Яков Андерер - журналист, критик, социолог, публикуется в журнале «Новий Ексзіль», живет и работает во Львове.

 

Первая трудность, с которой сталкивается обозреватель украинских интеллектуальных журналов, связана с необходимостью проблематизировать сам предмет анализа[1]. Причем эта проблематизация касается не только понятий «украинский» и «интеллектуальный», но и, казалось бы, очевидного и ис­ход­но­го для подобного разговора представления о медийном формате. С одной сто­ро­ны, многие периодические издания, безусловно подпадающие под определение журнала (как journal, так и magazine), тем не менее останутся вне нашего внимания. С другой стороны, нам придется рас­смат­ри­вать в этом квазижурнальном контексте некоторые газеты - и не только еже­ме­сяч­ники, по тем или иным причинам избравшие формальный газетный статус (фак­тически те же magazines), но и еженедельные и даже ежедневные издания. Вместе с тем, нельзя обойти и «непериодику» - несколько альманахов и сбор­ни­ков, выходящих в свет нерегулярно, но с продолжением, раз или два раза в год.

Такая жанровая неопределенность связана с относительно не­высокой плотностью украинского медийного (и «интеллектуально»-медийного в том числе) пространства и со слабой функциональной дифференциацией медиа. Поэтому ежемесячное критическое ревю, например, может, помимо «формат­ных» материалов, публиковать тексты, более уместные в публицистическом еженедельнике, аналитическом или научном бюллетене, литературном журнале, наконец, - а «толстый» ежеквартальник, в свою очередь, помещать микрорецензии и аннотации или политические комментарии, характерные, скорее, для еженедельной, если не ежедневной газеты. Видимо, с этой особенностью нынешней медийной ситуации в Украине следует считаться как с объективно обусловленной социокультурной данностью, но все же трезво оценивать ее как существенную «неполноту структуры», опасный недостаток, требующий в конечном счете исправления или восполнения. Заметим, что в Украине очень мало собственно «ин­тел­лек­туальной периодики» в строгом (насколько это возможно) значении слова, то есть междисциплинарных внеинститу­циональных «независимых» гражданских форумов, обращенных к интеллиген­ции/интеллектуалам («культурному сооб­щест­­ву») и, в меньшей мере, к сообществу экспертному, практикую­щих преимущественно жанр «аналитичес­кой эссеистики» и придающих любому ав­то­ру, независимо от его действитель­ного общественного положения, профес­сии, квалификации и проч., статус pub­lic philosopher. (Этот недостаток особенно бросается в глаза, если сравнивать с «Западом», но также и с Поль­шей, и даже с Россией.) Обзор такой периодики сводится бук­вально к двум-трем названиям. Поэтому, пожалуй, имеет смысл исполь­зо­вать более мяг­кую, хотя и неуклюжую формулу, к которой уже прибегал Антонио Соуса Рибейро, обозревая в «НЗ» португальскую периодику: «литературные жур­на­лы и журналы о культуре», - с той только оговоркой, что нам придется, во-первых, нес­колько дополнить ее, захватив отчасти на­учные журналы, а во-вторых, еще бо­лее расширить за счет форматно неопределенного понятия «издание» - благо, по-украински и журнал, и газета могут обозначаться словом «часопис» (сни­мающим оппозицию актуаль­ности / фундаментальности, но предполагающим все же известную периодичность).

Наконец, категория «украинского» в этом контексте. Предполагает ли она обязательную украиноязычность, с одной стороны, и «украинскую прописку» (формальную регистрацию, месторасположение редакции, гражданство основ­ного круга авторов и читателей и проч.) - с другой?

На рынке СМИ в Украине (правда, не в «интеллектуальном» секторе) и по ко­личеству наименований, и по совокупному тиражу, безусловно, преобладает пресса на русском языке, но, вместе с тем, есть еще издания польские, крымс­ко-­та­тарские (на русском и на крымско-татарском языках), еврейские (опять-таки, на русском языке и на идиш), ромские, румынские, немецкие, венгерские и так далее, кроме того, есть англоязычные газеты и журналы, адресованные прежде всего иностранцам и экспатам. Украинская периодика выходит также и в диаспоре (западной и восточной, то есть постсоветской) - как на украинском язы­ке, так и на языках стран проживания. Наконец, нельзя забывать и о за­ру­беж­­ных ук­раинистических научных изданиях, преимущественно англоя­зычных, но, в си­лу специфики украинистики как на­п­рав­ления постколониальных шту­дий, публикующих большей частью авторов с отчетливой украинской (диас­пор­ной) или двойной идентичностью.

