Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

       Имя Сергея Павловича Залыгина (6.12.1913 - 19.04.2000) останется как имя одного из ведущих писателей в русской литературе второй половины века.


      Сергей Павлович Залыгин - родился в 1913 году, вырос в Сибири, окончив сельскохозяйственный техникум, работал агрономом в Хакасии, учился на гидромелиоративном факультете Омского сельскохозяйственного института, работал инженером-гидрографом; в 1948 году защитив кандидатскую диссертацию, возглавил кафедру сельхозмелиорации в Омском СХИ. С1955 года работал в Западно-Сибирском филиале АН СССР, а затем - в Сибирском отделении АН СССР. В 1970 году Залыгин переехал в Москву и занялся только писательской работой. В 1991 году был избран действительным членом Российской Академии Наук (отделение литературы и языка).
      Литературная деятельность его началась в Сибири. Первая книга Залыгина “Рассказы” вышла в Омске в 1941 году. Далее последовали “Северные рассказы” (Омск, 1947), “Зерно” (Омск, 1950), “На Большую землю” (М., “Молодая гвардия” 1952), “Утренний рейс” (Омск, 1953). В 1949 году был принят в Союз писателей.
      Для всесоюзного писателя имя его впервые прозвучало широко в 1954 году, когда в “Новом мире” появились цикл его очерков “Весна нынешнего года”, посвященных современного колхозной жизни. Этими очерками он сразу же вошел в круг писателей, (Овечкин, Троепольский, Тендряков, Дорош и другие) своим творчеством повернувших литературу тогдашнего времени к реальной жизни, в круг тех, кто подготовил взлет так называемой “деревенской прозы” шестидесятых годов.
      Первый роман Залыгина “Тропы Алтая” (1962) был посвящен биологам. В этом произведении впервые была отчетливо заявлена одна из сквозных тем творчества Залыгина - неразрывная связи человека и природы, “натуро-философская” окраска размышлений писателя о жизни общества и современного человека.
      А уже следующее произведение Залыгина - повесть “На Иртыше”, напечатанная в “Новом мире” в 1964 году, - стало событием и общественным, и художественным. Впервые в советской подцензурной печати коллективизация тридцатых годов была представлена как трагический перелом в судьбах русского крестьянства, а следовательно - и в судьбах России ХХ века. Однако значимость этой повести отнюдь не исчерпывалось общественно-публицистическим ее содержанием. В новом своем произведении Залыгин выступает как художник и философ. По сути, перед нами художественное исследование создававшегося в России веками крестьянского уклада жизни: быт, культура труда и взаимоотношений, мироощущение, жизненная философия.
      Именно с этого произведения, по мнению критики, Залыгин “втягивает нас в обсуждение центральных вопросов исторического бытия нашего народа”(Дедков).
      За повестью “На Иртыше” последовали романы “Соленая падь” (1968), “Комиссиия”(1975), “После бури”(1985). Каждое из этих произведений не только для писателя но и для отечественного читателя было этапным в осмыслении основных вопросов русской истории и нашего национального характера.
      Роман “Соленая падь”, посвященный гражданской войне в Сибири, рассказывает о партизанском вожаке, полководце-самородке Ефреме Мещерикове (прототипом его стал алтайский крестьянин Е. М. Мамонтов) и о его “партизанской республике”; это роман о сибирском крестьянстве, взявшем в гражданской войне сторону красных и защищавших в ней свои коренные интересы.
      В основу сюжета романа “Комиссия”, действие которого также приходится на годы гражданской войны, легла история создания сибирскими крестьянами Лесной Комиссии в 1918 году. Целью этой Комиссии, а по сути, Крестьянского правительства, было сберечь и лес вокруг их деревни, и земли, и саму крестьянскую жизнь в тяжком разоре гражданской войны. “Комиссия” - одна из немногих наших книг, где гражданская война осознана как общенародное, национальное бедствие с глубокими последствиями.
