Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Отечественные записки 2003, 2

История и современное состояние мировой юстиции в России

Мировая юстиция в современной России возникла в ходе реализации Концепции судебной реформы в РСФСР, утвержденной в конце 1991 года. В ней предусматривалось создание мировых судов как судов первой инстанции, в которых мировой судья рассматривает дела единолично. В Концепции предполагалось избрание мирового судьи населением и наделение его следующей компетенцией:

1) рассмотрение материалов об административных правонарушениях; 2) рассмотрение дел об уголовных проступках[1], дел частного обвинения; 3) рассмотрение вопросов, связанных с исполнением приговора; 4) рассмотрение малозначительных гражданских дел; 5) судебный контроль за следствием.

В пользу создания мировой юстиции в современной России ее сторонники выдвигают три важнейших аргумента. Мировой суд позволит приблизить суд к населению и тем самым обеспечить доступ граждан к правосудию; сократить в определенной степени весьма значительную нагрузку, приходящуюся на федеральных судей; создать предпосылки упрощения гражданского и уголовного судопроизводства, его дальнейшей демократизации.

Идея простоты и доступности суда для населения не нова. В Ветхом Завете тесть Моисея Иофор советовал зятю: «Ты же усмотри из всего народа людей способных. Боящихся Бога, людей праведных, ненавидящих корысть … пусть они судят народ во всякое время… во всяком важном деле доносят тебе, а все малые дела судят сами» (Исх., 18:21–22).

Именно в силу очевидных преимуществ такого суда, в котором можно быстро и без особых усилий разрешать споры, восстанавливать нарушенные права, мировые суды возникли в Великобритании, США, Канаде, Италии, Австрии, Индии, Бельгии, Испании, Швейцарии, Греции, Франции[2] и ряде других государств, где они существуют и поныне.

Мировой суд может занимать различное место в судебной системе.

В одной модели — мировой суд создавался в качестве нижнего звена системы общих судов, являясь его составной частью[3]. Такая система была характерна для Франции.

Во второй — мировой судья признается представителем местного суда, который хотя и входит в единую судебную систему государства, но представлял собой ее особенную часть, имеющую свои задачи и построенную в определенной мере на иных началах, нежели система судов общей юрисдикции[4]. Таким образом строился мировой суд в Великобритании и США.

Российский законодатель пошел по пути объединения обеих моделей. В соответствии с Федеральным конституционным законом от 1996 г. ‹ 5-ФКЗ и Федеральным законом «О мировых судьях в Российской Федерации» от 17 декабря1998 года ‹ 188-ФЗ мировой судья является судом первой инстанции, для которого районный суд — непосредственно вышестоящая судебная инстанция. С другой стороны, мировой судья рассматривает гражданские, административные и уголовные дела в особом порядке, закрепленном процессуальным законодательством.

В России мировой суд был создан в ходе судебной реформы 1864 года. Реформа предусматривала создание такого мирового суда, главным предназначением которого было примирение сторон, охрана и утверждение общего порядка и спокойствия[5]. Однако в 1889 году мировой суд был упразднен в результате контрреформ Александра III.

Сегодня нередко используется формула о том, что мировая юстиция в России возрождается. Однако сегодняшний мировой суд с существовавшим ранее в России объединяет разве что название. Общее у них, пожалуй, только сложное положение и значительное число противников.

Противников создания мировой юстиции в России было немало как на стадии подготовки соответствующих законопроектов, так и сейчас, когда решение принято и мировые судьи осуществляют правосудие. Основные аргументы этой стороны сводятся к тому, что вместо введения достаточно многочисленного отряда судейского корпуса следовало лишь ограничиться увеличением числа федеральных судей. Сторонники такой позиции смотрят на дело механистически, полагая, что уменьшение нагрузки, приходящейся на федеральных судей, является главной целью создания мировой юстиции.

С другой стороны, есть немало и сторонников мирового суда. Причем для одних это панацея для решения многих сложных вопросов, относящихся к осуществлению правосудия, для других — путь совершенствования и демократического развития гражданского и уголовного судопроизводства, для третьих — важнейший шаг на пути осуществления судебной реформы в Российской Федерации, концепция которой была утверждена в 1991 году.

