименование.

В целом по такому принципу построена ст. 54 ГК, где говорится о наименовании юридического лица и фирменном наименовании юридического лица, являющегося коммерческой организацией.

Такой подход снимает некоторые противоречия, существующие между отдельными статьями ГК. Речь идет в первую очередь о ст. 132. В ней сказано, что в состав предприятия как имущественного комплекса входят также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (фирменное наименование, товарные знаки, знаки обслуживания). Термин «предприятие» используется в этой статье как один из объектов гражданских прав. Между тем ГК РФ, определяя разновидности и особенности юридических лиц в качестве субъектов гражданских прав, не называет такой формы, как предприятие (за исключением унитарного предприятия).

Кроме того, в ст. 1027 предусмотрена возможность выдачи разрешения на использование фирменного наименования в составе комплекса исключительных прав по договору коммерческой концессии. Примечательно, что сторонами по такому договору могут быть коммерческие организации и граждане, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей. Следовательно, субъектом права на фирменное наименование могут быть не только коммерческие организации, как это указано в п. 4 ст. 54, но и граждане — индивидуальные предприниматели.

Представляется, что необходимо внести соответствующие изменения в ряд статей ГК РФ.

Так, п. 1 ст. 23, где говорится, что гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, целесообразно дополнить следующими словами: «и использовать фирменное наименование для индивидуализации своей предпринимательской деятельности»[8].

Товарный знак и его правовая охрана

Товарный знак выступает объектом интеллектуальной собственности, выполняющим функцию индивидуализации товаров или услуг.

Защита и организация правовой охраны товарных знаков на сегодняшний день представляют собой довольно актуальную задачу. В этой связи элементарные знания в области охраны товарных знаков будут нелишними для потребителей и непрофессионалов в данной области. Ниже приведем некоторую информацию, касающуюся защиты товарных знаков, которая может представлять интерес для широкого круга читателей.

Не могут быть зарегистрированы в качестве товарных знаков обозначения, тождественные или сходные до степени их смешения с товарными знаками, ранее зарегистрированными или заявленными на регистрацию в Российской Федерации на имя другого лица в отношении однородных товаров.

Таким образом, законодательство защищает не только интересы изготовителя товаров от недобросовестной конкуренции, но также интересы потребителя, не допуская возможности маркировки однородных товаров разных изготовите лей тождественными или сходными знаками, что привело бы к дезориентации потребителя.

В то же время закон не предусматривает запрета на регистрацию разными лицами тождественных или сходных до степени смешения товарных знаков в отношении неоднородных товаров, т. е. таких товаров, в силу собственных различий которых даже при маркировке их тождественными товарными знаками потребитель не будет введен в заблуждение относительно товара или изготовителя.

По определению, однородный — это «относящийся к тому же роду, разряду, одинаковый»[9], т. е. выполняющий ту же функцию. Под однородными товарами и услугами следует понимать товары и услуги, относящиеся к одному и тому же роду и виду, не обладающие различительными признаками и создающие у потребителя представление о принадлежности их к одному изготовителю. Родовое понятие является более общим по отношению к видовому, поэтому такие понятия, как осветительное устройство и лампа накаливания или мебель и мебель кухонная относятся друг к другу как категории род — вид. В этой связи важно отметить, что при определении признака однородности/неоднородности товаров в качестве критерия выступает принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия реализации товаров, круг потребителей и другие признаки.

Чаще всего основанием для признания товаров однородными является их принадлежность к одной и той же родовой или видовой группе. Например, однородными товарами являются «пальто, платье, блузки, юбки, жакеты, брюки, пиджаки», т. к. все эти товары относятся к одной родовой группе «одежда». Однако неоднородными товарами должны быть признаны «соковыжималки бытовые электрические и неэлектрические», хотя они и относятся к одному виду товаров, но все же имеют ряд существенных различий. Соковыжималка бытовая электрическая представляет собой сложный трудоемкий прибор. Она продается в специальных магазинах бытовой техники или в соответствующих хозяйственных отделах универмагов, тогда как соковыжималка бытовая неэлектрическая — это более простое устройство. Она продается чаще всего в хозяйственных магазинах в отделах мелкой кухонной утвари. Кроме того, эти товары имеют разную стоимость (электрическая соковыжималка является более дорогостоящим товаром, чем неэлектрическая).

При определении назначения товара следует принимать во внимание область его применения и цель применения. Например, следует признать однородными товарами химические продукты для сельского хозяйства и средства для уничтожения вредителей сельского хозяйства. Данные товары имеют одинаковую область применения (сельское хозяйство) и могут относиться к общей родовой группе (химические товары). В то же время не могут быть признаны однородными сельскохозяйственные машины и сельскохозяйственные ручные инструменты, т. к. эти товары относятся к разным родовым группам. Они отличаются также по своей стоимости, условиям сбыта.

Однородными товарами являются дезинфицирующие мыла и дезинфицирующие средства для гигиенических целей, т. к. они имеют одинаковую цель применения (дезинфекция) и могут относиться к одной и той же родовой группе (химические товары). Однако аппараты для дезинфекции не могут быть признаны однородными с указанными выше товарами, т. к. относятся к другой родовой группе (приборы, технические устройства).

