Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2012, 4

Книги

(составитель С. Костырко)

 

Александр Аз. В дороге. Повести и рассказы. М., “ИЦ РИОР”, “ИНФРА-М”, 2012, 376 стр., 600 экз.

Современная социально-психологическая проза сибирского писателя. Попытка написать картину современной жизни (с экскурсами в прошлое, коими в данном случае являются шестидесятые годы в небольшом сибирском поселке, описанные в повести “Солнце всегда взойдет”, прозу этой повести можно было бы назвать лирической прозой о детстве, если б не жесткость ее психологического рисунка); в большинстве же текстов — проблематика жизни сегодняшней, и отнюдь не только специфически сибирской (скажем, утвердившийся в нашей прозе мотив деградации села, бывшего когда-то процветающим совхозом, в рассказе Аза “Поживем по-родственному” финал имеет неожиданный: из города возвращается сын бывшего председателя совхоза, превратившийся в прагматичного властного бизнесмена новейшей формации, и именно он намерен возродить село для новой жизни). Достоинствами прозы Аза можно считать мужество, с которым писатель обращается к нынешней проблематике “провинциальной” России, способность создать у читателя ощущение жизненной достоверности описываемого, умение написать неожиданные типы из современной жизни. А также — попытки автора преодолеть стереотипы и бытописательской прозы, и романтико-публицистических вариаций на темы “сибириад” (рассказ “Смерть-копейка” у Аза внутренне сориентирован на стилистику и, соответственно, проблематику философского этюда о самом феномене витальности человека; рассказ “Благоwest” о возвышении и драматическом финале крутого бизнесмена, владельца роскошного особняка в элитном поселке над Ангарой, держится на психологическом гротеске, выстраивающем в свою очередь полуфантастический сюжет; ну а рассказ “Двадцать минут с ангелом” автор строит одновременно и как одноактную пьесу, и как литературно-историческое эссе о литераторе, пишущем эссе о Вампилове). К очевидным же слабостям прозы Аза следовало бы отнести некую общелитературную приблизительность языка, которую автор, увы, иногда позволяет себе.

 

Оноре де Бальзак. Кодекс порядочных людей, или О способах не попасться на удочку мошенникам. Перевод с французского, вступительная статья и примечания Веры Мильчиной. М., “Текст”, 2012, 270 стр., 3000 экз.

Впервые на русском языке — книга Бальзака, написанная им в 1825 году и изданная как книга Ораса Рессона, реального существовавшего писателя (1798 — 1854), который наладил изготовление и издание небольших книжек в придуманном им жанре “кодексов”, имитирующем построение наполеоновского Гражданского кодекса, а по содержанию — ироничных, легко написанных обзоров различных сторон повседневной жизни Франции того времени; к писанию “кодексов” привлекались молодые, искавшие заработка литераторы, публиковавшие написанные ими “кодексы”, как правило, под псевдонимом. Авторство Бальзака в данном случае подтверждается не только стилистикой текста, но свидетельствами самого Рессона, а также сестры Бальзака.

 

Василий Белов. Собрание сочинений в семи томах. Том 4. М., “Классика”, 2011, 616 стр., 5000 экз.

Вышел четвертый том начавшего издаваться семитомного Собрания сочинений одного из ведущих русских прозаиков второй половины прошлого века. Том составили вторая и третья части трилогии “Час шестый” — романы “Год великого перелома (Хроника начала 30-х годов)” и “Час шестый”. Также вышли первые три тома семитомника: Василий Белов. Собрание сочинений. Том 1. М., “Классика”, 2011, 608 стр., 5000 экз. (повести “Деревня Бердяйка”, “Знойное лето”, рассказы “Бобришный угор”, “Воспитание по доктору Споку” и другие, а также стихотворения и поэмы); Василий Белов. Собрание сочинений. Том 2. М., “Классика”, 2011, 600 стр., 5000 экз. (повесть “Привычное дело”, “Бухтины вологодские завиральные”, “Плотницкие рассказы”, “Повесть об одной деревне”, рассказы); Василий Белов. Собрание сочинений. Том 3. М., “Классика”, 2011, 512 стр., 5000 экз. (повесть “Невозвратные годы” и первая часть трилогии “Час шестый” — роман “Кануны (Хроника конца 20-х годов)”).

