Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2006, 12

Периодика

(составители Андрей Василевский, Павел Крючков)

“АПН”, “Ведомости”, “Взгляд”, “Время новостей”, “Вышгород”, “Гипертекст”, “Гуманитарный экологический журнал”, “Дальний Восток”, “Дело”, “День и ночь”, “День литературы”, “Завтра”, “Иностранная литература”, “Искусство кино”, “Книжное обозрение”, “Кольцо └А””, “Литературная газета”, “Москва”,

“Московские новости”, “Наш современник”, “НГ Ex libris”, “Новая газета”,

“Новая Юность”, “Новое время”, “Новые страницы”, “Новый берег”, “Огонек”, “Политический журнал”, “ПОЛИТ.РУ”, “Посев”, “Рец”, “Русская цивилизация”, “Русский Эпиграф”, “Современная поэзия”, “їоюз Писателей”, “Таллинн”, “Топос”, “Toronto Slavic Quarterly”, “Урал”, “ШО”

Наталья Абалакова. “Женское письмо — это литература о литературе”. Беседу вела Анна Альчук. — “Взгляд”, 2006, 11 сентября <http://www.vz.ru>.

Говорит художница Наталья Абалакова: “Что касается [Светы] Литвак, меня заинтересовала ее повесть └Награда Верой”, в которой рассказывается о независимости женского эротического импульса. Чувства двух женщин выливаются в попытку для одной из них описать опыт взаимной симпатии и поддержки, то есть создать фрагмент общей биографии. Стихи в этой повести — это образ утопического проекта другой любви и сексуальности, а проза — оригинальный опыт трансгрессивного литературного кокетства”.

Виталий Аверьянов. Пострусские грядут? — “Литературная газета”, 2006, № 33 <http://www.lgz.ru>.

“Еще лет десять формирования подобного климата — и Россия мутирует до неузнаваемости. Вернее сказать, это будет уже пост-Россия, остаточное пространство былой империи, населенное, с одной стороны, сотнями разрозненных, постепенно забывающих русский язык этнических групп, умноженных новоиспеченными иммигрантами (легальными или нелегальными — не суть), и, с другой стороны, деградирующее и сжимающееся, как шагреневая кожа, пострусское население, потомки некогда славного народа. Пора высказать важную мысль, ускользающую от понимания антинационалистов: скинхеды и неофашисты с их гипертрофией └русскости” на самом деле уже никакие не русские люди. Они представляют собой симптомы начинающегося распада нации. <…> Новые поколения пострусских будут сплошь радикализированными, агрессивными, склонными к расизму, этнической изоляции и ксенофобии”.

См. также: Виталий Аверьянов, “Между └нацшизой” и └демшизой”. Вопрос о национализме и антинационализме может быть разрешен только в процессе обеспечения национальной безопасности России” — “Московские новости”, 2006, № 32, 25 августа <http://www.mn.ru>.

Кирилл Александров. “Судебный процесс” 30 июля — 1 августа 1946 года. — “Посев”, 2006, № 8, 9 <http://posev.ru>.

“Оценка всего антисталинского протеста 1941 — 1945 гг. с точки зрения наличия де-юре для его участников состояния крайней необходимости устраняет любые рассуждения об └измене родине” и в то же время не умаляет достоинства миллионов граждан СССР, мужественно воевавших против внешнего врага”.

Марта Антоничева. Женское и мужское. О поэзии Анны Русс и Ербола Жумагулова. — “Русский Эпиграф”, 2006 <http://epygraph.ru/text/102>.

“Идеальным состоянием, по Русс, является влюбленность. Это ценностное пространство, обратная сторона └семейности”, обыденности, быта <…>”.

См. также: Сергей Арутюнов, “Союзы губ, речей и снов. О Ерболе Жумагулове и его покамест не вышедшей книге └Ерболдинская осень”” — “Современная поэзия”, 2006, № 1.

Роман Арбитман. Завтрашнее похмелье уже сегодня. Российские писатели-фантасты вспомнили о будущем. — “Взгляд”, 2006, 8 августа <http://www.vz.ru>.

“За пределами Москвы и Санкт-Петербурга фантастику в нынешней России издают редко. Волгоградское издательство └ПринТерра-Дизайн” продемонстрировало благородное безумие, основав серию └Фантастический проект”. Игра, однако, стоила свеч: именно в этой серии увидело свет одно из самых необычных НФ-произведений последнего десятилетия — роман Сергея Жарковского └Я, Хобо. Времена смерти”. К этому тексту можно (и нужно) предъявлять претензии, но очевидны два важных момента. Первый — автор безусловно талантлив. Второй — текст его с той же безусловностью выламывается из всех мыслимых фантастических форматов. Такого, признаться, ваш обозреватель давно не читал. А может, и не читал вовсе. <…> По прочтении возникает даже странное чувство, будто мы и вправду прикоснулись к будущему, которое нас обидело”.

Дмитрий Бавильский. Фотоувеличение. — “Взгляд”, 2006, 25 августа <http://www.vz.ru>.

“Однако воспользуемся предложением автора [Льва Тимофеева] и прочитаем роман как историю вымышленных лиц. Тогда └Негатив” [издательство └КоЛибри”] оказывается рассказом о диссидентах, показанных без дистанции. Изнутри. Как про людей. Про истоки героических поступков и поведение героев в быту. Инакомыслие, по Тимофееву, оказывается не таким уж и приятным, достойным делом — ведь для многих советских диссидентов борьба с правящим режимом оказывалась следствием внутренней неустроенности. <…> Я не знаю, задумывался ли └Негатив” как подобное разоблачение товарищей по партии, однако впечатление от мастерски описываемых Тимофеевым людей (масса подробностей, наворотов и полутонов) остается именно таким вот полукарикатурным. Философ Подорога однажды заметил, что все, кто пишут о фотографии, всегда пишут о чем-то другом…”

Константин Бандуровский. Мальчики — налево, девочки — направо (или, говоря проще, О консервативном правом уклоне манихейского мазохизма в поэзии). — “Топос”, 2006, 9 августа <http://www.topos.ru>.

