Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2012, 3

Север

пьеса

Дурненков Вячеслав Евгеньевич родился в 1973 году в г. Почеп Брянской области. По образованию историк. Автор двадцати пьес, некоторые из них написаны в соавторстве с братом Михаилом. Пьесы опубликованы в журналах “Театр”, “Современная драматургия”, “Искусство кино”, переведены на иностранные языки. Сборник “Культурный слой” вышел в 2005 году в издательстве “ЭКСМО”. Постановки осуществлены в театрах России и за рубежом, в том числе в МХТ им. Чехова и Королевском Шекспировском театре. Лауреат премий “Действующие лица” (2004, 2008), фестивалей “Новая драма” (2005, 2008), “Текстура” (2010, 2011), “Свободный театр” (2005). Принимал активное участие в международном образовательном проекте “Класс Акт” для популяризации драматургии среди подростков. В настоящее время работает для телевидения. Живет в г. Тольятти. В “Новом мире” публикуется впервые.

 

*

В свое время меня потрясло дело Евсюкова. Особенно зацепили фразы свидетелей и пострадавших о том, что они не ожидали, что подобное может произойти в супермаркете. Это очень характеризует современного человека. Вседозволенность, всеобщая агрессия и как следствие всего этого безумие, плотность которого ощущается уже просто физически, — вот три основные темы этой пьесы.

Д е й с т в у ю щ и е л и ц а

Н а с т я, тридцать лет

К о с т я, тридцать лет

О л е г, тридцать лет

П а в е л, пятьдесят лет

А р к а д и й, тридцать лет

В а л е р а, сорок лет

А л е к с е й П е т р о в и ч, пятьдесят лет

Д и м а, двадцать пять лет

Н е м о л о д а я Ж е н щ и н а

Д е в у ш к а, восемнадцать лет

С м е н щ и к, тридцать лет

СЦЕНА 1

Гостиная большого дома. О л е г подходит к стене и смотрит на многочисленные фотографии разных лет: на многих вместе со взрослыми присутствуют мальчик и девочка, очень похожие друг на друга. Олег стелет на диван газету, встает на нее, начинает аккуратно снимать фотографии со стены. Кладет их тут же на диван. Вместо фотографий остаются темные квадраты. Некоторые фото он задерживает в руках, рассматривает. Входит П а в е л, бритый широкоплечий мужик.

П а в е л (восхищенно). Привез собаку. Мощный пес.

О л е г. Как звать?

П а в е л. Агат. Часа три в питомнике провел. Вот еще лето здесь побуду и пойду туда работать…

О л е г. Ты это каждый год говоришь… Помоги, фотографии на стол переложи, только аккуратно — стекло…

Павел берет фотографии c дивана и складывает стопкой на столе.

П а в е л. Они еще один дом по улице купили. Степанцовых который… Теперь вся сторона улицы их. Главный-то у них этот увидел, как я пса веду, говорит — не дай бог на улице появится, у нас тут дети. И, сука, смотрит так на меня, будто он здесь хозяин…

О л е г (рассеянно). Да ты националист прямо какой-то…

П а в е л. Станешь тут. Откуда у них деньги? Наркота… Может, скоро вообще отсюда переезжать придется. В питомнике хорошо — одни русские работают.

О л е г. Ну, отработаешь лето, и держать тебя не буду…

П а в е л. Посмотрим…

Павел ставит фотографии большой стопкой, она накреняется и валится набок. Бьются стеклянные рамы. Олег соскакивает с дивана.

О л е г. Паша, блин, ты что творишь?

Павел судорожно собирает фотографии, режет руки об осколки стекла, появляется кровь.

П а в е л (бормочет). К счастью, к счастью…

Олег садится над осколками. Павел виновато топчется рядом. Олег рукавом стирает кровь с фотографий.

О л е г. Ты их кровью заляпал. Неси аптечку, руку перевяжу…

Павел, виновато понурясь, уходит. Олег из груды сваленных фотографий достает одну — небольшое фото девочки лет десяти, рамка разлетелась полностью, стекло треснуло, и разрез прошел по самому снимку. Вздыхает, качает головой.

О л е г (сам себе). Ну, это я клеем… Ладно. К счастью, к счастью…

Затемнение.

СЦЕНА 2

Квартира Н а с т и. Кухня. А р к а д и й сидит на стуле. Мы видим только его спину. Это очень широкая спина, имеется также короткая шея, голова, обритая на два сантиметра. Настя ставит перед ним тарелку. Аркадий начинает есть. Настя подходит к окну, прижимается лбом к стеклу.

Н а с т я (задумчиво). Первая метель…

А р к а д и й. Ты их что, считаешь?

Н а с т я. Теперь надолго. Значит, уже по-настоящему.

А р к а д и й. Зима? Она, по-моему, здесь вообще не кончается.

Н а с т я (рассеянно). Это очень плохо…

А р к а д и й. Привыкнуть не можешь?

Н а с т я. Иногда кажется, что да, а вот сейчас, например, смотрю и думаю — зачем?

А р к а д и й. Потерпи. Летом к тебе поедем.

Н а с т я. Потом опять сюда?

А р к а д и й. Ты мне там работу найти можешь? Чем недовольна? Ну, хорошо там летом, с деньгами когда особенно. А остальное время? Даже дом не сдашь. Братцу твоему по барабану, а я хочу нормально зарабатывать, здесь пока еще можно…

Н а с т я. Он там круглый год живет…

А р к а д и й. Живет. (Морщится.) Передай хлеб… Плечо потянул. Машукова хоронили — земля как камень. Вот, кстати, вопрос с его местом решаться будет. Тогда еще год — и начальник смены.

Н а с т я. Ты уверен, что тебя на его место возьмут?

А р к а д и й. А кого?

Настя пожимает плечами, передает ему хлебницу.

Н а с т я. У меня сегодня работа новая. Людей буду считать…

А р к а д и й. Не понял.

Н а с т я. Перепись населения…

А р к а д и й. Нас сначала запиши.

Н а с т я. Нас другие будут. Мы по районам…

А р к а д и й (без интереса). Интересно, сколько нас сейчас здесь? Тысяч двадцать есть или нет?

Н а с т я. Вот и узнаем. Я камеру возьму с собой…

А р к а д и й. Зачем?

Н а с т я. Сказали, может пригодиться…

А р к а д и й. Осторожней с ней…

Н а с т я. Постараюсь. Ну ладно, пойду…

Настя отходит от окна. Аркадий поворачивается к ней.

А р к а д и й. Настя, я что тебе хотел сказать…

Настя без эмоций смотрит на мужа.

Я ведь чувствую, поэтому и говорю тебе сейчас. Мне всего этого не надо. Нам это не надо. Я проверю. И не дай бог, ты знаешь…

Н а с т я (впервые улыбается). Знаю. Зароешь, как Машукова?

Аркадий поворачивается к ней.

А р к а д и й. Что-то ты веселая с утра сегодня…

Н а с т я. Все хорошо. Пойду…

Настя уходит.

А р к а д и й (вслед ей). И камеру в чехол положи…

Аркадий поворачивается к столу, некоторое время неподвижно сидит, затем резко бросает вилку на стол. Очень резко, посуда на столе гремит.

СЦЕНА 3

Съемная квартира Константина. Обстановка обычной квартиры. На диване сидит Н а с т я, на коленях у нее папка с вопросником, в руках ручка. Появляется К о с т я с чайником, ставит его на столик. Садится на стул напротив девушки. На полу стоят две большие собранные спортивные сумки.

К о с т я. Может, чай, кофе?

Н а с т я. Спасибо, ничего. Продолжаем? Вы эту квартиру снимаете?

К о с т я. Нет, я сюда сезонно приезжаю. Тут все время кто-то живет…

Н а с т я. А своя у вас есть?

К о с т я. Да. Трехкомнатная….

Настя записывает.

Н а с т я. Пол? Дата и место рождения?

К о с т я. Мужской. Девятое сентября семьдесят пятого года…

Н а с т я. Гражданство?

К о с т я. Российское.

Н а с т я. Состоите в браке?

К о с т я. Не собираюсь.

Н а с т я. Образование?

К о с т я. Высшее.

Н а с т я. Вы иждивенец?

К о с т я. Я? Работаю же…

Н а с т я. Ой, извините, пропустила. Источник средств к существованию…

К о с т я. Снабженец. Оборудование при добыче и разведке месторождений. Вот у вас все отладил и завтра домой…

Н а с т я. Русским языком владеете?

К о с т я. Да.

Н а с т я. Всё. Спасибо вам большое!

К о с т я. Да не трудно было.

Настя встает. Костя тоже.

К о с т я. И сколько людей здесь проживает?

Н а с т я (равнодушно). Не знаю. Только сегодня считать начали…

К о с т я. Девушка, вот у меня к вам вопрос, если можно… Скажите, куда у вас можно вечером пойти? Ну, вот так посидеть просто…

Настя закрывает папку.

Н а с т я. Есть хорошее место. Кафе “Эльвира”. Сегодня там, например, поэтический вечер…

К о с т я. Даже так? А вчера что было?

Н а с т я. Не знаю. Наверное, как обычно…

Звонок в дверь.

К о с т я. Одну секунду… не уходите, пожалуйста…

Костя идет открывать. Настя подходит к столу, смотрит на чертежи. Входят К о с т я и В а л е р а, здоровый плечистый мужик сорока лет.

В а л е р а (Насте). Здравствуйте…

Н а с т я. Добрый день.

К о с т я. Это Валера, он работает со мной…

Н а с т я. Очень приятно. Настя.

К о с т я. Настя, может быть все-таки чаю?

Н а с т я. Спасибо, некогда. У меня еще два подъезда в этом доме…

К о с т я. Да, конечно. Как вы сказали? Кафе “Эльвира”?

Н а с т я. Да. До свиданья…

К о с т я. Всего доброго…

Костя уходит вместе с девушкой. Возвращается.

В а л е р а (ухмыляется). Что за телка у тебя была? Два подъезда у нее еще…

К о с т я. Перепись населения. К вам приходили?

В а л е р а. Пока нет. У тебя вода горячая есть?

К о с т я. С утра была.

В а л е р а. У нас душевая дня три не работает.

К о с т я. Ну, помойся у меня.

В а л е р а. Да я чистый. Я из чайника. Да ты не суетись. Сядь…

Костя садится. Валера остается стоять.

Я сейчас в конторе был. Ты в курсе — Макаров уехал, а на словах передал, что деньги только в конце месяца будут? А сегодня только второе…

К о с т я. Ничего себе…

В а л е р а. Вот так, брат. Остаемся зимовать.

К о с т я. У меня билет…

В а л е р а. И у нас были. Мы их сожгли нахер…

К о с т я. Зачем?

В а л е р а. Мы все отработали, объект сдали. И до конца месяца ждать не собираемся. Вот я и хочу с тобой перетереть. Макарова нет, теперь ты главный…

К о с т я. При чем тут я? Я такие вопросы не решаю. Ну хочешь, схожу сейчас в контору?