Таблица 1

Комплектование мировой юстиции в федеральных округах Российской Федерации

№ п/п
Федеральный
Число мировых судей
по закону
назначенных
1
Центральный
1 662
1 207
2
Дальневосточный
340
199
3
Приволжский
1 424
1 348
4
Северо-Западный
618
370
5
Сибирский
933
746
6
Южный
931
906
7
Уральский
562
472
Всего
6 470
5 248

С момента принятия Федерального закона «О мировых судьях в Российской Федерации» прошло более четырех лет. Однако в становлении этого института есть действительно сложные проблемы, в связи с чем создание такого звена системы судов общей юрисдикции, как мировые судьи, идет недостаточно быстрыми темпами.

Таким образом, мировая юстиция за время с 1998 года сформирована лишь на80 процентов. Из 6 500 мировых судей назначено 5 248. И хотя это — большое звено системы судов общей юрисдикции (для сравнения: штатная численность федеральных судей судов общей юрисдикции на 1 января 2003 года составила20242единиц), из табл. 1 видно, что в ряде регионов не торопились принимать собственные законы о мировых судьях. Законодательное собрание Коми-Пермяцкого автономного округа 29 октября 1999 года даже приняло постановление об отказе от вхождения в Государственную думу РФ с законодательной инициативой об установлении общего числа мировых судей и количества судебных участков, т. е. об отказе от введения мировой юстиции на территории округа. И лишь недавно закон округа принят.

На сегодня закон о мировых судьях не принят в Чеченской Республике. При этом следует учесть, что в соответствии с законодательством порядок наделения мировых судей полномочиями, число мировых судей и судебных участков устанавливается законом субъекта Федерации по согласованию с Верховным судом. Однако в Чеченской Республике законодательный (представительный) орган не сформирован, что препятствует принятию необходимого закона и формированию корпуса мировых судей в этой республике.

В Приморском крае, Мурманской и Сахалинской областях, в Ненецком, Усть-Ордынском Бурятском, Эвенкийском, Коми-Пермяцком автономных округах местными органами власти назначения мировых судей не производятся со ссылкой на отсутствие денежных средств на материально-техническое обеспечение деятельности мировых судей в бюджетах регионов. По этой же причине сдерживается укомплектование вакантных должностей мировых судей и в некоторых других субъектах Федерации.

Представляется, что такое положение, когда ряд субъектов останется без института мировой юстиции, вряд ли допустимо. Не только потому, что это противоречит Федеральному конституционному закону «О судебной системе РФ», но и в связи с тем, что при этом нарушается конституционный принцип, гласящий, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Сложное положение с введением мировых судей объясняется целым рядом причин законодательного, финансового и организационного характера.

Несмотря на то что законодательная база, позволяющая мировым судьям осуществлять правосудие, практически создана (приняты соответствующие процессуальные законодательные положения, законы о мировых судьях в субъектах), становление законодательства мировой юстиции продолжается до сих пор как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Федерации. При этом нельзя не обратить внимания, что российскому законодателю потребовалось более полутора лет, чтобы принять процессуальное законодательство. Его отсутствие не позволяло даже назначенным к тому времени мировым судьям приступить к осуществлению правосудия.

Проблемы финансового характерирования обусловлены прежде всего неготовностью регионов принять на себя расходы по материально-техническому обеспечению деятельности мировых судей. Лишь половина субъектов Федерации предусмотрела выделение необходимых сумм из своих бюджетов на 2003 год для обеспечения деятельности мировой юстиции. Особые сложности возникли в так называемых дотационных регионах (а их значительное большинство).

Действительно, выделить из скудных бюджетов регионов средства на создание мировой юстиции непросто. Выход из сложившегося положения может состоять в изменении существующего сейчас порядка выделения средств из Федерального фонда финансовой поддержки регионов. Эти средства выделяются регионам адресно, на строго определенные цели. Одной из таких целей могла бы стать финансовая поддержка мировой юстиции, хотя бы временная.

