Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Октябрь 1999, 6

Возмутитель спокойствия

Авантюрная комедия в двух частях по мотивам одноименного романа Леонида Соловьева

Леонид ФИЛАТОВ

Возмутитель спокойствия

АВАНТЮРНАЯ КОМЕДИЯ В ДВУХ ЧАСТЯХ

ПО МОТИВАМ ОДНОИМЕННОГО РОМАНА

ЛЕОНИДА СОЛОВЬЕВА

  • ПРОЛОГ . . . . . . . . . . . . . . . . . .1
  • ЭПИЗОД . . . . . . . . . . . . . . . . . . 2
  • ЭПИЗОД ВТОРОЙ . . . . . . . . . . . . . . 3
  • ЭПИЗОД ТРЕТИЙ. . . . . . . . . . . . . . . 4
  • ЭПИЗОД ЧЕТВЕРТЫЙ. . . . . . . . . . . . . .5
  • ЭПИЗОД ПЯТЫЙ. . . . . . . . . . . . . . . .6
  • ЭПИЗОД ШЕСТОЙ. . . . . . . . . . . . . . . 7
  • ЭПИЗОД СЕДЬМОЙ. . . . . . . . . . . . . . .8
  • ЭПИЗОД ВОСЬМОЙ. . . . . . . . . . . . . . .9
  • ЭПИЗОД ДЕВЯТЫЙ. . . . . . . . . . . . . . 10
  • ЭПИЗОД ДЕСЯТЫЙ. . . . . . . . . . . . . . 11
  • ЭПИЗОД ОДИННАДЦАТЫЙ. . . . . . . . . . . .12




Прекрасным людям моей ашхабадской юности, друзьям и учителям, живым и мертвым, посвящается
Пусть буду я сто лет гореть в огне,
Не страшен ад, приснившийся во сне,
Мне страшен хор невежд неблагородных,
Беседа с ними хуже смерти мне!
Омар Хайям

Восток — дело тонкое...
Красноармеец Сухов

От автора
Садись на ишака!..
	Поедем на Восток!..
От южных городов
	Я прихожу в восторг —
От ярких тех небес,
	От пряных тех базаров,
От горных тех ручьев,
	Где я беру исток...
А если вдруг взбрыкнет
	Фантазии ишак
И понесет нас так,
	Что только свист в ушах,
То мы его смирим
	Уздечкою сюжета
И вновь переведем
	На вдумчивости шаг...
В приключениях Достославного Ходжи Насреддина
во время его пребывания в Благородной Бухаре

участвуют:

Ходжа Насреддин, Эмир бухарский, Гюльджан, Начальник эмирской стражи, Ростовщик Джафар, Гуссейн Гуслия — мудрец из Багдада, Гончар Нияз — отец Гюльджан, Чайханщик Али, Кузнец Юсуп, 1-й стражник, 2-й стражник, Дворцовый лекарь, придворные во дворце, слуги, стражники, жители Бухары.

		       ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПРОЛОГ

Ночь в Бухаре. Спальня богатого бухарского дома. У распахнутого окна, на фоне занимающегося рассвета, прощается некая романтичная парочка. Назовем их Красавица и Путник.

		Путник
	(глядя в окно, с восторгом)
Приветствую тебя, о Бухара!
Нам свидеться опять пришла пора!

		Красавица
	(прильнув к груди Путника)
Останься на день!

	Путник (ласково)
Я б навек остался,
Да дел скопилась целая гора!

		Красавица
Но мы могли бы в случае таком
Грядущей ночью встретиться тайком?!

	Путник
А как же муж?

	Красавица
Да где ему проснуться!
Таким уж уродился тюфяком!

	Путник (озираясь)
Хоть волен, как весенний я ручей,
Но должен опасаться стукачей,
Поэтому в одном и том же месте
Не провожу я кряду двух ночей!

Неожиданно предрассветную тишину оглашает трубный
ослиный рев. Красавица и Путник вздрагивают.

	Красавица
Кто под окном орет истошно так?

	Путник (успокаивает)
Так обо мне заботится ишак!
	(В окно.)
За то, что разбудил меня,— спасибо,
Но не буди в округе всех собак!
(Красавице.)

Где б мы ни ночевали — просто срам! —
Меня он криком будит по утрам,
Будь то Стамбул, Каир иль даже Мекка,
Будь то дворец, ночлежка или храм!

		Красавица
	(спохватившись, игриво)
Однако хороша бы я была,
Когда б узнать забыла — с кем спала!
Пора и познакомиться, любимый,
Открой свое мне имя!

	Путник (после паузы)
		Абдулла!..

За окном снова слышится рев осла. Путник торопливо натягивает на себя свой дырявый халат и прыгает в окно. За дверью шум–крики, топот сапог, громкий треск факелов. Дверь трещит, и в спальню вваливается жирный вельможа в богатом халате, за ним десяток солдат городской стражи.
		Вельможа
Неужто этот подлый Насреддин
В моем семействе тоже наследил?
		(Красавице.)
Ответствуй, о беспутная, супругу:
Куда он делся?
		Красавица
	(она сама невинность)
Кто, мой господин?
	Вельможа (грозно)
Кончай юлить! Твой муж не идиот!
Со мною этот номер не пройдет!
Рассказывай! — не то твоя головка
Сегодня с плахи первой упадет!
		Красавица
	(сентиментально)
Мне снились... шорох звезд и шум листвы.
И поцелуй, что слаще был халвы...
(Вскрикивает, пораженная догадкой.)
Так это был другой!.. А мне казалось,
Что это — о бесценный! — были вы!
	Вельможа (в ярости)
Самцу, в мою залезшему кровать,
Излишек плоти надо оторвать,
Навеки чтоб отбить ему охоту
Бухарских жен ночами воровать!..
		(Стражникам.)
Эй, олухи!.. Возьмите дом в кольцо!
Проверьте подоконник и крыльцо!
Кто может эту подлую скотину
Узнать, что называется, в лицо?
(Открывает записную книжку и готовится записывать.)
Итак, приметы!.. Но — не вразнобой!
Стражники
— Хромой!
— Косой!
— Уродливый!
— Рябой!
		Вельможа
	(откладывая карандаш)
Не верю!.. Зная вкус моей супруги,
Не верю, что столь мерзок он собой!
На мой вопрос — каков он, Насреддин,—
Покамест не ответил ни один!..
	Красавица (робко)
Веснушчатый... Курносый... Синеглазый.
Вельможа (дотошно)
А цвет волос?
	Красавица (уверенно)
Естественно, блондин!
		Вельможа
(удовлетворенно захлопывает записную книжку)
Ну, вот теперь мы знаем твой портрет!
Теперь для нас твой облик не секрет!
Теперь ты можешь скрыться лишь в Рязани,
Но в Бухаре тебе спасенья нет!




ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ

Утро. Берег пруда на окраине Бухары. На берегу собралась
толпа горожан. Из пруда доносятся истошные крики утопающего.
Кое–кто на берегу пытается помочь несчастному. Насреддин
подходит к одному из зевак.

		Насреддин
Скажи, чего он так кричит и стонет,
Мужчина, что купается в пруду?

		Зевака (мрачно)
Он вовсе не купается. Он тонет.
Насреддин
Как тонет?.. У сограждан на виду?
Но коль и впрямь он тонет, этот дядя...

	Зевака (убежденно)
Еще минута — и ко дну пойдет!

	Насреддин (продолжает)
...То почему, на этот ужас глядя,
Никто из вас и ухом не ведет?

		Зевака
Попробуй–ка спаси такого злюку!
Ты видишь, как волнуется народ?
Все тянутся к нему, дай, просят, руку.
Он тонет, но руки им не дает!

		Насреддин
(задумчиво глядит на утопающего)
Он человек богатый и премерзкий...

	Зевака
Да ну?..

		Насреддин
Готов побиться об заклад!

		Зевака
Но как ты угадал?.. Ведь ты не местный.