 

Зарубежную украинистику, видимо, следует вывести в отдельную группу. Наиболее авторитетные издания здесь - основанные во второй половине 1970-х годов «Harvard Ukrainian Studies», или HUS (www.huri.harvard.edu/cat.ukrainian.html), и «Journal of Ukrainian Studies», или JUS (www.utoronto.ca/cius/webfiles/jus.htm), - вписаны в структуру западной академической науки и самым тесным образом связаны с институциями, которые их издают (HUS - с Украинским научным институтом Гар­вардского университета и JUS - с Канадским институтом украинистики Аль­берт­ского уни­вер­ситета в Эдмонтоне). Это университетские ученые записки, адресованные науч­но­му сообществу, прежде всего западному (хотя после 1991 года исследователи из Украины довольно активно тут публикуются). Немногие экземпляры, которые попадают в Украину, циркулируют в узком кругу спе­ци­а­лис­тов и непосредственного влияния на украинское общество обычно не оказывают[2]. Еще менее ощутимо в материковой Украине влияние «общинной» и партийной диаспорной прессы, в целом очень архаичной и идеологизированной[3], а также немногочисленных литератур­но-художественных журналов (в отличие от позднесоветских и перестроечных времен, когда символический капитал украинского тамиздата был относительно велик, несмотря на его вполне символическое присутствие в реальном обращении). Впрочем, опыт некоторых диаспорных литературных изданий 1980-х - первой половины 1990-х годов оказался все же востребован наново формировавшимся в то время  украинским «культурным сообществом» - прежде всего, речь идет о «Термінусе», который 1986-1989 годах издавал в То­рон­то писатель и режиссер Марко Роберт Стех с молодыми коллегами, и о вар­шав­ских «Зустрічах» («Встречах»), которые ре­дак­ти­ровали Мирослав Чех, Оля Гнатюк, Богдан Гук, Лида Стефановская и другие - впоследствии составившие цвет польской украинистики. Специальный восьмой выпуск «Зустрічей» (1994 год) до сих пор остается самой серьезной и непрев­зой­ден­ной по­пыт­кой кри­тического осмысления украинского андеграунда.

 

Видимо, нет смысла рассматривать в этом обзоре и периодику большинства национальных меньшинств Украины, независимо от языка адресованную преж­де всего членам той или иной общины (некоторое исклю­че­ние, возможно, составляют бюл­ле­тень «Кримські студії» [www.cidct.org.ua/uk/studii], ко­то­рый выпускает на ук­ра­инском и анг­лий­с­ком языках Центр документации и ин­фор­мации крымских татар[4], альманах Ин­с­ти­тута иудаики «Єгупець» [www.judaica.kiev.ua/index.html#5555], помещаю­щий литературные и публицис­тические тексты на украинском и русском язы­ках, и двуязычный бюлле­тень «Голокост і сучасність» [«Холокост и сов­ре­менность»; www.holocaust.kiev.ua]).

 

Сложнее ситуация с прессой на русском языке - ее присутствие в инфор­ма­цион­ном пространстве чрезвычайно велико как на Востоке, так и на Западе Ук­ра­ины и безусловно значимо не только для русско- или двуязычного читателя, но и для аудитории, ориентированной прежде всего на украиноязычную перио­ди­ку. Впрочем, это касается именно масс-медиа - большетиражных ежедневных или еженедельных общенациональных и местных газет, политической, эко­но­ми­­ческой, развлекательной прессы и тому подобного. «Литературных изданий и изданий о культуре» по-русски выходит далеко не так много, и, за небольшим исключе­ни­ем, это издания откровенно маргинальные[5]. В контексте нашей темы некоторый интерес здесь может представлять только еженедельник «Столичные новости» (http://cn.com.ua; главный редактор Владимир Кацман), возникший как местная версия «Московских новостей», но вскоре добившийся довольно сомнительной с точки зрения результатов эмансипации. Политическая аналитика и социальная публицистика тут малоинтересны, неоригинальны и явственно сервильны: пре­де­ль­но лояльная по отношению к правящему режиму риторика «здравого смыс­ла»[6], сочетающая умеренно пророссийские ориентиры с безоговорочным приз­нанием независимости Украины, и столь же умеренные прозападнические сим­па­тии с отчетливо артикулируемой советской ностальгией (в духе «про­ек­та амнезии»), призвана навязывать читателю - главным образом го­род­скому (киевскому) интеллигенту-русофону, гуманитарию, инженеру, мелкому служащему или чиновнику - тот же (в конечном счете антилиберальный[7]) комп­­лекс пред­с­тав­лений как о стране и мире, так и о его, чита­те­ля, собственной идентичности, что и аб­со­лютное большинство массовых рус­ско- и украиноязычных газет, адресован­ных «простому человеку». В число из­да­ний, составляющих предмет этого об­зора, «Столичные новости» попадают преж­де всего благодаря своему отделу куль­туры: до недавнего времени здесь литературе и искусствам (особенно театру и кино) уделяли гораздо боль­ше внимания, нежели в про­чих газетах, и читатели могли оценить если не глубину и точность анализа, то, по крайней мере, широту и регуляр­ность инфор­ма­ции. Кроме того, «Столичные новости» с самого начала охотно публиковали эс­сеистику - как в «историко-культурологическом» изводе (автор­ская колонка литературоведа Вадыма Ску­ративского), так и собственно литера­турную, привлекая ведущих украинских писателей и публицистов (Юрия Анд­ру­ховыча, Мыколу Рябчука, Оксану За­буж­ко, Сергия Жадана и др.); со време­нем, однако, прояснение по­литического кредо газеты привело к тому, что многие из этих авторов, настроенных весьма оппозиционно, перестали с ней сотруд­ни­чать.