Другой серьезной проблемой становления института мировых судей является неурегулированность вопросов организационного обеспечения их деятельности.

Сущность ее заключается в том, что институт мировой юстиции имеет сложную правовую природу, обусловленную двойственностью положения мирового судьи, который, с одной стороны, относится к судам субъекта Российской Федерации, а с другой — является судом общей юрисдикции, руководствуется при осуществлении правосудия по гражданским и уголовным делам федеральными законами, вынося решения именем Российской Федерации. Другими словами, речь идет о передаче части федеральных полномочий в сфере осуществления правосудия в ведение создаваемых в субъектах органов судебной власти. Такая конструкция создает внутренние противоречия, которые будут отражаться на всех сторонах деятельности этого звена судебной власти.

Все это требует выработки новых подходов к организации деятельности мировых судей, поскольку общепринятая методология здесь не может использоваться в полном объеме.

Сложная правовая природа мировой юстиции предопределила и серьезные трудности в законодательном решении вопросов организации ее деятельности.

В связи с тем, что Федеральный закон «О мировых судьях в Российской Федерации» не содержит понятия организационного обеспечения деятельности мирового судьи (предполагая только выплату заработной платы мировому судье и социальных гарантий из средств федерального бюджета, а также материально-техническое обеспечение их деятельности за счет бюджетных средств субъекта Федерации), возникает целый ряд вопросов, оставшихся законодательно не урегулированными.

Так, например, материально-техническое обеспечение деятельности мировых судей по закону может быть возложено на органы юстиции либо на органы исполнительной власти субъектов РФ. Однако практика показала, что отсутствие единства в подходах по организационному обеспечению деятельности мировых судей существенно снижает эффективность такой работы в целом. Исходя изэтих соображений в ряде субъектов Федерации с самого начала пошли по другому пути, возлагая напрямую на органы Судебного департамента в регионах обязанности по организационному обеспечению деятельности мировых судей в полном объеме. Однако такой подход противоречит федеральному законодательству.

Поэтому органы государственной власти субъектов Федерации были вынуждены искать оптимальный выход, который позволил бы избежать противоречий с федеральным законодательством. Таким выходом стало подписание соглашений между администрациями субъектов и территориальными органами Судебного департамента о решении ими вопросов по организационному обеспечению деятельности мировых судей. Территориальные органы Судебного департамента в республиках, краях и других субъектах Федерации на основании доверенности, выдаваемой Генеральным директором Судебного департамента, принимают насебя определенные обязанности, исполнение которых финансируется из бюджетных средств региона. Возможность подписания таких соглашений имеет соответствующее правовое обоснование как в федеральном законодательстве (п.3 ст. 78 Конституции РФ, п. 2 ст. 30 ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации»), так и в большинстве законов о мировых судьях, принятых на местах. В определенной степени такая практика гарантирует стабильное обеспечение деятельности мировых судей на сегодняшнем этапе.

Необходимость в таком решении продиктована и тем, что вне поля зрения законодателя остались, кроме того, вопросы кадрового обеспечения мировых судей, сотрудников аппарата, повышения их квалификации.

Объединение функций организационного и материально-технического обеспечения деятельности мировых судей, а затем передача их в ведение специализированного государственного органа, каким является Судебный департамент, представляется возможным и верным, так как по своему статусу Судебный департамент является государственным органом, осуществляющим исполнительные и распорядительные функции, аналогичные тем, которые ранее осуществлялись Министерством юстиции. Следование принципу разделения властей не позволяло по формальным основаниям отнести к органам исполнительной власти Судебный департамент, функции и управленческие полномочия которого аналогичны соответствующим полномочиям органов исполнительной власти.

Поэтому заключение администрацией области (или другого равного субъекта Российской Федерации) соглашения с территориальными подразделениями Судебного департамента о передаче в его ведение функций по обеспечению в целом деятельности мировых судей правомерно.

Следует оговориться, что при всех позитивных моментах такая практика не исчерпывает проблемы в целом, поскольку не позволяет обеспечить единообразный подход к созданию и функционированию службы мировой юстиции.

Во-первых, подписание соглашений (договоров) не позволяет до конца устранить все противоречия, обусловленные пробелами в законодательстве.