В а л е р а. Тебе то же самое скажут.

К о с т я. Тем более! Еще раз говорю — у меня билет.

В а л е р а. А у нас семьи. Первый раз такое за все время. Почти месяц здесь загорать. Нормально?

К о с т я. Но ведь заплатят?

В а л е р а (возбужденно). Да пошли они! Предложили оплатить билеты до дома. Типа езжайте и там ждите. Кто-то согласился. Мы с Диманом отказались. Я так привык: сделал — получил. Я ведь приезжаю — на! Все гуляют. Там по дороге станция, где всякую детскую фигню продают. Велики, машинки там. И я всегда там что-то ей покупаю. Понимаешь? Всегда. Она ведь ждет. Она знает, я приеду и привезу. Всегда. Она вот на ночь с этим засыпает. Понимаешь?

К о с т я. Понимаю…

В а л е р а. Вот посмотри. Как я ее обмануть могу?

Валера достает из кармана паспорт, оттуда маленькую фотографию. Показывает Косте. На секунду лица мужчин озаряются золотистым светом.

К о с т я. Красавица…

В а л е р а. А то… (Вздыхает.) А я без денег… (Прячет фото назад.) Короче, будем бузить. Ты с нами?

К о с т я. Каким образом? Обратно все развинтите?

В а л е р а. Есть соображения…

К о с т я. Я устал. Хочу свалить отсюда, и как можно быстрее…

В а л е р а. Отвечаешь?

К о с т я. Отвечаю. Я еду домой.

В а л е р а. Ну что могу сказать? Так — значит, так. Пока, начальник…

К о с т я. Пока. Валер, не делайте глупостей…

Валера усмехается и уходит. Костя поднимает со стула пиджак, достает из кармана несколько купюр, пересчитывает. Смотрит на часы.

СЦЕНА 4

А р к а д и й заходит в комнату для персонала. На стуле сидит С м е н щ и к, играет во что-то на телефоне. Сменщик поднимает на него глаза.

С м е н щ и к (равнодушно). Ты на пять минут опоздал…

Аркадий ничего не отвечает. Снимает с вешалки черную куртку, надевает ее. На спине большие желтые буквы — “ОХРАНА”. Медленно до последней пуговицы застегивает куртку.

А р к а д и й. Ты ведь меня не сдашь?

С м е н щ и к (удивленно). Аркаш, о чем ты?

А р к а д и й. Да или нет?

С м е н щ и к. Нет, конечно, скажешь тоже…

А р к а д и й. Освобождай место…

Сменщик встает, снимает свою куртку, вешает ее. Аркадий садится на его место.

С м е н щ и к. Да, кстати, новость — вместо Машукова знаешь кто будет? Плотников! Приказ уже есть. Ну он мужик нормальный, хоть передохнем после этого гамадрила…

Аркадий спокойно смотрит вперед.

Как там за бортом?

А р к а д и й. Очень холодно. Первая метель…

СЦЕНА 5

К о с т я в кафе. Ищет свободное место. За столиком сидит Н а с т я, перед ней половина бутылки шампанского. Костя подходит к ней.

К о с т я. Добрый вечер. Вот пришел по вашей рекомендации…

Н а с т я. Садитесь. Я одна…

Костя садится напротив.

К о с т я (озирается по сторонам). А поэтический вечер?

Н а с т я. Закончился.

К о с т я. Жалко. Мы с вами как-то сегодня официально…

Н а с т я. Такая ситуация была…

К о с т я (кивает на бутылку). Шампанское пьете?

Н а с т я. Допиваю…

К о с т я (с готовностью). Хотите, я еще возьму?

Настя не отвечает, берет и наливает в свой бокал, подвигает его к Косте. Тот немного смущен. Искоса бросает на нее взгляд — Настя не похожа на пьяную.

Да что вы из своего? Я сейчас попрошу…

Н а с т я. Я ничем не болею.

К о с т я. Я не в этом смысле. Ну хорошо… (Берет бокал. Ему неловко.) За знакомство. Слушайте, но ведь правда, давайте я еще возьму, у меня есть деньги…

Н а с т я. Шампанского нет. Это последняя бутылка была. Его сюда очень мало завозят.

К о с т я. А! Жалко…

Н а с т я. Да пейте, мне уже не хочется…

К о с т я. Спасибо. Давайте за знакомство. (Делает глоток.)

Н а с т я. Костя, а вы хотите в порнографии сняться?

Костя кашляет.

К о с т я. Извините?

Н а с т я. В порнографии сняться хотите?

К о с т я. Я? Вы… мне предлагаете?

Н а с т я. Вам.

К о с т я (глуповато). С вами?

Н а с т я. Со мной.

Костя немного отстраняется, чуть более внимательно смотрит на Настю.

Так хотите или нет?

К о с т я (пожимает плечами). Как-то неожиданно. А зачем?

Н а с т я. Ну а зачем вообще снимаются?

К о с т я. Ради денег. А, понял…

Н а с т я. Нет. Мне не нужны ваши деньги. Мне нужен партнер для съемки…

К о с т я. И кто снимать будет?

Н а с т я. Я сама. Включу камеру. Вы уедете, а я смотреть буду.

К о с т я. Ну, мне, конечно, разное предлагали…

Н а с т я. Я сегодня стихи читала. Мне надо как-то разрядиться…

К о с т я. Мне тоже. Можно, я пойду сигареты куплю?

Н а с т я. Конечно.

Костя идет к барной стойке. К столику подходит А л е к с е й П е т р о в и ч — невысокий пожилой интеллигентного вида мужчина. Целует руку Насте, та улыбается ему.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Настенька, ты сегодня изумительно читала! Вот этот последний стих, я его раньше не слышал…

Н а с т я. Это совсем новое, Алексей Петрович.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Вы его мне в тетрадку запишите и все новые, какие есть, туда же…

Н а с т я. Когда вы уже компьютер освоите?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Никогда. Я этому дерьму не доверяю. Мне чтоб твоей рукой красивой, хорошо? Это же стихи!

Н а с т я. Хорошо, сделаю.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Настя, вы невероятная. Вы так похожи на девушек моей молодости…

Н а с т я. Да, чувствую в себе какое-то ретро…

А л е к с е й П е т р о в и ч (задумчиво). Ну что, моя хорошая? Замучить вас воспоминаниями или домой пойти?

Н а с т я. Домой, Алексей Петрович, я еще посижу немного…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Ах да! Забыл похвастаться — у меня персональная выставка в Тюмени! Столько лет ждал!

Н а с т я. Поздравляю вас! От всей души поздравляю!

А л е к с е й П е т р о в и ч. Спасибо, Настенька. Приятного вечера… (уходит).

С пачкой сигарет в руке снова появляется К о с т я. Костя откидывается на спинку стула.

К о с т я. Значит, вы поэтесса? Мне сейчас как-то проще стало…

Н а с т я. В смысле все они шлюхи? Вы это хотели сказать?

К о с т я. Нет, что вы!

Н а с т я. Да ладно. Так и подумали. И сразу раз — картинка сложилась. Давайте сразу договоримся. Я не шлюха.

К о с т я (смущенно). Договорились…

Настя доливает остатки из бутылки в бокал и двигает его к Косте.

Н а с т я. Вот за это. И на “ты”…

Костя отпивает глоток и ставит бокал перед Настей.

К о с т я. Всегда творческие люди интересовали, сам-то я…

Н а с т я. Да я про тебя все знаю, ведущий специалист…

Костя вопросительно смотрит на нее, потом вспоминает — смеется.

К о с т я. Ах да! А это какое порно?

Н а с т я (пожимает плечами). Как пойдет…

К о с т я. Настя, скажи мне одну вещь. Мне завтра уезжать. Денег у меня с собой немного…

Н а с т я. То есть ты боишься?

К о с т я. Нет. Я хочу, чтобы все было без проблем, понимаешь? Они мне не нужны….

Н а с т я. Ну, это же совсем легко делается. Я сейчас встаю и ухожу…

Хочет встать. Костя осторожно берет ее за локоть, усаживает назад.

К о с т я. Извини.

Н а с т я. Остаешься?

К о с т я. Да.

Настя двигает свой бокал к Косте, тот делает маленький глоток, Настя забирает у него бокал, допивает шампанское. Встает. Перед ними внезапно вырастает А р к а д и й в куртке охранника.

А р к а д и й. Настя, Настя…

Настя хмуро смотрит на него.

А ведь обещала… (Поворачивается к Косте, спокойно.) Пойдем, поговорим…

Костя вопросительно смотрит на Настю. Та встает, вплотную подходит к Аркадию.

Н а с т я. Аркаш, может, мы с тобой сами пообщаемся?

Аркадий спокойно отодвигает Настю в сторону. Снова поворачивается к Косте.

А р к а д и й. Братишка, это надо сделать. Давай…

Костя медленно встает. Аркадий слегка подталкивает его в плечо. Настя берет пустую бутылку из-под шампанского и бьет ею Аркадия по голове, тот валится на стол. Настя хватает Костю за руку.

Н а с т я. Валим!

Костя и Настя быстро, почти бегом, выходят из кафе. Аркадий встает, слегка шатается, Спокойно касается затылка. Смотрит на перепачканную кровью ладонь.

А р к а д и й (спокойно). Я же просил…

СЦЕНА 6

Темнота. Комната. Н а с т я в простыне подходит к полке, достает камеру. Залезает обратно в кровать. Нажимает на просмотр. К о с т я подвигается поближе.

Н а с т я. Отсюда…

Пауза. Смотрят. Настя — сосредоточенно. Костя искоса наблюдает за ней.

Вот с этого места начинаться должно. А зачем ты на камеру оглядываешься? Я же сказала — забудь про нее…

К о с т я. Извини, первый раз в порно снимаюсь. И много у тебя таких записей?

Н а с т я. Пока только эта…

К о с т я. Серьезно?

Костя хочет привлечь ее за руку, Настя отстраняется.

Н а с т я. Погоди, я сейчас до конца быстро посмотрю. Вдруг чего-то не хватает…

К о с т я. Слушай, а может, ты просто так уже не можешь?

Н а с т я. Могу. Но ты уезжаешь, а что-то должно остаться…

К о с т я. Оригинально.

Н а с т я. Вот я и хочу, чтобы это осталось…

К о с т я. Ладно, побаловались — и хватит. Давай сюда камеру, я все сотру…

Н а с т я. Ты думаешь, что это еще кто-нибудь увидит?

К о с т я. Думаю, что да. Просто уверен…

Н а с т я. Боишься все-таки. Ладно, стираем. Вот смотри…

Показывает камеру Косте, нажимает кнопку. Костя внимательно смотрит на экранчик.

К о с т я. Спасибо.

Настя откладывает камеру в сторону. Кладет Косте руку на голову, гладит. Тянется для поцелуя.

Мне кажется, сейчас будет лучше…

Звонок в дверь.

Н а с т я. Блин! Это Юлька. Я же ей сказала — переночуй у сестры. Не буду открывать.