“Игорь Вишневецкий обнаруживает в поэтике М. Гейде следующие свойства: правый уклон (заключающийся в традиционности и консерватизме), следование заветам Захер-Мазоха и культ смерти как избавления от тела-тюрьмы. Разберемся, насколько хорошо лепятся эти ярлычки и, главное, при помощи каких приемов подобные свойства обнаруживаются. <…> Современная поэзия находится в довольно трудной ситуации. С одной стороны, она существует, и вроде бы очень сильно существует. С другой — ее как бы и нет в массовом сознании. Между потенциальным читателем, пусть немногочисленным, и поэтом образовался, в силу долгого ряда обстоятельств, разрыв. И миссия критика, рецензента, литературоведа как раз заключается в том, чтобы этот разрыв минимизировать. К сожалению, подавляющее большинство критических статей о поэзии строятся именно по такому принципу — вырывается несколько слов из текста книги, а то из ее заглавия, далее следуют совершенно произвольные ассоциации критика, и из этих ассоциаций делается вывод о критикуемых стихах. Критику следовало бы быть более внимательным к тексту, более аргументированным в своих суждениях и не использовать поэзию как пассивный материал для иллюстрации своих геополитических и метаисторических фантазий”.

Константин Бандуровский. Толстые журналы как зеркало современной поэзии. — “Современная поэзия”, 2006, № 1.

“Начну с общего места: русская поэзия, как и вообще русская литература, переживает самый настоящий бум”.

“Конечно, феномен вечеров в Политехническом и объясним внепоэтическими причинами, и, во многом, является медийным эффектом: не многие знают, что первый вечер организовали режиссер Марлен Хуциев и оператор Маргарита Пилихина в ходе работы над фильмом └Застава Ильича””.

“В создавшейся ситуации толстый журнал — практически единственный механизм, связывающий чудом сохранившегося читателя (или вызывающий к жизни нового), одновременно и дистрибьютор, и пропагандист-агитатор в одном флаконе”.

Далее — о журналах “Арион”, “Воздух”, “Сетевая поэзия”, “Звезда”, “Знамя”, “Октябрь”, “Новый мир”.

“Современная поэзия” (главный редактор Андрей Новиков) — это бывший журнал “Сетевая поэзия”, переформатированный в связи с тем, что “сетевые” поэты стали “бумажными”. В этом же номере — стихи Марианны Гейде, Наты Сучковой, Александра Переверзина, Вячеслава Харченко, Евгении Риц и других.

Владислав Бахревский. Восемнадцатый век. — “День литературы”, 2006, № 8, август <http://www.zavtra.ru>.

“Россия знала рабство и христоотступничество, умывалась собственной кровью и своими же слезами, но не было времени для нее постыднее и гаже ХVIII столетия”.

Владимир Березин. Третья попытка. — “Книжное обозрение”, 2006, № 31-32 <http://www.knigoboz.ru>.

“Персональное впечатление от этой книги очень простое: неудача. Неудача не авторов (они все равно остаются элитой русской фантастики), а неудача проекта └Посмотри в глаза чудовищ” — └Гиперборейская чума” — └Марш экклезиастов”. В этих книгах много замаха, да мало удара — исключая первую, └Посмотри в глаза чудовищ”, что остается самой яркой книгой в фантастике середины девяностых…” Это о книге — И. Андронати, А. Лазарчук, М. Успенский, “Марш экклезиастов” (СПб., “Амфора”, 2006).

См. также: “Тупой оптимизм ничем не лучше упертого скептицизма. Мнимая простота стоит навороченной многозначительности. Внешне странный (а если подумать — очень понятный) синтез └героизма” и └пофигизма” — далеко не самый дурной вариант позиционирования сегодняшнего русского интеллигента. Роман └Марш экклезиастов” не хуже, а много лучше изрядной части нашего └чтива”. Это похвала небольшая, но произнести ее следует. Есть в книге и удачные остроты, и изящные сюжетные ходы, и стремление сделать персонажей живыми. В конце концов, даже басни не ради одной морали (идеологии) пишутся. Но как раз с басней (сказкой, историей, человеческой комедией) далеко не все у авторов └Марша экклезиастов” в порядке. Не творческая игра с └вечными” сюжетами и мерцающими цитатами в книге доминирует, а калькирование и склеивание моделей, кем-то уже использованных. В том числе — самими соавторами. Не Гумилев здесь действует, а типовой супермен, которого худо загримировали не под самого поэта, а под └выигрышного” персонажа романа └Посмотри в глаза чудовищ”. Потому и └экклезиастский” пафос кажется не фундаментом романа, а следствием его собственно литературной слабости, инерционности письма, отсутствия выдумки”, — пишет Андрей Немзер (“Десять лет спустя — во всех смыслах. Авторы романа └Посмотри в глаза чудовищ” попытались еще раз воскресить Гумилева” — “Время новостей”, 2006, № 122, 13 июля <http://www.vremya.ru>).

О романе “Посмотри в глаза чудовищ” см.: Андрей Василевский, “Он нашелся” — “Новый мир”, 1997, № 11.

В. Е. Борейко (Киевский эколого-культурный центр). Охотничья поэзия как умножение зла. — “Гуманитарный экологический журнал”, Киев, 2006, № 3 (22) <http://www.ecoethics.ru>.

“Не соглашусь с теми, кто заявляет, что охотник — друг природы. Настоящий друг таких стихов не напишет…”

Мария Ботева. Так само. Рассказы. — “Урал”, Екатеринбург, 2006, № 9 <http://magazines.russ.ru/ural>.

“<…> студентка Екатеринбургского театрального института, факультет └Драматургия” (семинар Н. Коляды). В 2005 году стала лауреатом молодежной премии └Триумф”, печаталась в журнале └Новый мир”. В └Урале” публикуется впервые”.

См. также: Мария Ботева, “Что касается счастья (Ехать умирать)” — “Новый мир”, 2006, № 6.

Лора Боэннон. Шекспир в саванне. Вольный перевод Антона Ходаковского. — “Книжное обозрение”, 2006, № 31-32.

Лора Боэннон рассказывает “Гамлета” одному из племен Западной Африки. Их комментарии. Старейшина объясняет Лоре Боэннон, как нужно правильно понимать и рассказывать эту историю. Один из лучших текстов, прочитанных мной за последнее время. К сожалению, нет ни редакционной врезки, ни примечаний — ну ничего нет. Я не знаю, кто такая Лора Боэннон.

Дмитрий Быков. Стругацкие и другие. — “Огонек”, 2006, № 38 <http://www.ogoniok.com>.

