Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Октябрь 2011, 3

Марья Матвеевна родила

Размышления о non/fiction 2010

Там, где

Александра КИСЕЛЬ, Рина САНДАЛ

Марья Матвеевна

родила

Размышления о non/fiction 2010

 

 

 

 

 

Ежегодная выставка non/fiction 2010 прошла с размахом. Возросло количество посетителей, умножились ряды приглашенных гостей. Все шире и выше становятся бастионы АСТ и «Эксмо». На пространстве выставки впервые разместились антикварная ярмарка для любителей букинистики и продавцы виниловых пластинок. В этом шумном тысячеголовом пространстве все сложней оказывалось отыскать уголки, где нашлось место художественной литературе и размышлениям о ее развитии.

Особый интерес думающего читателя non/fiction вызвал однотомник Александра Введенского «Всё», изданнй «Гилеей». «И все ж бегущего орла / не удалось нам отследить… » – люди выстаивали очереди за книгой того, кого вела «бессмыслицы звезда». Люди ждали новых томов Андрея Платонова или Сигизмунда Кржижановского.

 

Новая тропинка серийного книгоиздания

 

В рамках выставки прошла презентации серии «Уроки русского», которую ее создатели посвящают русскому рассказу. Серия объединяет и известные, и заново открываемые, и новые имена: «Берлинская флейта» Анатолия Гаврилова, «Черное и зеленое» Дмитрия Данилова, «Шырь» Олега Зоберна, «Клопы» Александра Шарыпова, рассказы Романа Сенчина. К новому голосу в российском художественном книгоиздании с интересом прислушиваются – книги Данилова и Гаврилова попали в шорт-лист премии Андрея Белого, а Гаврилов стал лауреатом премии. «Живая проза» Александра Шарыпова – вообще открытие серии, так как до 2010 г. была издана лишь одна его повесть «Убийство Коха» – и то тиражом 500 экз.

 

Сетевое творчество

 

Рассуждения об изменяющейся реальности культурного контекста столь же длинны и постоянны. «Чтение перестает быть процессом, вырывающим нас из хода жизни», – констатирует Линор Горалик на семинаре, посвященном будущему электронного книгоиздания в России. Ее выступление продолжила представитель Facebook в России Екатерина Скоробогатова, которая считает, что «спор о чтении и о писательстве почти снят, потому что любой человек сейчас есть по сути точно такой же писатель». С ее слов, человек, сочиняющий статус в социальной сети, для своих друзей гораздо более интересен, чем Гете. Более того, в этот момент он равен ему, поскольку участие в социальной сети, по мнению Скоробогатовой, идентично процессу создания книги. «Чтение в его классической модели – это такая же модель массмедиа, как, скажем телевизор, – рассуждает Скоробогатова. – Люди хотят участвовать. Они не хотят читать». Одна модель сменяет другую – так описание вечеринки или купленной шубы легко приравнивается к восьми черновикам «Войны и мира».

К счастью, большая часть участников и слушателей круглого стола с этим все же не согласилась.

 

Жизнь о’кей

 

На презентации своей книги «Рунет: сотворенные кумиры» Юлия Идлис рассказала о новых веяниях в развитии блогосферы. Рассказывая о набирающей популярность новой форме социальных медиа – «Твиттере»[1], она привела в пример характерную историю: «Мой коллега придумал универсальный формат описания жизни: что-нибудь – о’кей, например, столовая – о’кей. Так он пишет про многие вещи. Однажды я прочла целую историю. «Маршрутка – о’кей». Через несколько часов: «Кафе «Китайский летчик» – о’кей», затем «Четыре лонг-айленда подряд – о’кей». «Лавочка напротив памятника героям Плевны – о’кей». В четыре часа ночи – финальное: «ОВД Китай-город – о’кей». По словам Идлис, этот пример лучше всего иллюстрирует сокращаемость текста и то, какие семантические и художественные возможности несут с собой новые форматы интернет-высказывания: «Выстраивается картина, на которую пользователь ЖЖ потратил бы несколько экранов текста. А в «Твиттере» это уместилось в четыре-пять сообщений, и каждое меньше ста сорока символов».

Идлис оспаривает устоявшееся мнение, будто Интернет убивает чтение: «Интернет возрождает практику чтения, но в каком-то новом виде, удобном для той информации, которую мы получаем сегодня». Она говорит о том, что каждый работающий в офисе человек имеет в среднем шесть часов непрерывного чтения в день. Для этого чтения у нее нашлось очень точное слово – потребление: «он так или иначе потребляет тексты в Интернете».

«В конце XIX в. информацией мог стать факт, который приходил в письме – и через месяц это была информация: «Марья Матвеевна родила». Ребенку уже месяц, а информация еще актуальна, – говорит автор книги «Рунет: сотворенные кумиры». – Сейчас Марья Матвеевна сама на родильном столе пишет: “Родила, вроде девочка, но еще не показали”».

 

Прогноз

 

На презентациях, встречах с писателями, круглых столах выставки non\fiction то и дело поднимался вопрос о том, что ждет литературу в будущем.

Одну из распространенных гипотез озвучил Дмитрий Кравчук, руководитель проектов «Стихи.ру» и «Проза.ру», сказав, что совсем скоро все авторы будут публиковаться за свой счет, окупать и раскручивать себя самостоятельно; издательства не понадобятся, ведь у авторов и так есть прямой доступ к читателю через Интернет, больше не нужно ждать по полгода, пока книга готовится к печати. Функции редакторов и критиков будут выполнять обычные пользователи Интернета. Константин Преображенский, представитель проекта ежедневной сказки для детей «Жужа», говорил о том, что уже сейчас книга представляет собой не просто текст, она оснащена анимацией, саундтреками, а скоро создавать книги будут целые команды, в которых программисты, аниматоры, музыканты и писатели станут выступать наравне.

Между тем авторы, среди которых был и писатель Денис Драгунский, сетовали на то, что им уже приходится печататься за рубежом, ведь у нас в стране довольно сложно заработать деньги, потому что никто не хочет «платить за воздух» в Интернете. А развитие электронных книг других путей заработка и не оставит.

На выставке интеллектуальной литературы много говорили о конкуренции, о том, что книгам приходится нелегко, ведь у них масса соперников: кинематограф, компьютерные игры и прочие продукты сферы развлечений. Сам процесс чтения изменился: люди читают в метро, на ходу, постоянно отвлекаются. «Чем ближе мы оказываемся к постоянной доступности для нас текста, тем ближе мы оказываемся к ситуации, когда мы воспринимаем текст урывками и клочками», – говорила писатель и культуролог Линор Горалик. Многие полагают, что это, а также развитие технологий должны привести писателей к новой форме литературы, в которой прежде всего учитывается удобство потребителей.

Но прозвучало и мнение, что издательства не просто печатают книги, а редакторы не просто исправляют ошибки в текстах, что прежде чем публиковать произведения, над ними еще нужно много работать, что книги готовят к выходу по полгода не потому, что их долго напечатать. То, что уменьшаются тиражи, говорит только о том, что печатной продукции становится нужно меньше, но это само по себе не исключает ни работы издательств, ни профессионального подхода к литературе. И значит, ничего существенно не изменится, разные формы «материализации» текста будут сосуществовать и неспешно развиваться своим ходом.

 

 

 



[1] Форма микроблога, в которой длина сообщения должна быть не более 140 символов.

 

Версия для печати