Во-вторых, подписание соглашений зависит в первую очередь от инициативы местных властей. В том случае, если не все субъекты пойдут на такой вариант, не будет и единообразного решения вопросов обеспечения деятельности мировых судей, входящих в единую систему судов общей юрисдикции.

В-третьих, такие соглашения (договоры) могут быть расторгнуты в любое время по инициативе органов исполнительной власти субъекта РФ, в связи с чем не создают прочной основы деятельности мировой юстиции.

Следует заметить, что законодательные акты, регулирующие вопросы организационного обеспечения деятельности мировых судов, довольно противоречивы. Так, положения Федерального закона «О мировых судьях в Российской Федерации» не соответствуют в полной мере ст. 124 Конституции Российской Федерации, а также ст. 3 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации».

Другое противоречие между нормами федерального законодательства заключено в определении места и роли Судебного департамента в организационном обеспечении деятельности мировых судей в субъектах Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 30 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» на Судебный департамент возложено обеспечение деятельности всех судов общей юрисдикции (за исключением Верховного суда). Однако Федеральный закон «О судебном департаменте при Верховном суде Российской Федерации» в ст. 1 ограничивает полномочия Судебного департамента по созданию условий для полного и независимого осуществления правосудия мировыми судьями только функциями по их финансированию. Федеральный закон «О мировых судьях в Российской Федерации» еще более сужает функции Судебного департамента по обеспечению деятельности мировых судей.

Пунктом 2 ст. 9 Федерального закона «О мировых судьях в Российской Федерации» установлено, что работники аппарата мирового судьи являются государственными служащими соответствующего субъекта Федерации.

Однако положение данной нормы вступает в противоречие с Конституцией Российской Федерации, так как в соответствии с пунктом «т» ст. 71 Конституции в ведении Российской Федерации находится только федеральная государственная служба. Исходя из норм ст. 71, 72 и 73 Конституции государственная служба субъектов Федерации находится в их ведении, что вытекает из требований Федерального закона «Об основах государственной службы Российской Федерации» от 31 июля 1995 года ‹ 119-ФЗ. Пункт 3 ст. 2 этого федерального закона устанавливает, что государственная служба включает в себя федеральную государственную службу, находящуюся в ведении Российской Федерации, и государственную службу субъектов Федерации, находящуюся в их ведении.

В соответствии с Конституцией вне пределов ведения Российской Федерации и совместного ведения Российской Федерации и субъектов Федерации республики, края, области, города федерального значения, автономная область и автономные округа осуществляют собственное правовое регулирование, включая принятие законов и иных нормативных правовых актов (ч.2ст. 11); при этом система органов государственной власти республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов устанавливается субъектами Российской Федерации самостоятельно в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации и общими принципами организации представительных и исполнительных органов государственной власти, установленными федеральным законом (ч. 1 ст. 77).

Из указанных положений Конституции, конкретизированных в Федеральных законах «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об основах государственной службы Российской Федерации» от 31 июля 1995 года ‹ 119-ФЗ, вытекает, что субъект Федерации наряду с образованием законодательного (представительного) органа государственной власти и высшего исполнительного органа государственной власти самостоятельно образует иные государственные органы субъекта Федерации и самостоятельно определяет перечень должностей в этих органах, относящихся к государственным должностям государственной службы субъекта Федерации. Исходя из этого некорректно было устанавливать федеральным законом порядок отнесения отдельных должностей к государственным служащим субъекта Федерации.

Пунктом 3 ст. 10 Федерального закона «О мировых судьях в Российской Федерации» установлено, что материально-техническое обеспечение деятельности мировых судей осуществляют органы юстиции либо органы исполнительной власти субъекта Федерации в порядке, установленном законом соответствующего субъекта Федерации.

Представляется, что положение данной нормы противоречит Конституции, Федеральному конституционному закону «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 года ‹ 1-ФКЗ по следующим основаниям.

Согласно ст. 10 Конституции государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны. Ряд гарантий самостоятельности судебной власти содержится непосредственно в тексте Конституции, а также в принятом в соответствии с ней Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации».