Звонок повторяется.

Вот коза…

Настя закутывается в простыню и идет в прихожую. Смотрит в глазок. Возвращается, садится на край кровати. Вид озабоченный.

К о с т я. Что такое?

Н а с т я. Там Аркадий.

К о с т я. Это который в кафе? Отлично. Есть легкое подозрение, что это твой муж?

Настя кивает. Снова звонок.

К о с т я. Что делать?

Н а с т я. Продолжать…

К о с т я. Ты в своем уме?

Н а с т я. Боишься?

Настя залезает под одеяло к Косте. Тот сидит напряженно. Настя обнимает его.

Расслабься…

К о с т я. Боюсь, не получится…

Н а с т я. Вот как раз сейчас все и получится. По-настоящему получится. Поверь…

К о с т я. Мне тебя сейчас так ударить хочется…

Н а с т я. Этого делать не надо. Звони своим друзьям — объясни, что попал в беду. Они приедут и спасут тебя. Только объясни им это так, чтобы они приехали минут через сорок. Не бойся, я ему все равно не открою…

К о с т я. Зачем мне все это?

Н а с т я. Звонок другу, Костя…

Костя пристально смотрит на нее. Поднимает с пола свой телефон. Набирает номер.

К о с т я (по телефону). Валера, у меня проблемы…

Н а с т я. Ладно, тридцать минут…

СЦЕНА 7

Объект. По стенам висят силовые кабели. На цементном полу валяется разный мелкий строительный мусор. На ящике, поигрывая электродом для сварки, сидит крепкий невысокий Д и м а, В а л е р а стоит рядом. На полу сидит О л е г, руки привязаны к батарее. Входит К о с т я.

К о с т я. Кто это?

В а л е р а. Это Олег — сын Макарова…

К о с т я. Это зря. Это очень зря…

В а л е р а. Да ладно тебе. Он живой, даже ни одного ребра еще не сломано. Кстати, а почему? Дима!

Невысокий, плотно сбитый Дима подходит к Олегу. Костя встает между Димой и Олегом.

К о с т я. Мужики, вы сейчас большую херню совершаете…

В а л е р а. Что ты за него впрягаешься? Кто он тебе? Сегодня с нами переночует, а завтра все деньги получим. Макаров в курсе, уже сюда летит. Дима…

Д и м а (Косте). Отойди…

К о с т я. Не отойду…

Дима бьет Костю коленкой под дых, тот сгибается. Приближается к Олегу. Валера поднимает вверх указательный палец.

В а л е р а. Ребро. Одно…

Дима с размаху бьет носком ботинка по ребрам Олега. Тот вскрикивает и дергается.

Дима протягивает Косте руку, тот отталкивает ее. Встает, с ненавистью смотрит на Валеру.

К о с т я (Валере). Ты отморозок!

В а л е р а. А как по-другому? Я рад, что ты с нами…

К о с т я. Не, ребята, вот с этим, извините…

В а л е р а. Значит, когда ты эту бабу драл, про нас быстро вспомнил?

К о с т я. Это не одно и то же…

В а л е р а. Да кто спорит? Я бы сейчас тоже в тепле с телкой. А вот должен здесь за свое кровное…

К о с т я. Отпустите пацана…

В а л е р а. Пока еще ничего не случилось. Нельзя взрослых мужиков за яйца подвешивать. Ты потерпеть предлагаешь? Я полгода здесь вкалывал. Лишь бы копейка. Вот и вся моя жизнь. Ну да какая есть. Надоело мне все это, брат. Они мне должны. Понимаешь? Не я им. Они мне. Я же тебе говорю — мне ехать через станцию, где игрушки продают. И я поеду. Понял?

К о с т я. Это можно было как-то нормально решить…

В а л е р а. Когда этот хер к твоей бабе ломился, это можно было нормально решить?

К о с т я. Это не моя баба…

В а л е р а. А это моя жизнь.

Дима отходит. Слушает.

Д и м а. К нам кто-то идет…

Валера поднимает с пола арматурину, подходит к Олегу.

В а л е р а (Диме). Встречаем…

Дима тоже берет с пола арматурину. Становится напротив выхода. Появляется

А л е к с е й П е т р о в и ч.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Доброй ночи, господа…

В а л е р а. А ты что забыл здесь, дедушка?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Да вот пришел за компанию по шее получить. Не возражаете?

В а л е р а. Ты вообще кто?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Я-то? Местный человек. Художник, у меня в Тюмени скоро выставка персональная, дождался, так сказать. Весь город знает, ребята, что вы здесь. А я как-то засиделся дома. Давно в гуще событий не был.

Д и м а. Давай его тоже к батарее?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Ради бога. Тем более Олега я вот с такого (показывает рукой от пола) возраста знаю. И сам я здесь человек не последний, ради веса возьмите, вас быстрее выслушают. Соглашайтесь, ребята…

Дима и Валера переглядываются.

В а л е р а. Ну, посиди с нами за компанию…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Вот спасибо… (Садится рядом с Олегом. Олегу.) Били?

Тот кивает.

(Без эмоции.) Звери.

В а л е р а. Ошибаешься, дедушка. За свое, за кровное…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Вот я и говорю — звери…

В а л е р а. Ты сейчас договоришься…

Алексей Петрович встает и подходит к Валере.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Ну? Старичка-то? Боишься сдачи получить?

Валера с силой бьет старика в лицо, тот отшатывается, падая навзничь, ударяется об стену. Медленно сползает по стене.

К о с т я. Ну что ты творишь?!

Дима и Костя подходят к старику, пытаются помочь ему встать. Старик как ватная кукла в их руках. Ребята напрягаются. Дима проверяет его пульс и растерянно поворачивается к Валере.

Д и м а. Ты его это…

В а л е р а. Что, пульса нет?

Д и м а. Слабый…

В а л е р а (равнодушно). Ну, значит, выживет…

Сажают старика спиной к стене, тот сидит, опустив голову набок.

Ж е н с к и й г о л о с (с улицы). С прессой поговорить не желаете?

Валера выглядывает в окно.

В а л е р а (в окно). Очень даже. Сейчас спущусь! Будут менты — пацану хана! Ясно?!

Костя в упор смотрит на Валеру.

К о с т я. Как там? Станция с игрушками? В другом направлении поедешь…

В а л е р а (уверенно). Все нормально будет. Я все на себя беру. Твоей вины во всем этом нет. Ты ведь свой билетик не сжег? Сейчас пойду с прессой пообщаюсь, про тебя ни слова…

К о с т я. Я сам пойду.

В а л е р а. Чего так вдруг?

К о с т я. У тебя не получится. Разговаривать буду я. Так будет лучше…

Валера внимательно смотрит на него.

Я выйду, закроете за мной.

Валера и Дима переглядываются.

К о с т я. Вы чего, боитесь, что я убегу? Если я здесь, то, значит, я с вами. Так?

В а л е р а. Мы тебе верим, начальник.

Д и м а. Ты подписался.

Костя кивает, уходит.

СЦЕНА 8

К о с т я выходит на улицу. Никого. Оглядывается по сторонам. Возле стены стоит

Н а с т я. Костя замечает ее.

К о с т я. Привет…

Н а с т я. Привет.

К о с т я. Значит, ты еще и пресса…

Н а с т я. А это моя основная профессия. Я в местной газете работаю. Присядем?

Костя и Настя садятся на скамейку.

Н а с т я. Чего вы хотите?

К о с т я. Обычно говорят — какие ваши требования?

Н а с т я. У меня такое в первый раз. Какие ваши требования?

К о с т я. Отдать задолженность по зарплате…

Н а с т я. Что еще?

К о с т я. Сын Макарова в порядке, но у него сломано ребро…

Н а с т я. Какой сын?

К о с т я. Олег. Сын Макарова. Они его сюда притащили…

Н а с т я. У него нет сына…

К о с т я. Тогда кто это?

Н а с т я. Не знаю. Позволишь, я запишу тебя на диктофон?

К о с т я (усмехается). Ну на камеру уже писала… давай на диктофон…

Настя достает из сумки диктофон. Направляет диктофон в сторону Константина.

Н а с т я (официальным голосом). Константин, озвучьте ваши требования…

К о с т я. Мы не получили деньги за свою работу. Выполнили все свои обязательства, руководство кинуло нас, мы вынуждены остаться здесь в ожидании зарплаты…

Н а с т я. И что мешает просто обратиться в суд?

К о с т я (усмехается). Я думаю, он уже неизбежен…

Настя отключает диктофон. Кладет его в карман.

Н а с т я. Костя, мы успели немного поговорить. Я так поняла, что у тебя все хорошо. А ты просто впрягаешься за этих ребят, так?

К о с т я. Получается, что так…

Н а с т я. Зачем? У них своя жизнь…

К о с т я. Они не скоты, чтобы с ними вот так можно было. Лично у меня одно желание — уехать отсюда и как можно побыстрее…

Н а с т я. Так сделай это! Другие должны тоже как-то шевелиться! Понимаешь? Сами! Никто за них ничего не сделает! А у тебя своя жизнь…

К о с т я. Мы с тобой только переспали, а ты уже мной командуешь.

Н а с т я. Я вижу, какой ты, и мне тебя жаль…

К о с т я. Мне тебя тоже жаль. Я вот уеду, а ты со своим дебилом останешься. Он же прибьет тебя…

Н а с т я. Я не боюсь…

К о с т я. Там еще старик, художник…

Н а с т я. Алексей Петрович, который в кафе к нам подходил?

К о с т я (недоуменно). В кафе? Когда?

Н а с т я (тревожно). С ним все в порядке?

К о с т я. Не знаю, по-моему, нет…

Настя порывисто встает со скамейки.

Н а с т я. Его пальцем нельзя трогать! Он для меня столько… Идем туда! (Рывком поднимает Костю под локоть.) Идем, кому говорю! Быстро!

Г о л о с А р к а д и я (из темноты). Никуда вы, ребята, не пойдете…

Из темноты выходит А р к а д и й с разбитой губой, куртка сильно выпачкана пылью. Подходит к Косте и несколько раз сильно бьет его ножом в живот. Настя закрывает ладонью рот и делает несколько шагов назад в темноту.

СЦЕНА 9

Н е м о л о д а я Ж е н щ и н а. Ведет себя неловко поначалу, но видно, что хочет говорить.