“Константин Лопушанский только что выпустил └Гадких лебедей”, Герман-старший на шестой год доснял └Трудно быть богом”, Федор Бондарчук запускается с └Обитаемым островом”, а Голливуд только что купил └Пикник на обочине”. В киноосвоении Стругацких не было бы еще ничего сенсационного — странно скорее, что мировое кино так долго ходило мимо этой кладовки сильных сюжетов и уродовало все, за что бралось. Даже Тарковский сделал из Стругацких нечто совсем для них не характерное…”

Алексей Варламов. Звук лопнувшей тишины. Историческое исследование. — “Москва”, 2006, № 9, 10 <http://www.moskvam.ru>.

“Вероятно, надо примириться с тем, что всей правды о [Григории] Распутине мы так же не узнаем, как не узнаем, например, по справедливому замечанию Горбачева, всей правды о ГКЧП…”

Евгения Вежлян. Взгляд и нечто о поэзии новых марсиан. — “Современная поэзия”, 2006, № 1.

“<…> негативный портрет литературной смены”.

См. также: Евгения Вежлян, “Портрет поколения на фоне поэзии” — “Новый мир”, 2006, № 10.

Михаил Визель. Божественная комедия и человеческие переводы. — “Книжное обозрение”, 2006, № 31-32.

“Но наивный вопрос └Зачем был затеян новый перевод ▒Божественной комедии▒?” остается, увы, без ответа”. Это — о переводе В. Г. Маранцмана (СПб., “Амфора”, 2006).

Игорь Вишневецкий. После катастрофы. Карта современной поэзии. Южное направление. Александр Кабанов и Борис Херсонский. — “Взгляд”, 2006, 21 сентября <http://www.vz.ru>.

“Несовпадение слова и значения начинается в последней книге [Александра] Кабанова └Крысолов” (Санкт-Петербург, └Геликон Плюс”, 2005) с названия. Судя по обложке, речь идет не о гаммельнском кудеснике, выманивающем дудочкой хвостатых тварей из их нор, а попросту о └love”, сильном чувстве к этой самой двоящейся крысе-отчизне/Родине. Поверхность кабановской поэзии обманчива: вроде бы все можно ощупать, а вот остается нечто невербализуемое └сверх”. Скажем, Кабанов использует консервативную метрику, да и жанр его стихов — гибрид элегии и романса, но образность и тематика уже не сюрреальны, а постсюрреальны”.

“Беспощадный опыт окрашивает └Нарисуй человечка” [Бориса Херсонского] в эсхатологические тона. Мир, увиденный оком бабочки-имаго, — люди, предметы, животные, мифологические существа, — заговорил, да так, что он лучше бы молчал. Может быть, └Нарисуй человечка” — вообще самая мрачная книга русских стихов, вышедшая из печати за последние 15 лет”.

Дмитрий Воденников. Cтихи к сыну. — “Топос”, 2006, 4 сентября <http://www.topos.ru>.

Мне этой ночью вдруг приснился этот цикл:
и куст — квадратный, праздничный и мелкий

и папы с мамами, висящие на ветке
(как новогодние конфеты или белки),
и ты придирчиво не выбиравший их.

— Чего мудришь? — (мне было непонятно,
и я сказал тебе об этом со спины), —
ты повернулся и сказал мне: “Папа,
как хорошо, что ты со всеми не висишь”.
............................................

См. также: Дмитрий Воденников, “Мои тебе чужие письма” — “ШО”. Журнал культурного сопротивления. Киев, 2006, № 9 <http://www.sho.kiev.ua>.

См. также два стихотворения Дмитрия Воденникова: “Новый мир”, 2006, № 8.

С. Воложин. Демонист Владимир Маканин. — “Топос”, 2006, 16 и 17 августа <http://www.topos.ru>.

“Было б неплохо понять, зачем Маканин в романе └Андеграунд, или Герой нашего времени” так много пользуется скобками”.

“Маканин, правда, не из реалистов. Это им необходима не правдоподобность, а правда жизни (в том числе и физиологическая, и психологическая). Они ж открывают в жизни типичность. Маканину же достаточно, чтоб неправда просто не бросалась в глаза. Этого он достиг, с чем и можно его поздравить”.

Кирилл Галкин. Стихи. — “Урал”, Екатеринбург, 2006, № 9.

Раньше в детском саду под моими окнами,
пробираясь сквозь гущу весенних растений,
дети каждые полчаса кричали: “Арсееенииий!”
Если Арсения не было, ногами топали.
Что происходит сегодня. Литературные чтения.
Дети сидят на стульях. Спина прямая.
Старший худрук говорит: “Выступает Аня”.
Аня у них единственная помнит Арсения.

Олег Дарк. Дафна. Античная драма. Избранные сцены. — “їоюз Писателей”, Харьков, 2006, № 7 <http://sp-issues.narod.ru>.

Действие происходит в Элиде, близ Олимпии, на северо-западе Пелопоннеса.

Даниил Дондурей. “Зона” ослабевшего режима. Нынешнее телевидение проводит работу по формированию у нации массового привыкания к нечеловеческим отношениям. — “Новая газета”, 2006, № 60, 10 августа <http://www.novayagazeta.ru>.

“<…> именно супердостоверность └Зоны”, помноженная на нынешнюю поэтизацию криминального мира, является своего рода переводом слабой мифологической отравы в сильную. Галюциногенных грибов — в цианистый калий”.

Михаил Золотоносов. Александр Кондратов. Дебош средствами антиписьма. — “Дело”, Санкт-Петербург, 2006, 28 августа <http://www.idelo.ru>.

“Александр Михайлович Кондратов (1937 — 1993) кажется персонажем из рассказа Борхеса: выдуманным гениальным, но никому не известным писателем, никогда не печатавшимся, сильно обогнавшим время и вписанным в хорошо известную историю литературы, где никаких белых пятен уже не может быть. Между тем человек он вполне реальный. <…> эпитеты └прозеванный” и └неизвестный”, приложенные к автору 50 книг, звучат парадоксально. Но тут все дело в уровне притязаний, в том, что сам А. К. считал главным делом жизни. Известный в узких кругах как матлингвист и в широких — как популяризатор кибернетики, разрешенной как раз в конце 1950-х, для себя А. К. был прозаиком, поэтом и драматургом; гением, который занят реформой русской прозы в период ее освобождения от оков сталинской цензуры и которому даже в изменившихся условиях все равно нет хода в легальную печать. <…> В конце 1950-х Кондратов был и первым, и единственным, кто в русской прозе устроил такой бунт не только против мифического соцреализма, но и против └гуманистического пафоса”…”

Вячеслав Иванов. “Вот, говорят, нация ничего не означает…” — “Таллинн”, 2006, № 1-2.

