Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2015, 9

КИНООБОЗРЕНИЕ НАТАЛЬИ СИРИВЛИ

 

 

Головоломка

 

 

Нет, они там, в Голливуде, совсем распоясались! Мало того что снимают муль-тики для детсадовцев про социальную эволюцию[1] (это еще можно как-то представить: люди в шкурах, охота на мамонта, все дела…) — так теперь еще выпустили мультфильм про эмоции! Это что, вообще, такое? Ни увидеть, ни пощупать, ни полизать... Научно-психологическое понятие. Абстракция. Специалисты до сих пор спорят: сколько их? Как их классифицировать? Как с ними обходиться?  А тут, пожалуйста тебе, — мультик! Коммерческий продукт студии Pixar/Disney за 175 миллионов долларов. Мол, садитесь, детки поудобнее, мы вам щас покажем, что у вас в голове! (Оригинальное название ленты «Insidе Out», в российском прокате — «Головоломка», режиссеры Пит Доктер, Роналдо Дель Кармен.)

Наглядный экспонат — девочка Райли 11-ти лет; счастливо живет в Миннесоте с мамой и с папой, играет с подружками в хоккей, ходит в школу (уютная, реалистическая анимация в бытовых приглушенных тонах)...

А вот в голове у нее... О! Там все намного прикольнее!

Там есть такой пульт с рычагами и кнопками, и у пульта толкаются пять раскрашенных в кислотные цвета персонажей: золотистая, тонкая-звонкая Радость с синими волосами; голубая, простуженная Печаль; алый, квадратный Гнев, то и дело воспламеняющийся, как паяльная лампа; бледнолицый, тощий, как макаронина, Страх и намарафеченная, в пышном зеленом платье Брезгливость. (Тот же комплект из пяти основных эмоций имеется в головах у Папы и Мамы Райли, только у Папы они с усами, а у Мамы — разноцветные тетеньки такие с пучком.) Эмоции эти иной раз конфликтуют и ссорятся, но вообще-то они — команда, и общая цель их — чтобы подопечный был а) жив и б) счастлив.

Каждое событие в жизни Райли превращается в Головном отделе в стеклянный шар (воспоминание), окрашенный в золотистый цвет, реже — в красный, голубой, белый или зеленый, — и дальше по специальным рельсам, как в кегельбане, отправляется в хранилище Долговременной памяти. Но есть воспоминания базовые. И они все счастливые. Они хранятся прямо там, в Головном отделе, на специальной вертушке, и от них во все стороны идут лучи, на которых подвешены острова — Остров Озорства, Остров Хоккея, Остров Дружбы, Остров Семьи, Остров Честности... Это то, что составляет личную вселенную Райли, ее, так сказать идентичность.

Красиво!

И вот в один прекрасный день Райли со всем этим счастливо налаженным в голове хозяйством сажают в машину и везут из Миннесоты в Калифорнию, где нет ни любимого дома с садиком, ни подружек, ни хоккея и вообще все не так! Унылый домишко, где воняет дохлыми крысами. Голые стены. Новая школа. У Папы — проблемы. Мама — на нервах... Родители ласково просят Райли, чтобы она оставалась прежней веселой девочкой. Но у нее не выходит! В голове у нее недотепа Печаль бродит, хватаясь за что ни попадя; все новые впечатления, к которым она прикасается, становятся голубыми, и радостное воодушевление Райли мгновенно сменяется острой грустью, слезами, прямо в классе, у всех на глазах! Беда!

Больше того, Печаль норовит заляпать синим и базовые воспоминания. Этого уже никак нельзя допустить! Радость хватает в охапку драгоценные золотые шары и пытается спасти их, сунув в какую-то прозрачную пневматическую трубу. Но в трубу вместе с шариками засасывает и саму Радость, а заодно и Печаль. Непостижимая сила выносит их незнамо куда и выплевывает где-то в лабиринтах Долговременной памяти. А на хозяйстве остаются Гнев, Брезгливость и Страх. Во что они могут превратить жизнь одиннадцатилетней девочки, которой и без того не сладко, — не надо, я думаю, объяснять.