		Насреддин
Мне многое сказал его халат!
Зевака (недоуменно)
Все ходят в Бухаре в таких халатах!
Насреддин (наставительно)
Не все! Раскинь умишком, коль не глуп.
Халатец дорогой, но весь в заплатах.
А значит, наш клиент богат, но скуп!
Усвой одну нехитрую науку:
Когда богатый, скажем, тонет бай,
Нельзя ему совать пустую руку
С тупой и идиотской просьбой: дай!

		Зевака
А как же быть?

		Насреддин
Зажми в руке монету
И протяни бедняге с криком: НА! —
И, клюнув на простую хитрость эту,
Он — даже мертвый! — выплывет со дна!
(Насреддин подходит к краю пруда и некоторое время
наблюдает за утопающим.)

Боюсь, что поздно!.. Он уже не дышит!

		Зевака (подтверждает)
И с виду — не проворнее бревна!

		Насреддин
А ну–ка я проверю!.. Вдруг услышит
Столь милое ему словечко...
(Протягивает утопающему руку.)
На!..

Утопающий вцепляется в протянутую руку мертвой хваткой.
Насреддин вскрикивает от боли, но все–таки вытаскивает
утопающего на берег. Но спасенный, судя по всему, не спешит
освободить своего спасителя.

Какой ты неотвязчивый, однако!
Мне следует себя теперь спасти!
	(Зеваке.)

Вцепился в кисть, как будто в кость — собака!
Спасенный приходит в себя, и Насреддин аж отшатывается,
увидев, насколько тот горбат и уродлив.
Оставь меня!.. Ты слышишь?! Отпусти!..

	Спасенный
Я жив!
	(Злобно.)

Толпа, я чувствую, не рада?!
Прочь, лодыри!.. Очистить берега!
	(Насреддину.)
А ты, прохожий, стой!.. Тебе — награда!..
	(Роется в кошельке.)

Аж целых... целых... целых полтаньга!..
	(Швыряет Насреддину монету.)
	Насреддин (кланяясь)
Ты преисполнен щедрости небесной!
Знать, жизнь тебе и вправду дорога,
Когда ты оценил ее, любезный...
Не сбиться бы со счета... в полтаньга!

Имея сумму крупную такую,
От пуза я наемся и напьюсь!
Уж я на эти деньги пошикую,
Уж я на эти деньги развернусь!	

В это время кто–то мягко берет Насреддина под руку и
отводит в сторону. Это один из горожан, бухарский кузнец Юсуп.

		Юсуп
Я вижу, в Бухаре ты гость не частый,
Не посвящен ты в правила игры,
Иначе б знал, какой самум несчастий
Навлек ты на бухарские дворы!

Его у смерти вытащив из пасти,
Ты страшный Бухаре нанес удар,
Поскольку тот, кого, к несчастью, спас ты,
Не кто иной, как ростовщик Джафар!

Во–он, видишь, дом Садыка–сыровара?
Ему, бедняге, лучше помоги!
Ведь дом его по милости Джафара
Сегодня арестован за долги!

	Насреддин (с отчаянием)
И вправду будь он проклят, этот демон!..
Поверь, мой образ жизни не таков,
Чтоб я считал своим любимым делом
Спасенье из воды ростовщиков!
		(С упреком.)
Но больше вас виновен я едва ли:
Я здесь чужой, Аллах меня прости!
А вы зачем пример мне подавали,
Пытаясь эту гадину спасти?

Юсуп
Да, местные старались, но для виду,
Поскольку не спасать беднягу — грех,
Но больший грех — спасти такую гниду,
Поэтому ты грешен больше всех!..

	Насреддин (решительно)
Считай, я этот грех уже оплакал!..
Я слов бросать на ветер не люблю,
И этого хорька — клянусь Аллахом! —
Я в том же водоеме утоплю!





ЭПИЗОД ВТОРОЙ

Чайхана на свежем воздухе. Посетители расположились группками
прямо на земле посреди дымящихся мангалов. У коновязи,
скучая, пощипывает травку ишак Насреддина.
Сам Насреддин, никем не замеченный, устроился отдельно
от всех в глубине двора. Появляется солдат городской стражи.

	Стражник (Чайханщику)
Скажи, не проезжал ли тут один
На сером ишаке простолюдин?

		Чайханщик
Да тут полным–полно простолюдинов!

	Стражник (понизив голос)
Но этот–то особый!.. Насреддин!..

Посетители чайханы настораживаются, разговоры между ними
затихают, и все взгляды обращаются к стражу порядка.

		Чайханщик
(с наигранной заинтересованностью)
Каков он с виду, этот Насреддин?

	Стражник (важно)
Курносый. Синеглазый. И блондин.
Кто–то из посетителей прыскает в кулак.

	Чайханщик (в ужасе)
И в этом вызывающем обличье
Он шляется по улицам, кретин?!

	Стражник (чувствуя подвох)
О чем ты?

	Чайханщик (поясняет)
Это все–таки Восток!..
Восток всегда к блондинам был жесток.
Вот появись он где–нибудь в Калуге,
Он вызвал бы там бешеный восторг.

	Первый посетитель
Но я, признаться, слышу в первый раз,
Что он светловолос и синеглаз!

	Стражник
(впивается взглядом в Первого посетителя)
Ах, значит, ты встречался с Насреддином!
Не скажешь ли, дружок, где он сейчас?
Посетитель тревожно сопит, не зная, что ответить. Ему на выручку
бросается Второй посетитель.

	Второй посетитель
Дом Насреддина — это целый мир:
Багдад и Басра, Мекка и Каир!

	Третий посетитель
Да Насреддин — куда бы ни приехал —
В любой стране — любимец и кумир!

	Стражник
Но если верить местной детворе,
То Насреддин сегодня в Бухаре!..

	Четвертый посетитель
Возможно. Но поймать его не проще,
Чем тень вон той пичуги во дворе!

	Стражник (хвастливо)
Но я его поймаю!

	Первый посетитель
Поглядим!
Охотишься за ним не ты один!
Но кто хоть раз встречался с Насреддином,
Тот знает: Насреддин непобедим!

Стражник обводит присутствующих недобрым взглядом,
словно запоминая каждого в лицо, потом злобно
сплевывает и уходит. Посетители провожают его смехом,
свистом и улюлюкиванием. Их останавливает скрипучий
голос Незнакомца, до этих пор не вмешивавшегося в происходящее.

	Насреддин (скрипучим голосом)
Хвала Аллаху, есть надежный круг
Друзей и три десятка верных рук,
Которые помогут Насреддину!

	Чайханщик
Но кто ты?

	Насреддин
Я его старинный друг!..
(Подсаживается поближе к посетителям.)
Но должен вам заметить наперед,
Что Насреддин давно уже не тот,
Которого в своем воображенье
Рисует наш доверчивый народ!..
Он стал серьезен и благочестив,
С простонародьем — груб, с начальством — льстив,
Он поменял друзей, привычки, облик
И вообще сменил судьбы мотив...

Он стал ленив, прожорлив и пузат...
Он на сварливой женщине женат...
Он целый день проводит на базаре,
Где продает редиску и шпинат...

Былой герой, короче говоря,
Навек утратил славу бунтаря,
А вместе с ней — почет и уваженье,
Безмозглости своей благодаря!

	Первый посетитель
Брось, Незнакомец!.. Судя по всему,
Ты попросту завидуешь ему!

	Второй посетитель (с удивлением)
Но это — как завидовать Хафизу...
Иль, скажем, Авиценне самому.

	Третий посетитель
Похоже, этот самый Насреддин
Тебе изрядно в жизни навредил!

	Четвертый посетитель
Но чем? Украл твой коврик для намаза?
Ветвистыми рогами наградил?

	Чайханщик (кричит)
А я узнал мерзавца!.. Это он,
Эмира согляда─тай и шпион!..
Довольно споров!.. Бей его, ребята!
Бери его в кольцо со всех сторон!