Солженицын, Эстония и эстонцы. Автор статьи — редактор литературно-публицистического журнала “Таллинн”.

Леонид Иванов. Заметки о Мандельштаме. — “їоюз Писателей”, Харьков, 2006, № 7.

“Длинные ресницы юного Мандельштама отмечены как друзьями, так и женским полом”.

Искусство требует риска. Беседу вела Ольга Бобровская. — “Взгляд”, 2006, 20 сентября <http://www.vz.ru>.

Говорит глава кинокомпании “Pygmalion Production Film” Сергей Члиянц: “Мы можем формировать облик будущего. Но не через Интернет и не через театр (потому что это более узкая элитарная вещь), а через кинематограф. Недавний успех фильма └Питер FM” подтверждает мои слова. Там показана не та жизнь, что за окном, а та, которой нет, тем не менее люди смотрят его с удовольствием. В этом смысле он похож на фильм └Я шагаю по Москве”: я молод, дождь пошел, мне весело и никаких проблем. Это же не было отражением реальной жизни...”

Александр Кабаков. “Я не азартный человек”. Беседовала Ольга Рычкова. — “Книжное обозрение”, 2006, № 31-32.

“Я думаю, что кроме премий никаких других явных оценок нашей литературной работы не существует”.

Сергей Кара-Мурза. Ирония судьбы Эльдара Рязанова. — “Гипертекст”. Критический журнал. Главный редактор Кристина Абрамичева. Уфа, 2006, № 5 <http://www.hypertext.net.ru>.

“У героев фильма [└Ирония судьбы”] — энергичные, здоровые мамы, сохранившие силы, чтобы заботиться о великовозрастных детях, позволяя им сберечь юность духа. В реальности большинство матерей этого поколения — вдовы Отечественной войны, измученные непосильным трудом 30 — 50-х годов. Но кому-то повезло, и мамы добавили им возможности └совершать сумасшедшие поступки”. Каковы же └структуры повседневности” этих людей? <…> Когда мы смотрели └Иронию судьбы” в сытые застойные времена, то не замечали, как многозначительны высказывания героев фильма о природе социальных благ…”

Николай Коляда. Старая зайчиха. Пьеса в одном действии. — “Урал”, Екатеринбург, 2006, № 8.

Коляда написал много пьес.

Владимир Корнилов. Из неопубликованного. Предисловие Галины Нерпиной. Публикация Ларисы Беспаловой. — “Кольцо └А””. Литературный журнал. 2006, № 37.

Больно я разборчивый,
С миром не в ладах,
Вот и на обочине
В жизни и стихах.

(“Возраст Случевского”, 1995)

Петр Краснов. Две дороги. Из слова на писательской конференции в Ясной Поляне. — “День литературы”, 2006, № 9, сентябрь.

“Мы — разделенный народ, и об этом нам нельзя забывать ни на час, ни в какой ситуации — как это делали немцы, вьетнамцы, как делают корейцы и китайцы. Это обязано стать нашим └Карфаген должен быть разрушен”. К каждому значимому событию, изменению в международных и внутренних └постсоветских” отношениях мы должны подходить в первую очередь с вопросом: что это дает делу воссоединения народа, как повернуть это в пользу дела? — и в зависимости от этого действовать. Мы имеем неоспоримое и неотъемлемое право на воссоединение своей нации всеми возможными в международном правовом поле способами, вплоть до военных, вооруженной рукой”.

Борис Крячко. С кончика моего языка. Письма к Ингрид. — “Вышгород”, Таллинн, 2006, № 4 <http://www.veneportaal.ee/vyshgorod>.

70-е годы. Письма хорошего писателя к жене.

Кн. Н. Н. Кудашев. Альказар. — “Посев”, 2006, № 8.

..................................

Мы первыми подняли знамя
И первыми вынули меч,
Изгнания годы за нами
И горькая слава предтеч.
Начало — в кубанских станицах,
В Толедо — преддверье конца,
Всех верных зовут причаститься
Отчизне отдавших сердца.
..................................

Как белой идеи победа,

Как первый ответный удар
Да здравствует наше Толедо!
Да здравствует наш Альказар!

1937.

Здесь же: Владимир Ламздорф, “Когда победили белые”; Ирина Зубова, “Испания-1936: восстание”.

См. также: Василий Зайцев, “Испания: канонизация мучеников и общественное мнение” — “Посев”, 2006, № 9 <http://posev.ru>.

Вячеслав Куприянов. Европа и мы. — “День литературы”, 2006, № 9, сентябрь.

“Хотя о военных функциях языка мало что известно, можно сказать, что русский язык в XX веке проиграл холодную войну”.

Александр Кустарев. Закон сохранения силы. — “Политический журнал”, 2006, № 33-34, 11 сентября <http://www.politjournal.ru>.

“└Закон сохранения насилия” имеет силу потому, что отношения между людьми и коллективами сохраняют неустранимый конфликтный элемент, поскольку ни их моральные ценности, ни их потребительские предпочтения, ни их материальные (собственнические) интересы никогда не бывают полностью совместимы. Значительная часть конфликтности может быть устранена компромиссом, но не вся конфликтность. Рационализация конфликта имеет предел. Для его устранения нужны чья-то победа и чье-то поражение, что и порождает отношения господства. На самом деле консолидированное общество живет в режиме некоторого конкретного распределения насилия между разными агентурами”.

Александр Кушнер. Римский узор. Стихи. — “Новый берег”, 2006, № 12 <http://magazines.russ.ru/bereg>.

“Тацит, Светоний, письма Плиния, стихи Катулла — мои настольные книги, любимое чтение. И не только потому, что эти авторы замечательно запечатлели римскую жизнь и историю, но еще и потому, что ббольшая часть моей жизни пришлась на советское время, а советская империя имела общее, семейное сходство со всякой империей — и прежде всего — с Римом эпохи цезарей. <…> └Римский узор” — мое позднее свидетельство, еще одна вариация на эту тему, созданная уже в закатных, как вскоре выяснилось, лучах русского Рима. Это — ряд стихотворений, связанных общей темой: они все опубликованы в моих книгах, но в том порядке, в котором я их сейчас сложил, имеют, кажется, некий смысл” (из предисловия к подборке).

