Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2008, 8

Поющий двойник

стихи

*     *

  *


Погружаешься в парк, как в роман,
где ветвятся живые сюжеты.
Но английский расчисленный план
обрывается около Леты

или Сороти… Там, за рекой,
что тебя и звала, и пугала?
не разрублен на главы покой,
а пространство не ищет финала.

Две реальности вновь наравне,
и тебе непосильна разгадка,
чья возьмет и какой стороне
ты отдашь эту ночь без остатка…

14 июля 2007

 
 

*     *

  *


Неужели вот-вот расставанье
с этим парком и этой рекой?
Не успело прийти узнаванье.
Только-только явился покой.

Только-только по доскам подгнившим
ты сходил до ленивой воды,
где вчерашняя лодочка днищем
на траве оставляет следы.

Только-только откосное сено
здесь сожгли, а следы от костров
говорят, что близка перемена
и времен, и погод, и ветров.

Только-только грибы показались,
только ягода густо пошла,
а тебе на далекую залесь
не хватает ни ног, ни весла…

Будь с собой непреклонней.
             Негоже
распускаться в родной стороне.
Взмах руки и счастливое: “Боже!” —
перед тем, как порваться струне…

22 июля 2007
Тригорское

 
 

*     *

  *


Свет пропал, и приходится свечи зажечь,
чтобы чуть отодвинулась тьма,
и возникла светящая русская речь,
а музы2ку призвала сама.

Там, на улице стало светлей, чем в дому,
потому что горят фонари,
но в январском тумане слепом не пойму,
что за мир за окном до зари.

Светят окна. И свечи горят. И светло
на душе. И свободно словам.
И любимые тени, пройдя сквозь стекло,
прикоснулись ко лбу и губам…

Но подходит к щитку полупьяный монтер,
пробки жмет, матерится спроста,
и врубается время в звучащий простор.
Электричество. Свет. Немота…

19 января 2008

 
 

*     *

  *


В одной знакомой улице
Я помню старый дом…
      Я. Полонский

 
Дом напротив, дом напротив,
чем ты дышишь, как живешь?
Тайной окон озаботив,
что от наших окон ждешь?

Для чего задернул шторки,
словно всюду — гладь и тишь?
Прячешь старые разборки
или новые таишь?

Дом напротив, срок признаться:
здесь жила одна из тех,
с кем я рад был повидаться,
с кем делил и смех, и грех…

От чердачной амбразуры
всякий раз берет озноб:
то ль бомжиха строит куры,
то ли снайпер целит в лоб...

3 марта 2007

 
 

*     *

  *


Пальтишко с круглыми плечами,
так называемый реглан…
Привет!.. Какими же судьбами?..
И из каких далеких стран?..

Уж не в тебе ль в былые годы
я, в бежевый влюбленный цвет,
почти дотягивал до моды,
гордясь, что наконец одет?..

А нынче в метрополитене
такое же на старике.
Так “ретро” смотрится на сцене
иль слово чуждое в строке…

А где мое?..
   Найдется вживе
или исчезнет ни за что?..
Или в беспамятном порыве
в помойку бросится пальто,

где мудрый бомж его оценит
и, чуя ту же благодать,
встряхнет, приблизит и наденет,
что б в нем и есть, и пить, и спать?

Так щегольство или богатство
входило в круг моих забот?..
А может, равенство и братство?..
Иль жажда странствий и свобод?..

17 ноября 2007


*     *

  *


Умирая от радости, ласточку жду.
Прилетает, ныряет под стреху.
Я забыл про беду, про войну и нужду.
И последнюю веху...

Где я нынче летал, что посмел рассмотреть
в облаках, у реки и на горке,
кроме слова, похожего на “жизнесмерть”?..
Приговор в проговорке.

Прелесть, ласточка, выкрик… Отвык, но привык.
Прочерк в небе, разбег, отголосок,
черно-белая радость, душа, черновик,
карандашный набросок…

16 июля 2007
Тригорское

 

*     *

  *


Господи, Господи, что я хочу,
кроме того, что имею?
Да ничегошеньки!..
          Чем оплачу
чудную эту затею?

Жизнью моею зовется она.
Радости больше, чем боли…

Савкина горка народу полна.
Модной становится, что ли?..

Господи, Господи!.. Знаю свой грех,
видел знаменья, помехи,
но озаботился из неумех
выйти хотя бы в умехи.

Всех лицедеев тщеславье слепит,
видно, такая порода…

Сороть за новою жертвой следит.
Мало ей прошлого года?..

Не оторваться от этой земли!..
Радость не слышит печали.

Господи!.. Если я слышен, внемли!
Горку бы не затоптали…

23 июля 2007
Савкина горка

*     *

  *


О, парк мой, чуть cправа, вблизи от меня,
я чувствую, право, что ты мне — родня,
с замшелым прудом, и скамейкой,
и вечно звучащей жалейкой.

Деревья приблизились ствол за стволом,
и кроны сошлись у меня над столом.
О, парк мой, пощада и кара,
собрат и поющая пара…

Под звуки жалейки кружится весь дом.
Себя самого понимаю с трудом.
Но сам не хочу пониманья
и все оставляю старанья...

Скажи мне, чуть справа, как правой рукой,
не ты ли корявой выводишь строкой
слова, убежденья и страсти?..
И ты отвечаешь: “Отчасти…”

Но я-то уверен, что все это — ты,
спасенье от пустоши и нищеты,
отрада, охрана, оправа,
мой парк, зазвучавший чуть справа!..

8 марта 2007

Версия для печати