Н е м о л о д а я Ж е н щ и н а. В общем-то дома все было… Ну вот эта привычка дурацкая, идешь с работы и думаешь, дай-ка зайду… Даже если вот так денег особо нет. А их особо-то и нет. Но все равно что-то всегда подкупить надо, да хлеб тот же самый… Вот и зашла. Народу мало было, да и магазин-то небольшой, но вечер, народ все равно тянется. За пивом, конечно, в основном. Там его целая стойка и молочко напротив. Я стою, думаю, что бы взять? А тут рядом ребята эти возле пива, тоже думают. Пацан и девчонка. Я-то спиной стояла. И тут пацан вслух говорит… Ну, матерно… Можно? В общем, говорит — “что за фигня?”. Я сразу по голосу поняла, что он не про пиво сказал. Поворачиваюсь, и тут он в кассиршу стреляет, прямо в голову… это... страшно… это я вам потом расскажу… Я ведь как только его увидела, то, понимаете, сразу испугаться не смогла. Он же в форме этой… На спине и вот здесь (показывает) написано — “Охрана”… Мне эта форма с самого начала не нравилась, вот как только появилась… Я все понимаю, но вот она правда как у фашистов, ей-богу… Но все равно! Тем более я его раньше видела, он в управлении работает. Это у меня когда муж умер, я по его делам туда ходила… видела его — сидит там, обычный такой парень… В общем, психология моя сработала — ну как-то нет у меня страха… Ну нет… А у него в руках, значит, пистолет, значит… А мы в проходе вот так стоим — я и ребята эти… И он к нам. Я как вкопанная просто, стою, смотрю на него. Я говорю — психология сработала. А ребята, они ведь уже другие. Они это кино смотрят, игры эти вот идиотские… Они как-то быстро сообразили. Олежка вот этот за рукав схватил, ну, мы потом все познакомились, и тащит за собой. А там поворот на хлеб и колбасу. Тоже проход. И он снова стреляет. И девочке вот этой вот Алесе, Антон... он ее за шиворот держал, прямо в плечо. Она падает, а мы уже за хлебом… Он снова стреляет. И это все на нас падает. И тут этот охранник Коля из подсобки выбежал. Тоже выстрел. Но вот повезло ему. Коля-то, он, как бы это сказать? Ну сейчас же всех в охранники берут. А он такой, ну доходной, соплей перешибешь. Вот сама, дура, накликала, вот раньше заходила в магазин, думала — не дай бог нападут? И чего Коля сделать может? Его ведь самого защищать надо. Так этот его ударил. Ногами бил. А потом просто стрелять начал по полкам. Мы-то с ребятами лежим, а на нас продукты падают. Разные. Крови много. Девчонке совсем плохо. А конфеты падают, печенье, жвачки всякие. А потом он ушел. Ну, дальше известно, что было. Я считаю, что ему смертная казнь нужна, вот чтобы ему ее дали. Я вот где, если надо, распишусь. Вот даже не сомневайтесь. А что? Одна убита, другая инвалид. Две, считай, жизни поломаны. За что? Я потом, конечно, испугалась, ну, потом уже, когда дома. Я потом спать долго не могла. И знаете что? Потом, когда домой-то уже попала, смотрю — а у меня полные карманы этих конфет, жвачек. Тоже, наверное, психология, и ведь не помню… Я их решила в магазин назад не отдавать, а потом, когда кассиршу Свету похоронили, пришла и на могилку положила. В магазин долго ходить не могла, но потом потихоньку вот начала. Сегодня вот ходила. Ну а как по-другому?

СЦЕНА 10

Н а с т я сидит за столом. На ней неброское, но достаточно дорогое платье. Макияж. Настя немного нервно листает какой-то журнал. К ней подходит А л е к с е й П е т р о в и ч, садится напротив. Настя поднимает на него глаза, взгляд ожидающий, внимательный.

Н а с т я. Ну и как?

А л е к с е й П е т р о в и ч (со вздохом). Все плохо.

Н а с т я. Это я и без вас знаю. Он сказал что-то новое?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Да то же самое, что и вам. Я все записал. Вы можете это прослушать… (Демонстрирует диктофон.) Сейчас он в порядке. Даже шутит.

Н а с т я. Я рада. Только все это ненадолго…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Почему?

Н а с т я. Не знаю. Чувствую. Скоро это опять повторится…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Тогда остается одно — больница. Это очень легко сделать, у нас все на руках…

Н а с т я. Мне хочется побыть еще немного с ним. Нам надо проститься. Как-то по-человечески…

А л е к с е й П е т р о в и ч. И как вы хотите это сделать?

Н а с т я. Мы поедем на юг. У него там дом, который он очень любит. Ему там всегда было хорошо. Я думаю, несколько дней хватит…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Мне кажется, это правильное решение. Настя, а вот скажите мне одну вещь. Вот он все рассказал. Вроде многое повторяется… мы там все присутствуем, ваш бывший муж опять же, но вот этот вот юноша — Олег…

Н а с т я. Какой Олег?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Олег, сын Макарова, которого они взяли в заложники…

Н а с т я. Нет. Про него он ничего не говорил…

А л е к с е й П е т р о в и ч. А раньше?

Н а с т я (хмурится). Не помню. Нет, не говорил…

А л е к с е й П е т р о в и ч (снова демонстрирует диктофон). Здесь он рассказывает о нем.

Н а с т я. Мне надо послушать.

А л е к с е й П е т р о в и ч (озабоченно). Значит, появился новый персонаж. Лично меня это очень тревожит…

Н а с т я. Почему?

А л е к с е й П е т р о в и ч. У него уже устоялась какая-то картинка. Ваше знакомство, разумеется, оно проистекало совершенно по-другому. Все мы как те люди, которые окружают его. Всегда было одно и то же, и вот новый персонаж. Что это значит? Попробуйте вспомнить. Может, они вместе работали? Олег. Его зовут Олег…

Н а с т я. Нет. Не помню такого.

А л е к с е й П е т р о в и ч (вздыхая, пожимает плечами). Надеюсь, что это фактор какого-то улучшения. Разнообразие — это уже шаг вперед…

Н а с т я. Значит, вы одобряете поездку на юг?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Да. Я даже смогу навестить вас. У меня будет конференция в Симферополе, заеду после нее к вам. Тем более вы всегда сможете позвонить, если нужна будет помощь…

Н а с т я. Всегда буду рада вас видеть. Давайте сейчас рассчитаемся с вами…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Нет, нет. Потом, Настя, давайте это сделаем, когда я уже пойму, что… когда я что-нибудь окончательно пойму. Случай непростой, и я могу вам сказать, что готов участвовать в этом не только как врач…

Н а с т я. Спасибо. Я сделаю для Кости все, что в моих силах…

Алексей Петрович кивает.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Я пойду. Мне пора…

Н а с т я. Хорошо. Дима!

Входит Д и м а в черном костюме.

(Диме). Отвезешь Алексея Петровича…

Дима кивает.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Спасибо. До свидания, Настя. (Слегка касается ее плеча.) Держитесь…

Настя грустно улыбается ему.

Дима и Алексей Петрович уходят. Настя снова листает журнал, но видно, что он ее не интересует. Швыряет журнал в сторону, закрывает ладонями лицо.

 

СЦЕНА 11

Большой дом. Гостиная. За столом сидят В а л е р а и Н а с т я. Перед Настей открытый ноутбук. Валера немного сонно смотрит в угол. Настя читает вслух с ноутбука.

Н а с т я. “Она любила массивные хрустальные пепельницы, они были разбросаны по всему дому: в каждой комнате, на каждом столе, одна стояла даже в прихожей на полу, как если бы к ним однажды зашла курящая собака. Курящих гостей, впрочем, всегда было много, но вот собак с собой они почему-то не приводили…” (Прекращает читать, закрывает ноутбук. Вздыхает). Мне кажется, что я сейчас пишу как раньше — стихами. То есть пытаюсь. А стихи исчезли, в один день просто взяли и исчезли… Валера!

Валера вздрагивает, окончательно просыпается.

В а л е р а (бодро). Мне понравилось!

Н а с т я (озабоченно). Что-то их долго нет…

В а л е р а. Анастасия Сергеевна, не переживайте, они здесь рядом купаются. Дима же постоянно с ним…

Н а с т я. Вчера как приехали, он тебя в сторону отвел. О чем говорили?

В а л е р а. Да так, по хозяйству…

Н а с т я. Не нравится мне этот наш сторож. Как его?

В а л е р а. Павел. Да нормальный мужик, свое дело знает…

Н а с т я. Собака у него страшная…

В а л е р а. Собака отличная, своих не тронет.

В гостиной появляются К о с т я и Д и м а. Мокрые волосы, шорты, через плечо у каждого полотенце. У Кости на животе видно несколько белых косых шрамов.

К о с т я (весело). Настя, зря ты с нами не пошла!

Н а с т я. Я крем от загара забыла.

Д и м а. Я метнусь в город. У нас уже список есть, чего не хватает.

К о с т я. Возьми вина хорошего бутылки три. У нас сегодня гость будет…

Н а с т я. Кого ждем?

К о с т я. Друг детства. Я тебе про него рассказывал, неужели не помнишь? Олег. Он потом в военное училище поступил, на Дальнем Востоке служил, вот сейчас домой вернулся. Олег — отличный, он тебе понравится…

Н а с т я (чуть напряженно). Он сегодня придет?

К о с т я. Да. Я его на пляже встретил. Ладно. Пойду переоденусь.

Костя выходит из гостиной. Дима тоже собирается уйти.

Н а с т я. Дима, подожди…

Дима останавливается.

Дима, ты видел, с кем разговаривал Костя?

Д и м а (виновато). Я отошел воды купить. Но в поле зрения держал его. Потом он как-то затерялся, но сам подошел. Сказал, что встретил знакомого, но я его лично не видел.

Н а с т я (недовольно). “Как-то затерялся”! Он сказал “Олег”…

Д и м а. Ну да — “Олег”…

В а л е р а. Чего-то боитесь?

Н а с т я. Всего. На всякий случай приготовьте лекарства, жгуты. Чтобы к ночи все было…

В а л е р а. Будет сделано.

Д и м а. Так мне в город ехать?

Н а с т я. Езжай…

Дима уходит. Появляется К о с т я. Он переоделся в поло, легкие брюки. Садится напротив Насти.

К о с т я (бодро). Не, все-таки здорово! От стадиона шли, там гастроном до сих пор на углу, вывеска та же — ржавая вся, но не сменили. Приятно так. А в соседнем доме, где парикмахерская была, теперь турбюро. Хотя куда отсюда ездить?

Н а с т я. Мы там вчера проезжали — гастронома уже нет…

К о с т я. Насть, ну чего ты такую ерунду говоришь?

Н а с т я. Валера, был там гастроном со старой вывеской?

Валера морщится.

В а л е р а. Не помню. Я за рулем сидел, по сторонам не пялился…

Н а с т я. Там нет ничего. Там что-то другое сейчас. Сувениры какие-то…

К о с т я. Тебе спорить хочется? Я говорю — он там…

Н а с т я. Я здесь тоже не в первый раз и на память не жалуюсь…

К о с т я. Хочешь, съездим — сама убедишься.

Н а с т я. Спорим на бутылку шампанского?

К о с т я. Ну чего ты заводишься? Ладно, нет его там, померещилось…

Н а с т я. Костя, вот этот Павел. Ты его паспорт смотрел?

К о с т я. Конечно.

Н а с т я. Внимательно?