      В обоих романах художественно исследуется народная власть, возникшая вне “правил”, по собственному почину и разумению, ее социальная и психологическая природа, ее правосознание и философия, ее идеалы и способ действия. И одновременно это романы о трагедии, об исторической обреченности такой власти. И в “Соленой пади”, и в “Комиссии” весь образ изображаемой жизни как бы вытянут навстречу будущему - Залыгин уверен, что и в 18-м и в 19-м годах правота была на стороне народного большинства; вопрос был в том, как распорядится народ своей правотой и чего добьется, какое будущее заложит для себя.
      И, наконец, последний четвертый роман - художественное исследование узловых моментов истории русского общества в начале века - роман “После бури”, явился масштабной попыткой воссоздать “идеологический ландшафт” Советской России двадцатых годов, увидеть ее жизнь, а главное понять порождаемые этой жизнью мысли изнутри, на разных уровнях, в том числе и на тех, какие обычно не принимались во внимание советской литературы, скажем, мировосприятие той поры представителей “старой” России, изгоев в новой действительности.
      Творческую манеру Залыгина отличает многосторонность и многогранность - художественные задачи, которые он ставит перед собой, заставляют писателя обращаться к разным стилевым манерам, к разным жанрам. Эпические полотна чередуются с остропроблемным социально-психологическим исследованием общественных нравов 70-х годов в романе “Южноамериканский вариант” (1973). Литературно-критические эссе о Чехове, Платонове, Павле Васильеве, Солженицыне, Шукшине, Трифонове и других соседствуют с сатирическими произведениями (эта линия творчества протянулась у писателя от его повести “Свидетели” (1956) до рассказов восьмидесятых-девяностых годов: Премия, Глосование и другие).
      Особым этапом стала поздняя проза Сергея Залыгина, публиковавшаяся им в девяностые годы. Здесь писатель активно продолжает художественное исследование современной ему жизни. И в “Экологическом романе”(1993), и в повести “Фиалка”(1989), рассказах “Однофамилец”(1995), “Уроки правнука Вовки”(1997) читатель встречается с реалиями современной постсоветской жизни, с порождаемыми текущей современностью социально-психологическими типами и общественными коллизиями. И одновременно углубляется мысль писателя. Используются им средства самые разные. В том числе и только вошедшие в литературный обиход у нового сегодняшнего поколения писателей. Наиболее показательная в этом отношении его последний роман “Свобода выбора”(1996).
      Произведения С. Залыгина неоднократно отмечались премиями (романы “Южноамериканский вариант” и “Комиссия” - премией журнала “Наш современник”, 1974 и 1976 годы, роман “Соленая падь” - Государственная премия СССР за 1968 год). Награжден орденом Трудового Красного Знамени в 1964 году, орденом Ленина в 1971 году. В 1988 году получил звание Героя Социалистического труда. В девяностые годы награжден Орденом дружбы народов за литературную и общественную деятельность, а также Орденом Сергия Радонежского второй степени и грамота от Алексия Второго за свою экологическую деятельность.
      С 1986 по 1997 годы Сергей Павлович работал главным редактором журнала “Новый мир”. С этим временем связана пожалуй самая яркая страница новейшей истории журнала. Залыгин смог вернуть “Новому миру” лидирующее положение среди других литературно-художественных изданий страны. Именно в этом журнале публиковались недоступные ранее советскому читателю произведения русской литературы, и острейшие произведения, посвященные больным сторонам современной жизни. Публицистика “Нового мира” рубежа восьмидесятых-девяностых годов открывала для русского общества всю полноту, остроту и масштабность современных проблем. Вводила в современный культурный обиход современную русскую философию, политологию, экономическую мысль. Журнал стал тем органом, который позволил войти в литературу целой плеяде новых талантливый русских писателей.
      На этой странице представлен новейший этап творчества Сергея Залыгина – проза и эссеистика девяностых годов.


