Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Октябрь 2006, 11

Смотрители стихов, режиссеры поэтов

В литературной жизни стали обычным явлением “литпапарацци” (фотографы, специализирующиеся на портретах литераторов и съемках с литвечеров). Фотография поддерживает литературные новости и является частью образа современного писателя в неменьшей степени, чем его книги и публичные выступления. Теперь настает черед перспективной и полезной профессии – “литературный репортер”. Соглядатай приходит на литературное происшествие, чтобы наблюдать его вживую; участвовать в нем наравне с остальными, разглядеть нечто осмысленное в том, что увидел, и рассказать об этом тем, кто увидеть не успел.

А главное – за случайными, казалось бы, событиями разглядеть закономерности литературного процесса. Понять, почувствовать тенденцию – чтобы попытаться дать прогноз на будущее.

Первый выпуск новой рубрики “Литературный соглядатай” посвящен отношениям поэзии и визуальных искусств. Тема давняя, но обретшая новую актуальность в начале ХХI века. Подтверждением служит Первый московский книжный фестиваль в ЦДХ.

Жанна ГАЛИЕВА

Смотрители стихов,

режиссеры поэтов

Без ежегодных шумных книжных сборищ москвичи себя уже не мыслят, – так, привыкли и к декабрьской ярмарке non-fiction, и к сентябрьской ММКВЯ. По замыслу организаторов, новый книжный форум отличается от прочих: он – летний. Главное – не когда, но как обозначить переход на летнее время: так решили организаторы Московского международного открытого книжного фестиваля, прошедшего в ЦДХ на стыке первых летних месяцев. Что почти рискованно – потому что поди собери аудиторию, пакующую отпускные чемоданы, – но зато дает возможность сполна использовать такой привлекательный формат, как “open air”. И он – фестиваль, а значит, акцент с поставленной в центр ярмарочного действа книги перемещается на ее автора, читателя и издателя. Свести их вместе самыми разнообразными способами организаторам вполне удалось.

Хотя надо заметить, что у жителя столицы “самой читающей страны” возможность сразу и увидеть, и приобрести много книг в одном месте вызывает гораздо более приятные и понятные эмоции, нежели возможность в большом количестве наблюдать одних лишь знаменитых (и не очень) писателей без книг. Неслучайно на лицах посетителей небогатого торговыми площадями фестиваля явственно читалась растерянность: “А где же книжки?”. В этом плане наступившая вслед за фестивалем XIX Московская международная книжная выставка-ярмарка пролилась бальзамом на сердце послеотпускного москвича, а эпизодически появлявшиеся еще в июне французы к сентябрю собрались в мощный десант во главе с новой звездой Бернардом Вербером и показали наконец истинное лицо французской современной литературы.

Что касается книжного летнего фестиваля, он поразил праздничным разнообразием практически всех форм презентации текста, книги и авторов, какие только можно себе вообразить: автографсессии, выставки иллюстраций и комиксов, музыка “open air” (в том числе и в исполнении поэтов – не обошлось без Андрея Родионова и Вадима Степанцова), неформатные встречи с зарубежными звездами литературы вроде Фредерика Бегбедера, Тибора Фишера и Грэма Свифта, дискуссии переводчиков и литературоведов, круглые столы по общественным вопросам, блиц-конкурсы, мастер-классы с детьми (детской литературе уделили особое внимание), ретроспектива мультфильмов, кинопоказы и т.д. и т.п. Книжный фестиваль также дал возможность всем желающим поучаствовать в таких ярких литературных проектах, как вручение поэтического “Оскара” – премии “Московский счет” (в 2006 году главная премия вручена Марии Галиной за книгу “Неземля”, а лучшим дебютом года стала книга стихов Марианны Гейде “Время опыления вещей”), и в финале Открытого командного чемпионата Москвы по поэзии – где кубки ручной работы получили и победители (команда “Алконостъ”), и проигравшие (команда “Сборная толстых журналов”).

Но должна была быть у книжного фестиваля своя изюминка, без которой ни одно настоящее начинание, претендующее на звание События с большой буквы, немыслимо. Об этом позаботился один из организаторов фестиваля, главный редактор “Книжного обозрения” Александр Гаврилов. По его словам, для “полного счастья” ему не хватало “какой-то мультимедийной истории”. Даже кино (в том числе анимационное), представленное на фестивале программами Музея кино, казалось уже не столь поразительно инновационным и мультимедийным, чтобы представительствовать от имени всего актуального искусства. Поэтому когда в декабре прошлого года на ярмарке интеллектуальной литературы non-fiction Сергей Тимофеев, лидер рижской поэтической группы “Орбита”, одаривал москвичей дисками с видеоклипами, снятыми на стихи участников группы, Гаврилов оказался тем человеком, кто смог оценить их по достоинству: видеопоэзия есть хорошо, и она должна быть на нашем фестивале, – решил он.