 

Роберт Вебер. В точке пересечения. Im Schnittpunkt. Под общей редакцией доктора филологических наук Е. Зейферт. М., “МСНК-пресс”, 2011, 240 стр., 500 экз.

Последняя книга русско-немецкого поэта, готовившаяся к изданию после его смерти. Роберт Вебер (1938 — 2009) родился и вырос в России, закончил в шестидесятые годы Московский институт иностранных языков, работал учителем, литсотрудником, председателем комиссии по советской немецкой литературе при Союзе писателей СССР; писал стихи и прозу — по-немецки. В 2000 году эмигрировал в Германию и там незадолго до смерти начал готовить еще одну, вот эту свою книгу стихотворений, на этот раз его немецкие стихи сопровождались авторскими вариантами их на русском языке. Изданная в 2011 году книга представляет собой своеобразную авторскую билингву — “О СУДЬБЕ МОЕГО НАРОДА // Сухие семена / выжатого лимона / в теплом песке / на берегу утренней Волги… / Я осторожно кладу их / в жесткую кожуру — пусть плывут вниз по реке — / навстречу недоверчивому Солнцу. / Может, они где-нибудь прорастут / и принесут сочные плоды? / Вода капает с руки. / Неужели пальцы могут плакать?”.

 

Елена Генерозова. Австралия. М., “Воймега”, 2012, 46 стр., 500 экз.

Первая книга московского поэта — “Такую осень видела во сне, / Мне мало лета, мне немало лет, / В вагонном переменчивом окне / Уже преобладает желтый свет. // И, неотступно следуя родству, / Еще немного — отцветем и мы. / Я — дерево, отдавшее листву, / Которому далеко до зимы”.

 

Николай Заикин. Промежутки бытия. М., “Время”, 2011, 304 стр., 1000 экз.

Дебютная книга, которая стала одновременно и подведением предварительных итогов за четыре десятилетия увлечения поэзией — автор ее, начинавший писать стихи когда-то в студии “Луч” и имевший в качестве литературных учителей Игоря Волгина и Юрия Левитанского, прожил жизнь профессионального юриста (следователь, затем — главный редактор журнала “Законность”) — “Не будем судиться ни с Богом, ни с чёртом... / Тяжелые сны проступают на чёрном / Широком ночном безразмерном экране. / Но думать о худшем пока еще рано. // Светает вдали. Там наметилось утро. / Оно поступает гуманно и мудро. / Надежду дает. Чёрный свет осветляет. / От сумрачных мыслей на день отрезвляет”.

 

Кирилл Кобрин. Текстообработка (Исполнено Брайеном О’Ноланом, А. А. и К. К.). М., “Водолей”, 2011, 128 стр. Тираж не указан.

Название новой книги Кобрина “Текстообработка” следует считать и ее жанром (авторским) — “писатель тот, кто возится с текстами, а не с жизнью. В этом смысле писатель должен понимать, что занят обработкой текстов — чужих и своих”. Кобрин пишет (обрабатывает) собственный текст, как бы продолжающий (развивающий) некоторые мотивы, а точнее — “художественный дискурс” романа “Третий полицейский” Брайена О’Нолана (1911 — 1966), одного из лидеров авангардной прозы прошлого века, творчество которого долгие годы находилось в тени его соотечественника Джойса и признание к которому пришло только в шестидесятые годы (этому сюжету посвящен завершающий “Текстообработку” текст “Ошибка”). В первой части “Текстообработки” автор, используя стилистику и приемы развернутого комментария, выстраивает собственный образ культового философа Де Селби из романа Брайена, а также, по сути, предлагает художественное исследование сегодняшних механизмов создания мифа об интеллектуале. Отдельный мотив книги — судьба книжной культуры, судьба самого процесса чтения в утверждаемом нынешней цивилизацией стиле жизни. Текст ироничный, легкий (отнюдь не легковесный). Автор использует приемы филологического и культурологического исследования, делая их приемами художественной прозы; соответственно — текст открыто полемичный: “…в то время, когда везде мы видим буйные побеги новой жизни, бурление идей и мелькание свежих образов с совершенно невозможной в старые времена скоростью, здесь, в прозе, все замерло”; “Любовь, морковь, диалоги, сюжетные ходы, поистаскавшиеся как сорокалетние группиз при героях хеви-метала. Даже, не побоюсь этого слова, описания природы. Или наоборот — смелые срывания покровов с так называемой „жизни”: правда-матка, свиноматка, шоколадка, аристократка скинула манатки”; “В ходу маркес одиночества и по кому звонит телефон. Апдейт апдайка и опера „Набокко”. Скучно, господа. Скучно и стыдно”.