Еще одно относительно заметное русскоязычное издание - сохранившийся с советских времен журнал «Радуга» - только недавно обзавелось более или менее регулярным критическим отделом, а до того обходилось практически без какой-либо аналитики и, не считаясь «интеллектуальным изданием», публиковало почти исключительно поэзию, беллетристику и мемуары.

 

Новейшую историю собственно украиноязычной интеллектуальной журна­листики можно начинать с перенесения в Украину в 1992 году редакции жур­на­ла «Сучасність» («Современность»; www.uvkr.org.ua/suchasnist) - глав­ного ли­тера­турно-публицис­тического издания диаспоры, созданного в 1961 году отко­ловшимся умеренным крылом Организации украинских на­ци­о­на­листов. Долгое время его редактировал один из на­и­бо­лее заметных деятелей украинской эмиг­ра­ции (которая в данном случае сов­сем не то же самое, что собственно ди­ас­по­ра) - лингвист, литературовед и критик, про­фессор Колумбийского университета Юрий Шерех (Шевелёв), оказавший исключительное влияние на несколько по­колений украинских интел­лектуалов, вынужденных преодолевать идеологичес­кое и методологическое наследие запоздалого неона­родничества и интеграль­но­го национализма. После переезда в Украину соредактором «Сучаснос­ти» со стороны «Края» стал известный диссидент, литературовед Иван Дзюба, а отдел литературы возглавил критик и публицист Мыкола Рябчук, который при­в­нес с собой традиции еще позднесоветского ли­те­ра­турного самиздата. Первый но­мер «краевой» «Сучасности» вышел с портретом пре­зидента Леонида Кравчука на обложке - и скандальным по меркам тог­даш­него украинского общества (и особенно патриархально наст­ро­ен­ных читателей этого в то время вовсе еще не патриархального журнала) романом Юрия Андру­хо­вы­ча «Рекреации». Эта двойственность - склон­ность к национально-го­су­дарст­вен­ническому, все тому же не(до)выт­рав­лен­ному запоздалому неонарод­ническому дискурсу, с одной сто­роны, и вполне плюралистическая готовность публиковать (главным образом литературные, но и эссеистические, и публицистические тоже) весьма чуждые этому дискурсу постмодернистские (в самом широком и огрубленном смысле) тексты - сохраня­лась в «Сучасности» все десять лет, впрочем, с середины 1990-х годов, после ухода из редакции Рябчука, а особенно с начала века тра­диционалистские тенденции постепенно берут верх - что соответствует и об­ще­му поправению украинского социума, прежде всего, элит. При новом главном редакторе, поэте поколения ранних 1980-х Игоре Рымаруке (Иван Дзюба остался председателем редсовета), журнал сохраняет нацио­нально-демократическую, государственническую, хотя и по необходимости умеренно оппозиционную риторику, но все последователь­нее склоняется к спе­ци­фической версии «либерального консерватизма», которо­му для превращения в «здравомыслящий центризм» - сродни тому, что ис­по­ве­дуют «Столичные но­вос­ти», только на иных основаниях - не хватает собственно более «украинс­ко­го» государства, готового поддержать родной язык и культуру.