В целом решение проблемы организационного обеспечения деятельности мировых судей, очевидно, связано с передачей его органам Судебного департамента.

Если пойти по пути возложения только части функций по обеспечению деятельности мировых судей на Судебный департамент, сохранив порядок материально-технического обеспечения за органами исполнительной власти субъектов РФ, то это потребует более четкого разграничения функций организационного обеспечения деятельности мировых судов. При этом будет необходимо четко определить функции органов исполнительной власти субъектов не только в сфере материально-технического обеспечения, но и в области кадрового обеспечения аппаратов мировых судей (т. к. работники аппарата мирового судьи— госслужащие субъекта РФ, о чем говорилось выше) и всей деятельности мирового судьи как суда общей юрисдикции (содержание аппарата, командировочные расходы и пр.). Кроме того, в законодательстве должны быть четко зафиксированы и обязанности территориальных органов Судебного департамента по формированию кадрового состава корпуса мировых судей и организационно-методическому обеспечению их деятельности.

Такой путь решения проблемы, учитывая различные возможности субъектов Федерации в плане финансирования и разное отношение в самих субъектах к идее введения института мировых судей, имеет свои недостатки:

а) развитие этого института в регионах будет различно, а в ряде субъектов может поставить в неравное положение мировых и федеральных судей или даже привести к их противопоставлению;

б) ряд субъектов из-за отсутствия финансовых средств будут по-прежнему затягивать введение этого института;

в) для полноценного осуществления функций по финансовому обеспечению мировых судей (в предусмотренном законом объеме), а также для осуществления кадровой и организационно-методической работы Судебному департаменту потребуется соответствующее увеличение штатной численности.

Кроме того, представляется, что указание в законе на возможность обеспечения деятельности мировых судей органами юстиции не отвечает реалиям сегодняшнего дня (в настоящее время органы юстиции не находятся в структуре органов власти субъекта, а являются территориальными органами Министерства юстиции России в субъекте и решают другие задачи).

Второй вариант — полная передача функций по организационному обеспечению деятельности мировых судей Судебному департаменту с целью обеспечения единства статуса судей в Российской Федерации, создания единых условий для осуществления правосудия в Российской Федерации путем включения мировой юстиции в единую систему организационного обеспечения деятельности судов общей юрисдикции.

Учитывая, что реализация задач по обеспечению полного и независимого осуществления правосудия федеральными судами общей юрисдикции возложена на Судебный департамент, решение этих вопросов относительно мировых судей, образно говоря, теми же руками представляется оправданным. Несмотря на то что закон о мировых судьях возлагает на Судебный департамент лишь выплату денежного содержания мировому судье, другой закон — о Судебном департаменте — возлагает на него ведение судебной статистики, организацию делопроизводства и работы архивов. Причем законодатель не предусматривает какого-либо изъятия в этих случаях из его полномочий. Да и трудно представить, чтобы судебная статистика велась без учета деятельности по рассмотрению гражданских, административных и уголовных дел мировыми судьями. Кроме того, законом на Судебный департамент возложено и обеспечение безопасности судей и членов их семей. В этом случае закон также не делает каких-либо исключений. Безопасность должна обеспечиваться всем судьям судов общей юрисдикции.

Существует и проблема информатизации судов. Если Судебный департамент не возьмет на себя решение этого сложного вопроса, то мировые судьи могут оказаться вне создаваемой Судебным департаментом единой системы информатизации судов общей юрисдикции, а следовательно, и без надлежащего использования такого важного фактора совершенствования организации судопроизводства, как повышение степени информатизации судов, их компьютеризации, расширения применения компьютерных технологий. Только на такой базе возможно обеспечить мировым судьям быстрый доступ к банкам законодательных актов, обобщенным материалам судебной практики, что особенно важно, так как мировыми судьями в большинстве случаев стали юристы, ранее в органах судебной власти не работавшие.

Понимание необходимости единства в организационном обеспечении всех судов общей юрисдикции существует и среди депутатов Государственной думы (так, еще в апреле 2000 года депутатами был внесен законопроект, предусматривающий возложение на Судебный департамент всех вопросов организационного обеспечения деятельности мировых судей). Однако тогда из-за недостаточной проработанности он не получил должной поддержки.