Посетители, подзадоривая друг друга боевыми возгласами,
колотят Насреддина. Беднягу выручает ишак — своим
трубным ревом он отрезвляет дерущихся. Кряхтя и постанывая,
Насреддин плетется к своему спасителю и благодарно
обнимает его за шею.

	Насреддин (ишаку, тихо)
Все справедливо. Никаких обид.
Знать, Насреддин в народе не забыт!
Я посягнул на собственную славу
И собственною славой был побит!..





ЭПИЗОД ТРЕТИЙ

Двор ростовщика Джафара. Сам Джафар стоит на пороге своего дома
и с брезгливым любопытством разглядывает стоящих перед ним должников
— гончара Нияза и его дочь Гюльджан (лицо ее закрыто чадрой).
Здесь же во дворе, ближе к зрителям, за старым тутовником притаились
трое наблюдающих — кузнец Юсуп, Насреддин и его верный ишак.

	Джафар (глумливо)
Не смей рыдать! Не делай скорбной позы!
Твое мне опротивело нытье!..
Не думаешь ли ты, что эти слезы
Растопят сердце грубое мое?

	Нияз (сквозь слезы)

Я все тебе верну, Аллах свидетель,
Но дай отсрочки мне хотя бы год!
Весь год я на тебя, о благодетель,
Без передышки буду тратить пот!

	Джафар (перебивает, не слушая)
Какой себя ты тешишь перспективой,
Какой в своих рыданьях видишь толк?
“Отсрочь мне долг!” — ты просишь, нечестивый!
А я тебя прошу: “Верни мне долг!”

	Юсуп (возмущенно)
Старик в слезах, а этот зубы скалит!
Ух, так бы и намял ему бока!..
Безжалостный злодей! Проклятый скаред!
Внебрачный сын козы и ишака!

	Насреддин (мягко)
Ругай его неистово и яро
И не жалей для брани языка,
Все образы годятся для Джафара,
Но я прошу: не трогай ишака!

	Джафар (внушительно)
Покамест не обрел в моем лице ты
Опасного и страшного врага,
Скорей верни мне долг свой и проценты,
Верни мои четыреста таньга!

Джафар подходит к Гюльджан и резким движением откидывает чадру.
Лицо Гюльджан было на свету только мгновение, но этого было
достаточно, чтобы Насреддин восхищенно зацокал языком,
а Джафар потерял дар речи.

	Юсуп (язвительно)
Гляди, горбун от страсти так и тает!
Надеется понравиться, урод!
	Насреддин
Ну он себя уродом не считает,
Он думает, что он — наоборот!

Словно подтверждая эти слова, Джафар приосанивается и даже пытается
принять молодцеватый вид.

	Джафар (Ниязу)
Все! Темы денег больше не касаюсь!
	(Гюльджан.)
Хоть я на свет родился не вчера,
Не помню, чтобы этаких красавиц
Когда–нибудь рождала Бухара!
		(Ниязу.)
Чтоб нам не торговаться слишком долго,
Я сразу заявляю, что не прочь
Взять у тебя, старик, в уплату долга
Твою очаровательную дочь!
Юсуп (не выдерживает)
Ну до чего же подлая натура!
Ну до чего же черная душа!

	Насреддин
Однако у него губа не дура!
Девчонка–то и вправду хороша!

	Юсуп (с уважением)
Ее зовут в народе “недотрога”.
Любой не прочь жениться на Гюльджан.
У нас за ней ухаживает много
Известных и богатых горожан!

	Насреддин (заинтересованно)
И что же?

	Юсуп (со вздохом)
Нет покамест равной пары!
Достойный не сыскался ей жених!
(Кивает в сторону Джафара.)
Вот к ней и липнут всякие джафары,
И нету ей спасения от них!..

	Джафар (Ниязу)
Надеюсь, ты упорствовать не станешь!
Коль дочь тебе и вправду дорога,
Ты вылезешь из кожи, но достанешь,
Достанешь мне четыреста таньга!..
Ступай за вышеназванною суммой,
Даю тебе отсрочки ровно час!

	Насреддин (себе)
Ты явно пребывал в отлучке, ум мой,
Когда я образину эту спас!..

Джафар идет к калитке и, не заметив Юсупа и Насреддина,
выходит со двора на городскую улицу.

		Насреддин
(не отрывая взгляда от Гюльджан)
Сегодня же ей улыбнется случай!

	Юсуп (удивленно)
Ты что, волшебник?

	Насреддин (дурашливо)
Ой, не говори!
Жених ей подвернется хоть не лучший...
(Лихо сдвигает тюбетейку на ухо.)
Но и не худший, черт меня дери!..
	Юсуп (подозрительно)
Кто ты таков?

	Насреддин
Я человек, который
Распутывал уже десятки раз
Клубки таких запутанных историй,
Где сам бы Насреддин и то увяз!..

	Юсуп (настороженно)
Я вижу, врать умеешь ты неплохо,
Но все ж таких примеров в мире нет,
Чтоб самый расталантливый пройдоха
Собрал за час четыреста монет!

	Насреддин (беспечно)
Ах, времени всегда нам не хватало!
На это можно всяко посмотреть!
Пока мы говорим: нам часа мало! —
Наш час еще уменьшился на треть!

Хитрец Джафар, ты крепко нас неволишь,
Нам ограничив времени запас!..
Я б мог сказать: в запасе час всего лишь,
Но я скажу: в запасе целый час!

	Юсуп (недоверчиво)
Ты сможешь им помочь?

	Насреддин (пожимая плечами)
Чего уж проще!
Узнай, куда направился Джафар!

	Юсуп (выглянув за калитку)
Он, судя по всему, идет на площадь
Базарную. Короче, на базар.

	Насреддин
Ну в Бухаре базар найдем легко мы
И даже горбуна опередим!..

	Юсуп (спохватившись)
Постой!.. Но мы ведь даже не знакомы.
	(Представляется.)
Кузнец Юсуп!

	Насреддин (предупредительно)
Не падай! Насреддин.












	ЭПИЗОД ЧЕТВЕРТЫЙ

Бухарский базар. В базарной толпе Юсуп и Насреддин.
Неожиданно Юсуп, подмигнув Насреддину, вскарабкивается
на один из прилавков.

	Юсуп (громко)
Все люди Бухары — не я один! —
Мечтали с незапамятных годин,
Что в Бухаре появится однажды
Любимый нами всеми Насреддин!

Аллах велик! Он даровал мне честь
Вам сообщить приятнейшую весть:
Любимец всех времен и всех народов —
Наш Насреддин сегодня снова здесь!..

Насреддин тоже вскарабкивается на прилавок и становится рядом с Юсупом.
Базарная толпа приветствует его криками ликования.

	Юсуп (помрачнев)
Но стражники — вонючий этот сброд! —
У городских стоящие ворот,
До нитки обобрали Насреддина,
Сказав, что это плата, мол, за вход!

Толпа негодует, в адрес стражников летят проклятия. Юсуп доволен.

Так будем же мудры мы и щедры
И принесем сюда свои дары,
Чтоб извиниться перед Насреддином
И смыть пятно позора с Бухары!..

	Человек из толпы (Юсупу)
Какие подойдут ему дары?
Окорока? Копчености? Сыры?

	Юсуп
И это пригодится, только лучше —
Халаты, тюбетейки и ковры!..

Зоркий глаз Насреддина выхватывает из толпы
знакомое лицо — это Чайханщик.

	Чайханщик (Юсупу)
Но ты покамест нас не убедил,
Что этот чужеземец — Насреддин!
Пусть выдаст пару шуток нам на пробу,
Он в шутках, говорят, непобедим!..

		Насреддин
(не сводя глаз с Чайханщика)
В одной из забегаловок вчера
За шутку мне сломали два ребра...
И понял я: моих изящных шуток
Пока не понимает Бухара!..

Чайханщик сконфуженно опускает голову.