Андрей Левкин. Sharaku как лично твердеющая слизь. — “їоюз Писателей”, Харьков, 2006, № 7.

“Кто не знает Sharaku? Каждый знает Sharaku, даже не подозревая, что это — он, даже — что он вообще был. Он, японец, рисовал акварели, на которых стоят актеры в таких-то своих ролях, с руками так и этак. <…> Все эти лица разошлись по рекламам: покажут — каждый вспомнит. <…> А так он, Sharaku, был червем <…>”.

Станислав Лем. Белый орел на фоне всеобщей нервозности. Эссе. Перевод с польского И. Подчищаевой. — “Иностранная литература”, 2006, № 8 <http://magazines.russ.ru/inostran>.

“А, к примеру, тот факт, что крупные немецкие концерны владеют многочисленными [польскими] журналами, которые формируют национальное сознание, кажется мне потенциально нездоровым явлением, хотя я и знаю, что в редакциях этих журналов работают одни поляки”.

Евгений Лесин. “Мой маленький город…” Стихи. — “День литературы”, 2006, № 8.

У тебя небольшое худое тельце,
У тебя спина болит и плечо.
Ты была маленькой, когда меня мучил Ельцин,
И младенцем, когда чморил Горбачев.
Я спал в канаве, а ты в коляске,
Подо мной была грязь, под тобой была грязь.
Я слушал сказки, ты слушала сказки.
Ни одна из них не сбылась.
Ты спишь в кроватке, и я сплю в кроватке,
Обнявшись в августе, как в ноябре.
Моя рука на твоей лопатке,
Твоя нога на моем бедре.

Игорь Манцов. Новые времена. История Гюнтера Грасса, писателя-классика и нобелевского лауреата, актуализировала ключевые проблемы современности. — “Взгляд”, 2006, 21 августа <http://www.vz.ru>.

“Можно верить в то, что публичное признание Грасса не подразумевает коммерческого расчета, можно не верить. Важнее другое. Западные обозреватели единодушно сходятся на том, что всего несколько лет назад подобный сюжет невозможно было даже вообразить: └Чтобы признание такого рода сознательно или непредумышленно использовалось для раскрутки тиража? Это что-то новенькое!” Теперь-то документ, из которого следует, что Гюнтер Грасс был эсэсовцем, исследован вдоль и поперек. В верхней части справки — краткая запись: └СС 10.11.1944”. Это дата вступления в СС. Злополучный день, который аукнулся спустя 62 года. Признание Грасса и сопутствовавший ему скандал ознаменовали какую-то новую эпоху, название которой еще не придумано, подлинное содержание которой еще непонятно”.

Игорь Манцов. Грусть-тоска. — “Взгляд”, 2006, 17 сентября <http://www.vz.ru>.

“Вот почему мне больше не хочется участвовать ни в чем, ни в чем и ни в чем. В России есть только две абсолютно надежные институции: Православная церковь и Мать сыра земля. Все остальное рано или поздно будет оболгано, осмеяно, переписано, перекручено, передрючено и похерено. Или все-таки нет??”

Александр Мелихов. Перчатка брошена. Чему учит “Учебник…” Максима Кантора. — “Новое время”, 2006, № 38, 24 сентября <http://www.newtimes.ru>.

“Главная идеологическая заслуга М. Кантора, по-видимому, заключается в том, что он увязал в единую схему глобализацию, уничтожающую традиционные национальные сообщества, и авангард, уничтожающий фигуративное искусство. Надеюсь, нижеследующее изложение этой схемы не будет ее чрезмерным упрощением… <…> └Учебник рисования” при всех его художественных пустотах имеет шансы сделаться книгой эпохальной в том смысле, что может оказаться наиболее удобно обсуждать острейшие вопросы эпохи именно в формулировках Кантора”.

Cм. также: Алла Латынина, “Я пишу картины, которые взорвут общество…” — “Новый мир”, 2006, № 12.

Александр Мелихов. Незрячие надежды. Об обезболивающем воздействии иллюзий. — “Литературная газета”, 2006, № 37 <http://www.lgz.ru>.

“<…> важнейшие потребности человека — его стремление ощущать мир и себя в нем красивыми, справедливыми, защищенными и бессмертными — могут быть удовлетворены лишь в мире иллюзий”.

Владимир Мельник. Виктор Астафьев — работник одиннадцатого часа. — “Дальний Восток”, Хабаровск, 2006, № 5, сентябрь — октябрь.

“В церковь Астафьев не ходил”.

Виктор Милитарев. Даймон, Муза и русский рок в легком подпитии. — “АПН”, 2006, 1 сентября <http://www.apn.ru>.

“<…> я до сих пор удивлен обилием и органичностью в творчестве позднего Высоцкого великих мистических и метафизических тем. Это, к примеру, классическая платоновская тема коней в └Погоне”, └Доме на семи ветрах” и в └Райских яблоках”, тема базовой болезни мира и человека в Больничном цикле, мистика Чаши в └Мне судьба до последней черты…”, тема фальшивого рая в └Райских яблоках” и т. д. С тех пор я окончательно преодолел сомнения в неземном происхождении высокой поэзии. В самом деле, кто кроме Даймона поэзии или Музы мог внушить полуобразованному алкоголику и героиновому наркоману с не очень хорошим поэтическим вкусом такие великие стихи?..”

Станислав Минаков. Веселое имя. Фрагменты книги-очерка “От сего в сие (Новые записки паломника)”. — “Новые страницы”. Литературный альманах. Черкассы, 2006, выпуск второй “Пушкинское кольцо”.

“А что, если бы Пушкин пренебрег └явлением зайца” и отправился в Питер? <…> Возможно, в ссылке, в каком-нибудь Тобольске, Пушкин сочинил бы нечто, условно говоря, └деформировавшее” самопонимание русских как нации, России — как государства. Быть может, он еще написал бы что-то грандиозное, нужное русскому духу? Быть может, в отсутствие этих, не написанных его духовных текстов стала возможной страшная последующая история России?”

Михайло Михайлов. Философия космизма и русская культура. Доклад. — “Новый берег”, 2006, № 12.