 

Жан Кокто. Стихотворения. Перевод с французского, составление, послесловие и комментарии Михаила Яснова. М., “Текст”, 2012, 253 стр., 3000 экз.

Основу нового сборника стихов одного из ведущих поэтов Франции прошлого века составили стихотворения из его первых книг: “Лампа Аладдина” (1909), “Вокализы” (1912), “Стихотворения” (1917 — 1920), “Словарь” (1922), “Песнопение” (1923); в конце книги — стихи из “Аллегорий” (1941) и “Реквиема” (1962).

 

Говард Филлипс Лавкрафт. Зов Ктулху. Примечания Людмилы Володарской. СПб., “Азбука”, “Азбука-Аттикус”, 2012, 384 стр., 5000 экз.

Книга одного из отцов современного жанра фэнтези и абсолютного отца его поджанра под названием “лавкрафтовские ужасы”, а также писателя, начавшего разработку мифов про Ктулху, то есть подготавливавшего почву для творчества Марии Галиной. В сборник вошли повести: “Зов Ктулху” (перевод Елены Любимовой), “Морок над Инсмутом” (перевод Александры Спаль), “За гранью времен” (перевод Василия Дорогокупли), “Хребты безумия” (перевод Валерии Бернацкой).

 

Московский счет 2003 — 2011. Поэтическая антология. Составитель Дмитрий Дмитриев. М., ОГИ, 2011, 528 стр., 1000 экз.

Одно из самых репрезентативных представлений состояния современной русской поэзии — состав участников этой антологии, ставших в разные годы ее лауреатами, определялся голосованием “среди своих”, то есть голосованием примерно полутора сотен московских поэтов; по сути, это премия “цеха поэтов”, и отнюдь не для только московских авторов, формальным условием для участия в конкурсе “Московского счета” является не московская прописка автора, а его книга, изданная в Москве. Каждый из авторов антологии представлен развернутой подборкой стихотворений, своеобразной поэтической “визитной карточкой”, и краткой биографической справкой; над составом этих подборок работал ответственный секретарь премии, а также известный московский культуртрегер и пропагандист современной поэзии (ведущий литературного салона “На Самотеке”) Дмитрий Дмитриев. Среди участников антологии Елена Фанайлова, Инна Лиснянская, Максим Амелин, Мария Галина, Мария Степанова, Олег Чухонцев, Борис Херсонский, Вера Павлова, Андрей Родионов, Сергей Гандлевский, Аня Логвинова, Владимир Гандельсман.

 

Григорий Петухов. Соло. М., “Воймега”, 2012, 44 стр., 500 экз.

Дебютная книга московского поэта, выпускника Литературного института, работавшего корреспондентом на НТВ — “Давно, усталый раб, побег замысля, / я посох мастерил из коромысла, / колол пенициллин от гонореи / и сухари сушил на батарее. // В распоротый матрац я прятал компас, / меня учил крестьянин лущить колос / и спать в жнивье, чтоб поутру пичуги / меня будили, а не вохра-чурки”.

 

Александр Сокуров. В центре океана. СПб., “Амфора”, 2012, 319 стр., 3000 экз.

Художественная проза одного из ведущих русских кинорежиссеров.

 

Кирстен Торуп. Бонсай. Метаморфозы любви. Роман. Перевод с датского Гаянэ Орловой. М., “Текст”, 2011, 318 стр., 3000 экз.

Роман одной из самых известных сегодня писательниц Дании, признанный на родине книгой 2000 года, — остросюжетная психологическая проза о девочке, плохо вписывающейся в традиционный стиль жизни современного датского городка, потом — девушке, уезжающей, а по сути — бегущей в Копенгаген, затем — о молодой женщине, вышедшей замуж за скрывающего это гея; из интервью Торуп, взятой у нее на “Non/Fiction” (2011): “Это история трагичной любви, о двух людях, которые привязаны друг к другу и зависят друг от друга. Это отражено в подзаголовке — „метаморфозы любви”. Само название „Бонсай” означает, что они отрезали свои корни”.