      Экологический роман.  Роман .
      Свобода Выбора  Роман без сюжета
      Однофамильцы.  Повесть.
      Ирунчик.  Маленькая повесть .
      Уроки правнука Вовки.  Маленькая повесть.
      Государственная тайна.  Рассказ.
      Предисловие.  Рассказ
      Клуб вольных долгожителей.  Рассказ.
      После инфаркта.  Рассказ .
      Бабе Ане - сто лет.  Рассказ .
      Два провозвестника. Заметки.
      Моя демократия. Заметки по ходу жизни.  Эссе.
      Культура, демократия и тоталитаризм.  Заметки .
      Два провозвестника.  Эссе .

      Стариковские записки.  Эссе .

     Критика:

     См. статью: ОЛЬГА СЛАВНИКОВА — Старый русский. Поздняя проза Сергея
      Залыгина (“Новый мир”, № 12, 1998)

     Сергей Костырко - "...Не надо бояться себя". О Сергее Залыгине

     А также:
      "Вот два старика в нашей литературе, присутствие которых выглядит почти укором современным литераторам, мучительно ищущим темы, идеи, да и просто силы, чтобы писать, -Сергей Залыгин Анатолий Рыбаков. Обоим за восемьдесят, оба регулярно публикуют свои новые вещи.

     <> 
     Свою новую повесть “Уроки правнука Вовки” . Залыгин напечатал в №7 “Нового мира”. О ней кратко упоминалось в предыдущем  Обозрении , но справедливость требует сказать несколько слов подробнее. Сюжет прост - внуки, отправляясь в загранкомандировку, оставляют двенадцатилетнего сына Вовку на попечение деда, Юрия Юрьевича, восьмидесятилетнего пенсионера, ранее - инженера, кандидата технических наук, честного и умного работника (в прозе понятие работник являетс понятием еще и этическим). Наблюдая небрежное отношение правнука к школе, прадед пытается наставить его на путь истинный и беретс давать уроки. Вот эти уроки и их беседы составляют содержание повести. Недоумение Юрия Юрьевича, почти страх его перед новыми временами, - вот место. которое занимает в повести правнук Вовка. Непонятно кто кого учит, старший младшего или младший старшего. Оба личности, оба достаточно полно выражают в повести каждый свое время. Реакции обоих трудно прогнозируемы. Выясняется, например, что прадед не так уж далек от правнука, во всяком случае мысль о том, что в эту вот школу, в которую с таким трудом приходитс выгонять по утрам внука, в эту школу может быть и действительно ходить не надо, - мысль эта вообще то близка и прадеду. Сам то он, в течение десятилетий честно отработав ритуал лояльного гражданина, в конце жизни принес в партком свой партбилет и со счастливым чувством высвобождения заявил, что с него хватит, он уже старый, пора на покой, пора кое о чем подумать. Мир, окружающий героев, не хорош, но и не плох, времена деда не хуже но и не лучше времени правнука. Дело не в этих градациях, а в том едином, что течет сквозь эти времена. Об этом размышляет писатель.<> 
     Наверно у повести есть свои недостатки, скажем, для меня не очень убедителен нарисованный в повести портрет писателя Распутина, рядом с Толстым я бы его не поставил. Но это мое личное дело. Главная неожиданность и главное достоинство повести - она абсолютно живая и современная. Писатель ведет свой диалог со временем и историей на равных - не учеником и не учителем-пророком. Залыгинписатель странный, уже хотя бы потому, что выдает в год одну две новые вещи, ни на одной нет следов усталости, скуки от жизни, ничего от закаменевшей писательской привычки “ставить слово после слова”. Литератору, проживающему девятый десяток пора бы, наверно, мемуары писать. Вон даже Битов написал что-то вроде писательских воспоминаний. Но Залыгину некогда, он все еще свою живую работу не закончил..."

Сергей Костырко - “Обозрение С.К.” № 7