В результате на фестивале рядом с коллективными сборниками клипов “Орбиты” и немецких слэм-поэтов (“Гете-институт” поделился информацией о том, что это делают и в Германии и даже привез одного из лидеров немецкой сценической поэзии Бастиана (Басса) Бёттхера со сборником “Poetry Clips, Vol.1”) были представлены работы на стихи московских поэтов. В программе фестиваля значились пять показов клипов (плюс итоговая дискуссия). Три из них отдали рижским и немецким “ветеранам” видеопоэзии, два – русским новичкам.

Группа “Орбита” интересна не только в контексте видеоклипов. Уникальность культурной ситуации в Риге заключается в том, что тамошние русскоязычные поэты активно контактируют не только с российскими поэтическими сообществами (бывшим “Вавилоном” и калининградской группой “РЦЫ”), но и поэтами, пишущими на латышском языке, – они переводят друг друга и вместе борются за расширение аудитории. Отсюда давний интерес к перформансным и мультимедийным способам усиления эмоционального воздействия на читателя. Видеоклипы “Орбита” снимает достаточно давно (в 2001 году группа провела первый фестиваль видеоклипов “Word in motion”), регулярно участвует в видеофестивалях за рубежом и в прошлом году уже выпустила подборку лучшего за все годы своего существования на 2 CD (говорят, их еще можно найти в книжных магазинах сети “ОГИ”). Впечатляет разнообразие художественных решений: почти каждый клип снят в оригинальной манере. Тут есть и быстрые монтажные нарезки (“Истерика №2”), и отпечатанные кадры из хип-хоп-клипов, подвешенные за веревочку; альбом старых фотографий кинозвезд 70-х годов (“Когда кончится…”), пестрая анимация (“Света”), игрушки в роли героев, арт-объекты (“осколки” женщины в “Поговори со мной”), сами поэты, хотя и нечасто (“Copywriter” – Артуро Пунте, “Волосы литературы” – Жорж Уаллек) и дружественные поэтам личности. Есть на дисках и несколько клипов на латышском (с субтитрами). Особенно впечатляет полуанимационная страшилка Робертса Гобзиныша “Баллада о школьнике”. Современное видео сопровождается не менее современной электронной музыкой, вполне уместной и подпитывающей настроение клипа, но не создающей отдельного сюжета.

Помимо видеоклипов, Сергей Тимофеев и Семен Ханин продемонстрировали на московском фестивале технику живого чтения с аудио- и видеосопровождением – такая подкладка неожиданно работает с дополнительными смыслами, даже один и тот же видеоряд, пущенный под разные стихи или части одного стихотворения, смотрится всякий раз по-новому.

В Германии импульс к появлению видеопоэзии шел от “слэмов” – конкурсов живых авторских чтений. Немецких сценических поэтов объединяет проект “SpokenWordBerlin”: его создатели – Вольф Хоэкамп (родоначальник немецкого слэма, в конце 90-х в одиночку прививший эту англоязычную традицию к немецкой поэзии настолько прочно, что теперь слэмы регулярно проходят в семидесяти немецких городах) и Бассом Бёттхером. Собственно Бёттхер, блестящий виртуоз поэтического рэпа, и представил на фестивале видеоклипы со сборника 2005 г. “Poetry Clips. Vol.1”. Это не были записи реальных слэмов, однако восемнадцать поэтов (в том числе и англоязычных, например, собиратель американских видеоклипов мэтр Боб Хоулман) полновесно присутствуют в кадре, читая свои опусы. Из аннотации к диску становится ясно, что немцы прекрасно понимают преимущества мультимедийного подхода к поэзии. А как слэмщикам им важно еще и то, что такой сборник видеоклипов делает “Live-Literatur” (“литературу прямого эфира”) транспортабельной (вот и до Москвы ее довезли – а можно хоть в космос отправлять), репрезентативной (за полчаса до просмотра диска можно слыхом не слыхивать о том, что творится в современной немецкой поэзии, после – ты уже в курсе, и у тебя ни много ни мало есть свои любимчики), максимально доступной для “ленивого читателя”, сохраняя при этом аутентичность сценической поэзии (текст, созданный не для бумаги, но для говорения, доходит до адресата, не теряя ни грамма из своих аудио-визуальных вкусовых компонентов).

Снято, надо сказать, без лишних затей и затрат, без музыки и особых технологий, на городских улицах или в домашних интерьерах. Если ставить оценки, как на “Русском слэме” (у нас теперь он тоже есть), по системе “содержание плюс артистизм”, то в моих “победителях” – молодые да удалые Себастиан Кремер, сам заморский гость Басс Бёттхер и Sebastian 23.