“Меня, воспитанного полностью в духе марксизма (правда — в его югославской, └ревизионистской” версии), с самого начала поразила близость (а иногда и тождественность) идей [Николая] Федорова и Маркса, особенно └молодого Маркса”…”

Николай Михайлов. Здравствуй, оружие? — “Русская цивилизация”, 2006, 23 августа <http://www.rustrana.ru>.

“Поэтому, кажется, самое время вспомнить о той основополагающей причине всякой самостоятельной национальной культуры — о законе становления свободной нации, неотъемлемой частью которого является древнейшее человеческое право, право врожденное — на вооруженную защиту себя, своих близких и своего имущества, т. е. в конечном счете — Право на оружие. <…> Только по оружейному (или антиоружейному) законодательству возможно определить, является ли система власти подлинно народной, национальной, или она панически боится нации. <…> Русским патриотам давно уже пора разглядеть тот факт, что именно защита элементарных национальных прав (на самооборону, на неприкосновенность жилища и т. д.) является именно тем направлением деятельности, которое поможет им стать хотя бы узнаваемыми в глазах широкой общественности. Дело Иванниковой, — на самом деле позорно проигранное в первую очередь националистами, — является ярким показателем того, насколько российское общество далеко от национального идеала разумной свободы. Ведь Александре Иванниковой удалось избавиться от обвинений в убийстве, хотя само дело, согласно здравому смыслу, не могло рассматриваться иначе, чем абсолютно законные действия в порядке необходимой самообороны. Русский законопослушный гражданин обязан сам отвечать за свои поступки. Демократизация оружейного законодательства (а не его отмена как такового!) не означает свободного доступа к оружию психически больных, наркоманов и т. п. Мы больше не можем позволить себе быть всепрощающими и провоцирующе беззащитными — это ведет к еще большей крови. Дать измученной России внутренний мир и свободу может только одно — достоинство и способность это достоинство защитить”.

Андрей Немзер. Тайное величие. — “Время новостей”, 2006, № 173, 22 сентября <http://www.vremya.ru>.

“Не знаю, было ли так всегда, но сегодняшнему читателю стихов (подчеркну — преданному, вдумчивому, сосредоточенному) очень трудно поверить, что рядом с ним живет большой поэт. Романтический миф об └избраннике небес”, одновременно гонимом миром и властно победительном, с огромной силой в последний раз заявивший о себе явлением Бродского, так или иначе принижает всякого лирика, дерзающего неприкрыто претворять в стихи свою судьбу и личность. (Примерно так поэтов второй половины XIX века закрывала легенда о Лермонтове.) Что уж говорить о тех немногих, кто избрал иную стезю, отказавшись не только от блеска софитов (└имиджевой” поддержки), но и от всякого прямо выраженного свидетельства о себе? Не о “публичном поведении” здесь речь — о собственно поэзии. Такие вот мысли приходят в голову по прочтении └Избранных переводов” Анатолия Гелескула (М., └ТЕРРА — Книжный клуб”, серия └Мастерство перевода”), по моему разумению, одного из самых больших современных русских поэтов (их совсем немного), чьих └оригинальных” стихов я никогда не видел…”

Андрей Немзер. Еще два “ничего”. — “Время новостей”, 2006, № 178, 29 сентября.

“Будь я не штатным газетчиком, а вольным гуманитарием, дочитал бы └ЖД” [Дмитрия Быкова] до сто пятнадцатой страницы, └День опричника” [Владимира Сорокина] — до пятнадцатой и занялся бы своим делом. Чего и вам желаю. Считайте, что я за вас отработал”.

Олеся Первушина. Литературщина. — “Топос”, 2006, 28 августа <http://www.topos.ru>.

.........................................

и чувствуешь себя
вдруг осознавшей смысл существования
свечкой от геморроя…

Письма профессору Свято-Владимирской академии Георгию Петровичу Федотову. Подготовка текстов и примечания С. С. Бычкова. — “Toronto Slavic Quarterly”, 2006, № 17 <http://www.utoronto.ca/tsq/index.html>.

Из письма Н. Н. Берберовой к Г. П. Федотову от 23 февраля 1948 года: “Пишу Вам └де профундис”. И боюсь Вас испугать. А впрочем, думаю, что и Вы сами не так далеки от моих настроений. От Чаадаева или от Печерина, и не все ли равно, откуда они идут. Но признаться во всеуслышанье в них духу у меня не хватает. Поэтому прошу Вас соблюсти тайну этого письма. Мне стыдно за Россию. Мне страшно за Европу. Я вижу изображенного на палехских коробках и туркестанских коврах летящего в небе Сталина, как некоего Бога-Саваофа, и думаю, что народ, который тысячу лет боготворил своих владык, логически дошел до этого состояния, продолжает все то же, что было в нем и раньше, омерзительное мне, но ему привычное и свойственное. Я читаю цитаты из Кюстина и Маржерета, до которых докопались французы (и их печатают с вопросом: почему всегда все было именно так?), и мне нечего отвечать на это, потому что железный занавес существовал всегда, потому что рабья психология существовала всегда, потому что русский народ не имеет чувства собственного достоинства, не имел его никогда. Потому что все в истории России было мраком, позором и жестокостью. Я жду войны, я жажду войны. Только война сможет взорвать всю страну. Чтобы не окно в Европу было у России, но чтобы она сама стала наконец Европой. Чтобы наконец проснулась она, о чем мечтали лучшие ее люди. Чтобы сбили с нее спесь, научили ее свободе, научили человеческому достоинству, чести, праву. С ужасом, который не скрываю, слежу за событиями в Чехии. Может быть, когда это письмо дойдет до Вас, все будет уже кончено и на очереди будем мы или Италия. А. Ф. К. пишет мне, чтобы я не смешивала └власть и народ”. В этом разрезе мне нечего сказать ему. Если в ближайшей войне он опять будет желать победы └русской армии” и погибели └партии”, то мне с ним не по пути. Только через поражение может прийти спасение. Только поражение не будет стыдно. Всякая победа, как и победа 1945 года, позорна. Если все это вас не коробит, ответьте мне. Поддержите мой падающий дух. Что делать — я завидую даже Германии, которая три года после своего разгрома, в страшном голоде, холоде и развале, поднимается на наших глазах культурно и религиозно”.

Змея.

Поверх желаний и обид. Беседу вел Владимир Шемшученко (Санкт-Петербург). — “Литературная газета”, 2006, № 37.