Хоть я у вас, видать, в большой цене,
Оваций не устраивайте мне!
Я очень не люблю аплодисментов,
Особенно ногами по спине!..

В толпе раздаются смешки, из толпы вылезает Непоседливый мужичонка.

	Непоседливый
Да не признав, что это Насреддин,
Мы сами же себе и навредим.
Останемся совсем без Насреддина,
А нам — хотя б один! — необходим!

Непоседливому вяло возражает Сомневающийся.

Сомневающийся
Не знаю, Насреддин — не Насреддин,
Но выглядит он, как простолюдин...
Чувствующий себя виноватым Чайханщик ставит
окончательную точку в споре.

	Чайханщик (горячо)
Он лучше будет выглядеть Эмира,
Коль мы ему все это отдадим!

Чайханщик обводит руками базарные прилавки, и толпа принимается носить
к ногам Насреддина все, чем богат бухарский базар. Мгновенно у ног
Насреддина вырастает гора вещей: тут и конские седла, и богатые халаты,
и драгоценные украшения.

Насреддин (растроганно)
Спасибо вам, о люди Бухары,
За ваши драгоценные дары!
Спасибо вам за то, что к Насреддину
Вы столь великодушны и добры!..

(Понизив голос.)

Мое же имя, люди Бухары,
Произносить не стоит до поры:
Устал я отбиваться от шпионов,
Доносчиков и прочей мошкары!..

Неожиданно в базарной толпе появляется Джафар. Толпа расступается
то ли с почтением, то ли со страхом: очевидно, что жители Бухары
хорошо знают этого человека.

	Джафар
(увидев Насреддина, с изумлением)
Смотри–ка!.. Мы расстались лишь вчера,
А нынче снова встретились с утра!..

	Насреддин
Нам повезло б и вовсе не встречаться,
Будь попросторней город Бухара...

	Джафар
(с жадностью щупая вещи, лежащие перед Насреддином)
Откуда у тебя такой товар?

	Насреддин
Вчера ты дал монетку мне, Джафар...
Пустил я в оборот твою монетку,
И вот гляди — какой с нее навар.

	Джафар (самодовольно)
Благодарить ты должен день и час,
Когда меня от лютой смерти спас:
Не подари тебе я той монетки —
И где бы ты, несчастный, был сейчас?!
	(Завистливо.)
Что ж, неплохой улов для новичка!
Надеюсь, что цена невысока?..
Какую сумму ты за это просишь?

	Насреддин (безразлично)
Так, пустяки. Четыреста таньга!..

	Джафар (опешив)
Ты сумасшедший или идиот?
Иль тешишь глупой шуткою народ?..
Кончай свои дурацкие забавы
И сбрось шальную цену до двухсот!

	Насреддин (сдержанно)
Я был бы аж двукратный идиот,
Когда бы сбросил цену до двухсот.
Дать в глаз тебе за это предложенье
Мне только воспитанье не дает!
Плати мне столько, сколько я хочу,
Не то я цену впятеро взвинчу,
Тогда тебе и гвоздь из этой кучи
Купить едва ли будет по плечу.
Я жду. Что ты решил, Джафар–ага?

		Джафар
(после паузы протягивает Насреддину кошелек)
Держи свои четыреста таньга!
(Ухмыляется через силу.)
Мне дорог не товар — хоть он и дорог.
Мне истинная дружба дорога!




	ЭПИЗОД ПЯТЫЙ

И опять двор Джафара. Старый Нияз с дочерью стоят на прежнем месте.
Видно, что истекший час они не тратили на поиск денег, понимая всю
тщетность таких попыток. В тени старого тутовника безмятежно пасется
ишак Насреддина. Калитка чуть приоткрывается, и во двор проскальзывает
Насреддин. Еще через какое–то время калитка распахивается
настежь — чувствуется рука хозяина! — и появляется Джафар, нагруженный
товарами. Увидев Насреддина, он даже отшатывается назад — настолько
его поражает новая встреча со старым знакомцем.

	Джафар
Как?! Снова ты?..

	Насреддин
Ищу здесь ишака я...
Я видел, он сюда направил шаг...
Ах, вот ты где!.. У–у, бестия такая!

	Джафар
Зачем в мой двор забрался он?

	Насреддин (разводит руками)
Ишак!..
	Джафар
Но по какому этакому праву
Моей травой ты кормишь ишака?..
А если я тебя подвергну штрафу,
Ну, скажем, на четыреста таньга?..
А, впрочем, нет!.. Мне лень с тобой браниться!
Отложим нашу тяжбу до поры!
Я, видишь ли, спешу сейчас жениться
На первой из красавиц Бухары...

	Насреддин (громко)
Да будет лик ее еще прекрасней,
И не коснется глаз ее печаль!..

	(Джафару.)
	
Хочу тебя попотчевать я басней,
И, может, ты отыщешь в ней мораль!

	Джафар (презрительно)
Сегодня все талдычат о морали,
Куда ни ткнись: МОРАЛЬ, МОРАЛЬ, МОРАЛЬ!
Но мы мораль настолько ИЗМАРАЛИ,
Что новую придумать не пора ль?
Насреддин
Висела на высокой ветке Вишня,
И на нее позарился Шакал,
Но ничего из этого не вышло,
Сколь он под этой Вишней ни скакал.

А между тем спокойно и неслышно
Слетел Орел с ближайших облаков...
Орел сорвал означенную Вишню
И с этой самой Вишней был таков!..

	Джафар (скребет лысину)
Ох, не люблю замысловатых басен!..
Какая тут упрятана мораль?..
Тут нету смысла!

	Насреддин
Смысл любому ясен.
			
	Джафар (упрямо)
А я его не понял!

	Насреддин
Очень жаль!
Джафар раздосадованно машет рукой и спешит по направлению к Ниязу
и Гюльджан, покорно ожидающим своей участи. Насреддин увязывается за ними.

	Джафар (Ниязу)
Твой срок истек!.. Что скажешь мне, бездельник?
Но только не канючь, не плачь, не ной!
Я вижу, денег нет... А нету денег —
Гюльджан моей становится женой!
Последние слова Джафара вызывают бурю рыданий у Нияза
и Гюльджан. В дело вмешивается Насреддин.

	Насреддин (Джафару)
Она твоя, коль суммы нет искомой!
	(Ниязу.)
Не торопись рыдать, Нияз–ага!
	(Снова Джафару.)
Но вот кошель, весьма тебе знакомый,
И в нем как раз четыреста таньга!..

Насреддин отдает кошелек Джафару, после чего берет Нияза
и Гюльджан за плечи и ведет их к калитке.

	Джафар (в бессильной ярости)
Так вот кто был орлом–то в басне оной!
Так вот на что ты, подлый, намекал!

	Насреддин (через плечо)
Орел ли я — вопрос дискуссионный,
Но — стопроцентно точно — не шакал!..




	ЭПИЗОД ШЕСТОЙ
Теплый вечер в Бухаре. Двор гончара Нияза. Насреддин и Гюльджан
сидят на краю арыка. За низким дувалом прячется наблюдающий за
ними ростовщик Джафар. Увлеченные беседой, влюбленные его не замечают.

	Насреддин (умоляюще)
Мне хоть разок тебя поцеловать бы!
Открой хотя бы краешек чадры!

	Гюльджан (смущенно)
Нельзя мне обнажать лицо до свадьбы...
Уж таковы законы Бухары!..

	Насреддин
Прости, Гюльджан, коль я тебя обидел,
Но к нам неприменим такой закон.
Твое лицо я нынче утром видел
И вот уж семь часов в тебя влюблен...

	Гюльджан
Боюсь грешить словами, но, похоже,
И у меня теперь не будет сна...

	Насреддин (обрадованно)
Ушам своим не верю!

	Гюльджан
Да, я тоже
В тебя уж два часа как влюблена!

	Джафар
(злобным шепотом)
Так ты влюбилась в этого нахала,
Джафару оборванца предпочла!..
Но знай: не став добычею шакала,
Добычей ты не станешь и орла!..

