Пуханов Виталий Владимирович родился в 1966 году в Киеве. Окончил Литературный институт им. А. М. Горького. С 2003 года — ответственный секретарь молодежной литературной премии “Дебют”. Автор трех книг стихов. Живет в Москве.

*        *

  *

Во глубине времен бесовских
Я прятался в штанах отцовских.
Он в них на фронт пешком ходил,
В них Сталина похоронил.
Махал Гагарину слоном,
Выпрыгивая из штанов.
Когда же я совсем родился,
Мне этот бред не пригодился,
А в сорок лет на мне как жисть
Штаны отцовские сошлись.
Штаны из страха и железа
Нужны мне стали до зареза.

 

*        *

  *

Плачь обо мне, когда станешь оплакивать юность свою.
Жди, когда юность твоя плюнет тебе в лицо.
Том никогда не догонит Джерри.

 

*        *

  *

Вторник, четвертого августа шел мимо
Стелы памяти павших, мемориала.
Взглядом скользил: “Иванов. Петров. Дмитренко…”
Холодно сердце мое.
Если б написано было: “Глеб Шульпяков” иль “Воденников Дмитрий”,
Вздрогнуло б сердце мое,
Вспомнились строки поэтов, подумал, быть может:
“Были они графоманы, а стали герои войны”.

 

*        *

  *

Нам пришла от Бога весть:
То, что мы у Бога есть.
Все мечтальное, земное
Мы найдем сейчас и здесь.

Потому, что никогда.
Потому, что навсегда.
Потому, что смысла нету
Возвращаться нам сюда.

Я бессмертия боюсь.
Я отсюда не вернусь.
Я заеду за тобою
В восемь вечера, клянусь.

 

*        *

  *

В одном из мест, где делают ментов,
А в качестве отвертки по бетону
Используют прессованный картон, —
Открылась мне идея по Платону.

В другом из мест, где делают бетон,
А в качестве идеи по Платону
Используют прессованных ментов
И школьную линейку по картону:

Открыт секрет! Пропорции известны:
Семь к одному, и получи “М-200”.
Идея, впрочем, заключилась в том,
Что остальное сделают потом.

 

*        *

  *

Душа моя очнулась и болит
И, как ребенок, в грудь мою уткнулась.
А что болит — она не говорит,
Мы никогда не поминаем юность!

Всю ночь ее качаю, чуть дыша.
Забудь меня, усни, моя душа.