 

Еще одной условной точкой отсчета новейшего украинского журнализма мо­ж­но считать создание во Львове в 1989 году газеты «Поступ» («Прогресс»; www.postup.brama.com), практиковавшей весьма свежий (для Украины) «студенческий» публицистический стиль: ироническое письмо в сочетании с последовательным либеральным ревизионизмом. И то, и другое крайне болезненно воспринимали как традиционалистски настроенная общест­венность Галычины, так и по-совет­ски вышколенная аудитория Восточной Украины. Вместе с тем именно со шко­лой «Поступа» и «Post-Поступа»[8] в той или иной форме связано начало твор­чес­кой деятельности боль­шин­ства нынешних львовских и киевских журналистов поколения «сорока­лет­них». Для нас нынешний «Поступ» представляет интерес, пос­кольку, во-первых, помимо вполне «форматной» политической публицис­ти­ки национально-демо­к­ратического толка (со специфическим пристрастием к «центрально­ев­ро­пей­с­ко­му» и «габсбургскому» мифу и несколько акцентирован­ным инте­ресом к дискуссиям о галицком автономизме/сепа­ра­тиз­ме) он небез­ус­пешно пытается развивать художественно-рецензионный отдел, кон­ку­рируя со столичными изданиями на «культурологическом» поле, а главное - удер­жи­вает несколько авторских эссеистических рубрик, в двух из которых колумнистами выступают очень авторитетные и популярные в Украине писатели Тарас Прохасько и Юрий Выннычук (под псевдонимом «Юзьо Обсерватор» он ведет сти­ли­зо­ванные под классический фельетон еженедельные «Львовские обсервации» - приблизительно в том же стиле и с той же филологической изощренностью, что и Максим Соколов в «Известиях», но в совершенно противоположном духе, без шовинистического пафоса и обскурантистского тона). Уже само наличие этих двух коротких текстов в номере превращает газету из обычного провин­ци­аль­но­го ежедневника в почти обязательное чтение для оппозиционно ори­ентирован­ного литературоцентричного либерала как на Западе, так и на Востоке Украины[9].

С «Поступом» соперничает «Львівська газета» (www.gazeta.lviv.ua; главный редактор Олег Онисько), год назад созданная группой «поступовских» журна­лис­­тов, разошедшихся с коллегами из-за коллизий, связанных с выборами львов­с­­кого мэра. Идеологически и стилистически эти два издания чрезвычайно близ­ки, «Львівська газета» несколько более «западническая», «американи­зи­ро­ван­ная» и «технологизированно-постмодерная», в отличие от, скорее, «модер­но­го» «Поступа»; ее авторы в значительно меньшей степени склонны мифоло­ги­зи­ро­вать Центральную Европу и обсуждать перспективы преуспевающей де­мо­­кра­тической Галычины, отделившейся от тоталитарной, коррумпированной и руси­фи­цированной Украины. Недостаток столь же именитых, как в «Поступе», ко­лумнистов «Львівська газета» компенсирует прежде всего за счет большой ана­­­литико-эссеистической рубрики «Комментарии» - фактически газеты в га­зе­те, которую редактирует известный философ и политолог Андрий Павлы­шин и ку­­да охотно отдают свои статьи все заметные западно- (а отчасти и вос­точ­но-) ук­раин­ские писатели и гуманитарии - в том числе и абсолютные идейные ан­та­го­нис­ты. Уровень эстетической и идеологической толерантности газеты в этом смыс­ле совершенно беспрецедентный для украинского издания, пожалуй, нес­колько даже избыточный. Особенностью газеты, с еще большим основанием позволяющим включить ее в наш обзор, можно считать плотный дис­кус­сион­ный контекст, складывающийся вокруг всех более или менее заметных материалов. Полемика, порой весь­ма содержательная, обычно начинается на сайте, но часто переходит на стра­ни­цы печатной версии. Безусловно, такая верность полемическому формату весьма ценна в ус­ловиях, когда в Украине почти полностью отсутствуют именно интел­лек­ту­аль­ные форумы. Наконец, стоит отметить, что газета, как и «Пос­туп», пытается поддерживать отдел культуры, способный конку­ри­ро­вать со столичными изданиями, и регулярно помещает литературно-крити­чес­­кие очерки поэтессы и критика Наталки Сня­дан­ко.