К о с т я. Ты его боишься? Прекрати, совершенно безобидный человек. Дом в отличном состоянии хранил, в саду вон сколько работы сделал. Ну а то, что на Алена Делона не похож, — извини. Меня он устраивает…

Н а с т я. Сидишь неправильно. Пересядь. Вот сюда.

Показывает на место напротив. Костя послушно пересаживается.

Валера подходит к окну.

В а л е р а. Кто-то приехал…

К нему подходит Костя. Смотрит.

К о с т я (радостно). Олег! Я думал, он позже, но все равно здорово! (Поворачивается к Насте.) Как я давно хотел вас познакомить!

Н а с т я. Я тоже…

Костя выбегает из комнаты встречать гостя. Настя зябко поводит плечами, не встает с места.

Эта машина действительно к нам?

В а л е р а (глядя в окно). Да. Он вышел из машины. Обнимаются.

Н а с т я. Они сегодня виделись. Почему снова обнимаются?

В а л е р а (пожимает плечами). Хер знает — дружба, наверное…

Н а с т я. Это и пугает…

В а л е р а. Если что, я всегда рядом.

Н а с т я. Спасибо, Валера.

Входят К о с т я и О л е г. Одеты по-летнему — шорты, майка, вьетнамки.

К о с т я. Знакомьтесь. Это моя жена…

Н а с т я. Настя.

О л е г. Олег.

К о с т я (Валере). Валер, можно, мы втроем посидим?

Валера кивает и выходит из комнаты. Олег внимательно смотрит на Настю, медленно протягивает руку. Настя пожимает ее. Пауза.

О л е г. Я рад, я очень рад…

Н а с т я. И я… То есть мне очень приятно…

Олег не выпускает руку Насти, та с легким недоумением смотрит на Костю.

К о с т я. Так давно хотел вас познакомить!

Н а с т я. Ты это говорил уже…

Олег наконец отпускает руку Насти.

О л е г. Я правда очень рад.

Н а с т я. Садитесь… Сядьте… впрочем, куда хотите. Вы же гость.

О л е г. Рядом с вами можно?

К о с т я. Садись, конечно!

Олег садится рядом с Настей. Снова смотрит на нее — улыбается.

О л е г. Прекрасно выглядите….

Настя немного недоуменно смотрит на Костю — ну какой-то слишком быстрый комплимент. Костя с улыбкой пожимает плечами — это нормально. Такой, мол, человек.

Вы к нам надолго?

Н а с т я. Пока не отдохнем.

О л е г. Это здорово. Вам очень повезло. Отдохнете на все сто…

Н а с т я. А что вы нам можете предложить?

О л е г. А вам Костя ничего про меня не рассказывал?

Н а с т я. Нет, не успел.

О л е г. Я диджей. Массовик. Аниматор. Вот сегодня вам вечер устрою. У меня все в машине. Все, что надо…

К о с т я. Олег здесь нарасхват! Я его к нам выписал, поверь, нелегко было…

О л е г. От трех санаториев отказался…

Н а с т я. Ценю вашу жертву, конечно, но…

О л е г. А я вам мешать не буду. Спать могу в своей машине. Просто каждый вечер какой-нибудь сюрприз. Вообще интересно нас судьба расставила — я затейник, Костя в большие начальники выбился… Но клянусь — затейник я первостатейный…

Настя впервые за весь разговор улыбается.

У вас хорошая улыбка…

Настя смотрит на мужа, тот показывает большой палец. Настя поворачивается к Олегу.

Н а с т я. Олег, а вот скажите — а как идти от стадиона, там старый гастроном остался? Старый, с балконом?

О л е г. Давно уже нет…

Н а с т я (Косте). Вот видишь, а ты спорить хотел…

К о с т я. Ну… Вот такой я, невнимательный…

Н а с т я. Олег, а нам что устраивать будете?

О л е г. Все. Музыка, конкурсы, фейерверки, эротические конкурсы…

К о с т я (с энтузиазмом). Всю неделю! Представляешь?

Н а с т я. Пока не очень. Но если ты хочешь…

К о с т я. Очень хочу. Новый год у нас не получился…

Н а с т я (слегка мрачнеет). Это да. Ладно. Значит, будем веселиться…

О л е г. Я машину во двор поставлю?

К о с т я. Конечно. Там во дворе Павел — бритый такой мужик в трениках, объясни ему все, и пусть он тебя со своей собакой познакомит. А то выйдешь в сад отлить — на куски порвет.

О л е г. Меня?

К о с т я. Тебя, тебя…

О л е г. А, ну да. Спасибо, что предупредил… (Встает, уходит.)

Н а с т я. Какое знакомое лицо…

К о с т я. Ну, у меня, может, в альбоме видела?

Н а с т я. Может…

Костя подходит к ней. Обнимает.

К о с т я. Мы же хотели отдохнуть? Вот и пожалуйста…

Н а с т я. Он говорил про фейерверки. Я этого не хочу. Вот без шума и грохота…

К о с т я. Не будет. А эротические конкурсы?

Н а с т я. Я думаю, мы тут без Олега обойдемся…

К о с т я. Все, как ты захочешь.

Н а с т я. Спасибо. Я неважно себя чувствую. Пойду прилягу?

К о с т я (гладит ее по голове). Конечно…

Настя встает, уходит. Костя садится за стол. Входит Д и м а с пакетами и сумками.

Д и м а. Все привез.

К о с т я. Молодец. Не отходи от нее.

Д и м а. Ну конечно!

К о с т я. Вечером рубашку белую надень…

Д и м а. Как скажете, Константин Анатольевич!

К о с т я (сам себе, вполголоса). Да, вот с гастрономом хорошо получилось…

Д и м а. Что?

К о с т я. Все нормально, Дима, все нормально…

Дима, тяжело отдуваясь, ставит тяжелые пакеты на стол.

Д и м а. Машину пришлось чуть не у набережной оставить. Заставлено все. Даже автобусы какие-то….

Входит П а в е л.

П а в е л. Это сегодня черножопые новоселье справляют. Там поди вся родня съехалась… Я, конечно, извиняюсь, но как-то собака вашу жену не очень. То ли боится, то ли я не знаю. Как-то она ее избегает, короче. Ну вот когда я их знакомить водил…

К о с т я. И что делать?

П а в е л. Ну еще раз, наверное, надо. Вы сами-то ее видели?

К о с т я. Нет. Издалека только.

П а в е л. Пойдемте. Только возьмите что-нибудь с собой. Ну я не знаю — колбасы кусок…

К о с т я. Да, конечно. (Встает. Выходит вслед за Павлом.)

 

СЦЕНА 12

Перед домом. Сад. Вечер. О л е г устанавливает пульт, разматывает провода. Подходит Н а с т я. Задумчиво крутит бегунки на пульте. Олег оборачивается к ней, улыбается.

О л е г. Вы какую музыку любите?

Н а с т я. Разную.

О л е г. А ваш супруг?

Н а с т я. Раньше в машине радио постоянно слушал…

О л е г. Раньше — это до чего?

Н а с т я. До того, как с ума сошел. Теперь машину он не водит…

Олег останавливается, пристально смотрит на Настю.

Он больной. Причем в тяжелой форме, может что угодно выкинуть. Он как этот… как старая мина… А вы в нем ничего такого не заметили?

О л е г. Да вроде нет.

Н а с т я. Ну так знайте это.

О л е г. Мне теперь его надо бояться?

Н а с т я. Просто громкой музыки не надо. Иллюминацию скромно повесьте и чтобы не мигала. И никаких фейерверков, хлопушек и всего такого, похожего на выстрелы….

О л е г. Хорошо. Как скажете. Жаль Костю. У него это из-за бизнеса? Стрессы?

Н а с т я. У него это из-за меня.

О л е г. Извините?

Н а с т я. Я изменяла ему. А он только с виду сильный человек. А с бизнесом у него никогда проблем не было…

О л е г. Ясно. Как называется болезнь?

Н а с т я. Неважно. Просто безумие. Ну об этом с ним разговаривать нельзя — не маленький, должны понимать. Мы прощаемся здесь. Одна неделя, и все — больше вместе мы не живем. Это мое решение. Костя пока этого не понимает…

О л е г. Грустная картина. Тогда, может, все это лишнее? Вся эта веселуха?

Н а с т я. Нет, наоборот. Тем более он так захотел, значит, давайте это сделаем…

О л е г (вздыхает). Впрямь как последняя просьба…

Н а с т я. Да. Вы его давно знаете?

О л е г. Давно.

Н а с т я. Олег, вы мне кого-то напоминаете. Очень сильно.

О л е г. Вы мне тоже…

Н а с т я. Значит, мы друг друга поймем.

О л е г. Надеюсь.

Н а с т я. Сделайте все, о чем я вас попросила.

О л е г. Конечно. Никаких фейерверков, мигалок…

Н а с т я. Спасибо. (Уходит.)

Олег вздыхает, включает какие-то штекеры. Появляются Д и м а и П а в е л.

Д и м а. Как дела идут?

О л е г. Нормально.

Д и м а (Павлу). Ты этого пса покормил?

П а в е л. Немного. Ему нельзя сытым быть.

Д и м а. Не люблю я их. Как покусали в детстве…

П а в е л (усмехается). Покусали, говоришь?

Павел задирает рукав куртки — вся рука в узлах шрамов. Дима свистит от удивления.

П а в е л. Вас он не тронет, тем более я рядом.

Д и м а. Спасибо, дорогой, успокоил.

П а в е л. Если что помочь, зовите — мне тут кое-что доделать надо…

Павел уходит в сад. Дима рассматривает пульт.

О л е г. Настя подходила, просила, чтобы громко не было…

Д и м а. Делай все, что она скажет…

О л е г. У меня в принципе все готово. (Подходит к переноске, включает ее — на некоторых деревьях вспыхивают огоньки.)

Д и м а (одобрительно). Красиво. Прям Новый год. (Сплевывает.) Не к ночи будь помянут…

О л е г (решительно). Про это я знаю. Нового года не будет.

СЦЕНА 13

Темно. Накрыт стол. На деревьях гирлянды. Играет тихая музыка. За столом в белых рубашках сидят О л е г, Д и м а, В а л е р а, К о с т я.

Костя и Олег сидят рядом, разговаривают вполголоса.

К о с т я. Ну что скажешь?

О л е г (грустно). В прошлый раз она была лучше…

К о с т я. Что ты имеешь в виду?

О л е г. Мягче. Тогда мне показалось, что какой-то шанс есть. Сейчас она собранная, жесткая, как змея перед броском. И мне кажется, это от страха…

К о с т я. Думаешь, правильно было ее сюда привезти?

О л е г. Ну ты ведь сам понимаешь, как мне без нее…

К о с т я. Мне тоже. В любом случае это надо было сделать. Там же все это вокруг нее, все напоминает. Она не может понять, где ей сейчас быть.

О л е г. Знаешь, мне кажется, что если с ней совсем серьезно поговорить. Ну это как последний шанс…

К о с т я. Было, все было…

О л е г. Ну да…

В а л е р а. Дима, ты рубашку соусом испачкал. А ведь еще даже не ели…

Д и м а. Вот я свинтус, а? (Подворачивает рукав так, чтобы не было видно красного пятна соуса.)

