Бумажный самолетик

* * *

Разглядывать ли стертые подошвы,
Досадуя на качество дорог,
Шутить ли днем с огнем, а ночью – с ложью
О верстах, сверстанных по восемь строк,
Молчать в свой час, но вдруг проговориться
Во сне – о том ли целом, что в глазах
Так странно расплывается, двоится
Двоичным кодом “можно” и “нельзя”,

Молиться ли пластмассовому богу,
Как будто весь наш бред – один ответ,
Седьмой водой смывая понемногу
Сухую горечь предыдущих бед,
Глядеть с надеждой в зеркальце пустое,
Толкаться в дверь плечом, играть ключом –
Но знать, что лучшей жизни недостоин
И на бессмертие не обречен.

* * *

Мой положительный герой
Составлен из противоречий,
Он занят собственной игрой
И далеко не безупречен.

Мой отрицательный герой,
Как и положено злодеям,
Умен, весьма хорош собой,
Воспитан и самонадеян.

А я стараюсь, как могу
(Возможно, слишком вдохновенно),
Их господина и слугу
Изображать попеременно.

Малая авиация

Душа моя, бумажный самолетик,
Куда нас занесло? В такую глушь
Не доберешься на автопилоте,
Не воспаришь, как водится у душ, –

И, в сущности, немногого мы просим
У бога авиации: пусть он
Потоков восходящих нам подбросит
И новых слов – до будущих времен.