Анализ газетной составляющей украинского интеллектуального медиа-про­стран­­ст­ва можно завершить[10] обзором двух киевских изданий - ежедневной газеты «День» (www.day.kiev.ua; главный редактор Ларыса Ившина) и еженедельника «Дзеркало тижня» («Зер­кало недели»; www.zerkalo-nedeli.com; главный редактор Володымыр Мос­товый). «День» возник в преддефолтном и предвыборном 1997 году[11] как респектабельная и вместе с тем динамичная газета либерального толка, адресованная новым украинским элитам - политической, предпринимательской и интеллектуальной. Ее создатель, один из наиболее «креативных» украинских журналистов Володымыр Рубан, ориентировался прежде всего на центральноевропейские образцы, в частности на весьма популярную среди украинской интеллигенции «Газету выборчу» Адама Михника, но российскому читателю проще будет составить себе довольно точное представление о тогдашнем «Дне» по газете «Сегодня» времен первой редакции. Впоследствии, несмотря на радикальную смену политических приоритетов и заметно понизившийся журналистский уровень, «День» довольно долго сохранял репутацию самой интеллектуальной украинской газеты, созданную в первые полгода работы командой Рубана. На сегодня этот изначальный импульс уже почти полностью исчерпался, тем не менее «центристский» «День», который в сложноструктурированной системе провластных масс-медиа по-прежнему «отвечает» за украиноязычные «молодые элиты»,остается одной из немногих газет, регулярно публикующих статьи и интервью ведущих ученых, публичных интеллектуалов и писателей (разумеется, заметно ограничивая их критический по отношению к властям потенциал и подвергая остракизму наиболее последовательных оппозиционеров). Кроме того, «День» охотно выступает в качестве общегражданского форума и часто практикует дискуссии (впрочем, часто весьма схоластические или выхолощенные), посвященные социально значимым сюжетам, в том числе вызывающим острую полемику и требующим не журналистского, а именно интеллектуального осмысления, - как, например, украинско-польское противостояние на Волыни в 1943 году, голодомор 1933 года, Переяславская рада, межнациональные отношения в Украине и так далее. Традиционно здесь на широкую ногу поставлен отдел культуры и достаточно часто публикуются содержательные книжные рецензии, хотя сколько-нибудь заметного места в структуре «Дня» литературная критика не занимает (в отличие от того же «Сегодня»).

«Дзеркало тижня» возникло как киевская версия нью-йоркского «Нового русского слова» и долгое время выходило только по-русски, оставаясь политически нейтральным и интеллектуально незаметным. Однако в последние годы, обзаведясь украиноязычной версией (существенно превышающей по тиражу русскоязычную), газета начала последовательно поддерживать демократическую оппозицию. Политические обозреватели «Дзеркала тижня» - Юлия Мостовая, Сергий Рахманин, Ольга Дмытричева - считаются одними из наиболее влиятельных украинских журналистов, мнение которых в равной степени важно и для интеллигенции, и для политического класса. Кроме того, газета регулярно публикует социологические обзоры и аналитические статьи сотрудников Центра им. Разумкова - украинского аналога ВЦИОМа Левады, а также весьма содержательную экономическую аналитику. Вместе с тем «Дзеркало тижня» совершенно не практикует дискуссии, нехватку которых особенно остро ощущает «интеллектуальное сообщество», а уровень чрезвычайно провинциальной и архаичной социальной и культурной журналистики (исключая авторскую колонку Виталия Портникова) в целом совершенно несопоставим с уровнем публикаций «первой тетради» (всего в газете 24 полосы, «социалка» занимает как раз всю вторую половину). В последний год этот досадный недостаток отчасти компенсирует выходящее раз в две недели однополосное литературно-критическое приложение «Книжна лавка», которое редактирует поэт и переводчик Андрий Бондар. Здесь ведет авторскую рубрику «Геопоэтика» Юрий Андруховыч, публикуют свои эссе Сергий Жадан, Юрий Выннычук, Тарас Прохасько, Олександр Бойченко и речь идет о том же дискурсе, что и в собственно интеллектуальных изданиях, адресованных непосредственно «культурному сообществу», - в журналах «Критика», «Ї», «Потяг 76» и так далее.