	Насреддин
(он исполнен решимости)
Ты на меня озлишься — и за дело!
Но я нарушу правила игры!

Решительно откидывает чадру и целует Гюльджан в губы.
В следующую секунду в тишине двора раздается звонкий звук пощечины.

	Гюльджан (испуганно)
Прости меня... Я вовсе не хотела...
Но в Бухаре такие комары!
(Разглядывает лицо Насреддина.)
Из носа кровь!.. Да и щека опухла!

		Насреддин
	(пытаясь улыбнуться)
Я жив... Хотя не так уж невредим!
Гюльджан (в слезах)
Я дура, дура!.. Чертова я кукла!..
Прости меня, любимый Насреддин!
(Привлекает Насреддина к себе и крепко его целует.)

	Джафар (с изумлением)
Так вот ты кто, злодей! А оболочка
Такая неприметная на вид...
	(Себе, со значением.)
Ну что ж!.. Боюсь, что хлопотная ночка
Тебе, Джафар, сегодня предстоит!




		ЭПИЗОД СЕДЬМОЙ
Дворцовые покои Эмира. Поздний вечер. Эмир готовится ко сну.
Появляется Стражник.

	Стражник
К вам гость, о мой Эмир!

	Эмир
Вот это мило!
Хотел бы я взглянуть, какой герой
Посмел меня, пресветлого Эмира,
Нахально разбудить ночной порой!
Стражник исчезает и появляется вновь,
волоча за собой ростовщика Джафара.

	Джафар (падая на колени)
За поздний мой визит не обессудьте,
О мой Эмир, души моей кумир!..

	Эмир (зевая)
Скорей перебирайся ближе к сути!
Одним своим вступленьем утомил!

	Джафар
Я постараюсь, о солнцеподобный!..
Но все же, несмотря на поздний час,
Вы приготовьтесь выслушать подробный
Про некую красавицу рассказ...

	Эмир (поскучнев)
Тогда молчи!.. И понапрасну время —
Мое к тому же! — не переводи!..
Красавиц всех мастей в моем гареме —
Мильён! Как говорится, пруд пруди.

	Джафар (с жаром)
Она звездою станет между всеми
И навсегда похитит ваш покой...
Уверен, о пресветлый, что в гареме —
Я не был там, но знаю! — нет такой!

Взгляните на нее по крайней мере!
Она всего лишь дочка гончара,
Но, верьте мне, такой прекрасной пери
Не знал Париж, не то что Бухара!

	Эмир
Ну что ж, пожалуй, вкратце перечисли
Все основные прелести хотя б!

	Джафар
Для этого, боюсь, о светоч мысли,
Язык несовершенен мой и слаб...
	(Откашливается.)

Ее глазищи — парочка черешен —
Чаруют и пьянят, как сам Восток...
А взгляд ее так пристален и грешен,
Что даже саксаул пускает сок.

От щек ее исходит запах лета —
Созревшего урюка аромат...
А губы у нее такого цвета,
Как только что разрезанный гранат...

А груди у нее — тугие груши
С пупырышками алыми двумя,
И, все законы физики нарушив,
Стоят, что называется, стоймя.

А попка у нее, как два арбуза,
Идущих следом повергает в шок.
Она для ткани явная обуза,
На ней едва не лопается шелк.

А бедра у нее...

	Эмир (перебивая Джафара)
Слова поэта!
Отличное фруктовое меню!
И каждый день на стол мне ставить это
Я поварам в обязанность вменю...

Эмир хлопает в ладоши. Появляются слуги, несущие вазы с фруктами.
Эмир жадно набрасывается на еду, Джафар не упускает случая
поучаствовать в бесплатной трапезе.

	Эмир (спохватившись)
Но и с предметом твоего рассказа
Я все же познакомиться не прочь.

	Джафар (услужливо)
Гюльджан живет у гончара Нияза,
Она его единственная дочь...

	Эмир (сладко жмурясь)
Портрет хорош, но коль с натурой вдруг там
Какая–то деталь не совпадет,
Твоя башка — учти, эксперт по фруктам! —
Сегодня ж утром с плахи упадет!

	Джафар (осмелев)
А заодно узнать вы не хотите ль,
Где обитает этот сукин сын,
Спокойствия всегдашний возмутитель
И сеятель раздоров — Насреддин?

	Эмир (поперхнувшись)
С чего ты взял, ходячая проказа,
Что Насреддин сегодня в Бухаре?

	Джафар
Он у того же старого Нияза
Ночует на лежанке во дворе...

Эмир хлопает в ладоши. Появляется стража.

	Эмир
Внимайте, о безмозглые, приказу!

	Начальник стражи
Мы слушаем!

	Эмир (язвительно)
Но слышите с трудом!..
Ступайте в дом к горшечнику Ниязу!
Надеюсь, вам известен этот дом?
(Стражники дружно кивают.)
Доставить в мой гарем необходимо
Нияза дочь, прекрасную Гюльджан,
А гнусного злодея Насреддина
Швырнуть в набитый крысами зиндан!
Не поняли ль вы мой приказ превратно?
(Стражники отрицательно мотают головами.)
Ведь я вас знаю — вы такой народ:
Киваете, что все, мол, вам понятно,
А делаете все наоборот!
	(Джафару.)
А ты... Коль ты солгал о Насреддине,
То будет — знай! — судьба твоя горька!

	Джафар
Я чист, о кладезь мудрости!

	Эмир
Гляди мне!..
(Не удержавшись.)
Презренный сын гиены и хорька!..




	ЭПИЗОД ВОСЬМОЙ

Ночь. Двор гончара Нияза. В доме погашены огни — видимо,
все давно уже спят. Неожиданно со стороны улицы раздается
громкий стук в ворота. Обитатели дома просыпаются, во дворе
появляются Нияз, Гюльджан и Насреддин.

	Голос Начальника стражи
		(громко)
Не дом ли это старого Нияза,
Чью дочь зовут Прекрасная Гюльджан?

		Нияз
(стараясь унять дрожь в голосе)
А что случилось?.. В городе проказа?
Потоп?.. Землетрясение?.. Пожар?..

Коль ничего такого не случилось,
Зачем будить людей ночной порой?

	Голос Начальника стражи
И он еще острит!.. Скажи на милость!..
Не зли меня! Немедленно открой!

	Гюльджан
Не слишком ли они бесцеремонны?
К чему такой поток нахальных слов?

	Насреддин (тихо)
Боюсь, Гюльджан, что эти охламоны
Явились в гости вовсе не на плов!
Ночному их вторжению, родная,
Лишь я один причиной и виной!..
Пришли за мной!
	Гюльджан (с тревогой)
Ты думаешь?
Насреддин
Я знаю.
Я точно знаю, что пришли за мной.

Но уровень сыскного интеллекта
Бухарской стражи очень невысок...
Выходит, в Бухаре нашелся некто,
Кто сообщил им нужный адресок!

	Гюльджан
Но кто же тот стукач?

	Насреддин
Пока загадка!
Кто полон злобы — тот нанес удар!..
	(Неожиданно.)
Когда мы шли сюда, кто вслед нам гадко
И мстительно плевался?.. Кто?..
	Гюльджан
Джафар!
(Обнимает Насреддина.)
Беги!.. Храни тебя Отец Небесный!..

	Насреддин (растроганно)
Моя Гюльджан!

	Гюльджан (строго)
Впустую слов не трать!..
Насреддин торопливо целует Гюльджан и перемахивает через
низкий дувал в соседний двор. Слышно, как в окрестных дворах
переполошились собаки.

	Гюльджан вздыхает.

И хлопотно же быть того невестой,
Кому все время надо удирать!..