О л е г. А как ты дальше? Или уже есть кто-то?

К о с т я. Пока не знаю. С самого начала было понятно — вот он, тот самый человек. А сейчас не знаю…

О л е г. Выпить хочется…

К о с т я. Дима, пожалуйста, принеси пару бутылок, стаканы тоже…

Дима встает и уходит.

О л е г. Я все себе это представить пытаюсь. Вот захожу, значит, а в руках у меня сетка с апельсинами. Почему, кстати, всегда апельсины?

К о с т я. Оптимистичные…

О л е г. Делаю дежурную рожу, и это, кстати, совершенно бессмысленно…

К о с т я. Ну ты же массовик-затейник. Мне вот труднее придется…

Дима приносит три бутылки. Откупоривает. Валера помогает разлить по стаканам.

О л е г. Да нет, Костя, тебе по-любому легче будет…

К о с т я. Почему?

О л е г. Ты все время забываешь. Мы же близнецы. Мы ведь друг друга всегда чувствуем. Даже сейчас. Все равно что-то между нами проскальзывает. Все меньше и меньше, но все равно… (Пьет из бокала до дна.) Когда обо всем этом узнал. Нажрался, сел за руль, машину разбил…

К о с т я. Но ты сейчас здесь сидишь. И она по-прежнему видит в тебе постороннего человека…

О л е г. Вот поэтому мне сейчас хуже всех…

К о с т я. Интересно, в каком она сейчас платье выйдет? Я для этого случая специально купил…

О л е г. Вот этого я уже не знаю. А раньше, представляешь, мог угадать. Зеленое или синее или как волосы заколоты. Даже настроение. Просто знал. А теперь нет. Можно мне еще?

К о с т я. Конечно.

Валера наливает вино в стакан Олега.

В а л е р а. В бутылку оса упала.

О л е г. Да бог с ней, лей. Ложкой вытащу…

Все смотрят на осу в бутылке, на то, как наливают вино в бокал Олега. Оса не хочет выливаться в бокал. Никто не замечает, как к столу подходит Н а с т я. Настя одета в какую-то полинялую футболку и джинсы, тоже далеко не новые. Волосы собраны назад, никакой косметики. Какое-то время она наблюдает за действиями мужчин.

Н а с т я (смеясь). Да оставьте ее в покое — ей там хорошо!

Все оборачиваются к ней.

К о с т я. Ты… Прекрасно выглядишь…

Н а с т я. Я это в шкафу нашла… Это с того лета осталось? Джинсы, правда, жмут немного…

К о с т я. Да это твое. (Укоризненно смотрит на Олега.)

Н а с т я. Слушайте, давайте я ее спасу! (Берет вилку и ловко достает осу из бутылки, кладет на скатерть.) Бедная. Она ведь ничего не понимает…

К о с т я. Садись. У нас все готово.

Н а с т я. Прекрасно. Будем веселиться. (Поворачивается к Олегу.) Вы обещали музыку? И где она?

Олег поспешно встает.

О л е г. Сейчас все будет. (Подходит к диджейскому пульту, включает ноутбук.)

В а л е р а. Нести горячее?

К о с т я. Да погоди…

О л е г. А есть какие-то пожелания? По-моему, вы говорили, что вам все равно?

Н а с т я. Хочу. Вот знаете, как на курортах? Когда люди разъезжаются, романы закончены, деньги еще остались и их уже не жалеют, но все немного печально, еще год жизни прошел. И тогда вот такое, знаете? Такое грустное тихое диско… я так специально оделась, я хочу быть девчонкой из того времени. Я такую музыку хочу. Пожалуйста…

О л е г. Все есть. Специально для вас.

Олег включает музыку. Настя садится за стол и, кивая в такт головой, смотрит на осу, лежащую в лужице вина. Настя подпирает голову руками.

Н а с т я. Ей сейчас надо не дергаться, вот так без движений. Дуреха. Просто переждать…

К о с т я (Насте). Бог с ней. Потанцуем?

Н а с т я (с неожиданным энтузиазмом). Давай! Только у меня условие — танцуют все! Все по парам! Дима с Валерой! Олег…

О л е г. У меня нет пары. Можно, я буду просто диджеем?

Н а с т я. Нет! Нет! Так не годится! Я хочу, чтобы все танцевали!

Валера и Дима растерянно смотрят друг на друга.

К о с т я (с нажимом). Пацаны, надо…

Дима и Валера встают, неловко соединяются в пару. Из темноты выходит П а в е л.

П а в е л. Я, конечно, извиняюсь… У меня пакеты для дерьма кончились. Вы сегодня для мусора привезли. А совок у меня всегда с собой…

Н а с т я. Погодите! Павел! Вы будете танцевать с Олегом!

П а в е л (растерянно). Чего? (Непонимающе смотрит на Олега. Потом на Костю.)

К о с т я. Три счетчика…

П а в е л. В смысле?

К о с т я. Тройная оплата…

П а в е л. Я не умею и не хочу…

Костя в целях поддержки смотрит на Олега. Тот кивает ему. Быстро подходит к Павлу.

О л е г. Я тоже не умею, но у нас сегодня день такой — это только раз в году. Больше не будет…

П а в е л. Ну, я не знаю…

Н а с т я (весело). Больше не будет. Один танец, Павел! Всего один!

Павел угрюмо подходит к Олегу. Некоторое время думает, за что его брать — за плечи или за талию. Олег сам приходит на выручку — кладет ему руки на плечи. Отходят друг от друга чуть ли не на метр. Играет музыка. Некоторое время все танцуют.

Н а с т я (радостно). Я ждала этот вечер целый год! Я хочу, чтобы сегодня было безумно весело! Сейчас мы потанцуем и устроим конкурсы! Знаете, что мы сделаем? Мы устроим забег в мешках! У нас же есть мешки!

Дима отрывается от Валеры.

Д и м а. Я привез пластиковые для мусора, но они порвутся. Надо такие, как для картошки, или синтетику…

П а в е л. Мне вот эти пластиковые вполне. Много не надо, штуки две…

Н а с т я. А теперь давайте меняться парами!

П а в е л. Сказали, что один танец!

О л е г. Пока играет музыка — это один…

К о с т я. Меняемся и танцуем, господа, танцуем!

Настя отходит от Кости и подходит к Олегу. Костя подхватывает Диму. Павел со вздохом кладет ручищи на массивного Валеру. Танцуют.

Н а с т я (игриво). Значит, вы, Олег, творческая натура? Праздники для людей устраиваете…

О л е г. Сейчас да. А вообще-то я музыкант, в местной филармонии служил, пока она не загнулась…

Н а с т я. Значит, музыкант…

О л е г. Родители так хотели — меня в музыканты, а сестра чтобы литературой, стихами занималась…

Н а с т я. Как успехи вашей сестры? Или она тоже устраивает праздники?

О л е г. Нет. Она вышла замуж за обеспеченного человека…

Н а с т я. Слушайте, это вообще же так здорово! Он может издавать ее книги, знакомить с разными интересными людьми…

О л е г. По-моему, он так и делает…

Н а с т я (задумчиво). Это хорошо… Надо же, у меня очень похожая история, вот только я перестала писать. В один день просто. Раз — и все исчезло. Понимаете? (Пристально смотрит на Олега.) Олег, у меня такое чувство, что вы меня очень хорошо понимаете…

О л е г. Нет, я просто вас внимательно слушаю.

Н а с т я. Скажите, а ваша сестра здесь живет?

О л е г. Да… Сейчас она здесь, приехала отдохнуть…

Н а с т я. Пусть приходит к нам в гости. Скажите, она красивая?

О л е г. Для меня она самая красивая. Сестра ведь. А зачем вам, чтобы она приходила?

Н а с т я. А вдруг она понравится Косте? И у них будет такой легкий летний роман. А я могла бы проводить больше времени с вами. Я же говорю — у меня чувство, что вы меня понимаете, даже больше — знаете все про меня…

Олег закрывает глаза и прижимает ее чуть ближе.

О л е г. Настя, я очень рад, что мы… Что мы познакомились.

Настя немного отстраняется.

Н а с т я. Я тоже. Только поймите, вы мне не для романа нужны. Я хочу, чтобы вы просто приходили и сидели напротив. Вот где я вас с самого начала посадила. Не знаю почему, но мне этого хочется…

О л е г. Я не против.

Н а с т я. Но вам надо будет отвлечь Костю, поэтому приводите свою богатую поэтессу…

О л е г. Я поговорю с ней.

Н а с т я. Не забудьте. Очень вас прошу.

Танцуют Валера и Павел.

В а л е р а. Где служил?

П а в е л. Внутренние войска. Мордовия.

В а л е р а. Собака оттуда?

П а в е л. Нет, здесь завел. Привык просто. Там контингент сам представляешь какой. Что те, что свои. Придешь вечером к вольеру, мордой к сетке прижмешься — и как дома… Потом на гражданке пытался разводить, но как-то не пошло это дело. Сам откуда?

В а л е р а. Да так помотало хорошо… Афганистан, потом Азия, Африка. Потом частное, вот три года Константина охраняю…

П а в е л. Как хозяин, не обижает?

В а л е р а (усмехается). Хозяин? Он мне как брат…

П а в е л. Жена у него чудная…

В а л е р а. А это мы с тобой обсуждать не будем. Хорошо?

П а в е л. Как скажешь, мое дело за порядком в доме смотреть…

В а л е р а. И мое тоже…

Танцуют Дима и Костя.

Д и м а. Константин Анатольевич, вроде все пока нормально…

К о с т я. Да, пока все хорошо…

Д и м а. Не узнала она все-таки братца своего. А я думал, они похожи будут…

К о с т я. И такое бывает.

Д и м а. Может, ее на кладбище к родителям свозить?

К о с т я. Вот это мне кажется очень лишнее…

Д и м а. Ну, я тогда не знаю…

К о с т я. Ты об этом не думай, есть кому…

Во дворе появляется А л е к с е й П е т р о в и ч. Стоит, с умилением рассматривает танцующих. Музыка заканчивается.

А л е к с е й П е т р о в и ч (с улыбкой, громко). Друзья мои, это было прекрасно! Жаль, фотоаппарат с собой не взял!

Настя бросается ему на шею, целует в щеку. Тот целует ее в ответ.

Н а с т я. Алексей Петрович, дорогой!

А л е к с е й П е т р о в и ч. Здравствуй, Настенька…

Настя кладет голову ему на плечо. Алексей Петрович машет рукой Косте, Диме и Валере.

Рад видеть вас, друзья!

Н а с т я. Как хорошо, что вы приехали….

А л е к с е й П е т р о в и ч. Настя, ну я же обещал! Конференция закончилась, и я сразу к вам… Следующий танец мой, договорились?