Дальше начинается Квест. Радость с охапкой рассыпающихся золотистых шаров и раскисшая совершенно Печаль пытаются найти дорогу в сознание Райли. Им помогает Воображаемый друг, придуманный Райли в детстве, — Бинго-Бонго, розовый слон из сахарной ваты с полосатым кошачьим хвостом. Вместе они блуждают по лабиринтам памяти, забредают в пространства Воображения, теряются в коридорах Абстракций, попадают на «голливудскую» Фабрику снов и в тщательно охраняемый ангар Бессознательного, где живет главный страх Райли — толстый клоун со Дня рождения. Им даже удается сесть на поезд Привычных мыслей, прибывающий по расписанию в Головной отдел; но и поезд вместе с привычными мыслями сходит с рельсов и летит в бездну, потому что весь внутренний мир Райли рушится. Один за другим превращаются в горы мусора счастливые Острова — Озорства, Хоккея, Дружбы, Семьи... Райли больше не в силах резвиться, она не владеет собой на льду, ссорится по скайпу с былыми подружками, грубит родителям...

В какой-то момент понимаешь, что перед тобой не веселое приключение, а натурально — смертельный случай. Радость с ключевыми воспоминаниями барахтается в Бездне забвения, где все обращается в тлен. Печаль — неизвестно где. Гнев от беспомощности вкручивает в голову Райли идею — бежать из дома обратно в Миннесоту за новыми счастливыми воспоминаниями. Плохая мысль! И когда Райли крадет из сумочки у мамы кредитку, рушится последний остров ее идентичности — Остров Честности. Все. Девочки больше нет. Пустая оболочка, утратившая связь со своим внутренним миром. Райли берет билет, садится в автобус. Автобус трогается. И назад отыграть нельзя. Пульт сломан. Райли уже ничего не чувствует.

Все, конечно, кончается хорошо. Невероятным усилием, на детской ракете с вениками вместо сопел, Радости удается выбраться из Бездны забвения, отловить улетевшую на облаке, рыдающую Печаль, катапультироваться с ней в Головной отдел и в последний момент подтолкнуть Печаль к пульту: действуй. Когда мир рухнул, печаль — единственное, что тебя может спасти. Печаль жмет на кнопку. Райли приходит в себя. Она останавливает автобус, идет домой, где родители мечутся в панике... Винится: «Мне очень плохо, я скучаю по Миннесоте. Но я в этом не виновата!» Папа говорит, что ему тоже плохо и он тоже скучает. Все втроем они плачут, обнявшись. Зритель шмыгает носом... И все налаживается...

Райли — двенадцать лет. Ей отладили новый пульт — с новыми рычагами и кнопками, с регулятором Пубертата. (Что это? — наивно интересуется Брезгливость.А, не бери в голову — лишняя кнопка, — неосмотрительно отмахивается Гнев.) Она учится, играет в хоккей, приводит в трепет мальчишек... В общем, все как полагается. Жизнь идет...

Что тут можно сказать?

Для специалиста все это — визуализация базовых аксиом гуманистической психологии, и в первую очередь — гештальт-терапии. Именно адепты гештальта полагают, что главное в жизни — эмоции; то, что ты сам чувствуешь, а не то, что тебе вложили в голову мама с папой, сосед дядя Вася, а также партия и правительство. Эмоции на подкорковом уровне сортируют весь поток внешних воздействий по принципу: мне это надо? Это способствует удовлетворению моих жизненно важных потребностей или нет? Эмоции тоже можно, конечно, подавить, извратить, сбить с толку, вытеснить из сознания. Но рано или поздно это заканчивается походом к доктору. Так что лучше с ними дружить и внимательно прислушиваться: что тебе хочет сообщить твой гнев, страх, брезгливость или печаль. Ну а послания радости толковать не надо. Испытываешь радость — значит все с тобой хорошо.

Набор из пяти основных эмоций — тоже из репертуара гештальт-терапии (в других направлениях насчитывают более ста). При этом в фильме важно, что лишь одна из них — радость — традиционно относится к числу «положительных». Все остальные: страх, гнев, печаль и брезгливость — из разряда тех, что принято подавлять, отвергать и скрывать. Но именно они на экране — самые клевые. И это тоже — аксиома гештальт-терапии. Там не принято эмоции как-то оценивать. Там важно распознавать их и принимать — и свои, и чужие.