 

Генри Филдинг. Так ли плохи сегодняшние времена? Избранные сочинения. Перевод с английского, предисловие и комментарии В. Харитонова. Составление О. Тимофеевой. М., “Текст”, 2012, 413 стр., 2000 экз.

Неизвестная в России малая проза классика, по большей части ироническая и сатирическая: “Апология жизни мисс Шамелы Эндрюс”, “Диалог между Александром Великим и киником Диогеном”, “Путешествие в загробный мир и прочее”, “Памфлеты”, а также фарс для сцены “Евридика”.

 

Александр Чудаков. Ложится мгла на старые ступени. М., “Время”, 2012, 640 стр., 5000 экз.

Роман Александра Павловича Чудакова (1938—2005), литературоведа, критика, прозаика. Первая публикация романа — в журнале “Знамя” (№ 10, 11 за 2000 год). В том же году роман вошел в финал Букеровской премии. А через десять лет совместным решением сорока пяти экспертов премии Букера роман был признан лучшим романом десятилетия.

 

 

*

 

Бернардо Бертолуччи. Мое прекрасное наваждение. Воспоминания, письма, беседы 1962 — 2010. Перевод с итальянского Т. Риччо. М., “КоЛибри”, “Азбука-Аттикус”, 2012, 304 стр., 3000 экз.

Бертолуччи глазами Бертолуччи.

 

Д. Д. Бурлюк. Письма из коллекции С. Денисова. Автор-составитель А. Чернов. Тамбов, 2011, 728 стр., 1000 экз.

“Нынешнее издание — уникальный вклад в базу источников, необходимых всякому исследователю русского авангарда. Имя Давида Давидовича Бурлюка (1882 — 1967), поэта, художника, „отца русского футуризма” и „учителя Маяковского” (каковое звание он отстаивал всю жизнь) не нуждается в комментариях; интересен адресат писем — Николай Алексеевич Никифоров, тамбовский коллекционер, который переписывался с живущим в Америке Бурлюком с 1956 по 1967 год и стал для последнего буквально духовным сыном” (Д. Данилов — “Книжное обозрение”).

 

В. Л. Глазычев. Город без границ. М., “Территория будущего”, 2011, 400 стр., 1500 экз.

“Книга классика отечественной урбанистики — ответ на давний мучительный вопрос, не поглощена ли русская история географией. Русские интеллектуалы XIX в. имели в виду недостатки управления и большие временные промежутки, которые требуются для принятия решений, тогда как В. Л. Глазычев сразу же переводит разговор на уровень большой статистики, меняющей сам ландшафт нашей жизни. Собственно, история России излагается как история попыток осмыслить пространственную косность, противопоставить ей отточенность мысли, реагирующей на малейшее изменение в настроениях людей и в развитии экономики, которая также слишком долго казалась персонифицированной и зависящей от настроений” (А. Марков — “Русский журнал”).

 

Владимир Гопман. Золотая пыль. Фантастическое в английском романе: последняя треть XIX—XX вв. М., РГГУ, 2012, 488 стр., 1000 экз.

Научная монография, посвященная предмету, как правило не входившему в поле зрения академического литературоведения, при том что фантастические жанры в мировой литературе историю свою ведут с античных еще времен. Отношение к фантастике в среде литературоведов, бытовавшее до последних времен, автор характеризует высказыванием американского писателя Теодора Старджона: “Никогда в истории литературы не существовало такое направление, о котором судили бы практически исключительно по ее худшим образцам”. Возможно, потому еще в работе своей автор подчеркнуто академичен — книга его состоит из глав, представляющих ведущих писателей-фантастов Англии более чем за столетие, и приемы этого представления автор черпает из арсенала традиционного литературоведения: жизнь, творчество, его содержание и поэтика, место в литературном процессе, и отнюдь не только специфически “фантастическом”. Дав в первой главе определение жанру фантастики, его специфике, основам его поэтики и проследив основные этапы изучения фантастики в литературоведении, прежде всего английском, обзор свой автор начинает с творчества Уильяма Морриса (1834 — 1896), продолжает — главами об одном из отцов “литературы катастроф” Джорджа Чесни, далее — творчество Т. Энсли, Энтони Хоупа, Брэма Стокера, Герберта Уэллса, Уильяма Ходжсона и т. д.; завершается же исследование анализом творчества Джеймса Херберта, Брайана Олдисса, Джеймса Балларда, писателей, творчество которых во многом определило лицо современной английской (и не только) литературы. 