Однородными могут быть признаны товары, изготовленные из одного вида материала, хотя и относящиеся к разному роду (виду). Например, следует считать однородными такие товары, как «портсигары и портмоне из благородных металлов», несмотря на принадлежность их к разным видам товаров. Данные товары изготавливаются из одного вида материала — благородного металла (этот материал является очень дорогим, он редко применяется в производстве). Оба вида товара обладают высокой стоимостью и реализуются одинаковым образом (в ювелирных магазинах или ювелирных отделах универмагов).

В то же время нельзя признать однородными «резиновые шланги и резиновую пляжную обувь». В отличие от благородных металлов резина является дешевым, широко используемым материалом. В данном случае при определении однородности должны учитываться другие признаки (вид товара, цель его применения, условия сбыта товара).

Одним из вспомогательных признаков однородности товаров являются условия реализации товаров. Так, например, краскам, лакам сопутствуют в торговле средства для чистки, полировки.

В рамках рассматриваемого признака следует учитывать также каналы реализации изделий. Для изделий, продаваемых через розничную сеть, опасность смешения товарных знаков выше, чем для изделий, распространяемых в соответствии с заключенными договорами. В зависимости от круга потребителей товары разделяются на две группы: товары широкого потребления и товары производственно-технического назначения. При оценке степени однородности товаров широкого потребления (таких как косметические и гигиенические изделия, продукты питания, домашняя утварь, одежда, обувь, винно-водочные и табачные изделия и т. п.) должен применяться более строгий подход. Покупатели таких товаров часто смешивают обозначения, заявляемые в качестве товарных знаков.

В отношении товаров производственно-технического назначения опасность смешения может быть меньшей, т. к. эти товары предназначены для ограниченного круга потребителей-специалистов, которым, как правило, хорошо известны изготовители продукции в соответствующей отрасли. К товарам такого рода относятся станки, сырьевые материалы, приборы, стройматериалы и т. п.

Различные критерии однородности применяются к товарам в зависимости от того, предназначены ли они для длительного пользования или краткосрочного. При покупке изделий длительного пользования или дорогостоящих, например автомобилей, холодильников, бытовых электроприборов, мебели и т. п., покупатели бывают особенно внимательны и возможность смешения здесь невелика.

Напротив, в отношении товаров краткосрочного пользования или дешевых внимание покупателей значительно ослабляется, а риск смешения соответственно увеличивается.

В соответствии с абзацами 1, 4 ст. 6 Закона «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» не допускается регистрация товарных знаков, состоящих только из обозначений, вошедших во всеобщее употребление как обозначения товаров определенного вида. Иными словами, правовая охрана таких обозначений не допускается, поскольку они не соответствуют основному требованию, предъявляемому к товарным знакам, — не обладают способностью различать однородные товары разных юридических или физических лиц.

Кроме того, регистрация в качестве товарного знака подобного обозначения лишила бы многочисленных производителей, не являющихся владельцами данного товарного знака, возможности свободно использовать это обозначение при маркировке соответствующей продукции, в рекламе и т. д.

Под обозначением, вошедшим во всеобщее употребление как обозначение товаров определенного вида, понимается обозначение, которое в результате длительного применения для одного и того же товара или товара того же вида различными производителями стало видовым понятием. Примеры таких обозначений: целлофан, термос, ланолин, вазелин, сахарин, целлулоид, эскалатор, примус, граммофон, магнитофон, линолеум, нейлон и т. п.

Обозначение становится видовым названием (наименованием) товара в том случае, когда оно прочно входит в обиход не только широких кругов потребителей, но и специалистов соответствующих отраслей производства, представителей торговых кругов, причем среди двух последних категорий использование обозначения в качестве названия (наименования) товара не носит узкоспециального или жаргонного характера. В сознании всех перечисленных категорий возникает устойчивая связь между товаром, обладающим определенными признаками, свойствами, качествами, и тем обозначением, которое используется в качестве его названия (наименования).

Сказанное выше можно рассмотреть на примере слова «эскимо»: это слово вызывает в сознании устойчивую ассоциацию с определенным видом мороженого — общеизвестной формы и глазированного шоколадом, поэтому оно не может быть зарегистрировано в качестве товарного знака для мороженого, т. к. будет прямо указывать на вид товара.

Справку подготовили Николай Зорин, Юлия Нестерчук



[1] Белов В. В. Интеллектуальная собственность. М., 1997. С. 11.

[2] Пиленко А. Право изобретателя (привилегии на изобретения и их защита в русском и международном праве). Т. 1. СПб., 1902. С. 345.

[3] Белов В. В. Указ. соч. С. 15.

[4] Еременко В. И. Об интеллектуальной собственности в гражданском кодексе РФ // Законодательство и экономика. 2002. № 5.

[5] Еременко В. И. Указ. соч.

[6] Конвенция по охране промышленной собственности. Заключена в г. Париже 20.03.1883. Изменения вносились в 1900, 1911, 1925, 1934, 1958, 1967, 1979 годах. Россия участвует в Конвенции с 1965 года.

[7] Еременко В. И. Указ. соч.

[8] Еременко В. И. Указ. соч.

[9] Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Издательство «Азъ», 1992.

Версия для печати