Старый Нияз, подчеркнуто долго возившийся с засовом,
наконец открывает ворота. Во двор вваливается отряд
стражников во главе с Начальником стражи.
		Начальник стражи
(делает знак стражникам, и те кидаются в дом)
Ну, говори, кого ты прячешь в доме?
Ты не впускал нас — это неспроста!
		Нияз
Там нету никого, Начальник, кроме
Мордастого домашнего кота!
		Начальник стражи
(хватая Нияза за шиворот, грозно)
Не смей меня обманывать, скотина,
Пока тебе не вырвали язык!..
Ты укрываешь в доме Насреддина,
А это преступление, старик!

	Нияз (в ужасе)
Сказать такое громко! При конвое!..
Ты просто не щадишь моих седин!
	(Успокаиваясь.)
Нас проживает в доме только двое —
Гюльджан и я. Но я не Насреддин.

Из дома выбегают стражники, красноречиво разводя руками:
мол, никого! Но Начальник стражи уже ничего не видит,
внимание его полностью поглощено Гюльджан.

Начальник стражи (пытаясь обнять Гюльджан)

Гюльджан!.. Какая грудь!.. Какие плечи!..
К тебе я прямо страстью воспылал!

	Гюльджан (отстраняясь)
Полегче, уважаемый, полегче!..
Не трогай там, где ничего не клал!

		Начальник стражи
(продолжает исследовать анатомию Гюльджан)
Смягчись, не будь со мною так сурова!
Какие бедра, талия, живот!

	Гюльджан (зло)
Не трогай, говорят тебе, чужого!
Придет хозяин — руки оторвет!..

	Начальник стражи
	(насторожившись)
И кто же он, счастливый тот мужчина?
Скажи, его зовут не Насреддин?

	Гюльджан (испуганно)
Не знаю никакого Насреддина!
Начальник стражи
Так кто же твой жених?
Гюльджан (уклончиво)
Да есть один...
Начальник стражи
С тобой поладить — проще удавиться!
Гюльджан (одобрительно)
Хвала Аллаху, понял наконец!

Начальник стражи (стражникам)
Ведите эту чертову девицу
К пресветлому Эмиру во дворец!

Стражники берут Гюльджан в кольцо и выводят со двора. Нияз рыдает. Начальник стражи следует за солдатами, но по дороге раздраженно оборачивается к плачущему старику.

Чего ты носом хлюпаешь уныло?
Отныне будет дочь твоя Гюльджан
Наложницей бухарского Эмира!..
Соображаешь, старый баклажан?!
И для тебя не будет в том обиды!..
Ведь если у Эмира дочь в чести,
То у тебя, о сын клопа и гниды,
Есть шанс в достатке старость провести!
Начальник стражи уходит. Некоторое время слышны только всхлипывания
Нияза, затем слышится какой–то шорох, и с дувала спрыгивает Насреддин.

		Насреддин
	(садится рядом с Ниязом)
Я слышал все...

	Нияз (с горьким упреком)
...И мог сидеть в овраге,
Ничем покой их наглый не смутив?!

	Насреддин (грустно)
Ты думаешь, я одолел бы в драке
Весь этот многолюдный коллектив?




	ЭПИЗОД ДЕВЯТЫЙ
	
Двор уже знакомой нам чайханы. Здесь на редкость спокойно,
посетителей почти нет. Разве что Насреддин, как всегда,
незаметно пристроился с пиалой чая в уголке, да у коновязи
мирно пасется ишак. Изредка из–за служебной занавески
появляется Чайханщик — не по необходимости, а так, для
поддержания беседы: он все еще чувствует свою вину перед
Насреддином. А за низким дувалом чайханы, на улице творится
что–то невообразимое: крики, стоны, проклятия...
В воздухе мелькают палки, сабли, камни.

	Насреддин (задумчиво)
Чем нравилась всегда мне Бухара —
Что здесь покой, безветрие, жара...
А нынче вдруг такая суматоха —
Бухарцы как взбесились в семь утра!

	Чайханщик (с тревогой)
Да, нынче здесь Гоморра и Содом!
Солдаты обыскали каждый дом!
Все утро стража ловит Насреддина...

	(Хихикнув.)
	
А он, как видно, ловится с трудом!

	Насреддин
Ловить меня сегодня не резон:
Сейчас на насреддинов не сезон!
А коль меня случайно и поймают,
Я тут же докажу, что я не он!..

Неожиданно во двор вваливается новый Гость. Одет он богато,
даже роскошно, но видно, что уличная перепалка не прошла
для него даром.

	Гость (отдуваясь)
Я просто выть от ярости готов!..
Я ожидал улыбок и цветов,
А получил мильёна три проклятий
Из искаженных ненавистью ртов!

Гость проходит через весь двор и плюхается на коврик рядом с Насреддином.

	Насреддин (сочувственно)
Но кто ты, друг?.. Представься наконец!

		Гость
Я звездочет, философ и мудрец!..
По приглашенью вашего Эмира
К нему я направлялся во дворец.

Я ехал из Багдада много дней,
Менял в пути верблюдов и коней...
И ожидал, что здесь я буду встречен
Каскадами приветственных огней.

Но по пути к эмирскому дворцу
Солдат скопилось — точно на плацу,
И каждый норовил недружелюбно
Хлестнуть меня камчою по лицу!

И все орали хором как один:
“Держи мерзавца!.. Это Насреддин!”
Да, судя по моим рубцам и шишкам,
Он крепко чем–то им не угодил!

В какие бы дикарские края
Судьбою ни бывал заброшен я —
Нигде таких я горьких унижений
Не знал, не будь Гуссейн я Гуслия.

	Насреддин
Хоть ты мудрец, послушай дурака:
К Эмиру в гости не спеши пока...
Не во дворце, а у подножья плахи
Твоя, дружок, окажется башка!

Ты долго был в пути, а между тем
Эмир издал указ, известный всем:
Казнить тебя за то, что ты грозился
Эмиру обесчестить весь гарем!..

	Гуссейн Гуслия (в ужасе)
Я немощен и болен... КАК И ЧЕМ
Я мог бы обесчестить весь гарем?..
Я б мог их — в лучшем случае! — потрогать,
И то, боюсь, досталось бы не всем!

	Насреддин (решительно)
Твоею озабоченный судьбой,
Я должен во дворец идти с тобой!
Я громко заявлю, что ты не бабник,
А даже и напротив... голубой!

	Гуссейн Гуслия (в шоке)
Ты спятил?.. Да жена моя тогда
Повесится от горя и стыда!
Она и так не раз меня корила,
Что я с ней вял бываю иногда!..

	Насреддин (задумчиво)
Тогда... идем опять же во дворец,
И я там говорю, что ты... скопец
И в деле обесчещивания женщин
Ты, мягко говоря, не сильный спец!..

	Гуссейн Гуслия (в отчаянии)
С каким же я в Багдад вернусь лицом?
Я ж там считаюсь мужем и отцом!..
Там у меня детей осталась куча...
Так чем же я их делал?.. Огурцом?

	Насреддин
Ну, милый, на тебя не угодишь!
Я за тебя тружусь, а ты гундишь!..
Я чувствую, о мудрый, ты на плаху
Эмирскую стремишься?.. Так иди ж!..

Гуссейн Гуслия рыдает, плечи его сотрясаются. Насреддин смягчается.

	Насреддин
Что ж, остается третий вариант.
Теперь расчет один — на мой талант!
А также на шикарную одежду...
Давай сюда, о модник, свой халат!

Давай сюда халат свой и чалму!
Чувяки?.. Нет, чувяки не возьму!
Такие ж есть — я слышал! — у Эмира,
А раздражать Эмира ни к чему.

(Разглядывает чувяки.)

Взгляни–ка: жемчуг, золото, парча...
Эмир меня удавит сгоряча!
Любой богач всегда приходит в ярость,
Когда богаче видит богача...
Насреддин наряжается в богатые одежды мудреца,
а тот опасливо примеряет халат Насреддина.

	Гуссейн Гуслия (кивая за дувал)
А мой верблюд?
	Насреддин (беспечно)
Дворец невдалеке.
Я доберусь туда на ишаке.
Я б дома даже голову оставил —
К Эмиру лучше ехать налегке!..