Такая позиция выражена и в решении состоявшегося в ноябре 2000 года V Всероссийского съезда судей, который в своем постановлении отметил необходимость внесения соответствующих изменений и дополнений в действующее федеральное законодательство в целях более четкого регулирования вопросов финансового и организационного обеспечения деятельности мировых судей, определения места и роли Судебного департамента и его территориальных органов в этой работе. Это позволит избежать и многих других законодательных коллизий.

В создании системы мировых судей есть еще одна проблема. Как известно, в соответствии со ст. 4 Федерального закона «О мировых судьях в субъектах Российской Федерации» общее число мировых судей и количество судебных участков субъекта Федерации определяются федеральным законом по законодательной инициативе соответствующего субъекта, согласованной с Верховным судом, или по инициативе Верховного суда, согласованной с соответствующим субъектом Федерации. Судебные участки и должности мировых судей создаются и упраздняются законами субъектов Федерации. При этом закон устанавливает два ограничительных критерия для определения числа мировых судей — демографический («Судебные участки создаются из расчета численности населения на одном участке от 15 до 30 тысяч человек») и территориальный («В административно-территориальных образованиях с численностью населения менее 15 тысяч человек создается один судебный участок»). На первый взгляд, такие ограничения разумны и создают достаточные предпосылки для обеспечения доступа населения к правосудию. Однако практика введения института мировых судей вскрыла по крайней мере две проблемы.

Во-первых, в целом ряде субъектов обширная территория административно-территориальных единиц (районов) с малой численностью населения (регионы Севера, Дальнего Востока) делают проблематичной доступность мирового судьи. Это происходит из-за большой территориальной протяженности судебного участка и небольших по численности населения, но равноудаленных от мирового суда населенных пунктов. Вторая проблема возникла в ряде республик. Здесь ситуация осложнилась тем, что при определении общего числа мировых судей федеральный законодатель исходил из демографического и территориального критериев, но рассматривал их отдельно, а не во взаимосвязи. Между тем распределение населения в ряде субъектов характеризуется высокой плотностью населения в городах и особенно в центрах и, наоборот, низкой плотностью населения в сельских районах. Таким образом, в результате средних расчетов численности мировых судей для целого ряда субъектов и включения соответствующего числа мировых судей в соответствующий федеральный закон в субъектах при определении границ судебных участков возникла ситуация, когда оказалось невозможным соблюсти одновременно оба принципа — и территориальный, и демографический. При определении границ судебных участков в этих субъектах выяснилось, что при равномерном распределении мировых судей по административно-территориальным единицам в границах одного судебного участка оказывается целый город с численностью населения, значительно превышающей нормативы, а при формировании судебных участков с равной численностью населения некоторые из них должны включать несколько административно-территориальных единиц.

Другим фактором снижения нагрузки на мировых судей будет уменьшение численности населения на участке, обслуживаемом мировым судьей. Исходя из того что создание судебных участков из расчета численности населения на одном участке от 15 до 30 тысяч себя не оправдало, Верховный суд в порядке законодательной инициативы внес в Государственную думу проект закона, устанавливающего создание судебного участка из расчета численности населения не свыше15тысяч человек. Это должно привести к увеличению численности мировых судей еще на 3 112 единиц.

Установление границ судебного участка из расчета численности проживающего населения привело к тому, что нагрузка на отдельных мировых судей превышает средние показатели в два-три раза, поскольку в расчет не принималось наличие на территории судебного участка предприятий, учреждений, организаций и состояние преступности. Острота этой проблемы в определенной степени могла бы быть снята, если бы на судебном участке работало несколько мировых судей.

Указанную проблему можно решить и путем введения должности старшего мирового судьи на несколько судебных участков с наделением его соответствующими полномочиями.

В настоящее время законодательно установлено, что из федерального бюджета мировому судье выплачивается зарплата и обеспечиваются социальные гарантии, а органы юстиции либо органы исполнительной власти субъектов Федерации осуществляют материально-техническое обеспечение деятельности мировых судей.