Над сторонниками гештальт-психологии принято презрительно эдак посмеиваться: мол, все это не наука, а голимый нью-эйдж и дамское бла-бла-бла... Мол, такой подход плодит лежебок, распущенных эгоистов и лузеров, принципиально не нацеленных на успех. Но, видит Бог, человечество слишком долго существовало под лозунгом: «Жить нужно не для радости, а для совести!» (результата, признания, общего дела, пользы других — нужное подчеркнуть). Слишком долго человеку внушали, что он имеет право быть счастлив только когда и если... Результат — пандемия неврозов, зависимостей, тревожных расстройств, депрессий, пассивной агрессии... Может, если попробовать для разнообразия «жить для радости» — оно как-то лучше пойдет?

Для родителей «Головоломка» — этакий «Санпросветбюллетень»: требование или просто даже ожидание от ребенка исключительно удобных для вас эмоций — верный способ загнать детку под грунт. Ребенок имеет право хлопать дверьми, не есть и не носить то, что не нравится, бояться, когда страшно, и хандрить, когда «все не так». Завели — потерпите! Тем более что вы и сами не лучше. Кроме того, если с деткой выстроены нормальные отношения — все всегда можно обсудить и обо всем договориться.

Но самое интересное, как этот мультик воспримут дети. Фильм в нашем прокате идет под грифом «6+», но малышам, я думаю, показывать его бесполезно. Они не поймут ничего, кроме того, что две девочки зачем-то бегают среди шариков в обществе розового слона. А вот младшим и средним школьникам «Головоломка» может реально перевернуть мозги...

Во-первых, ты с интересом и с гордостью узнаешь, что, какой ты ни есть обычный Вася/Петя, — в голове у тебя целый мир, яркий, сложный, а главное, удивительно умно и целесообразно устроенный. Ни одно важное событие твоей жизни не пропадает, все идет в дело. Множество мелких агентов в строительных касках и полицейских фуражках трудолюбиво чинят поломанное, заменяют использованное, следят за порядком и не дают всему этому превратиться в кучу-малу. Но главное, за тебя играет пятерка твоих эмоций — Радость, Гнев, Брезгливость, Страх и Печаль. Из них Гнев (для мальчиков) и Брезгливость (для девочек) — самые, конечно, прикольные, ибо позволяют напролом идти к цели или манипулировать окружающими. Но и Печаль — ничего, может утешить. И Страх бывает полезен. А Радость? Ну, она и есть радость... В общем, со всей этой великолепной механикой в голове ты чувствуешь себя ого-го! Уникальным, ценным и защищенным.

Но это еще не все.

В принципе, сам взгляд со стороны на свои эмоции, умение распознавать их — первый шаг к тому, чтобы научиться управлять ими. А это — навык, характеризующий зрелую личность (главный дефицит в современном мире). За обретение такого умения взрослые дяди и тети платят большие деньги всевозможным психотерапевтам и коучам. А тут этот опыт появляется у ребенка на уровне младшей школы, еще до наступления все сметающих гормональных бурь.

«Головоломка», конечно, — эксперимент. Игра идет на пределе доступных для ребенка абстракций. Возможно, вся эта история в одно ухо влетит, в другое вылетит и «Головоломка» так и останется странноватым, не очень понятным мультиком из разряда: посмотрел — «фигня!» — и забыл... Но если зацепит...

Надо ведь еще учесть, что в студии Pixar трудятся гениальные яйцеголовые эльфы, а в маркетинговом отделе студии Disney сидят железные гномы, которые любую идею склонны выжимать досуха. И они наклепают на тему «Головоломки» кучу сопутствующих товаров: настольных и компьютерных игр, тетрадок с картинками, школьных пеналов и проч. Фигурки Радости, Брезгливости, Страха, Печали и Гнева станут продавать в магазинах. И дети будут в это играть: «Это — мой Гнев! Включаем зажигание, рычаг на себя! А-а-а! Р-р-р! Все бегут! Дымящиеся руины!»  А потом на сцену выходит Брезгливость: «Эй! Ты вообще соображаешь, что делаешь? Я же теперь в школе не смогу появиться!»

И все это станет привычным брендом, как Микки Маус...

Трудно даже представить, что вырастет из этих детей!

 



[1]  О фильме «Семейка Крудс» см. «Кинообозрение Натальи Сиривли». — «Новый мир», 2015, № 7.

Версия для печати