	Гуссейн Гуслия (жалобно)
А как же я?!
	Насреддин
Присядь–ка в уголке.
Да мух пересчитай на потолке
Иль сам с собой — неглупым человеком —
Посплетничай часок накоротке.

	Гуссейн Гуслия
Я в Бухаре не знаю никого
И на тебя надеюсь одного...
Ужели твоего коварства суслик
Нагадит в плов доверья моего?..

	Насреддин
На улицу не лезь, имей в виду,
Не то опять нарвешься на беду!..
Имей благоразумье и терпенье!
И жди меня. Ты внял, о мудрый?..

	Гуссейн Гуслия (покорно)
Жду!..





		ЭПИЗОД ДЕСЯТЫЙ

Зал торжественных приемов в эмирском дворце. Эмир привычно
скучает на своем троне. Сквозь цепь стражников прорывается
Насреддин в одежде Гуссейна Гуслии и, подскочив к трону,
бухается перед Эмиром на колени.

	Насреддин
(задыхаясь от волнения, вполне, впрочем, искренне)

Вы с женщиною были ль ночью этой?
Ответьте, о сравнимый лишь с Луной!

	Эмир
Какой же нахалюга ты отпетый,
Что запросто чирикаешь со мной!
Кто ты такой?.. И что тебе здесь надо?..
Здесь задаю вопросы только я!

	Насреддин (представляется)
Мудрец и прорицатель из Багдада —
Гуссейн, как говорится, Гуслия!..

	Эмир (смягчившись)
Наслышан о твоей я громкой славе!..
Но дерзким любопытством не греши:
Хорек твоей бестактности не вправе
Обнюхивать чувяк моей души.

	Насреддин (нетерпеливо)
Так все ж — была ли женщина, ответьте!..

	Эмир (выходя из себя)
Твое какое дело?.. Отвяжись!..

	Насреддин (с жаром)
Мне это знать важней всего на свете,
От этого зависит ваша жизнь!..

	Эмир (насмешливо)
Ну что ж, Багдадский Умник, докажи мне,
Открой мне, бескультурному, глаза —
Какой ущерб моей наносят жизни
Гюзель, Будур иль, скажем, Фирюза?

	Насреддин
На вашу гениальность уповая,
Я все вам объясню — ответ–то прост:
Угроза, мой эмир, как таковая
Исходит не от женщин, а от звезд!

За небом наблюдая прошлой ночью,
Я вдруг увидел: звезды так сошлись,
Что прочитал по звездам я воочью,
Что женщина... погубит вашу жизнь!

Эмир (плаксиво)
Не нравятся мне что–то эти речи!..
Мне от любви отказываться жаль...
Как раз сегодня я мечтал о встрече
С молоденькой красавицей Гюльджан.

Насреддин (рассудительно)
Я вам в желаньях ваших не перечу,
Но коль вы продолжать хотите жить,
То вам, благоуханный, вашу встречу
Придется на недельку отложить!..

Сегодняшнего вашего девиза
Суть такова: все женщины — враги!
Гюльджан же — о! — опасная девица,
Аллах вас от нее убереги!..

	Эмир
Мне вытерпеть такое нету мочи!
Ведь я здоровый, сильный, молодой!..
Выходит, все мои шальные ночи
Накрылись — как в пословице — звездой?!

	Насреддин
А вы себе на время дайте роздых!..
Пусть будет даже очень невтерпеж,
Дождитесь, мой Эмир, покамест в звездах
Желанный вам не сложится чертеж.

Слышны стоны, охи, проклятия — и небольшой отряд стражников во главе
с Начальником стражи вволакивает в зал полуживого мудреца Гуссейна Гуслию.
Теперь он в еще худшем состоянии, чем был, когда мы расставались с ним в
чайхане. Борода его всклокочена, глаза вот–вот выскочат из орбит,
а на и без того дырявом халате Насреддина зияют огромные прорехи.

	Начальник стражи (с гордостью)
Был день не зря сегодня отработан:
Хорек попал в силок, мой господин!

	Эмир (нетерпеливо)
Давай–ка без метафор! Где он?

	Начальник стражи
(выталкивая Мудреца вперед)
Вот он!..
	Эмир
И кто он, этот дервиш?

	Начальник стражи
Насреддин!..

	Эмир (он приятно удивлен)
Как удалось поймать вам Насреддина?..
Большой подарок сделали вы мне!

	Начальник стражи
Вся стража Бухары за ним следила.
Нашли в одной паршивой чайхане.

Насреддин важным шагом подходит к Мудрецу и бесцеремонно
оглядывает его с ног до головы.

	Насреддин

Вы все сошлись во мнении едином,
Что вами арестован Насреддин...
Но я не раз встречался с Насреддином
И должен вас расстроить: он блондин!..

		Эмир
(мгновенно сменив милость на гнев)
За что ж казна вам денежки платила,
А вы их нагло смели получать,
Тогда как вы брюнета от блондина
Еще не научились отличать!

		Начальник стражи
	(зло поглядывая на Насреддина)
Искали мы в подвалах и на крышах,
Все обыскали в каждом мы дворе...
Брюнетов — тьма. Нашлось с десяток рыжих,
А вот блондинов нету в Бухаре!

	Эмир (ядовито)
Тогда проблему вы решили просто:
Нашли того, кто светел от седин,
Постановив про этого прохвоста,
Что в детстве он, возможно, был блондин!

	Насреддин
(возмущенно подхватывая)
Какого–то нашли авантюриста,
Глубокого к тому же старика!..
Ведь этой развалюхе лет под триста,
А Насреддину нет и сорока!

		Мудрец
(падая перед Эмиром на колени)
О да, луноподобный, так и было:
Сижу я тихо–мирно в чайхане,
Подходят здоровенных три дебила
И руки вдруг заламывают мне!

И говорят, мол, ты отныне будешь
Везде и всюду зваться Насреддин!..
А если это имечко забудешь —
Так мы тебе плетьми наподдадим!

Я говорю: кому же это надо,
Чтоб стал я Насреддином, если я
Мудрец и прорицатель из Багдада
И звать меня Гуссейном Гуслия?..

		Эмир
(переводя обеспокоенный взгляд на Насреддина)
А ну–ка растолкуйте мне скорее,
Что это за конфуз в конце концов,
Что зрю одновременно в Бухаре я
Аж двух одноименных мудрецов?!

	Насреддин (Эмиру, тихо)
Как на меня вы не смотрели косо б,
Но знайте: прорицатель — это я!..
Как отличить, я знаю верный способ,
Прохвоста от Гуссейна Гуслия!..
	(Мудрецу.)
Готов ли ты — скажи определенно! —
Все звезды в небесах пересчитать?..

	Мудрец (спокойно)
А что считать?.. Их триста миллионов
Шестьсот пятнадцать тысяч двести пять!

	Насреддин (неприятно поражен)
Довольно точно. Знаешь, очень странно,
Но вовсе не такой уж ты дебил,
Как выглядишь. Но вот звезду Гассана —
Новейшую! — ты сосчитать забыл!..

	Мудрец (сконфуженно)
Признаться, я не слыхивал про эту
Звезду... Придется глянуть в чертежи!..

	(Спохватившись.)
Да этакой звезды в природе нету!..

	Насреддин (твердо)
Есть!

	Мудрец
Нет!

	Насреддин
Есть!

	Мудрец
Нет!

	Насреддин
Есть!

	Мудрец
Нет!

	Насреддин
А докажи!..

Мудрец замолкает, не зная, что ответить.
Эмир наблюдает за ним с явным недоброжелательством.

		Эмир
Мудре–е–ец!.. Да в Бухаре таких до чёрта!..
Дурацким выражением лица
Он, может, и похож на звездочета,
Но вовсе не похож на мудреца!

