Анонс ноябрьского номера (№ 11) журнала “Новый мир”
ПРОЗА
Владимир Березин. Повесть о Рабле, или Лесопильщик
Платоновские диалоги автора-повествователя и Вани Синдерюшкина об устройстве нашей жизни и нашего сознания, о литературе и истории, о кулинарии и социопсихологии и о множестве других не менее актуальных и увлекательных тем,
украшенные описанием развернутых эпизодов из нашей жизни (литерная электричка Москва-Петушки, битком забитая пьяными литераторами и журналистами, так отмечавшими память Венички Ерофеева; процесс получения заграничных посылок и доставка их адресатам и др.),
исполненные в пяти главах, сопровожденных сверхкратким изложением их содержания: “Глава первая. Хронология прежде всего, а также разговор о непонятных иностранных словах, которые означают всё и одновременно – ничего. История о том, каким обременением может обернуться помощь дальним родственникам и неблизким знакомым.
Глава вторая. Мысли об утилитарности занятий литературой и рассуждение о том, что не всегда хорошо долго идти по избранному пути. Правдивая история про то, как бразильцы иногда обходятся с умершими, верность отеческим гробам и нищета поколения дворников и сторожей – буквальная и иная. А также история о том, что работа на свежем воздухе иногда навевает сон.
Глава третья. Хронологические описания на рубеже эпох и возникновение новых стилей в момент извлечения из земли свидетельств прошлого. Анатоль Франс о первых часах европейского Возрождения. Размышления о причинности, а равно как о любви.
И т. д.
Олег Ермаков. Вечный солдат. Рассказ
Сегодняшняя русская экзистенциальная проза. Внешний сюжет и образный ряд - возвращение с войны. Герой рассказа уже как бы знаком нам по ермаковской прозе, и война тоже как бы вполне конкретная, афганская. Ну а внутренний сюжет составляет развитее того состояния, точнее той бытийной категории, которую автор называет “вечным возвращением” – возвращением с войны и одновременно, возвращением на войну, в ту боль, ярость, тоску, в ошеломление перед обнажившейся картиной реальной жизни и реального человека, и связанная с этим потребность не помнить себя тем, которым был на войне (с таким знанием о себе жить как бы невозможно в принципе) и такая же потребность – помнить все. Возвращение в себя, который уже и не вполне ты, который – другой, со “старыми глазами” - “пересказать это невозможно”, “это было ни с чем не сравнимое чувство. Как будто на мгновение я погрузился в рай, пусть он и был ржаво-грязный, неверный, как стремительные просверки синевы в несущихся облаках с чернильными краями, как хлебный дым над шатрами. И я понял, что такое вечное возвращение. … с тех пор я уже почти не боялся подорваться на мине или получить пулю из дуры-бура, старой английской винтовки, череп расшибает вдребезги. Нет, конечно, боялся, зачем врать. Вот если бы то мгновение длилось… хм, вечно, то точно, не боялся бы. Но оно было со мной, я его помнил. Это устранение времени. … наша жизнь там была мудрее всех книжек. Только не всему мы находили название. Например, той же войне”.
Хамид Исмайлов. Павшие жизнью храбрых. Повесть. Перевод с узбекского
Рано Азимовой и Вадима Муратханова
Сплетенное из 63 кратких главок-эпизодов повествование про доживание своих жизней (своих великих эпох) двумя стариками - упэртым коммунистом Марленом и муллой Махсумом, двух, всегда державшихся в отдалении друг от друга, сватов, неожиданно для себя оказавшихся жильцами одной квартиры, которую оставили им уехавшие за границу дети.
“47. Называешь себя стариком, а ведь раньше стариками считались белобородые старцы. У нынешних стариков трудно определить возраст: какими были в сорок лет, почти такими выглядят и в шестьдесят-семьдесят лет – не стареют, а устаревают, затаскиваются, вот и все. Они не соответствуют подобающему их летам виду, гладенькие, ухоженные, как в маске Фантомаса. Даже стыдно называть себя стариком.
48. Не совершаешь омовения, не читаешь намаз, не держишь пост, не ходишь в мечеть. Поиски правды состоят в ловле радиоволн Би-би-си и “Свободы”, которой занимаешься, уйдя в свою комнату. Но, разочаровавшись их приторной, малограмотной, как твой узбекский, речью, называешь одного ведущего малограмотным грамотеем, другого слепым священнослужителем, третьего рупором, прибитым на столбе, и выключаешь не дослушав, однако назавтра, боясь пропустить новость, опять крутишь ушко радиолы. И это называется зрелость, которой ты достиг?!