 

Дневники императора Николая II (1894 — 1918). Том 1. (1894 — 1904). Редактор-составитель С. В. Мироненко. М., РОССПЭН, 2011, 1101 стр., 1000 экз.

Издательством РОССПЭН предпринято полное издание дневников последнего русского царя.

 

История русских медиа 1989 — 2011. Версия “Афиши”. Редакторы-составители Александр Горбачев, Илья Красильщик. М., “Афиша Индастриз”, 2011, 304 стр., 4025 экз.

“Это не учебник для журналистов и не энциклопедия СМИ, но книга весьма познавательная — история самых ярких медиафеноменов постсоветской России — от „Коммерсанта”, „Матадора” и „Птюча” до „Esquire” и „Дождя”. Рассказывают о медийных революциях их непосредственные организаторы” (“Книжное обозрение”).

Эрик Лор. Русский национализм и Российская империя. Кампания против “вражеских подданных” в годы Первой мировой войны. Перевод с английского В. Макарова. М., “Новое литературное обозрение”, 2012, 304 стр., 1000 экз.

“Первая мировая война запомнилась постоянным сужением прав людей: от мобилизации промышленности до германской и советской продразверсток. Но есть одно событие, которому историки только дают голос: это этническая сегрегация, изоляция нежелательных элементов, конфискация имущества и подозрение в шпионаже целых народов. Обычно историки деликатно обходят эту тему, отчасти из-за того, что в нарушении прав целых народов сошлись одновременно бюрократически-полицейский произвол и давление снизу: каждая партия хотела разыграть национальную карту, не задумываясь о страданиях униженных. Эрик Лор реконструирует „национализацию Империи”, то есть передачу всего имущества из рук подданных враждебных государств, а также “неблагонадежных” народов (поволжских немцев и евреев) в руки коренных жителей”. “Лор считает, что русский национализм во время Первой мировой войны был ближе всего турецкому: репрессии против самых активных в производстве и торговле народов и общин, отмена прежних правовых актов и, главное, лишение „вражеских подданных” права на юридическую защиту — чего не делали ни в какой другой стране” (А. Марков — “Русский журнал”).

 

Захар Прилепин. К нам едет Пересвет. М., “Астрель”, 2012, 445 стр., 12 000 экз.

Прилепин-публицист.

 

Елена Ржевская. За плечами XX век. М., “АСТ”, “Астрель”, Полиграфиздат, 2011, 640 стр., 3000 экз.

Собрание мемуарной прозы одного из ведущих военных документалистов.

 

Адриан В. Рудомино. Почти весь XX век. Великий библиотекарь Маргарита Ивановна Рудомино. Биография в фотографиях и документах. М., “Тончу”, 2012, 280 стр., 1000 экз.

Книга-альбом, посвященная жизни и деятельности Маргариты Ивановны Рудомино (1900 — 1990), основателя Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы и ее директора с 1922 по 1973 год.

 

И. В. Рывкина. Социальные болезни современной России. Публицистическое исследование. М., 2011, 244 стр., 500 экз.

Книга известного экономиста и социолога. Посвящена анализу явления, названного автором “социальными болезнями” (“дисфункции социальных условий жизни населения государства”), к каковым автор относит, например, аморализм, ксенофобию, деполитизацию и дегражданизацию, наркоманию. В качестве исторических причин этих болезней рассматриваются, в частности, “советское наследие” (сталинизм, репрессии), распад СССР и связанная с ним трансформация общества, особенности нынешнего российского рынка, ослабление социальных регуляторов: семьи, школы, государства.

 

Лев Хургес. Москва — Испания — Колыма. Из жизни радиста и зэка. М., “Время”, 2012, 800 стр., 1000 экз.