		Насреддин
(Мудрецу, наступательно)
Так ты тот самый гений из Багдада,
Чье имя облетело все края,
Чей след поцеловать — и то награда
Для нас, обычных смертных?..

		Мудрец (гордо)
Это я!..

	Насреддин (круто меняя тон)
Ты жалкий самозванец и невежда!
Назвав себя Гуссейном Гуслия,
Ты станешь уверять, что и одежда,
Которая на мне...

	Мудрец (перебивает)
Она — моя!

	Насреддин
Из наглецов ты самый наглый в мире!..
Но главный свой секрет не утаи:
Скажи, чувяки, те, что на Эмире,—
Они ведь тоже, видимо...

	Мудрец (запальчиво)
Мои!..

	Эмир (разводит руками)
Ну, это уж вершина неприличья!

	Насреддин (буднично)
Не стоит продолжать. Диагноз прост:
Чудовищная мания величья.
Маниакальный бред на почве звезд.

		Эмир (зевнув)
Число улик растет неудержимо!
Опасный оказался старикан!..
	(Стражникам.)
Поскольку это явный враг режима,
Швырнуть его немедленно в зиндан!

	Мудрец (плача)
За что?! Из–за интриги чьей–то грязной
Мне суждена пожизненно тюрьма?!
Вы тронулись умом, солнцеобразный!
Луноподобный, вы сошли с ума!

	Насреддин (Эмиру, тихо)
Я ненависти к деду не питаю,
Но, кажется, темнит чего–то он...
Позвольте–ка его я попытаю —
А вдруг да иудейский он шпион?!

		Эмир
(с милостивой улыбкой)
Талантов у тебя и впрямь в избытке!
Таких умельцев прежде я не знал!
Так ты у нас еще и мастер пытки?

	Насреддин (скромно)
Я дилетант. Непрофессионал.
	(Лирически.)
Бывает, попытаешь на досуге
Такого же... как этот вот... козла,
Но так, без вдохновения, от скуки,
Не чувствуя к пытаемому зла...

Ведь какова судьба у звездочета?
Вся жизнь у неба звездного в плену!
Сидишь вот так один — и безотчетно —
Нет–нет да и завоешь на луну!

Считаешь эти звездочки, считаешь
И весь переполняешься тоской...
Но лишь кого–то малость попытаешь —
И все недомоганья как рукой!..




	ЭПИЗОД ОДИННАДЦАТЫЙ

Помещение, предназначенное для пыток. На стенах развешаны всевозможные,
устрашающие своим видом пыточные инструменты. В углу на корточках сидит
печальный мудрец Гуссейн Гуслия в обреченной позе и с потухшими глазами.
В скважине поворачивается ключ, и входит Насреддин. При появлении
Насреддина узник вскакивает, взгляд его оживляется.

	Насреддин (останавливая Мудреца)
Не делай, о наивный, и попытки
Из этой славной комнатки удрать!
К тебе я применять не буду пытки,
Но ты обязан все–таки орать!..

Когда тебя, дружок, начну пытать я,
Ты высунься в окошко и ори!

	Мудрец
А что орать?

	Насреддин (нетерпеливо)
Ругательства, проклятья,
Да что угодно, черт тебя дери!

Как будто бы железный прут я в брюхо
Тебе воткнул!..

На лице Мудреца появляется выражение подлинного страдания.

Что, больно?.. Так ори,
Чтоб стукачи окрест лишились слуха,
Чтоб лопнули в округе фонари!..
Мудрец пытается закричать, но производит лишь жалкий
блеющий звук и сконфуженно умолкает.

	Насреддин (укоризненно)
Ты мне сейчас напоминаешь кошку,
Которую журавль клюнул в нос.
Пытать тебя я буду понарошку,
Но голосить–то следует всерьез!..

Меняй приемы, маски, мизансцены,
Побольше гнева, боли и слезы!
Попробуй вой рожающей гиены!
Попробуй вопль недоенной козы!

Попробуй подражать степному зверю!
Тревожь свою фантазию, тревожь!..

Мудрец производит еще один невразумительный звук
и исподлобья смотрит на своего мучителя.

Ну, что тебе сказать, дружок?.. Не верю!..
Весьма неубедительно орешь!

Возможно, для ценителей вокала
Твой голос изумительно хорош...
Но в крике оскопленного шакала
Не чувствуется правды ни на грош!

Не любишь, ох, не ценишь ты работы!
Ох, на себя накличешь ты беду!

	Мудрец (жалобно)
Никак я не найду заветной ноты,
И верного я тона не найду!..

	Насреддин (жестко)
Палач тебя научит верной ноте!
Все ноты и октавы знает он!
Загонит пару игл тебе под ногти,
И ты в момент отыщешь верный тон!..

Ты вот на чем вниманье заостри–ка:
В тебе к тиранам ненависть слаба!
Есть просто крик. А где же пафос крика?
Где яркие и гневные слова?..

	Мудрец (смущенно)
Хоть много слов в мозгу моем хранится,
Но все ж словарный жалок мой улов.
Я не привык судиться и браниться
И потому не знаю крепких слов!..
	
	Насреддин (изумленно)
Да что ты?.. Ни единого словечка?..
Я поделюсь одним–другим словцом!

(Наклоняется к Мудрецу.)

Давай–ка ухо, кроткая овечка!
Но не красней ушами и лицом!..
Насреддин что–то шепчет Мудрецу на ухо, и по выражению лица последнего видно, что услышанное повергает его в ужас. Зато Насреддин вполне доволен произведенным эффектом.
Насреддин (наставительно)
Ну да, ведь ты ж вдыхал особый воздух!
Ты не привык барахтаться во зле!..
Ты жизнь провел на выдуманных звездах,
А жить–то надо было на Земле!..

Представь: тебе зажали пальцы дверью...
Ну, что ты сморщил рожу–то?.. Кричи!

	Мудрец (что есть силы)
Мерзавцы!.. Гады!.. Сволочи!..
		Насреддин
Не верю!..
Ты пропустил словечко “ПАЛАЧИ!”.

	Мудрец (капризничая)
Трагедия случится, что ль, какая,
Коль я одно словечко... пропустю?

		Насреддин
Пропустишь, глупой лени потакая,
А главный социальный смысл — тю–тю!..
Ты так кричи, чтоб сердце защемило,
Мне искренний твой гнев необходим!

		Мудрец (неожиданно)

А можно я скажу: долой Эмира?..

	Насреддин (опешив)
Пока не стоит. С этим погодим.

Придерживайся в жизни середины.
Жизнь коротка, а зла запас велик.
За правду пусть воюют насреддины,
А твой удел — художественный крик!..
Ну что же, мы довольно помолчали,
Пора и голос все–таки подать!..

	Мудрец (истошно)
Гадье!.. Волки позорные!.. Сучары!
Зарежу — век свободы не видать!..

	Насреддин (он ошеломлен)
Откуда вдруг из нашего народа,
Что солнцем и поэзией богат,
Поперла эта темная природа,
Которая зовется — РУССКИЙ МАТ?..

Каких чудес не встретишь в этом мире!..
		(Мудрецу.)
Скажи мне — да простит меня Аллах! —
Ты не был... в этой... как ее... в Сибири?..
Не сиживал ли... в этих... в кандалах?

	Мудрец (с достоинством)
Родился в предостойнейшей семье я
И рос послушным мальчиком. Как все.
И, склонность к философии имея,
С отличием окончил медресе!..

		Насреддин
(пытаясь быть рассудительным)
Твой крик хорош. И гнева в нем в избытке.
Язык же твой для публики негож!..

		Мудрец (кричит)
Какой язык — когда такие пытки?!
Под пыткой не такое запоешь!
	(Высовывается в окошко.)
Вперед, сыны Отечества!.. На приступ!..
Вперед!.. Алён занфан де ля патри!..

		Насреддин
(хватается за сердце)
Послушай, у меня сердечный приступ...
Прошу тебя... не надо... не ори!..

	(Окончание следует.)
						∙


Версия для печати