Или другим таким, достигшим зрелости, был Махсум?”..
Анна Лавриненко. Потеряшка. Рассказ
Рассказ про человека, которого пятилетним мама “забыла” в аэропорту, которого воспитали случайно встретившиеся ему люди, и который до тридцати лет пытался исправить, возместить эту потерю, избавиться от состояния “потерянного”, и который неожиданно понял, что все правильно. Что только так и надо.
Евгений Алехин. Ядерная весна. Рассказ
Короткий рассказ молодого прозаика, финалиста премии “Дебют” (2004) и премии имени Бунина (2008); описывается вечер и ночь двух совсем молодых людей: любовь – наркотик - секс - любовь.
СТИХИ
Подборки стихотворений Марины Кудимовой “Китеж”, Сергея Жадана “Навстречу горячим ветрам” в переводе с украинского Игоря Белова, Натальи Бельченко “Школьный вопрос”, Юрия Кобрина “Над ложью и бытом”,
Бориса Горзева “Хлеб и вино”
“Всякий конец означает чему-то начало.
Море качало. Чайка кричала возле причала.
Чайник с продавленным боком пыхтел у кострища.
Ослик с мерцающим оком. Смолистые днища
старых баркасов с наростами мидий. Сухо и пряно.
С юга – Ливадия, с севера – Лидия, истина – прямо.
Может, два шага осталось. А может, без толка
плыть–не доплыть, обогнув океаны два раза.
Всякий конец означает начало, но только
там же, в начале, придет и конечная фраза.
Сухо. Февраль. Миндалем еще не зацветали
пелопонесские склоны. Сухо и пряно.
С юга – Ливадия, с севера – Лидия, истина – прямо.
Мальчик Гомер примеряет на вырост сандалии”.
ОЧЕРКИ НАШИХ ДНЕЙ
Борис Екимов. Прощание с хутором
О постепенном угасании жизни донских хуторов, естественном (хоть и слегка подмороженном советской властью, практиковавшей принудительное прикрепление к земле) процессе. Процесс этот, как считает автор, стал неизбежным после того, как революция и Гражданская война упразднила фигуру реального хозяина земли.
Вид (печальный) хуторской жизни сегодня.
ОПЫТЫ
Виктор Кузнецов. Уходящая натура
Сергей Солоух. МР3
История страны в вещах (телевизор, магнитофон, ручка перьевая, ручка шариковая, галстук и т. д.) ставших в эссе Виктора Кузнецова и предметом некоторой ностальгии по прожитому, и некими историческим феноменом, метой времени; ну а “лирико-феноменологическое” эссе Сергея Солоуха посвящено уже новым временам – началу компьютерной эры в России и, в частности, МР3.
МИР ИСКУССТВА
Владимир Скребицкий. Русский дом в Мюрнау
Очерк об истории дома в Мюрнау под Мюнхеном, купленного Василием Кандинский в 1909 году для себя и своей возлюбленной Габриелы Мюнтер, и ставшего своеобразным штабом нового искусства.
ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА
Александр Белый. О Пушкине, Клейсте и недописанном “Дубровском”
О процессах, шедших параллельно в творчестве Пушкина и ведущих европейских мыслителей и поэтов, в частности, у Пушкина и у Канта - “…проблема “Пушкин – Кант” (как и “Пушкин – Клейст”) выходит за тесные рамки чисто филологического интереса и становится показателем уровня европейского самосознания. Показателем тем более важным, что он свидетельствует об “умственном рывке” России, считавшейся ученицей более развитых европейских литератур. Поэтому мы и построим свою работу на выявлении взаимных перекличек между Клейстом, Пушкиным и Кантом, конечно, не претендуя на полный охват этой темы. На этом пути, как мы надеемся, возникает возможность внести некоторую ясность и в вопрос о причинах, по которым Пушкин оставил “Дубровского” незавершенным”.
РЕЦЕНЗИИ. ОБЗОРЫ
Андрей Турков “Я на них иду с пером…” - о книге Георгий Демидов. Чудная планета. Рассказы. М., “Возвращение”, 2008;
Александр Чанцев “Птолемеево преодоление” - о книгах: Готфрид Бенн. Двойная жизнь. Проза. Эссе. Избранные стихи. Составители Игорь Болычев и Вальдемар Вебер. Перевод с немецкого С. Аверинцева, А. Белобратова и др. Аугсбург, “Waldemar Weber Verlag”; М., “Lagus-Press”, 2008; Готфрид Бенн. Перед концом света. Сборник стихотворений. Перевод с немецкого В. Микушевича. СПб., “Владимир Даль”, 2008;
Ольга Балла “Синий - от Богородицы до порнографии” - о книге Ян Балека. Синий – цвет жизни и смерти. Метафизика цвета. Перевод с чешского Инны Мочульской. М., “Искусство - XXI век”, 2008;
Александр Доброхотов “Диптих встреч” - о книге В. П. Визгин. Философия Габриэля Марселя: темы и вариации. СПб., Издательский дом “Мiр”, 2008.