Официальной датой рождения видеопоэзии в России теперь можно назвать 30 июня 2006 года, 17.00, а местом – фестивальный шатер “Коктебель”.

Клип Натальи Бабинцевой (по совместительству исполнительного продюсера большинства представленных на книжном фестивале московских клипов) на стихотворение Дмитрия Тонконогова “Овощи” получил своеобразный приз зрительских симпатий, хоть таковой номинации и заявлено не было. Секрет успеха в данном случае – известное стихотворение, у которого есть свои поклонники; “богатый”, с постоянным ироничным крещендо голос автора и не менее ироничная интерпретация режиссера. Так, главной героиней клипа стал женский манекен по имени Алиса, выступивший в роли жены лирического героя стихотворения (“а это моя жена”), шествующей по набережной с продуктовой тележкой. Размышления героя в середине иллюстрируются меткой нарезкой кадров из рекламы, теленовостей, спортивных репортажей, в финале же мир купленных “женой” овощей мозаикой складывается в женскую фигурку по арчимбольдовскому рецепту.

На первый взгляд, работа Ксении Перетрухиной над опусом Дины Гатиной свелась к минимуму: на экране строчка за строчкой по мятой бумаге, почти как в караоке, двигалось стихотворение с редкими вполне иллюстративными вкраплениями арт-объектов – денег по количеству, указанному в тексте, разноразмерных туфель (под строки “Одна нога взрослая / другая еще пяткой на пятаке…”), коробка спичек, абрискосовых косточек. Вспомнили и схожий эксперимент прошлых лет, проделанный со стихами Льва Рубинштейна Борисом Бергером, который теперь в качестве главы издательства “Запасный выход” поработал и режиссером клипа на стихи Фанайловой. Этот клип задумывался как сопровождение ее новой книги в “Запасном выходе” – любопытный прецедент, заставляющий задуматься над тем, как органично смотрелась бы видеопоэзия на презентациях поэтических изданий, весьма оживив жанр встреч с читателями.

Наталья Бабинцева сама удивлялась тому, насколько провокационной для обычного потребителя поэзии становится такая очевидная идея создания клипов на стихи. Ведь если прозу экранизируют уже больше века, то почему бы ни экранизировать поэзию? Или с другой стороны: если в этом году уже четверть века исполняется культовому каналу MTV, изменившему массовую культуру ставкой на музыкальные видеоклипы, то почему не предвидеть подобное изменение массовой культуры с помощью клипов поэтических? Еще Рихард Вагнер доказал, что межвидовое скрещивание в искусстве может быть вполне успешным. И не зря сами же литераторы часто сетуют на то, что современная литература плохо знает все обширное многообразие современного искусства, к которому и она принадлежит, но слишком замыкается в себе.

Что происходит со стихами, когда в них вторгается движущаяся картинка: обогащение образного ряда или же воля другого творческого субъекта, представителя новой профессии – “литературного режиссера”, оборачивается насилием и искажением? Да и кто такой этот новый всесильный захватчик, узурпирующий право поэта на передачу своего видения мира в слове и только слове, присваивающий себе лавры общения с поэтической публикой? Ведь если поэтическое видео поставлено и снято не другой ипостасью самого автора, то власть литрежиссера становится поистине безграничной.

Поэтическое видео на фестивале показывает, что соотношение творческих устремлений поэта и режиссера может быть вполне позитивным и продуктивным – ни одно стихотворение в процессе съемки не пострадало. А Андрей Родионов вообще обнаружил, что не самое любимое его стихотворение после просмотра снятого на него клипа вдруг показалось ему как автору гораздо симпатичнее.

Возможно, это произошло и потому, что на стихи молодых поэтов снимали видео молодые режиссеры. Такое сочетание заставило задуматься. Во-первых, завсегдатая литвечеров, привыкшего к тому, что поэтическая публика почти неизменна, всегда поражает до глубины души, что кто-то еще, кроме таких же преданных маньяков, как он сам, может вдруг так, для себя, почитывать современную поэзию. А ведь литрежиссер – это профессиональный читатель, но не такой, как литературный критик, а в прямом смысле этого определения – соавтор поэта, настраивающийся с ним на одну волну передачи метафизической информации в мир. Во-вторых, когда тридцатилетние режиссеры, ВГИКовские специалисты по неигровому кино и видеоартисты работают со стихами тридцатилетних поэтов, поневоле начинает казаться, что полумифическое “поколение тридцатилетних”, ненадолго групповой антологией и выступлениями зявившее о себе в начале 2000-х, возможно, существует на самом деле, хотя и в несколько ином составе.