Говорит Александр Кушнер — в связи со своим 70-летием: “Расхожее мнение о том, что стихи можно писать только в молодости, внушено нам романтиками, но романтизмом, как бы он ни был прекрасен, не исчерпывается ни жизнь, ни поэзия, иначе мы должны были бы отказать в нашей любви Гомеру или Державину, а это совершенно невозможно. Кроме того, надо со всей определенностью сказать, что жизнь не стоит на месте, меняется, и меняется, если говорить о человеческом долголетии, к лучшему. Сорокалетнего Боратынского его молодые московские друзья-любомудры называли седовласым старцем — нам сейчас это трудно понять. Сегодня сорокалетний человек считается молодым. Кое-что изменилось за последние сто лет, но мы так привыкли предъявлять к жизни наши претензии, что не хотим замечать даже тех льгот и преимуществ, которые она нам предоставляет”.

См. также: Олег Мишутин, “Плохо скрытый талант” — “Современная поэзия”, 2006, № 1.

Зинаида Присталова. На часах. О книге Дмитрия Быкова “Последнее время”. — “Современная поэзия”, 2006, № 1.

“Быков — не └божья дудка” и не └ушная перепонка”, вряд ли он скажет, что ему └диктуют” — он говорит сам и за слова свои отвечает, хотя └за текстом”, за └пространством стиха” остается немногое — он говорит именно то, что хочет сказать. Впрочем, поэтично”.

Олег Рогов. Советский дервиш. 19 августа автору романов про Ходжу Насреддина замечательному писателю Леониду Соловьеву исполнилось 100 лет. — “Взгляд”, 2006, 20 августа <http://www.vz.ru>.

“Но самое главное — в этой [второй] книге появляются мотивы, которые с трудом можно отыскать в подцензурной советской литературе 50-х. Ходжа беседует с нищим из братства Молчащих и Постигающих о человеческих воплощениях и их смысле, оказывается вне тела в бесплотном мире, откуда выносит правильное решение трудной задачи, рассуждает о внутренней свободе и неизбежном одиночестве в ее обретении…”

Сергей Ручко. Метафизика национализма. — “Топос”, 2006, 21, 22, 23 и 24 августа <http://www.topos.ru>.

“Но в том-то и состоит существо вопроса, что ксенофобия, по определению, является свойством биологического инстинкта всего живого….”

Наталья Монастырева. “Робски могла бы стать комиксом”. Беседу вел Игорь Садреев. — “ПОЛИТ.РУ”, 2006, 15 сентября <http://www.polit.ru>.

“Людмила Петрушевская, которая тоже рисует комиксы, предложила назвать их └ристории””.

“Но самая большая проблема отечественных художников [комиксов] — отсутствие внятных историй. Рисовать-то все умеют, и школа художественная у нас очень серьезная. И все изучают передачу движений, пластики, времени, а рассказать красивую историю, которая к тому же была бы еще и продажной, практически никто не может. Есть люди, которые могут рассказать очень замороченную, очень авангардную и странную историю — их достаточное количество. А людей, которые могли бы рассказать коммерческую историю…”

“В свое время всю Америку потряс комикс про Холокост. Очень простенький по рисунку, но насколько пронзительный… Меня как-то спросили: вы же не думаете, что комиксами можно про Беслан. Я думаю, что как раз можно”.

Михаил Синельников. В снегах Эрцинский лес. — “День и ночь”, 2006, № 7-8 <http://magazines.russ.ru/din>.

“Предметом величайшей гордости Л. Н. [Мартынова] была коллекция научных статей и книг, в которых цитировались его стихи”.

Ольга Славникова. Мера вещей. — “Московские новости”, 2006, № 35, 15 сентября <http://www.mn.ru>.

“<…> Но сегодня единственной мерой вещей для читателя становится он сам. Если книга ему понравилась (└вставила”, └приколола”), значит, это хорошая книга. Если нет — значит, книга плохая. Более того, у книги, будто у недорогой девочки по вызову, есть буквально пятнадцать — двадцать минут, чтобы начать доставлять удовольствие. Первые несколько страниц определяют все. Читатель не будет доплачивать к рублевой цене романа своим свободным временем, чтобы составить суждение о книге или хотя бы дождаться кайфа. Читатель сам себе высшая ценность”.

Вадим Старк. Поэт и книга. “Письма русского путешественника” в прочтении Марины Цветаевой. — “Вышгород”, Таллинн, 2006, № 2-3.

Пометки Цветаевой (“Марины Эфрон”) на полях книги Карамзина (издание 1884 года).

Мария Степанова. “Поэт — инструмент этики...” Беседовал Андрей Мирошкин. — “Книжное обозрение”, 2006, № 39.

“Замечательная книга вышла только что у Дмитрия Воденникова. Его └Черновик” можно использовать как наглядное пособие: вот как стихи, старые и новые, внезапно делаются чем-то другим: движением, стягивающим и изменяющим ткань существования — как в шубертовских Lieder. И еще из недавнего прекрасного — └Поверить в ботанику” Леонида Шваба, обе книжки Марианны Гейде, новый сборник Аркадия Драгомощенко…”

См. также: “Новая книга Дмитрия Воденникова (р. 1968) является классическим и замечательным примером └книги стихов” в ее сверхжанровом единстве. Собственно новых стихотворений здесь немного, но в этом обнаруживается, как кажется, вполне осознанная задача автора, не ставящего перед собой цели предложить исключительно актуальный поэтический материал, а скорее заново решить давно волнующую его задачу, выходящую за рамки генерирования художественных текстов”, — пишет Евгений Прощин (“Буйно помешанный прах” — “НГ Ex libris”, 2006, 31 августа <http://exlibris.ng.ru>).

Борис Тарасов. “Недостатки охранителей обращаются в оружие разрушителей…” (“Тайна человека” и “Письмо о цензуре в России” Ф. И. Тютчева). — “Наш современник”, 2006, № 7 <http://nashsovr.aihs.net>.

Среди прочего: “В период Севастопольского сражения [русская] военная цензура приуменьшала или замалчивала потери противника, вычеркивая чересчур └смелые” выражения, например фразу └англичане ведут пиратскую войну”, которую канцлер К. В. Нессельроде нашел оскорбительной и раздражающей общественное мнение”.

Андрей Фурсов. Великий вопрекист. Александр Зиновьев в контексте русской истории. — “Завтра”, 2006, № 34, 36, 38 <http://www.zavtra.ru>.

