Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Октябрь 2009, 12

Христос рождается

Рассказ

Людмила СУРОВА

Христос рождается

Рассказ

 

 

Рождественскую ночь с перевала Ауатхара шли две дороги: одна в Осетию, другая в Абхазию. Третий год уже не стреляли, а хижины пастухов стояли пустые. Мосты смыты. Из одной… вроде дымок? Выходит откуда-то сбоку из-под крыши. Или облачко? Поди пойми на фоне снега, не тронутого ни звериным следом, ни птичьим пометом. Нет. Дым. Нет. Человек.

В этих краях незнакомых давно сторонятся, а что делать – двинул к хижине. Следы замело, давно, видно, никто не выходил. Стукнул: “Мир дому…” – сам не понял, что сказал, забыл и слова, и голос свой. Толкнул дверь, не заперта – очутился в живой темноте и теплоте. Теперь, он знал, его видят. Кто?

Вот он, улыбающийся черноликий старик пастух, лицо-солнце, ежик седых волос переходит в щетку седой бороды. “Мир, мир…” – но в глаза не смотрит. Разломил хлеб, протянул чашку чачи. Костер тлел прямо посреди хижины. Сначала молча сидели. Потом, было, пошли слова, но тяжело. Снег на крыше метра три, хочешь, завалит. Глянул, лопата в углу, взял, полез счищать. По тому, как ступал, куда кидал, видно было: свой – но за своих ли? В этой войне все смешались, как будем жить? Старик не благодарил, но уже мог смотреть на гостя, нет, на пришедшего.

Лежанка была одна. Никто не хотел показывать своего оружия. Так и легли спинами друг к другу, положив пятерни на оттопыренные железные карманы. Кто спал? Неизвестно. Утро настало. Хозяин поднялся первым, разжег костер, бросил в котелок кусок льда с окна. Вода зашипела, пить не стали. Молча поклонились друг другу, гость вышел. Следы его вели вниз к озеру, через перевал. Оттуда давно никто не приходил, там уже должны были рождаться дети, и сожженные дома обрастали красным плющом, по которому всегда так ловко бегали маленькие ящерицы.

“Христос рождается, славите!”

Версия для печати