Книжная полка Аркадия Штыпеля
Представлены:
Эдуард Шульман. Полежаев и Бибиков. Роман. М., “Арт Хаус Медиа”, 2008;
Геннадий Каневский. Небо для летчиков. Четвертая книга стихов. М., “АРГО-РИСК”; “Книжное обозрение”, 2008;
Леонид Костюков. Снег на щеке. Книга стихов. М., “АРГО-РИСК”, “Книжное обозрение”, 2009;
Игорь Булатовский. Стихи на время. Книга стихотворений. М., “Центр современной литературы”, 2009;
Дмитрий Строцев. Бутылки света. Книга стихотворений. М., “Центр современной литературы”, 2009;
Аня Логвинова. Кенгурусские стихи. М., “Вест-Консалтинг”, 2009;
Георгий Оболдуев. Стихотворения 20-х годов. Сост. А. Д. Благинина. Подгот. текста и комментарии И. А. Ахметьева. М., “Виртуальная галерея”, 2009;
Андрей Белый, Григорий Санников. Переписка 1928 – 1933. Сост., предисл. и комментарии Д. Г. Санникова. М., “Прогресс-Плеяда”, 2009;
Андрей Степанов. Сказки не про людей. М., “Livebook/Гаятри”, 2009;
Владимир Березин. Диалоги. Никого не хотел обидеть. М., “Livebook/Гаятри”, 2009;
Кинообозрение Натальи Сиривли
“Безславные ублютки”, или Кино как оружие массового поражения
“Писать о новом фильме Квентина Тарантино “Безславные ублютки” (наверное, так, ибо в оригинальном названии фильма “Inglourious Basterds” содержатся аж три грамматические ошибки) – задача нелегкая. С одной стороны, вроде, - событие. Тарантино и по сей день считается в мире культовым режиссером <186> (просто потому, что никто пока не пришел на смену). Фильм чуть не получил золотую пальмовую ветвь в Канне-2009, а австрийский актер Кристоф Вальц, сыгравший там роль эсэсовского дознавателя Ганса Ланды, - удостоился приза за лучшую мужскую роль. С другой стороны, картина поражает своей какой-то вопиющей, демонстративной бессмысленностью. Надо сильно напрячься, чтобы это хоть как-то интерпретировать, поскольку объективно фильм представляет собой просто коллекцию кинематографических штампов, частью деформированных, частью оставленных в первозданном виде и любовно собранных по принципу: Я от этого тащусь! или Во! Это будет круто!”
Художественный дневник Дмитрия Бавильского
Сентябрьский Большой фестиваль Российского национального оркестра в Большом театре
Вступление: “Еще когда я учился в школе, на меня сильное впечатление (которое в этом возрасте оказывается формообразующим) произвела одна фраза Чарльза Дарвина. Великий ученый высказался в том духе, что если бы ему удалось прожить жизнь еще раз, то в обязательном порядке он каждый день бы слушал симфоническую музыку, смотрел бы картины и читал бы стихи.
Ну, стихи и картины – дело десятое, остановимся на музыке. Тем более что дирижер Михаил Плетнев объявил о Большом фестивале Российского национального оркестра, который должен был играть серьезные симфонические программы каждый день в течение недели. Чем не идеальная, можно сказать, возможность воплотить в жизнь завет Дарвина?!
Честно записавшись на семь дней, я тем не менее, смог сходить только на пять концертов. И не то чтобы обстоятельства не позволяли (человек делает то, что хочет, или то, что считает нужным, важным), я физически не смог осилить громаду Большого фестиваля.
К середине программы накопилось такое количество впечатлений, что понадобилась пауза, расчищающая органы чувств для восприятия следующих концертов.
Слушанье симфонических концертов – трудная работа, требующая самоанализа…”
Далее следует запись самого процесса восприятия музыки, исполнявшейся на фестивале, которая делалась Бавильским после каждого концерта.
Библиографические листки.
Книги (составитель С. Костырко)
Периодика (составители А. Василевский, П. Крючков)
