Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2007, 9

Сверхорганический разум

стихи

Сваровский Федор Николаевич родился в 1971 году в Москве. С 1990 по 1996 год жил в Дании. Автор книги “Все хотят быть роботами” (М., 2007). Работает журналистом, живет в Москве.

В лифте

Петя застрял в лифте
на собственном 18-м этаже
этого-то и боялся
нервы на взводе
и воздух, как ему кажется, совсем уже
на исходе
а аварийная не приходит
15 минут дозванивался жене

ну — говорит — я попал
чувствую себя как на войне
в горящем танке
в затонувшей подводной лодке
по которой при этом стреляют прямой наводкой
и какие-то артефактные ощущения
бегают по животу, затылку, спине

наконец подруга дней его вышла
на лестницу
да — говорит — действительно ты застрял
а у меня там радио играет, и ничего не слышно

он говорит: задыхаюсь
давай скорей
что-нибудь тут раздвинем
засунули толстую палку между дверей
а у него с собой в покупках был сухой мартини
выпил пол-литра
сильно не помогло
но по крайней мере немного обогатилась палитра
цветов окружающего серо-белого лифта “Отис”
а она еще наливает ему коньяк
передает в узком стакане по вставленной между створок доске
вот как
человек напивается
в предсмертной своей тоске

смотрит на себя в лифтовое зеркало
бледный

под глазом сам собой
образовался
голубой
синяк
жена смотрит в щель
говорит ему: бедный, бедный

пошла
привела собаку
принесла себе табуретку

села
смотрит на него через щель
говорит: не бойся
и успокойся
сейчас уже кто-то приедет

Петя слышит:
на площадку выходят обеспокоенные соседи
Тульчинские, Марковы там, Пановы
громко что-то спрашивает одна психованная с восьмого

и тут пошла истерика у него по новой
думает, молится громко вслух:
Господи, помоги
все
конец наступает
мне
сейчас лопнет голова и потекут мозги

пот шквальным образом распространяется по спине
срывает с себя футболку
спокойнее и прохладнее не становится
никакого толку

жмет кнопку диспетчерской:
предупреждаю
еще 5 минут и я двери вот эти
раздвину и разломаю
в ответ: аварийная едет

а он уже
бьется
бьется

скоро сердце не выдержит
мозг сдается

лает собака
напряженно переговариваются жильцы
в близлежащих квартирах пугаются дети
двери на лестничную клетку поочередно открываются
то те
то эти

вдруг
звонит мобильный

по голосу вроде жена его в телефоне:


это 26-й?
с вами говорит Шуримфрея Дильзоне
аварийный штурман 16-го квадрата
вы находитесь в охраняемой нами зоне
ваш корабль расстрелян
и он горит
но с лунной базы уже вышла спасательная эскадра
ничего не бойтесь
отряд спешит
расслабьтесь и успокойтесь
с вами весь флот Его Величества Императора Хайруруману Хлугга

говорит ему: также
с Титана передают
то есть с базы по кодированной
пишут: вас сильно любят
как мужа, боевого товарища
просто друга
держат кулаки
и за Ваше здоровье все время пьют

да вот и монтеры

они
в подъезде

уже
идут

 

В огне брода нет

поздно вечером
в магазине
в очереди на кассу
за мной встает человек

в больших квадратных очках с обвисшими усами
весь такой
в стиле 70-х
на нем — болоньевая куртка
тренировочные штаны с начесом

говорит:
не беспокойтесь
я вперед вас не полезу
потому что люблю
когда все по порядку
из-за этого многие мои друзья искалечены
а многие и убиты

ведь
когда мы идем гулять в зону отдыха “Тропарево”
на нас нападают теплостанские, ясеневские урки
достают ножи и кастеты
а у меня-то ствол
но сперва хочу

чтобы все было по порядку


говорю:
то что вы делаете — противозаконно
а они в это время уже режут
моих товарищей
я же сперва
как положено
делаю предупредительный в воздух

а потом уже и в них стреляю

я же по профессии снайпер
у меня и ствол с оптическим
лазерным прицелом
стреляю я только в плечо и колено
я же врач
я знаю
куда можно целить
чтобы человек не умер
и я никогда не убиваю

потом менты
ну менты-то конечно у меня на содержании
ну я им еще немного забашляю

они говорят: дело понятное
стреляй если надо
но не убивай
а я и не убиваю

хотя это очень сложно
но я целюсь тщательно осторожно
но теплостанские-то
все равно
сразу режут

мне значит убивать нельзя
а нас убивать
что ли значит можно?

потом вдруг молчит
я роняю фрукты
быстрее укладываю продукты
уматываю домой

смотрю — он меня догоняет
но как-то не может
(он еще и хромой)

тогда
останавливается и кричит мне вслед:

ты запомни
запомни

в огне
брода
нет

Сверхорганический разум


1

— дворник из 4-го подъезда
возможно исламский фундаменталис
т
вредитель
много раз видели
как он подолгу разговаривает с голубями и кормит крыс

говорю же с крысами разговаривает
смеется
один раз даже показывал им какое-то фото
какие-то не для посторонних ушей
видимо вещи
тихо говорил на таджикском
и все это до окончания смены
во время работы


2

жильцы не в курсе
что крысы говорят с иностранным работником на чистом фарси
рассказывают ему новости
как хорошо учится дочка
как там бабушка и жена

говорят:
клянемся матерью
не понимаем, где и в чем наша перед людьми вина?
мы на самом деле не распространяем заразу
мы добры
мы — сверхорганический
разум

мы можем практически
все

ты — брат наш

Анвар
все что хочешь у нас проси

 

Ножакин поливает растения


Игорь Ножакин
раньше был мужиком
мог и найтрокс и гелий

работал на нормальных глубинах
не расставался ни на день с аквалангом
теперь ездит в каталке по участку
в обнимку с садовым шлангом

красит внизу яблони и редкие декоративные ели

да — думает —
чудес не бывает


и тщательно поливает
ездит и поливает

вспоминает сафари на кораблях
загорелых и влажных
женщин купающихся в евро или рублях

углубляется памятью
в то, что для него всегда было наиболее важно

наливая себе полстакана водки
вздыхает:
Игорь, Игорь
какие же были тетки

ветер срывал с ограждения яхты их белые
розовые футболки

капли воды на бицепсах

изысканные красотки
с интересом рассматривают наколки


и конечно же всё такое

и дальше в воду — юдоль покоя
глубина под сорок
в сумерках
рассыпаются волосы
и парят

воздух в баллонах рвется в легкие и кипит
ты летишь как кит
и они тебе говорят
потом: Игорь, ты — гладкий, прекрасный кит

но тетки теперь не снятся
а посылаются какие-то невзрослые сны

там он просто плавает как тюлень

по белому всхолмленному дну
бежит его изящная тень

дружит с рыбами
вместе с ними режет спиной белый гребень волны

огромный группер приходит к нему
прижимается боком
косит глаз
пускает зеркальные пузыри

тогда спросонья
на минуту кажется
что все в порядке

все как бы распускается
и налаживается
внутри

Версия для печати