Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2007, 2

Чужая птица

стихи

Чкония Даниил родился в 1946 году в Порт-Артуре. Окончил Литературный институт им. А. М. Горького. Жил в Тбилиси, где в издательстве “Мерани” вышел в свет его первый стихотворный сборник. Автор шести книг стихов, многолетний переводчик прозы и поэзии Грузии. С 1996 года живет в Кёльне (Германия), работает главным редактором журнала русской литературы “Зарубежные записки”.

*    *

 *

Я вышел на улицу эту,
Где тихо и — чаще — темно.
Немало бродил я по свету.
Я из дому вышел давно.

Чего по пути я не видел,
Не выбившись вовсе из сил!
И знаю, что многих обидел,
Обиды же не затаил.

Меж слов растерявшихся, между
Поступков запуталась нить
Дорог, и, как видно, надежду
Мне стало труднее хранить.

Не надо блужданий по свету!
Но в поисках вечных пути
Я вышел на улицу эту,
Не зная, куда мне идти.

В лицо мне прохладою брызни!
Ведь ты еще длишься пока,
Приснившийся сон моей жизни
Без выхода из тупика.
 

*    *

 *

Чужая птица у чужого
В ночи горящего окна,
Она не знает птичье слово
И птичьего не знает сна.

Ее ни ночь, ни день не ранят
Ритмичным стуком у виска.
Чужая птица — на экране
Изображенная тоска.

Любой способен в горло впиться.
Любой способен обогреть.
Не улетай, чужая птица!
А ей и некуда лететь.

 

*    *

 *

Что за повадка лисья!
Вкрадчива и тиха…
Сбились сухие листья
В рыжие вороха.

Сами сгнить не успели?
Вовремя не сожгли?
Вон их злые метели
Снежные замели.

Ветром злым выметает
С улиц и площадей.
Их, бедолаг, мотает
По свету, как людей.

 

*    *

 *

Радость дарящий,
ты будешь однажды забыт —
после тебя дарящие радость
пустботы заполнят.

Болью даривший,
ты призываем вечно
к спору ревнивому,
взыскан к суду оправданий,
к гневным упрекам востребован —
боль неизбывна.

Экскурсовод

Могу признаться, это не беда,
А также никакое не открытье:
Я сочиняю эти города,
Угадываю, чую по наитью.

Минуя переулки и дворы
И скрытые глухие переходы,
Перемещаюсь из одной поры
В иные — ощущаемые — годы.

Куда толпою суетною прем?
Какие времена за поворотом?
У спутников моих поводырем —
Приветный жест пошлю стрелковым ротам.

Вот злобного тирана обману,
Мучительно прикинувшись придурком,
Там рыцарство в бараний рог согну,
Здесь подмигну по-свойски ловким уркам.


Слетела с плахи чья-то голова —
Мы отшатнулись. Мы чуть-чуть устали.
Что, спутники мои, — слова, слова?
Важны не сами факты, а — детали.

С небес струится вечная вода,
Но можно и ее услышать внове...
Я сочиняю эти города.
На жесте их ловлю, на полуслове.
 

 

*    *

 *

Птица ринулась в воду.
И — в самую глубину.
Ощутила свободу —
Гуляет себе по дну.

Там — кораллы, пещеры
И скал голубых оскал…
Там седые галеры
Тех, кто славы себе искал.

Неподъемные глыбы
В подводных лежат лесах…
Посмотри ты: а рыбы
Привольно летят в небесах!

Смотрят сверху сквозь воду —
Ликуют, клекочут, поют.
Ощутили свободу —
Распахнут воздушный приют!

Там — небесные боги,
Здесь — наяды не знают утех…
И завистник двуногий
На этих глядит и на тех.

Версия для печати