* * *

Не тронь моих чертежей!

Архимед

1

Люди ушли вереницей,
За ними собаки.
Яблок урожай небывалый
В деревне Дедково.
Последняя бабка
Весила пять килограммов,
Вращала глазами.
С ней говорила сорока
В галстуке
Цвета морковного сока.

2

Над озером длинным
Гуляет простуда.
Падают яблоки ниоткуда.
Лодки лежат,
Втянув животы.
Маршируют на месте
Яблоневые сады.
Где же ты,
Патриарх Московский
И Всея Руси?
Сходи куда надо
И за меня попроси.
Было бы куда проще,
Превратись я
В нетленные мощи.
Легкая-легкая,
Сухая тростинка,
Репродукция Господа твоего
И Его половинка.

3

Патриарх выезжает,
Кричит, погоняет шофера.
Лежит за холмами
Обитель “Небесные норы”.
Братья мои,
Усердные ученики,
Были мы елочные игрушки,
Хрупкие морские коньки,
Школьные скрипки,
Щипки и ужимки,
Зашнурованные наспех
Полуботинки,
Сны без сюжета,
Щелчки поворотника,
Очки плюсовые
Иосифа-плотника.
Господи,
В неурочный час
Задвинь в долгий ящик
Всех нас,
Где сказки читает,
Чиста и проста,
Бабушка Бога
Иисуса Христа.

Лифт

Мечется в кабине Белла Исааковна,
Давит на кнопки и уже начинает рыдать.
Муж выносил помойное ведро после завтрака,
Сразу все понял и жену побежал извлекать.

Видит: топчутся тапочки парусиновые,
Розовая ночнушка выглядывает из-под халата.
Он схватился руками, напряг лошадиные силы,
Дрогнули тросы, и раздвинулись двери как надо.

По этому случаю Белла Исааковна поставила тесто.
Заполночь пили чай и говорили о многом.
Знаешь, Белла, я буду спать рядом, там мое место,
Мало ли что, трясение земли, воздушная эта тревога.

И они полетели, как осенние листья.
Белла Исааковна чихала от уличной пыли.
Он притворялся кузнечиком, притворялся рысью,
А кем еще притвориться, чтобы любили?

г. Москва