Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Октябрь 2011, 11

КУЛЬТУРА НА ПОРОГЕ ТИШИНЫ

ПУБЛИЦИСТИКА И ОЧЕРКИ

 

 

 

КУЛЬТУРА

НА ПОРОГЕ ТИШИНЫ

 

 

Композитор Владимир Мартынов в двухтысячные годы стал известен как автор книг по философии современной культуры. Начав с приговора профессии композитора[1], он объявил, что сегодня обречены все искусства в их привычном понимании, и для примера написал «О конце времени русской литературы»[2]. Венцом его критических размышлений о состоянии современной культуры стал вывод об эволюционном тупике Человека Говорящего и предсказание эры молчания, когда культура не будет нуждаться в словах для осознания реальности[3].

Умозаключения Мартынова кажутся радикальными – но органично вытекают из истории культурологической мысли. К его идеям читатель подготовлен известными трудами Освальда Шпенглера, Николая Данилевского, Льва Гумилева, которые понимали культуру как самобытный организм, переживающий стадии зарождения, расцвета и угасания. В этом контексте гипотеза об исчезновении каких бы то ни было канонов – от романного жанра до текстоцентризма – кажется вполне допустимой и закономерной.

Книги Мартынова невозможно читать отстраненно. Его идеи предполагают не изучение – а смену жизненной модели. Это прежде всего вызов каждому творческому человеку, который сейчас решился бы пополнить богатые запасники культуры своими «пятью копейками». Мартынов отговаривает современников от попытки следовать образцам, пусть даже великим, напоминая, что смысл творчества – открытие. А область еще не состоявшихся открытий, по его мнению, лежит за пределами освоенного языка искусства.

В какой мере литературное сообщество готово к глобальным культурным переменам? Мы обратились за комментариями к его избранным представителям.

Признаемся, участников для этой дискуссии не так легко было найти. Мартынов, ставящий непременные вопросы современной культуры, до сих пор, как выяснилось, не прочитан. Мы не нашли рецензий на его книги ни в газетах «Коммерсантъ» и «Ведомости», ни в газете «Взгляд», ни в журнале «Афиша», ни в журнале «Эксперт», ни на сайте «OpenSpace.ru». Последний ресурс, впрочем, предлагает материалы о премьере оперы Мартынова «Vita Nova» в Лондоне и честный отклик композитора Бориса Филановского: «…ВИМ затрагивает такие проблемы, от которых и в самом деле не спрятаться между нотных строчек». В «Коммерсанте» нашелся репортаж с выставки визуально-акустических инсталляций, организованной в Государственном центре современного искусства к 65-летию Мартынова. В «Частном Корреспонденте» – интервью с Мартыновым и обсуждение его музыки среди коллег.

Справедливости ради надо сказать, что книги Мартынова последовательно рецензировал Михаил Бойко в газете «НГ Exlibris».

Проигнорировать мысль Мартынова – значило бы закрыть глаза на симптомы инерции и упадка в современной культуре и отказаться от надежды на ее обновление. Это все равно что испугаться будущего, которое наступает не спросясь.

Есть и еще одно обстоятельство, которое привлекает в книгах Мартынова и побуждает говорить о них на страницах журнала: размышления о конце литературы и слова в его исполнении – изысканная и яркая эссеистика. Поэтому книги Владимира Мартынова можно признать образчиком не только новой словесности, лаконично и свободно сопрягающей разные жанры и области знания, но и нового стиля философии, которая в России, как известно, всегда развивалась во многом через литературу.

 

 



[1] «Конец времени композиторов» (М., Русский путь, 2002), «Зона Opus Posth,

или Рождение новой реальности» (М., Классика-XXI, 2005).

[2] «Пестрые прутья Иакова» (М., МГИУ, 2008; М., ИД «Классика-XXI», 2010).

[3] «Время Алисы» (М., ИД «Классика-XXI», 2010).