Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Октябрь 2011, 8

Игра без имени

Там, где

Анастасия Голубева родилась в Санкт-Петербурге. Студентка факультета журналистики МГУ.

 

 

Анастасия ГОЛУБЕВА

Игра без имени

 

Экранизация – всегда дело довольно опасное. Как показывает практика, режиссеры – в погоне за оригинальностью – до неузнаваемости искажают первоначальное произведение: убирают ключевые сцены, злоупотребляют внешними эффектами, добавляют что-то от себя. Из-за этого порой искажается идея, заложенная автором, но и какая-то новая идея тоже не привносится.

В этом отношении экранизация романа Виктора Пелевина «Generation “П”» получилась на удивление адекватной тексту. Режиссер (Виктор Гинзбург) смог не только воплотить образ поколения «П», но и передать главную идею произведения. А это очень важно для зрителя, который уже привык к тому, что смысл подменяется навязчивыми спецэффектами. От фильма по такому сложному и многослойному произведению можно было ожидать значительно худшего, но он получился настолько качественным (во всех отношениях), насколько вообще мог быть. Очень удачно, за редким исключением, подобраны актеры. Самыми запоминающимися персонажами, пожалуй, можно назвать Татарского (Владимир Епифанцев), Морковина (Андрей Фомин) и Гиреева (Сергей Шнуров). Неожиданно ярким (даже лучше, чем в самом романе) получился Ханин в исполнении Александра Гордона.

Хотя выбор актеров на роли Азадовского (Михаил Ефремов) и Саши Бло (Роман Трахтенберг) можно назвать одной из самых заметных неудач этого фильма. Ефремов слишком интеллигентен – не верится, что человек с таким лицом может рассыпать по ковру кокаиновые дорожки и приказать взорвать человека в машине. Саша Бло – тихий полноватый армянин, отец троих детей, пишущий сразу под несколькими псевдонимами, чтобы прокормить семью. Роман Трахтенберг слишком эксцентричен для этой роли, с его внешностью и энергией он бы значительно лучше смотрелся в роли того же Азадовского.

Очень интересная составляющая фильма – компьютерная графика. Главное ее достоинство в том, что она не бросается в глаза, смотрится органично. Даже один из самых сложных моментов в фильме – появление руки с огурцом – не кажется вульгарным, излишне «пестрым». Из стилистики выбивается только Сирруф. Он выглядит нарочито нарисованным, неестественным, как персонаж средненькой компьютерной игры. Ему не хватает величественности – страж Башни должен быть мудр, спокоен; у Пелевина он даже «излучает добродушие». А в фильме эту светящуюся змею невозможно воспринимать всерьез, как настоящего вестника богини Иштар. Образ кажется непродуманным и поверхностным.

Виктору Гинзбургу удалось сохранить все основные черты этого романа, его лицо. Как ни странно, некоторые отступления от текста, явно намекающие на реалии уже двухтысячных годов, очень удачно дополняют основной сюжет. Самое заметное из таких отступлений – появление водителя Коли (Андрей Панин), и внешне и манерой поведения напоминающего В. Путина и ставшего прототипом одного из членов нарисованного правительства. Кроме того, Фарсук Сейфуль-Фарсейкин (Владимир Меньшов) ведет не просто новости, а программу «Фарсейкин» – явный намек на Владимира Познера (и соответственно, программу «Познер»). Но даже такие персонажи не выглядят чем-то инородным, они полностью выдержаны в духе романа. За исключением, пожалуй, Леонида Парфенова, который играет в фильме самого себя. В конце именно он рассказывает дальнейшую судьбу бывшего «криэйтора». Вероятно, это сделано для того, чтобы обозначить статус, которого добился Татарский: по сути, в фильме он стал медиамагнатом – про менее заметную личность Парфенов и не подумал бы снимать передачу. Однако в романе он, скорее, стал личностью непубличной, этаким «серым кардиналом». К тому же логичнее было бы не только начать, но и закончить фильм словами «от автора» (как это, собственно, сделано в книге).

В целом, весь фильм можно назвать добротным пересказом книги. Хорошим, но не вполне самодостаточным. Понять и оценить его в полной мере могут только те зрители, которые знакомы с оригиналом. Интереснее всего смотреть его, сравнивая с книгой и находя то здесь, то там стопроцентные попадания – в подборе актеров, в изображении времени, в техническом решении некоторых сцен, etc. Но как самостоятельное произведение он все же немного проигрывает. Режиссер упустил некоторые важные, даже знаковые моменты. Ему не удалось передать тончайшие связующие нити, которые походят через весь роман и создают ощущение абсолютной взаимосвязанности всего, что происходит в жизни Татарского. Этот эффект достигается периодическим повторением трех ключевых слов, постоянно возникающих в разных частях романа: «This game has no name»[1], «богиня Иштар», «оральный и анальный эффекты». Эти слова буквально преследуют Татарского, напоминая ему о неком высшем разуме, который всем управляет, заставляют его постоянно щипать себя, чтобы не задумываться, зачем все это происходит и кому это может быть нужно. На этих трех китах и строится роман, в этих словах заключается весь его смысл. В фильме они тоже присутствуют, но упоминаются как-то вскользь, как небольшой бонус к галлюцинациям Татарского. Режиссер не акцентирует на них внимание, хотя сам Пелевин иногда буквально бросает их читателю в глаза. В первую очередь это касается фразы «Thisgamehasnoname» – то она выделена крупным шрифтом, то вынесена в отдельный абзац. Весь эффект этих слов исчезает, и от этого общий смысл «Generation “П”» тоже немного расплывается. Зритель, не читавший романа, может просто пропустить их мимо ушей.

Отдельный интересный вопрос, связанный с экранизацией «Generation “П”», – почему фильм вышел именно сейчас? Кажется, реалии, описанные в романе, уже остались в прошлом, жизнь изменилась, но Виктор Гинзбург все равно взялся за съемку. Неужели дело только в том, что наконец нашлись деньги на реализацию этого проекта? Это было бы слишком простым ответом на вопрос – вероятно, должны быть еще какие-то предпосылки.

В книге все происходит в девяностые годы, но в фильме действие частично затрагивает и двухтысячные. Следовательно, пришлось спроецировать те идеи, которые Пелевин вложил в свой роман, на наше время. Интересно понять, как соотносится эта экранизация с тем, что происходит сегодня.

В девяностые годы поколение «П» только начинало себя формировать, заявлять о себе. Им было примерно по двадцать лет, и период их профессиональной активной только начинался. Еще через двадцать лет (т. е. как раз сейчас) они уже стали состоявшимися личностями, чего-то достигли, к чему-то пришли. Сейчас уже можно говорить о результатах деятельности этого поколения, подводить какие-то итоги. И фильм «Generation “П”», по сути, именно это и делает. И итог выглядит так: всем сейчас управляет богиня Иштар. Люди достаточно идеалистичные (а Татарский в большой степени идеалист), получившие хорошее образование, талантливые и при этом добившиеся в жизни успеха рано или поздно начинают ей поклоняться. А сейчас этому олицетворению богатства нужны именно такие идеалистичные жрецы – они будут преданы Иштар не за деньги, не за кокаиновые дорожки, как Азадовский, а за идею. И самое печальное, что сами жрецы прекрасно понимают всю безнадежность этой ситуации.

Понимают, что все люди сейчас стали заложниками «игры без имени».

 

 



[1] У этой игры нет названия (англ.)

 

Версия для печати