После газет логично было бы перейти к тонким еженедельным или двух­не­де­ль­­ным журналам. К сожалению, даже при самом широком толковании тема­ти­ческих рамок обзора предмета для обсуждения почти нет. Попытку создать нечто вроде российских «Итогов» (точнее, польского «Wprostu», но с от­чет­­ли­вым привкусом «молодежности») предпринял один из «культурных героев» сов­ре­мен­­ной украинской журналистики Олександр Крывенко (1963-2003), основав в 1999 го­ду журнал «Політика і культура» («ПіК»; www.pic.com.ua; ныне главный редактор Игор Юрченко). Уже через полгода журнал попал под контроль влас­тей и ре­дактор утратил возможность проводить самостоятельную ре­дакцион­ную поли­ти­ку. После ухода Крывенко из «ПіКа» издание вскоре окончательно мар­ги­на­ли­зиро­валось и в контексте этого разговора может представлять интерес только в связи с (не­у­дач­ной) попыткой власти легитимировать с его помо­щью в го­род­ской мо­ло­дежной среде праворадикальный ксенофобский дискурс (не­ко­то­рое время в качестве вклейки журнал печатал «боевой листок» экст­ре­мист­ского «Право­с­лав­ного Братства», которым руководит контролируемый ад­ми­нистра­ци­ей пре­зидента литератор и политический авантюрист Дмытро Кор­чин­ский). Се­год­ня журнал, владельцы которого входят в одну из группировок, ос­парива­ю­щих друг у друга влияние на Кучму, занимает центристско-про­прези­дент­ские по­зиции и публикует крайне низкого уровня политическую публицис­ти­ку, социальные и культурные репортажи, светскую хронику, анонсы книг, ху­до­жественных акций и прочее.

Напротив, журнал «Корреспондент» (www.korrespondent.net; главный редак­тор Олег Лысенко), вместе с интернет-журналом Korrespondent.net, англоязыч­ной газетой для экспатов «Kyiv Post», информационно-развлекательным «глян­цевым» журналом «Афиша» и порталом Bigmir.ua составляющий независимую (за счет иноземного капитала) медиа-группу «КП Друк», вполне респектабелен, но - в отличие от информативно насыщенного сайта Korrespondent.net и дель­ной «Kyiv Post» (www.kyivpost.com), которая позволяет себе публиковать не только весьма глубокую и детальную аналитику, но порой и достаточно резкие оценки действий режима, - совершенно бесстилен и бессодержателен и скорее обозначает собой еженедельник, нежели действительно им является. Во всяком случае, к обязательной лектуре интеллектуалов он не принадлежит.

Роль еженедельника приходится отчасти исполнять специализированному двухнедельному обозрению «Книжник Ревю» (www.review.kiev.ua; главный редактор Костянтын Родык). «Книжник» - это специализированная газета (в формате журнала), посвященная анализу книж­ного рынка, отслеживанию и рецензированию поточной издательской про­дук­­ции, анализу литературного процесса и, прежде всего, тенденций в массовой ли­те­ратуре, представление о реальном значении которой таким образом существенно ги­пер­тро­фируется, а тезис об основополагающей роли масскульта в современной украинской культуре и составляет концептуальное кредо газеты. Издание последовательно выдержи­ва­ет эту редак­цион­ную политику, а поскольку политической публицистикой оно не зани­ма­ет­ся и эссе на отвлеченные темы, не связанные с той или иной книгой, не публику­ет, то, помимо интервью, тут культивируется, по сути, один только жанр корот­кой рецензии-аннотации; время от времени элемент разнообразия вносят поле­мика и редкие обзоры. Особое направление деятельности «Книж­ни­ка» ­- прове­дение ежегодного конкурса-рейтинга «Книга года»[12].

Здесь же есть смысл прокомментировать весьма забавную деталь: в предполагаемом нами гипотетическом интеллектуальном медиа-пространстве очень слабо представлены искусствоведческая и художественная пресса, пос­вя­щенная театру, живописи, музыке и так далее. Если не брать, с одной стороны, уз­когрупповые издания, занятые contemporaryart, а с другой стороны, такие па­мят­­­­ники большого советского стиля, на скорую руку декорированные нацио­на­ль­ными цветами, как глубоко затаившиеся «Український театр», «Образотворче мистецтво» («Изобразительное искусство») или «Українська куль­тура», тогда останутся лишь весьма дельные и респектабельные, но совершенно чуждые ин­тел­лектуальному дискурсу «Пам’ятки України» («Памятники Украины», глав­ный редактор Олександр Рыбалко), а также очень живой и динамичный кине­матографический ежеквартальник «Кіно-Коло» («Кино-Круг»; www.kinokolo.ua; главный редактор Володымыр Войтенко), как раз вполне уме­ло и удачно вы­хо­дя­щий за рамки сугубо профессиональной тематики или, точ­нее, вводящий эту тематику в более широкий контекст гуманитарной дискус­сии.

 

(Вторую часть статьи читайте в следующем номере.)