Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2016, 4

Дождевик

стихи

Бородин Василий Андреевич родился в 1982 году в Москве. Окончил Московский государственный вечерний металлургический институт. Автор пяти книг стихотворений. Лауреат премии Андрея Белого (2015). Живет в Москве. В «Новом мире» публикуется впервые.

 

 

 

 

*   *

  *

 

 

дождик яблоки сломал

обе роты, колымагой

укатился так уж мал

 

...можешь мокрую бумагу

разорвать по ровной линии

и пройти по этой глине? я

 

говорю дождю в следы:

ты под флагами воды

победитель только; есть ли

у тебя своя душа?

если есть, то только если

 

ты прошёл — и вот, дыша

чуть по-новому, деревья

тянут руки как зевая:

«мы счастливая деревня,

и твоя душаживая!

 

мы твои подержим капли

как танцующие цапли

 

и у нас в ветвях как в гнёздах

над счастливыми ночами

будут просыпаться звёзды

полные ума, печали

 

и просветов в ней сквозных

звёзд соседних, остальных»

 

 

 

*   *

  *

 

дача июль

девяносто четвёртый год

ночь, ждём отца с работы

 

обогреватель жжёт пыль жжёт пыль

 

а сейчас вы впервые у-

знаете, что сказать

в совершенно больной комнате, в две тыщи

 

двадцать любом году:

 

«выпили; в мастерскойподвальные блохи

пропустил станцию, пешком звёзды глядел,

сто лет

 

не был таким ничьим»

 

 

 

*   *

  *

 

стужа разговаривает с тучей

стая разговаривает с туей

здесь хуже рая

здесь

реже ходят

зверь осоку усами

гнутыми дуговую

не задевает

...

 

 

 

*   *

  *

 

вот и огонь натыкается на

верхнее полено

и ветвится змеиным

языком

 

и луна

 

август короткий как перебежка

ежа под дождем

и случайно совсем бок о бок

два яблока на ночной земле

 

 

 

 

*   *

  *

 

Кажется, что тёмная природа

Охладела к внутренней ночной

Белизне в древесном соке, к ровной

Сырости осенней земляной.

 

Перекрестьем и разбросомлапы;

Маятник мелькающих стволов

А погоня выдохлась, и слабым

Волком смотрит изо всех углов

 

 

*   *

  *

 

В ночной теплице огурцу

Вы снитесь как отец и мать:

Сиянье обода кудрей,

Рука с рукой

 

Встречаются проверить, как

Ему лежится на земле,

Перевернуть на левый бок

А вас так Бог

 

Переворачивает за

Большую ночь раз пять и семь,

И дальняя его гроза

Не вам совсем.

 

Откуда горечь в огурце?

Что ждёт в конце?

 

 

*   *

  *

 

иногда

в серое и сырое обдумывание жизни искорка бьётся

любишь ли? она

ночной черной дорогой в блестках наледи шутит

слишком молода

 

из башки растут

сырых чёрных мыслей

гробы, короба

старые дома, в еле тёплых окнах

узел-тысячелетник, кактус до потолка

 

искорка

потерялась вдруглюбишь? или

слишком, да.

сырой серый пар, лопнувшие трубы,

галки, провода

 

*   *

  *

 

я тебя люблю столько дней

эти дни как войско лежат

каждый новый ранен сильней

и они кричат и дрожат

 

их заносит снегвот покой

сколько зим таких впереди?

солнце над замёрзшей рекой

золотое солнце в груди

 

 

*   *

  *

 

время радости сугубой

день сутулый

вечер хилый

познакомьтесь: это небо москвы

 

очень приятно, мы сугробы

очень хочется спать

не начинать ночной разговор:

утром молчание будет чище

 

чище, счастливей.

да, это звук лопаты, скребущей снег

 

 

*   *

 *

 

Дождевик

Серый (бежевый) плащ,

Дедушкин (гриб) дымок.

И поэт из ин-

Теллигентной семьи

Идёт по лесуты б так смог?

Заблудившиеся клочки

Утреннего тумана, крутой овраг,

Рыжий от

Ёлочных иголок:

Ты бы смог снять очки

И вздохнуть как свой собственный враг,

Побеждённый тобою же?

Путь был долог.

Плачет дальнее дерево,

Веером бьют лучи.

Дымок дождевика вплывает в них, не молчи

Версия для печати