Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2011, 7

Великая поэтесса, которой не было

ВЕЛИКАЯ ПОЭТЕССА, КОТОРОЙ НЕ БЫЛО

 

П ь е р Л у и с. Песни Билитис. Перевод с французского Ю. Покровской. СПб., «Вита Нова», 2010, 280 стр. («Фамильная библиотека. Будуар»).

Этой книги в России решительно не везло: первый же ее перевод вышел мизерным тиражом и остался незамеченным, а его переиздание попало в 1910 году под горячую руку ретивых борцов за нравственность (а точнее — желавших казаться таковыми перед лицом просвещенной Европы) и было на корню уничтожено; два следующих были сделаны уже за границей и до русского читателя практически не дошли; автор четвертого спустя восемьдесят лет самонадеянно заявила, что ее перевод — первый, и выпустила его в тоненькой бумажной книжечке на скрепке…

Знатокам литературы не составило труда догадаться, что речь идет о «Песнях Билитис» французского писателя конца XIX века, известного в нашем отечестве как Пьер Луис (Pierre Louys — французы, разумеется, последнее «с» не произносят, и поэтому им нелегко понять, о ком мы ведем речь). Кстати, в последние годы на русском языке вышло несколько его повестей достаточно фривольного содержания (этим Луис в свое время и прославился); не все знают, что одна из них стала основой нескольких киносценариев, в том числе и прославленного фильма Луиса Бунюэля «Смутный объект желания».

Можно сказать, что «Песни Билитис» наконец-то приобрели достойный внешний облик: петербургская «Вита Нова» выпустила книгу с оригинальными иллюстрациями Жоржа Барбье, стильными и пряными, как весь ар-деко: французский мастер украсил ими издание 1928 года, вышедшее тогда коллекционным тиражом 250 экземпляров. Впрочем, 900 для сегодняшней читающей и не бедной России — тоже не много: ведь у издательства уже сложился свой круг покупателей, собирающих выпускаемые им арт-объекты (иначе большинство книг «Вита Новы» просто не назовешь!).

Полсотни больших — в лист — иллюстраций плюс виньетки в античном стиле на каждой странице — достойное обрамление для полутора сотен стихотворений, переведенных Юлией Покровской. Об этом переводе надо сказать отдельно.

Впервые он появился лет десять назад на страницах «Нового литературного обозрения» — разумеется, не целиком. Переводчица рискнула переложить «Песни...» стихами — у Луиса это изящные прозаические миниатюры, и поэтому вместе их нередко называют романом. Покровская пошла другим путем, хорошо известным русской переводческой школе начиная еще с «Песен Оссиана»: раз произведения настолько поэтичны, надо дать им в переводе стихотворную форму.

Так получилось, что переводчице пришлось соревноваться с блестящим мастером стиха и превосходным знатоком античности Александром Кондратьевым, знаменитым своими стихами и рассказами на античные и славяноязыческие темы, одним из последних русских символистов, начинавшим рядом с Брюсовым и «дотянувшим» почти до конца прошлого века. Его перевод, изрядно сдобренный метрическими вкраплениями, можно считать идеальным — а вот поди ж ты: через десять лет появилось еще два, потом еще два…

Дело в том, что главная тема песен — любовь, причем самая разнообразная, и к мужчинам и к подружкам: недаром ведь Луис, придумав свою Билитис, сделал ее подругой Сафо. Кстати, именно в таком качестве эта выдуманная в самом конце XIX века поэтесса попала даже в одну солидную французскую энциклопедию.

Молодой поэт — а ему в пору написания «Песен...» было 25 лет — серьезно продумал свою мистификацию: гробницу Билитис, по его версии, нашли немецкие археологи, репутация которых в то время была безупречной; но потом могила поэта вновь скрылась под завалом, и глиняных табличек со стихами, украшающими ее, больше уже никто не видел… (совсем как наше «Слово о полку Игореве»!).

Луис придумал и имя немецкому археологу, якобы опубликовавшему стихи Билитис, — М.-Г. Хаим, полагая, что читатели без труда разгадают, что фамилия вместе со вторым инициалом читается как немецкое «geheim» — тайный, секретный, загадочный. Не тут-то было: переводчики поверили в мистификацию, и хотя сам Луис почти сразу ее разоблачил, М., Г. и даже Ж. Хаимы/Гаимы/Геймы разбрелись по обложкам разноязычных переводов. Кстати, все трое Хаимов существуют и на русском языке: например, Григорий Борский (псевдоним Григория Борисовича Забежинского; его перевод, после берлинского издания 1922 года, был переиздан в 1983 году в США) указывает именно этого мистического ученого первым среди авторов «Песен...» («по М. Гейму, Пьеру Луису и Рихарду Демелю»). То есть, получается, немецкий археолог нашел и опубликовал, а уж Луис и известный немецкий поэт Р. Демель перевели каждый на свой язык.

Нельзя не отдать Луису должного: он прекрасно замаскировался. В библиографии, следующей за песнями, первой значится несуществующая публикация упомянутого археолога (по всей видимости, на языке оригинала — древнегреческом), затем идут переводы — самого Луиса и еще трех реально существовавших и писавших в то время о любви, в том числе и в античном духе, литераторов: хорошо известного Рихарда Демеля и менее знаменитых шведского поэта Густава Уддгрена, французской писательницы Жан Бертеруа и австрийского театрального критика Пауля Гольдмана. К ним (и для расширения географии) мистификатор добавил еще и польского переводчика, взяв, очевидно, из газет типично славянское, как ему представлялось, имя — Александр Баковский (оно, правда, принадлежало не поэту, а политическому деятелю).