Н а с т я. Конечно. Познакомьтесь… Это Олег и Павел…

Алексей Петрович жмет им руки.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Очень приятно…

Задерживает взгляд на Олеге. Тот тоже кивает ему. Отходят немного в сторону.

Мне хотелось бы поговорить с вами. Если можно, прямо сейчас. В конце концов, я из-за этого здесь…

О л е г. Конечно.

А л е к с е й П е т р о в и ч. А вы совсем не похожи…

О л е г. Такое бывает. Лет до десяти так нас просто путали…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Она вас не узнала?

О л е г. Нет. Но ей хочется общаться… Что-то она чувствует. (С сожалением пожимает плечами.) А так…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Жаль. Я так надеялся на это.

О л е г. Я тоже.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Она узнает места, дом?

О л е г. Да, не все, но что-то… Она по-прежнему думает, что это дом Константина.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Понятно.

О л е г. Я так понимаю, в эти дни должно решиться с больницей?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Может быть. Решать все равно будет Костя. Я так, если честно…

Олег внимательно смотрит на него.

О л е г. Надежды не видите?

А л е к с е й П е т р о в и ч (уклончиво). Я разных людей наблюдал, этот случай далеко не легкий…

О л е г. Ну пока все вроде нормально.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Сплюньте, Олег…

Настя подходит к столу, тянется к тарелке с хлебом. Внезапно замирает.

Н а с т я (громко). Смотрите! Она шевелится!

К о с т я. Кто?

Н а с т я. Оса! Смотрите, она ползет… Крылья подсохли, и ползет….

К о с т я. Вот здорово! Ну что, начнем, так сказать?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Я извиняюсь. Мне бы руки помыть…

В а л е р а. Это только в доме, там все есть. Если что, в сад без нас не ходите — там собака, она вас не знает…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Собака? Я люблю собак…

В а л е р а. У этой свои понятия, с ней знакомиться надо…

К о с т я. Так, ладно, мужики, пойдем притащим все разом. Олег, а чего свет такой тусклый?

О л е г. Сейчас исправим…

Костя кивает, Алексей Петрович идет в дом следом за ним, Олегом и Димой. Настя наблюдает за осой. Павел сидит рядом. Олег подходит к пульту. Шевелит проводами, лампочки то загораются ярче, то гаснут.

Вот зараза, надо было две переноски взять…

Настя не отрывается от осы.

Н а с т я. Смотрите. Как она старается выжить… Ползет, старается… По-моему, у нее оторвано крыло… (Хочет коснуться осы, протягивает руку.)

П а в е л. Осторожно. Сейчас этой дряни столько в садах… (Сильным щелчком отправляет осу за пределы стола.)

Настя замирает. Олег, тихо чертыхаясь, возится с проводами.

О л е г. Влажно. Вчера дождь был. Земля, зараза, влажная. А здесь так особенно…

Павел встает, подходит к Олегу.

П а в е л. Может, помочь чем? Я так немного шарю в этом…

О л е г. Да я сам…

Внезапно раздается резкий хлопок петарды. Затем другой. Они похожи на выстрелы.

Настя встает из-за стола, обхватывает себя руками, озирается вокруг.

П а в е л (с неприязнью). Цыгане новоселье празднует…

Тут же небо разрывает целая гроздь салютов. Всполохи. Зеленое зарево. Треск и разрывы.

Настя быстро берет со стола пустую бутылку от вина и неожиданно сильно бьет Павла по затылку, тот пытается повернуться к ней, она бьет второй раз, оглушенный Павел валится на Олега, который роняет пульт на землю, провода выпадают, все лампочки гаснут разом.

О л е г. Настя, ты что?!

Настя пятится в темноту. Пауза перед салютами.

Н а с т я (тихо, с укоризной). Я же просила…

О л е г. Стой!

Олег помогает оглушенному Павлу сесть за стол, у того на лицо обильно течет кровь из разбитого затылка.

(В сторону дома.) Костя! У нас проблемы!

 

СЦЕНА 14

Д е в ч о н к а восемнадцати лет. Сидит в яркой модной куртке. Левое плечо производит впечатление, будто его закрыли в деревянный короб. Он топорщится под курткой. Это очень заметно, девочка старается казаться пропорциональной, держит спину. Но во время разговора забывается, и это отличие особенно видно.

Д е в о ч к а. Да, в общем, что… Зашли мы с Антоном. Я пиво так, я вот больше по коктейлям. Мне две банки на вечер — вот так, тем более вечер он такой был, как бы это сказать… Мы с Антоном помириться хотели, у нас отношения какие-то тупые в последнее время. Ну типа ему не до меня. Раньше каждый вечер звонил, эсэмэску на ночь — все дела, а тут что-то через раз все делать начал. И дела у него какие-то появились. Типа времени нет. Я все понимаю, он хочет с пацанами денег немного поднять, но я при чем? Вот и говорю — давай нормально пообщаемся. Ты и я. Все друг другу скажем, что думаем. Ну пошли в магазин, на сухую такие вещи вообще обсуждать нельзя. Он себе пива взял, мне коктейль. А в магазине никого — только тетка эта, Александрова, что ли, спиной к нам, где молоко… Антон взял все, двинули к кассе. Я-то за ним иду, ничего не вижу, он и так здоровый. И он так резко вдруг остановился, что я ему головой в спину. И он так говорит: “Что за дела?” Я из-за его спины выглянула, и в этот момент эта тварь кассирше в голову… Я ничего понять не успела… Это же все быстро происходит… А Антон, он как-то сообразил, банки бросил, меня назад толкнул, потом тетку эту за руку схватил. Меня другой рукой за воротник и тащит назад по проходу. И тут я его вижу, очень хорошо, как вас сейчас. Я его сразу узнала. Аркаша. Он охранником в управлении работал. Но он старше был, мы не общались. Он школу заканчивал, я то ли в третьем, то ли в четвертом сидела. Они одно время с женой на дискотеку ходили, а потом, видать, старые стали, перестали там светиться… Я его видела пьяным пару раз — ничего такого, пацан как пацан. А тут он совсем другой, и видно, что не пьяный… То есть он просто мочить пришел… Антон нас с теткой тащит за стойку, а он по нам… (Пауза.) Вот я как-то ногу сломала, с велосипеда упала. Тогда казалось, что это все, — такой боли не бывает. А тут я не знаю, я даже говорить и вспоминать об этом не хочу, но не бывает такой боли и не будет, наверное… И может, если бы Антон эту тетку за собой не тащил… Я сознание терять начала, подумала, что умираю… И вот последнее, что помню, — это как на нас конфеты сыпятся со стойки, а потом и сама стойка. Ну я и вырубилась. Потом выяснилось, что его жена Настя роман с этим начальником крутила. Ну, она всегда с приветом была… Она в газете работала, стихи читала… Одевалась как шлюха просто… Ну, типа, и Аркашу переклинило. Только вот мы при чем? Меня потом в область увезли… Сейчас протез стоит, временно. Через месяц операция в Германии. Этот Константин, он все оплачивает. Я смотрела снимки — там у людей и не такое исправляли. Вот жду. А Антон сначала навещал, приезжал, апельсины привозил, веселил. А сейчас говорит, совсем дела закрутили. А мне еще месяц и потом немного… Ну, три месяца, но все равно… К весне, к маю, все должно быть в порядке. Вот как и не было, ну, наверное, шрамы какие-то будут, так ведь и это решается сейчас… ну, значит, пока без бретелек… Хотя у нас такое лето, в блузке проходить можно. Сука…

СЦЕНА 15

Сад. Луна. Огоньки со стороны дома. Это фонарики в руках мужчин. Огоньки движутся неровной цепью. Н а с т я быстро идет, останавливается возле дерева. Упирается лбом в ствол.

Н а с т я. Тебе столько же, сколько и мне… Я родилась, тебя посадили… Потом у меня знаешь что было? Вот так все сразу и не расскажешь, но мне кажется, лучше помолчать… сейчас нужно спрятаться и помолчать… спрятаться и молчать…

Настя прижимается к дереву. Неожиданно сзади за горло ее охватывает сильная мужская рука, разворачивает спиной к дереву. Перед Настей А р к а д и й. На нем какая-то темная ветровка с капюшоном.

А р к а д и й. Настя, я же тебе говорил… Если что, копай себе могилу… Сама… Сейчас…

Н а с т я. Аркаша, не надо, я тебя прошу… Я только жить начинаю…

А р к а д и й. А о моей жизни ты подумала? Все из-за тебя, все из-за тебя… Давай, сама…

Н а с т я. Хорошо. Я все сделаю…

А р к а д и й. Делай. Здесь земля хорошая, влажная… не то что у нас…

Настя снимает майку, расстегивает джинсы, откидывает одежду в сторону. Снимает трусы.

А р к а д и й. Вот прямо здесь перед деревом и рой…

Настя опускается на колени, начинает руками разгребать землю.

Быстрее…

Настя внезапно поднимается.

Я не понял? Продолжай…

Н а с т я. Сними куртку…

А р к а д и й. Зачем?

Н а с т я. Я тебя очень прошу… Сними, умоляю, сними… Я тебе что угодно сделаю. Ты ведь знаешь, я все умею!

А р к а д и й. Мне от тебя уже ничего не надо…

Н а с т я. Я хочу запомнить тебя таким, как ты есть…

Аркадий хмыкает, снимает ветровку. Под ней черная куртка с надписью желтым “ОХРАНА”. Надпись хорошо видно в сумерках.

Н а с т я. Теперь хорошо… Теперь я вижу, вот какой ты вижу…

А р к а д и й (показывает на землю). Дальше!

Настя смотрит на него и улыбается.

Н а с т я. Таким я тебя и запомню…

А р к а д и й. Продолжай…

Настя отходит на шаг.

Н а с т я. Она ведь тебя не знает. Совсем не знает…

А р к а д и й. Не понял…

Из темноты на Аркадия бросается огромная собака, валит его, начинает рвать. Настя некоторое время спокойно смотрит, затем идет в сторону огоньков.

СЦЕНА 16

Гостиная. Утро. За столом сидят К о с т я и А л е к с е й П е т р о в и ч. Несколько пустых бутылок вина. Графин с водой. Два стакана вина. Разговаривают. После небольшой паузы Алексей Петрович пожимает плечами.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Костя, ну что могу сказать? Я всю ночь пытаюсь вас убедить…

К о с т я. Отказываетесь наблюдать ее?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Да. Хотя, не скрою, я по-своему привязался к ней…

К о с т я. Она тоже.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Я знаю. Но я врач, а не сиделка. Я работаю, вернее, стараюсь работать на результат, а тут его нет и не будет. И это уже абсолютно ясно…

К о с т я. Зря мы сюда приехали…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Ну кто мог предполагать, что это будет так сильно? До этого все шло более-менее гладко. Я надеялся, что так и зафиксируется…

К о с т я. А может, так и будет?