Мемуары Льва Лазаревича Хургеса (1910 — 1988), которые он начинает с рассказа о своем увлечении радиоделом, ставшим для него впоследствии профессией. Хургес работал радистом в советской авиации самого романтичного ее периода, в 1936 году был направлен радистом-“добровольцем” в Испанию, обеспечивал связь между московскими советниками в Испании и связь их с Москвой; двадцатишестилетним молодым человеком стал майором, орденоносцем, на родину вернулся в мае 1937 года и тут же был арестован, получил восемь лет лагерей, отсидел девять с половиной. Далее работал по своей же специальности радиста и радиоинженера в Чечено-Ингушетии. Мемуары сел писать, выйдя на пенсию. Огромная — в сорок учетно-издательских листов — книга представляет собой сокращенный вариант этих воспоминаний. Начинает свое повествование Хургес 1924 годом, заканчивает шестнадцатым октября 1946 года, когда на исходе дня он обнаруживает себя стоящим на автобусной остановке возле проходной лагеря, впервые за последние годы не имея конвоира за спиной. Эпопея — чуть ли не на две трети лагерная — написана энергично, со множеством выразительно изображенных ситуаций и типов, с воспроизведением и атмосферы московской жизни 20 — 30-х, драматической напряженности испанской войны, в изображении героики которой взгляд автора достаточно трезв, ну а далее перед нами все еще осваиваемая нашей литературой и, похоже, безбрежная тема лагерной жизни в России.

 

*

 

Борис Родионов. История русской водки от полугара до наших дней. М., “Эксмо”, 2011, 336 стр., 5000 экз.

Книга, посвященная истории крепких национальных напитков (хлебного вина и водки) в России. Автор продолжает разработки своих предшественников — историков, специализировавшихся на изучении бытовой жизни России, отчасти развивая, дополняя, уточняя уже существующую в науке картину и попутно опровергая множество укоренившихся мифов (оппонируя, скажем, В. Похлебкину). В частности, опровергается миф о Менделееве как отце русской водки, установившем норму ее крепости в 40 градусов — цифру “40” в качестве государственного стандарта выбрал в 1866 году министр финансов М. Х. Рейтерн, округливший стандарты крепости хлебного вина, имевшего традиционные 38 — 39 градусов, до сорока, для удобства делопроизводства; или, скажем, миф о России как стране исконного повального пьянства (приведенные в книге статистические таблицы за 1885 — 1905 годы свидетельствуют, что по потреблению крепких спиртных напитков Россия пропускала тогда вперед, например, Данию, Швецию, Францию, Германию и некоторые другие страны; на первые же строчки этого сомнительного “рейтинга” Россия, уже во времена СССР, начала выходить только в пятидесятые годы ХХ века). Абсолютной новостью для современного читателя может быть информация о том, что продукт, называемый нами “водка”, возник в России в самом конце XIX века, а само слово “водка”, как официальное ее название, — в 1936 году. Дело в том, что “водками” до ХХ века называли настойки (первоначально — лекарственные), изготовлявшиеся на основе хлебного вина. Ну а само хлебное вино, или полугар, и было тем напитком, который мы привыкли считать русской водкой позапрошлых веков. В отличие от нынешних технологий производства водки из этилового спирта, хлебное вино изготовлялось способом дистилляции (перегонки) и имело в качестве аналога, скажем, виски; различие их — в исходном продукте (у хлебного вина, или полугара, — рожь, у виски — ячмень) и в дальнейшей обработке полученного при перегонке напитка (виски насыщалось при трехлетнем отстое ароматом дубовых бочек из-под хереса, ну а хлебное вино, напротив, стремились максимально очистить от привкусов, чтобы воссоздать его “вкусовое воспоминание” о ржи). Пафос книги Родионова, кроме воссоздания исторической достоверности, еще и в опровержении устоявшегося в нашем обществе за последние века отношения к водке как к несомненному атрибуту “российской дикости”. Русская водка, по убеждению автора, является свидетельством как раз высокого уровня бытовой культуры России — и в том, что касалось технологии производства, и в кулинарных достоинствах, и в самой традиционной “культуре пития” (неожиданная деталь: в русских домах был принят так называемый закусочный стол, с набором закусок и наливок, сервированный отдельно и в другом помещении от собственно обеденного стола; за обедом же водки не пили, только вино (речь идет о быте более или менее образованных сословий); и автор выдвигает здесь предположение (которое выглядит вполне обоснованным): вошедший в европейский, а теперь и в российский быт “фуршет” имеет русские корни, то есть прообразом, а возможно, и образцом стал как раз этот русский обычай “закусочного” или “холодного” стола — автор приводит в книге выразительные свидетельства иностранцев, осваивавших в России этот новый для них элемент русской культуры застолья.

 

Составитель Сергей Костырко

Версия для печати