А замыкают список Луиса известнейший немецкий археолог своего времени Ульрих фон Вилламовиц-Мелендорф, действительно написавший о «Песнях Билитис» статью (но на самом деле разоблачающий в ней эту подделку), и великий Клод Дебюсси, вскоре написавший на стихи Луиса два вокальных цикла. Так что в общем и целом получился убедительнейший список. И главное — не целиком поддельный: именно так и надо делать мистификации, как известно!

В последние десятилетия — отчасти в связи с возобновившимся интересом к однополой любви — образ Билитис вновь стал актуальным: достаточно назвать одноименный фильм французского режиссера Дэвида Гамильтона (не рекомендованный, естественно, детям и подросткам моложе 16 лет), прекрасную музыку Марка Айера к нему, которую играют оркестры Ф. Лея, Э. Вентуры, Ф. Папетти, Г. Замфир, вокальный дуэт «Дуо Билитис»…

Запестрело имя вымышленной греческой поэтессы-прелестницы и в Интернете: тут на первом месте перевод Н. Чернышевой. Более известная как переводчица французских детективов, она невзначай «открыла» в начале 1990-х мистификацию Луиса; как правило, эти переводы снабжены иллюстрациями фривольного содержания.

Есть в Сети и другие переводы и переложения, но самое интересное здесь — новая мистификация томской поэтессы Н. Кудрявцевой, обнаружившей в библиотеке местного университета… несколько неизвестных доселе стихотворений Билитис! Причем описание этого открытия очень напоминает комментарии Луиса:

«Среди рукописей Строгановского фонда Научной библиотеки Томского государственного университета оказалась тоненькая тетрадка с греческими стихами, написанными в эолийской манере, так называемой сапфической строфой. Эта тетрадка была показана Григорию Митрофановичу Шатрову. Пленившись хрустальной непосредственностью миниатюр, Григорий Митрофанович не поленился сделать подстрочник — для себя, ибо определить автора по особенностям стиля не удалось.

Так бы и осталась эта загадка без разгадки, если бы вскоре мне не понадобилось обратиться к Григорию Митрофановичу с просьбой сделать подстрочник греческих эпиграфов, использованных Пьером Луисом. Всегда и всем готовый помочь, Григорий Митрофанович охотно откликнулся на эту просьбу. И сразу же вспомнил, что имя Мназидики упоминается в таинственных греческих виршах. Проверка показала, что и заголовки стихов, и их содержание соответствуют └белым пятнам” книги Пьера Луиса и однозначно вписываются в общую канву повествования. Так утерянные в Париже двенадцать песен Билитис были обретены в Сибири. Мне оставалось только стилистически обработать подстрочник Шатрова»[3].

Одна мистификация рождает другую, и так без конца. Как результат, многие интернет-читатели искренне верят (речь не о самих мистификаторах, разумеется), что Билитис действительно существовала, что Гейм нашел ее таблички, Луис их перевел… и что первый перевод «Песен...» на русский принадлежит Чернышевой!

Но вернемся к переводу Юлии Покровской: талант и чувство такта позволили ей, изменив форму песен, не просто остаться в рамках приличий, но и создать настоящие русские стихи, которые тем не менее прекрасно сочетаются с французскими иллюстрациями. Читая их, забываешь детективную историю мистификации Луиса и ее фривольные любительские интерпретации — просто наслаждаешься стихами:

 

Все стало влажным от дождя вокруг,

от мелкого, бесшумного дождя.

Он и сейчас идет еще немного,

но дома усидеть я не могу

и выхожу, держась к деревьям ближе,

босая, чтоб сандалии не пачкать.

 

Весенний дождь! Что может быть прекрасней?

Отяжелели ветки от цветов

и листьев мокрых. Запахи и краски

пьянят и кружат голову. И ярко

блестят на солнце гладкие стволы.

 

Но что это? На вымокшей земле

опавшие цветы кругом пестреют.

О, пожалейте их, не убирайте,

не втаптывайте в землю. Пусть лежат.

Оставьте их для пчел трудолюбивых.

 

Большие скарабеи и улитки

пересекают медленно дорогу,

все лужицы неспешно огибая.

Мне страшно наступить на них случайно

и золотую ящерку спугнуть,

которая на камне задремала.

 

Напоследок откроем набоковский «Подвиг»: «Когда он сказал, что Константинополь вовсе не аметистовый, Алла возразила, что он лишен поэтического воображения, и, по приезде в Афины, подарила ему └Песни Билитис”, дешевое издание, иллюстрированное фигурами голых подростков, и читала ему вслух, выразительно произнося французские слова, под вечер, на Акрополе, на самом, так сказать, подходящем месте. В ее разговоре Мартыну главным образом нравилась влажная манера произносить букву └р”, словно была не одна буква, а целая галерея, да еще с отражением в воде. И вместо всяких французских Билитис, петербургских белых, гитарных ночей, грешных сонетов в пять дактилических строф, он ухитрился найти в этой даме с трудно усваиваемым именем совсем другое, совсем другое…»

Юрий Орлицкий



[3] <http://www.biometrica.tomsk.ru/ftp/culture>.

Версия для печати