Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2009, 4

Пчела

стихи

Исаева Елена Валентиновна родилась в Москве. Закончила МГУ. Автор двух сборников пьес и семи сборников стихов. Пьесы ставились в театрах России и за рубежом. Печаталась в журналах “Новый мир”, “Дружба народов”, “Драматург”, “Современная драматургия”. Лауреат Малой премии “Триумф”, премии “Действующие лица” и др. Живет в Москве.

 

*    *

*

Эта речка горная
Убегает бойко.
Я совсем не гордая —
Медленная только.

Я ушла, я выбыла.
Не скажу ни слова.
Нету, нету выбора
Никакого.

Словно обесточенной
Я была, вчерашней…
Но мёртвой быть не хочется,
А живой быть страшно.

Что ж стоишь ты скованно
Возле водопада?
Всё уже срифмовано —
Где-то там, где надо.

Ничего мы, в сущности,
Не решаем сами.
Из иллюзий выгрести,
Не мечтать часами,

Убегая в творчество…
Мне понятна роль, но
Мёртвой быть не хочется,
А живой быть больно.

Речка душу вымыла,
Мчится — ждать не станет.
Кто предложит выбор вам —
Тот обманет.

*     *

 *

Мне было 15, ей — 20.
Она сказала:
“У меня всё было,
И уже кажется, что ничего не будет”.
Я сказала:
“У меня ничего ещё не было,
И уже кажется, что ничего не будет”.

 

*     *

 *

Напьёмся кофе с круассанами,
Посибаритствуем немножко.
Дыша духами и туманами,
В кафе присядем у окошка.
Заставим пристально прищуриться
Мужчину. Он вполне печален.
Он курит и слегка сутулится.
Пока не подошёл — отчалим.
К ногам приникнет кошка — брысь её! —
Ведь мы в загадочность одеты!..
Ну, вот и выполнена миссия
По вдохновлению поэта.

 

Коктебель

Здесь — самолёты в небе, как стрекозы,
Здесь — моря обжигающий прибой,
А под окном так расцветают розы,
Что наконец довольна ты собой.
А этот дворик — как предвестник рая,
Куда возьмут тех, кто не делал зла.
Но есть ли шанс исправиться? До края
Стола пчела тихонько доползла
И не упала, видишь, а взлетела —
И крупной точкой застит самолёт.
Здесь слишком явно чувствуется тело
И всё, что с ним потом произойдёт.
Единство мира нарушать не смея,
Сидишь у всей вселенной на виду,
Мечтая мудрой сделаться, как змеи,
Шуршащие в сентябрьском саду.

 

*     *

 *

Лёгок, как случайная связь,
Ветер приласкал на бегу.
Я тебе ни в чём не клялась
И винить себя не могу.
Скоро будет Яблочный Спас.
Слёзы отложу на потом.
Ты меня немножечко спас,
И тебе спасибо на том.
В опыте наметился сбой —
Сохнет на губах молоко…
Просто я играла с тобой
В женщину, с которой легко.

 

*     *

 *

Мужчины делятся на тех,
С кем ничего не может быть,
Таких — почти все;
На тех, с кем может быть — может не быть,
Их очень немного.
И на тех, с кем не может не быть.
Это — ты.

 

*     *

 *

Я в детстве так бежала к маме-папе,
Что, кажется, взлетала над асфальтом!
Они брели, усталые, с работы
С какими-то продуктами в авоськах,
И кто-нибудь из них, раскинув руки,
Меня ловил и в небо поднимал.
И этим вот взлетаньем над асфальтом
Я мерила потом свои Любови,
И все они расшиблись об асфальт.
И с мужем, друг о друга расшибаясь,
Как об асфальт, усталые, с работы
Идём, но если сын бежит навстречу,
Его, конечно, поднимаем в небо!

 

*     *

 *

Если я гляжу в окно ночное,
Звёздный свет ловлю издалека,
Если я ещё о чём-то ною,
То не всё потеряно пока,
То ещё, пожалуй, есть возможность
Быть живее прочих неживых.
Берегись — одна неосторожность,
И слова оборотятся в жмых.
Что карета в тыкву — не печально:
Путь ногам привычнее в пыли.
Только бы слова внутри звучали,
Только б жизнь вмещать они могли.

Версия для печати