А л е к с е й П е т р о в и ч. Теперь я в это не верю. Мне жаль вас, Константин. Вы еще молодой мужчина, подумайте хорошо… Жить с таким человеком — это постоянно бояться, вы любите ее, но здесь все летит под откос, понимаете? Я не знаю, что будет с ней через год. Она может приближаться и удаляться от вас, но мне кажется, что будет самый худший сценарий — Настя окончательно уйдет. Вы просто будете спать с пустотой… Я уже не говорю о детях — у вас их не будет. То, что тогда случилось, это кошмарно, но это теперь ляжет на вас всей своей тяжестью. Вы не обязаны. Вы, грубо говоря, ни при чем… Подвернулись под руку…

К о с т я. В этой истории я не случайный прохожий…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Не тот случай, когда ответственность может что-то исправить. Поймите, безумие — это бесконечно высокая глухая стена. Вы можете ходить вдоль нее, искать лазейки, но их там нет и не будет. А ваша жизнь проходит, так же как и у всех. Одна-единственная жизнь. Вы слышите меня?

Костя кивает головой.

В дверь входит В а л е р а, осторожно под руку ведет Настю. Настя осунулась, под глазами темные круги, губы искусаны. На ней длинная майка. Одно запястье забинтовано, на втором след от жгута. Валера осторожно подводит ее к столу. Настя садится между мужчинами. По очереди улыбается им.

Н а с т я. Доброе утро…

К о с т я. Доброе…

Н а с т я. Ужасно пить хочется…

Костя тянется к графину, наливает стакан воды. Протягивает ей, Настя нетвердой рукой берет стакан, немного отпивает, ставит на стол перед собой.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Как вы себя чувствуете?

Н а с т я (кротко). Хорошо, только ночью было очень душно, сны какие-то идиотские. У меня тут всегда так — первые дни, потом проходит.

А л е к с е й П е т р о в и ч (вздыхает). Настя, я должен попрощаться с вами…

Н а с т я. Как? Вы же только приехали…

Настя вопросительно смотрит на Костю. Тот берет чистый стакан, тянется к графину. Настя тут же подвигает ему свой, Костя, не замечая ее жеста, берет графин за ручку. Настя мягко отстраняет его руку и снова подвигает ему свой стакан, Костя берет его, делает глоток, Настя снова ставит его перед собой.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Да вот должен, неотложные дела

Н а с т я. А, вспомнила! Вы же говорили, у вас выставка в Тюмени?

Алексей Петрович и Костя переглядываются.

А л е к с е й П е т р о в и ч. Да, да, персональная. “Сорок лет в искусстве”, очень долго к этому шел…

Н а с т я. Здесь тоже пейзажи какие! А море? Костя, скажи…

К о с т я. Да, море. Оставайтесь, Алексей Петрович!

А л е к с е й П е т р о в и ч. Нет, друзья, не мое это. Я как-то больше по лесу, по скалам…

К о с т я. Мох, пеньки, болото…

А л е к с е й П е т р о в и ч. Да, да. Потом, опять же, воздух там другой…

Н а с т я. Бог с вами, здесь же он вообще целебный!

А л е к с е й П е т р о в и ч. Ну, для кого как…

Входит Д и м а.

Д и м а (устало). Доброе утро.

Костя быстро подходит к нему. Разговаривают вполголоса.

Д и м а (Константину). Отвез. Там раны несерьезные. Вот если бы я приложил…

К о с т я. Нужны будут еще деньги — бери. Олег где? Он сегодня появится?

Д и м а. Попросил высадить. По-моему, он бухать собрался…

К о с т я. Он мне очень нужен…

Д и м а. А где же я его найду?

К о с т я. Пожалуйста, Дим, я понимаю — все устали…

Д и м а. Понял.

Дима выходит. Костя подходит к столу.

Н а с т я. И все-таки мне вас здесь будет не хватать.

А л е к с е й П е т р о в и ч. И я буду по вам скучать. (Встает, хлопает себя по голове.) Слушайте, мне же перед отъездом надо сувениров купить! Костя, поможете?

К о с т я. Конечно. Валера, провези по городу…

В а л е р а. Без проблем.

Алексей Петрович подходит к Насте, гладит ее по голове, целует в щеку. Пожимает руку Косте.

К о с т я. Спасибо вам…

Н а с т я. До встречи!

Алексей Петрович кивает и выходит из гостиной вместе с Валерой. Костя и Настя остаются одни. Костя берет ее стакан, снова делает глоток.

Н а с т я. Я вчера сильно напилась? Голова болит ужасно…

К о с т я. Да нет, все нормально было. Рано разошлись.

Н а с т я. А где Олег? Он здесь? Он же у нас ночевать собирался?

К о с т я. Отъехал в город, наверное, по делам. Вернется, не переживай.

Н а с т я. Костя, я хочу с тобой серьезно поговорить.

К о с т я. Конечно… (Садится напротив.)

Н а с т я. Нет, рядом сядь…

Костя пересаживается.

Я здесь долго не смогу. Я хочу домой. Погоди, послушай, не перебивай. Я знаю, как ты хотел сюда приехать. Но мне здесь плохо. Это твой дом. А мой там. И только там я себя хорошо чувствую, понимаешь?

К о с т я. Понимаю.

Н а с т я. А знаешь, что самое главное? Мне кажется, я опять могу писать стихи. У меня вот с утра смотри что сложилось…

Настя встает. Садится на колени к Косте, наклоняется к уху, что-то тихо шепчет. Костя слушает. Настя шепчет, закрыв глаза. Костя спокойно смотрит перед собой. Настя заканчивает шептать, целует его в ухо.

Ну как?

К о с т я (без эмоций). Это здорово. Это очень здорово….

Н а с т я. Правда?

К о с т я. Правда. Я горжусь тобой…

Н а с т я (радостно). Это только начало. Это целая поэма будет…

К о с т я. Название есть уже?

Н а с т я. “Север”. Вот так просто и ясно…

К о с т я. Просто и ясно…

Н а с т я. Мы поедем домой, ты будешь работать, а я писать. Каждый вечер буду читать тебе новый отрывок…

К о с т я. Каждый вечер?

Н а с т я. Ну да, я собираюсь серьезно работать…

К о с т я. Настя…

Н а с т я. А ты потом издашь это книжкой. Вон у Олега сестра тем же самым занимается…

К о с т я. У Олега?

Н а с т я. И еще. Ты, если хочешь, можешь кого-нибудь на стороне завести. Я к этому спокойно отнесусь, только чтобы мне не знать. Спи с кем хочешь, вот только чтобы я не знала…

Костя удивленно смотрит на Настю.

Я хочу, чтобы ты был счастлив. Вот главное — не знать…

К о с т я. Ты что-то совсем не то говоришь…

Н а с т я. А мне кажется, я сейчас совсем разумно говорю.

Костя в замешательстве, не знает, что ответить. Входят Д и м а и О л е г. Олег нетрезв, но держится.

Д и м а. Да он, собственно, тут рядом был…

О л е г. А куда мне идти?

Н а с т я. Как хорошо, что вы пришли!

О л е г. Простите за вчерашнее — что-то я быстро нажрался…

Н а с т я. Я тоже.

О л е г. Мне непозволительно. Тем более я хотел для вас праздник устроить…

Н а с т я. Олег, перестаньте, все было отлично, ну из того, что помню, конечно. Но, к сожалению, у нас такая вот новость — мы уезжаем домой, на север…

О л е г. Как так?

Олег смотрит на Костю, но тот сидит спокойно, без эмоций.

Н а с т я. Это я так решила.

О л е г. Ясно… (Подходит к столу.) Настя, я вчера самого главного не сказал…

Костя слегка напрягается, внимательно смотрит на Олега. Настя улыбается Олегу.

О л е г. Я тебя любил всегда и всю жизнь любить буду. Вот что бы ни было… Апельсины — это ведь так… Приезжай, пожалуйста, еще… Все по-другому будет. На следующий год я такую программу сделаю. Я тебе карликов из Симферополя привезу… Это мои друзья… Они в гномов переоденутся, ты — в эту, как ее? Не важно, в общем. А апельсины мы просто ногами давить будем. Вот так! (Показывает.) Это весело!

Олег хочет подойти к Насте. Костя взглядом дает приказ Диме. Тот подхватывает пошатывающегося Олега и выводит из комнаты. Настя смотрит на дверь, куда увели Олега.

К о с т я. Он пьяный.

Настя молчит.

Он очень пьяный.

Н а с т я. Костя, поверь, у нас с ним никогда ничего не будет. Но я тебя прошу — если вы такие друзья, то пусть он приезжает. Туда, к нам. У нас же полно места.

К о с т я. Я подумаю.

Настя встает с колен мужа, подходит к столу. Берет графин и судорожно пьет из него. Вода бежит на майку, на столе появляется лужица. Костя отворачивается, смотрит в окно.

 

СЦЕНА 17

Гостиная большого дома. О л е г стоит на диване и вешает фотографии назад. Входит П а в е л с перевязанной головой, садится на стул.

П а в е л. Агат сдох…

О л е г (поворачивается к нему). Как?

П а в е л. Отравили. Я же говорю, цыгане эти. Может, вышел из сада. Но он никогда бы на ребенка, он же приученный. Суки. Сегодня в питомник ехать…

О л е г. Я дам денег.

П а в е л. Да дело не в этом даже. Я же туда хотел работать пойти. А сейчас я им что скажу? Самую лучшую собаку, считай, взял…

О л е г. Оставайся здесь, тебя никто не гонит.

П а в е л (вздыхает). Может быть.

О л е г. Да, жалко пса. Смотри, как я фотографию сделал. Сейчас, оказывается, все что угодно можно реставрировать.

Олег показывает Павлу маленькую фотографию девочки в новой рамке. На секунду лица мужчин озаряются золотистым светом.

О л е г. Вот этим летом мы еще похожи были, очень похожи. А потом перестали…

 

СЦЕНА 18

Квартира Константина. Кухня. К о с т я и Н а с т я сидят за столом. Перед ними одна тарелка и одна чашка чая. Едят по очереди одной вилкой.

К о с т я. Как твоя поэма?

Н а с т я. Еще немного. Слушай, мне будет нужно оформление для обложки. Я там так все хорошо придумала. Вот помнишь, художник наш местный — Алексей Петрович, он же сможет, он прямо совсем подходящий. Только он куда-то пропал. Телефон не отвечает. Костя, ты сможешь его найти?

К о с т я. Постараюсь…

Н а с т я. Найди, а? Он мне очень нужен…

Звонок в дверь. Костя встает и выходит в прихожую. Настя рассеянно наматывает спагетти на вилку. Костя возвращается, Настя сует ему вилку в рот. Тот жует.

Н а с т я. Кто был?

К о с т я. Перепись населения. Тетка с анкетой…

Н а с т я. Ух ты! Нас сейчас перепишут?

Константин наматывает спагетти, засовывает вилку Насте в рот.

К о с т я. Нет. Я отказался. Сказал: не сейчас. Сейчас — нет. Потом, когда-нибудь потом…

Настя жует и одобрительно кивает.

 

Затемнение.

Версия для печати