Открытым остается вопрос, из бюджета какого уровня должны возмещаться судебные издержки, связанные с рассмотрением мировым судьей уголовных дел, таких как оплата труда адвокатов, участвующих в деле по назначению; возмещение расходов, понесенных потерпевшими и свидетелями в связи с явкой в суд; работа переводчиков и экспертов. Пока ни федеральный бюджет, ни бюджеты субъектов Российской Федерации финансирование данных расходов не предусматривают.

Данные о рассмотрении мировыми судьями гражданских, уголовных и административных дел в 2002 году

суды
количество оконченных дел
уголовных
доля в процентах
гражданских
доля в процентах
административных
доля в процентах
областные
8083
0,8
10204
0,2
районные
804551
76,8
2672366
53,6
989551
51,1
мировые
235332
22,5
2304942
46,2
945064
48,9
всего
1047966
100,0
4987512
100,0
1 934 615
100,0

Целесообразно эти расходы относить на федеральный бюджет, поскольку мировые судьи являются судьями общей юрисдикции, при осуществлении правосудия по уголовным делам руководствуются федеральным законодательством и решения выносят от имени Российской Федерации. Неурегулированность вопросов организационно-правового обеспечения деятельности мировых судей привела к тому, что в ряде регионов самостоятельно разрабатываются инструкции по делопроизводству и другие документы, связанные с деятельностью мировых судей по осуществлению правосудия.

Не решены многие вопросы, связанные с оплатой командировок мировых судей и работников их аппаратов.

Не решен полностью и вопрос об обеспечении безопасности мировых судей. В настоящее время судебные участки силами судебных приставов не обеспечиваются.

Вместе с тем представляется, что компетенция мировых судей могла бы быть еще более расширена. Для этого желательно установить на законодательном уровне, что освобождение от уголовной ответственности по не реабилитирующим основаниям возможно только по решению суда.

Окончательное решение об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием виновного, в связи с примирением с потерпевшим, в связи с изменением обстановки (ст. 75–77 УК РФ) могло бы приниматься мировым судьей. Это позволило бы обеспечить соблюдение прав человека, признаваемого виновным в совершении преступления, в судебном порядке.

В настоящее время освобождение от уголовной ответственности по этим основаниям может быть осуществлено не только судом, но и прокурором, следователем или органом дознания с согласия прокурора путем прекращения уголовного дела в стадии предварительного расследования. Такой порядок действует в нарушение ст. 49 Конституции, в соответствии с которой обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Существующий порядок в соответствии с действующими нормами материального и процессуального уголовного законодательства фактически узаконивает внесудебный порядок признания виновности лица в совершении преступления. И если уж говорить о ст. 76 УК РФ, предусматривающей в качестве основания освобождения от уголовной ответственности примирение с потерпевшим (у нас свой подход, в большинстве стран это, как правило, примирение потерпевшего с обвиняемым), то здесь кажется, сама логика требует того, чтобы эти дела рассматривались мировым судьей, который и должен решить дело миром. Кстати сказать, за 2002 год в целом по стране следователями прокуратуры, Министерства внутренних дел и органами дознания прекращено в связи с примирением с потерпевшим всего 63 279 дела, а в связи с деятельным раскаянием — 37 842 дел.

Несмотря на трудности становления, мировые судьи играют важную роль в обеспечении защиты прав граждан. С их появлением правосудие стало более доступным для граждан. Они действительно «разгрузили» федеральных судей.



[1] Уголовный кодекс, принятый в 1966 году, такого понятия не знает.

[2] Мировой суд во Франции действовал с 1790 по 1958 год.

[3] См. об этом, например: Сергиевский И. Д. Элементарный курс русского уголовного судопроизводства: Пособие к лекциям. 1881–1883. С. 51

[4] См. более подробно: Викторский С. И. Русский уголовный процесс: Учебное пособие. М.: Городец, 1997. С. 147–148.

[5] Виленский Б. В. Судебная реформа и контрреформа в России. Саратов, 1969. С. 164.

Версия для печати