Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2012, 3

Эхо волны

стихи

Лиснянская Инна Львовна родилась в Баку в 1928 году. Поэт, прозаик, эссеист. Лауреат Государственной премии (1998), премии Александра Солженицына (1999), премии “Поэт” (2009). Постоянный автор нашего журнала. Живет в Переделкине.


 

 


 

*     *

 *

Мне не пишется. Но все-таки
Для унынья нет причин.
Облака из снега сотканы,
А туман — из паутин.
Брезжат в звездах цифры римские
И летит гусей пунктир.
Буквы, вспыхивая искрами,
Заселяют целый мир.
На курсор перо гусиное
Легкомысленно сменив,
В зябком сердце погасила я
Тайноведческий мотив.

*     *

 *

День как масло нежен.
Вспомни юность нашу.
Намотай на стержень
Пряжу на продажу.
Хороша верблюжья
Будто к супу ложка,
Будто к линзам дужка,
К сапогам – застежка.

 

*     *

 *

Новый день — и всё сначала:
В ванной мыло и мочало
И горячая вода.
Становлюсь под душ я с ходу,
Будто я сама природа
И дожди — моя среда.

 

*     *

 *

Погасли в море маяки,
Связало тиной плавники,
Но нас ты не возьмешь за так
На удочку свою, рыбак.
Не заримся впервые
На сны береговые.

В помин уму, душе в помин
На камне собственных руин
Я заявление пишу
О том, что я ещё дышу
Геранью, лавром, морем,
Своим и рыбьим горем.

 

*     *

 *

При возрасте я как ребенок
Без признаков грамотной речи.
А мир мой и хрупок и тонок,
И все в нем пророки, предтечи.
Внимаю им бесповоротно.
Слагаю им стих под копирку.
Любовь у меня всенародна,
А знамя отправлено в стирку.

 

*     *

 *

Солнце осени щедро
Тянет свет из тумана.
Ветер воет крещендо,
Море плачет пиано.
Сквозь солёные петли —
Двух веков перекличка.
Это правда ли, нет ли —
Гаснет голос, как спичка.

 

*     *

 *

Знахарь китайский, иглы,
Руки на мозжечке.
Взрослые наши игры —
В двадцать одном очке.
Действия и детали —
Дети морских широт.
Море, песок, сандалии
И в лихорадке рот…

 

Пиковая дама

Три карты. Три карты. Три карты.
Герман. Балкон. Герань.
Сомнительные контакты
В такую глухую рань.
Не выхожу из спальной.
Лиза зажгла ночник.
В Хайфе провинциальной
Как он, игрок, возник?
А в рассветном дизайне
Пальмы. Кафе. Дома.
Не подпущу я к тайне,
Пускай он сойдёт с ума.
Герман. Герань. Три карты.
Дама. Семёрка. Туз.
Ломберный стол. Контракты.
Корсет и китовый ус.

 
 

*     *

 *

Целый мир за обложкой, а в книжке
Только мой закуток.
Такие мои делишки,
Такие, браток.
Целый мир за кормой, а в каюте
Только качка да я.
Ни к вечности, ни к минуте
Не лезу в друзья.
Гром гремит, но моя антенна
Ловит эхо волны.
Под водой рыдают сирены,
Только мне и слышны.

 
 

*     *

 *

Что за мрачные краски
Ложатся на полотно?
Это шамана сказки
И водяного дно.
Это неразбериха —
Все застилает дым.
Тихо, старуха, тихо,
Утром поговорим.


 

*     *

 *

Сижу без света я,
Не при огне.
Душа отпетая
Болит во мне.
На что я жалуюсь?
Ах, боже мой,
Я рифмой балуюсь,
А рифма — мной.

 

 

*     *

 *


При температуре
Большого ума
Всё в полном ажуре,
Зима как зима.
Всё в полном комфорте.
Душа не болит.
На слабой конфорке
Кофейник пыхтит.

 

 

*     *

 *

Сбиться с пути — не горе,
Но и не рай.
Вот в таком коленкоре
Жизнь принимай.
Стрелочка делит сутки
На день и ночь.
Глупо в аптечной ступке
Слёзы толочь.
Не всё, что любви присуще,
Есть благодать.
И на кофейной гуще
Глупо гадать.
 

Осень 2011 — зима 2012,
Хайфа

Версия для печати