Однако среди самих поэтов лишь самое юное поэтическое поколение живо интересуется визуальными искусствами. Так, Татьяна Мосеева, на чьи стихи четыре клипа снял Яков Каждан, еще в апреле этого года при поддержке “Книжного обозрения” представила свой арт-проект “Библиобабблы” (можно посмотреть здесь – http://tm.front.ru/projects/pillows.html) – мягкие подушки в форме “пузыриков” для слов комиксовых героев с ненавязчиво разбросанными по ним живыми репликами-суждениями о книжках (вроде “а я сразу понял, кто убийца!” или “ты еще Жюля Верна вспомни!”).

На итоговой дискуссии обсуждение поэтических видеоклипов, собственно, свелось к двум главным вопросам: во-первых, как видеоряд соотносится с содержанием поэтического текста, то есть что именно может сделать со стихами человек кино, зачем и почему; во-вторых, в чем специфика восприятия видеопоэзии публикой и как она может бытовать в социокультурном пространстве.

Как выяснилось, в создании московских клипов (за одним исключением) главную роль сыграли именно режиссеры, с полной свободой подошедшие и к выбору стихотворений (вряд ли полет их фантазии оказался бы столь высок, если б их попросили взяться за кем-то подобранный материал). От поэтов требовалась только аудиозапись авторского чтения.

Когда гаснет экран после показа очередного поэтического видеоклипа, ловишь себя на мечтательной мысли: а чьи стихи я хотел бы в первую очередь перевести в картинки, и какие именно, и под какую музыку? Еще хотелось бы, чтобы прежде всего сами поэты заинтересовались новыми возможностями своих стихов. А также, чтобы русская видеопоэзия, столь щедрая на глубинную режиссерскую интерпретацию, учла к тому же и опыт “старших сестер”: от немцев стоило бы перенять традицию видеозаписей живых слэм-выступлений. Просто приятно представить, какими энергичными и красочными могли бы получиться видеозаписи сценических чтений таких старожилов русской слэм-поэзии, как Андрей Родионов, Евгений Лесин, Анна Русс, Анна Логвинова, и многих других поэтов, превративших авторское чтение в самостоятельный драматический жанр, кстати, пользующийся огромной популярностью у читателей. А у рижских поэтов можно и нужно поучиться уважению к видеоарту и творческим играм с компьютерными мощностями.

История с поэтическими клипами, начавшаяся летом, получила продолжение в сентябре на уже упомянутой XIX ММКВЯ, где вдруг оказалось, что видеопоэзия вовсе не одинока в стремлении дать стихам новое измерение за счет подключения новейших технологий. Так, на пресс-конференции “Поэзия – новая территория” помимо видеоклипов был представлен вызвавший всеобщее удивление и заинтересованность проект “Поэзия в мобильном”, реализованный Центром творческих проектов и Первым мобильным издательством. 365 дней в году теперь можно посылать смски на определенный номер и совершенно бесплатно получать в ответ вместо рингтона или новой игрушки для сотового ссылку на одно стихотворение “поэта месяца”, перейдя по которой, можно добраться до вывешенного в интернет-сети “текста дня”.

Поэтами нынешней осени объявлены Вера Павлова, Владимир Салимон и Игорь Иртеньев. Последний уже освоил новый жанр, выпустив свой сборник в формате “мобильной книги”, а “мисс Сентябрь” вообще настаивает на собственном авторстве идеи смс-поэзии, причем идеи трехлетней давности.

Поэзия расширяет свои границы, становясь трехмерной, визуальной, интерактивной – и бог знает еще какой, даже представить пока трудно. Евгений Бунимович, глава Центра творческих проектов, на презентации “Поэзии в мобильном” рассказал о том, как в Китае в честь какого-то праздника люди собираются и рисуют мокрыми кисточками стихи на нагретом солнцем асфальте. Красивые сами по себе иероглифы и вложенный в них поэтический смысл живут всего несколько минут, но именно эта быстротечность заставляет ощутить “дух поэзии”, ее природу. Возможно, именно союз с новыми технологиями способен дать современной поэзии шанс вернуться из узких кругов клубных завсегдатаев к “народу”, широкому читателю, потерянному, казалось, безвозвратно с распадом советской литературной системы.

Конечно, поэзия не должна идти на поводу ни у читателя, ни у компьютера или другой умной машинки. Но всегда стремиться к небывалому и сверхновому – это ведь совсем в ее духе, в этом секрет ее вечной молодости и актуальности. И если как-нибудь из любопытства она захочет вступить в союз, скажем, с архитектурой мостовых конструкций – значит, она свято верит в вечность своего слова.

Версия для печати