Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Октябрь 2018, 5

Абрикосы падают в траву...

Стихи

Документ без названия

 

Юрий Михайлик – поэт, автор пятнадцати книг стихов. Жил и работал в Одессе. С 1993 года живет в Австралии.

 

***
Не первые мы, не вторые,
кто звал эту землю своей.
В курганных степях Киммерии –
могилы бессмертных царей.

Знакомая черная стая
снижается над головой,
тяжелые крылья пластая
над крашенной красным травой.

И топот табунный, чугунный,
и в поле от пыли темно...
А готы идут или гунны –
убитым не все ли равно?


***
Можно медленно жить, постепенно
уходя в полутьму налегке,
как морская веселая пена
растворяется в темном песке.

Побережье. Мы все – побережье.
И куда бы нас ни занесло,
мы – где прежде, и с теми, кто прежде
окунал в эту вечность весло.

Не судьбою – о нет! – сам собою
на рыбачьем откосе пустом
ритм дыхания с ритмом прибоя
совпадает, не помня о том.

Не ищи – мы следов не отыщем,
это врезано в нас – поделом –
то ли греческим лодочным днищем,
то ли чаячьим острым крылом...

Не спеши – здесь нельзя торопиться,
это небо в сплетенье ветвей,
этот берег, и камни, и птицы
стоят крови. Но только своей.


***
На обратном пути – по прибрежной фонтанской дороге,
чуть подсвеченной снизу неровной прибойной каймой,
отраженной вверху, где разбойничий месяц двурогий
тянет тонкий небрежный прерывистый след за кормой.
Позади, за спиной, разогретая глина обрыва
посылает вдогонку за нами избыток тепла,
и отгонные ветры над черным сияньем залива
убирают морщины, разглаживают зеркала.
Повторяется все и двоится – не ждите, не скоро.
Через тысячи лет аргонавтов литые следы
принесет на песок легковерным потоком Босфора
и угонит в Элладу глубинным уходом воды.
Прочтено и записано, смыто и снова забыто.
Этот берег оплыл и под гуннским копытом зачах.
Да и как угадать, что ушедшая рыба-бонито
и дельфиний плавник, словно парус, возникнут в ночах...


***
Ночь. Июль. Полночная прохлада.
Мягкий звук – во сне иль наяву?
Ты не бойся – там, во мраке сада,
абрикосы падают в траву.

Тихий полусонный гул прибоя
медленно качается вдали,
словно предназначен нам с тобою
краткий промельк жизни и любви.

Легкими блуждающими снами
ночь и мир качаются в стекле...
Ты не бойся – это было с нами,
может, только с нами на земле.

Так сбылось. Иного мне не надо.
Пусть приснятся, если доживу...
Темный сад. Июль. Во мраке сада
абрикосы падают в траву.

 

Версия для печати