С этого номера журнал “Октябрь” открывает новую рубрику “Семейная сцена”. О семье было сказано немало. И с любовью, и с горечью...

На наших страницах будут размышлять писатели, актеры, режиссеры, социологи, психологи. Позиции по многим положениям, в том числе и в отношении перспектив института семьи, разумеется, будут расходиться. Потому к концу года, наверняка, мы будем подводить любопытные итоги. Пока же дают старт этой рубрике молодые авторы, возраст которых – до тридцати пяти лет.

Дополнится рубрика “Деталью детства”. Нам хотелось бы, чтобы писатели вспомнили о каком-либо предмете, памятном им с детства или ассоциирующимся сегодня с детскими годами. Ни одна “деталь” не повторится. Хотя так можно было бы подумать, если в качестве источника воспоминаний рассматривать фотографию. Уникальностью и интересны подобные эссе.

Денис ОСОКИН

Я хотел бы остаться хозяйственным магазином…

– Что такое, по-вашему, “идеальная” семья?

– Внутри идеальной семьи супруги друг другу не врут, не устраивают в доме сквозняков, берегут все заветное, личное от посторонних – и тогда чувство Дома ничем не нарушено. Семья – это Покой. Любовь как обожание – не показатель идеальности.

А вот чуткость друг к другу – да.

Нежестокость. Идеальные супруги друг друга берегут.

А дети – это вообще не семья (почти)!

– Согласны ли вы с той мыслью, что традиционный институт семьи распадается? Если да, то что может этому противостоять?

– Институт семьи не распадается. А традиционный институт – так традиции же везде разные.

И наилучшее для человека семья – и наихудшее тоже. Наихудшее – если люди внутри семьи мучаются. Если глумление – вместо покоя.

– Насколько нам действительно нужно знание собственных корней? И насколько должна быть ощутима связь между поколениями внутри семьи?

– Необязательно знать корни. Надо беречь живых. А корни и так все знают более или менее – если, конечно, не из Дома ребенка.

– Кем (а возможно, чем) и как вы бы хотели остаться для потомков? Оригинальные идеи (остаться, к примеру, в прямом смысле в виде предмета) не приходили?

– Я бы хотел остаться хозяйственным магазином – который никогда не закроют. Главный ассортимент его – керосиновые лампы и все, что нужно для их работы. Еще раскладушки. Брезентовые стульчики. Столы. Пара железных кроватей.

– Может ли семья быть источником вдохновения?

– Для семейных людей семья – источник вдохновения номер один. Это – в идеале.

Утки

Детство проходило в поселке Брикетный на северной окраине Казани. Поселок – на торфяных болотах. Частные дома – тропы и мостки. Поблизости – грузовая железная ветка. За ней – тоже болота и река Казань, уже загородная, неизвестная, как другая планета. Болота заполнены всякой живностью. Теперь там состарившиеся уже новостройки: очень давно поселок снесли, болота почти все засыпали. Я абсолютно из этих мест. С того самого времени старшие мои боги – утки. Главные судьи – и главные проводники. Они появляются в моей жизни всегда, когда хотят посочувствовать. А если не появляются – сочувствия, значит, мне нет. В возрасте шести-семи лет я четыре раза тонул в любимых болотах – утки меня жалели. Я убежден в их тогдашней помощи. Мы очень дружили – и продолжаем дружить. Увидеть утку – всегда для меня событие, не сравнимое больше ни с чем. Болотные дядьки подсекали уток на рыболовные крючки – нацепив хлеб побольше, так чтобы крючок не тонул. Утки с крючками в желудках хлопали крыльями – шарахались в разные стороны. Их подтаскивали к берегам и к лодкам. Утки мне – самые родные. Утки – моя семья. Обманутых уток больше всего и жалко. В четырнадцать лет я сам обманул одну утку, и все проблемы моей последовавшей жизни, точно знаю, из-за того. Утиные лапки носят мои жена и дочь. Обманывать уток – нет ничего хуже.