“Зиновьев, бесспорно, очень русский, хотя и очень особый русский человек”.

Олег Хафизов. Бородинская мадонна. Повесть. — “Новый берег”, 2006, № 11, 12.

“Место побоища напоминало лунную поверхность. Во время наступления французам некогда было наводить здесь порядок; они только подобрали полезных раненых, которые поместились в медицинские фуры, да увезли целые орудия. А на обратном пути Великой Армии и подавно было не до своих мертвецов. Назад, к теплу и пище, она торопилась еще больше, чем к славе и господству. Пришедшей следом русской администрации пришлось озаботиться уборкой этого колоссального кладбища, покрытого сотней тысяч человеческих и конских трупов, которые по весне должны были оттаять, разложиться и породить грандиозную эпидемию. Полицейские чиновники отловили по землянкам крестьян из разоренных окрестных деревень, составили из них санитарные команды и организовали сжигание павших воинов. Вместе с одной из таких похоронных команд из сотни мужиков под началом нестроевого офицера, в сопровождении священника приехала генеральская жена — гибкая дама лет тридцати в черном суконном платье, черной накидке и монашеском платке…”

См. также: Олег Хафизов, “Полет └России”” — “Новый мир”, 2004, № 10.

Егор Холмогоров. Смыслократия. — “Завтра”, 2006, № 32, 9 августа.

“Но вот что поразительно — эта материальная катастрофа не сопровождается катастрофой духовной, напротив — именно в сфере смыслов с конца 1990-х Россия переживает настоящий интеллектуальный, философский и культурный Ренессанс. Будет время, когда именно нашу эпоху назовут └золотым веком” русской мысли — прежде всего мысли социальной, обращенной на общество”.

Виктория Чистякова. Смерть кино как падение рейтинга. — “Искусство кино”, 2006, № 4 <http://www.kinoart.ru>.

“Кино смотрят воображением. Видео смотрят глазами (зрением)”.

Мариэтта Чудакова. Август: 1991 — 2006. К 15-летию августовских событий 1991 года. — “Время новостей”, 2006, № 147, 17 августа.

“<...> Недоконченность и двусмысленность с 1956 года, с доклада Хрущева, будто хранилась в капсуле и ждала своего момента. Капсула вскрылась после Августа 1991 года — выпал наконец потрясающий исторический шанс: без новой гражданской войны рухнула советская власть и можно наконец поставить все точки над i, подвести итоги российского ХХ века. Но — снова не вышло”.

Любопытны именно августовские события в подзаголовке этой большой статьи, а в самой статье — Август с большой буквы, “три августовских дня”. И это правильно — все известные и примелькавшиеся на сегодняшний день определения неточны и недостаточны, адекватного же нет. Поэтому — события. То, что было. А что — было? “Победа над этим преступным строем” (М. Чудакова). Ну да, ну да.

Владислав Швед. “Анти-Катынь”. Произвол или возмездие? — “Наш современник”, 2006, № 7.

“Однако уже сегодня, основываясь на вышеприведенных свидетельствах, можно сделать вывод о том, что обстоятельства массовой гибели красноармейцев в польском плену могут расцениваться как свидетельство их умышленного истребления. Напомню, что подобные действия в Нюрнберге квалифицировались как военные преступления. Убийства и жестокое обращение с военнопленными, с четко выраженной национальной направленностью, позволяют ставить вопрос о геноциде в отношении военнопленных русской и еврейской национальности. Несомненно, это явилось одной из причин, в силу которой часть польских военнопленных, имевшая отношение к репрессиям пленных красноармейцев, весной 1940 г. была расстреляна”.

Авраам Шмулевич. Рождение нации? — “АПН”, 2006, 4 сентября <http://www.apn.ru>.

“Для того, чтобы выжить, у русских как нации есть только две возможности. Или восстановить жесткое национально ориентированное иерархическое вертикальное государство. Или научиться жить в системе горизонтальных связей, на современном политическом языке это именуется └гражданское общество”, и воспитать в себе чувство национальной солидарности. Причем или то, или другое нужно делать в короткие сроки — время работает против русской нации. Являются ли события в Кондопоге └лебединой песней” русского национализма, по сути — русской нации, последним всплеском пламени навеки угасающего костра — или началом нового ее этапа, покажет ближайшее будущее”.

Авраам Шмулевич. Чисто американское восстание. — “АПН”, 2006, 12 сентября <http://www.apn.ru>.

“И летчики-террористы, и сам пославший их Бин Ладен, по сути, действовали как └стопроцентные американцы” — в лучших традициях └старой доброй Америки”. Недостаточно сказать, что их террористический смертоносный жест был американизмом, отраженным в зеркалах └комнаты смеха”, вывернутой до гипертрофированных размеров пародией на американский характер. Нет. Они проявили себя как настоящие американские герои, одиночки, бросающие вызов └всем этим злым парням”, как герои классического голливудского вестерна, вступившие в одиночку в схватку с └силами зла”. Только вот адресатом своего героизма, Стороной Зла, они посчитали саму Америку как таковую, как целое, как идею. Эйдос Америки. Поясню, что имеется в виду…”

“Впрочем, еще более естественно видеть деяния 11 сентября в контексте действий другого └американского одиночки” — Тимоти Маквея”.

Дмитрий Шукуров. Имяславские мотивы стихотворных текстов-молитв Даниила Хармса. — “Рец”. Выпускающий редактор Наталья Ключарева. 2006, № 38, июнь <http://polutona.ru/rets>.

“Авангардистские установки не мешали ему [Хармсу] оставаться и традиционно религиозным человеком”.

Автор статьи, кандидат филологических наук, специалист по русскому авангарду, живет в Иванове, в 2005 году принял иноческий постриг с именем Дамаскин.

Ольга Шумяцкая. Сижу на крыше. Повесть. — “Новая Юность”, 2005, № 6 (75) <http://magazines.russ.ru/nov_yun>.

“По вторникам и пятницам она приносила ему продукты. Он ведь такой непрактичный. Сам даже хлеба не купит. Останется голодным. Ей приятно было думать, что если бы не она, он бы умер голодной смертью. Может быть, она бы даже согласилась на эту смерть, лишь бы чувствовать его зависимость. Иногда она представляла, как он лежит на кровати отощавший, небритый, ослабевший от недоедания и шепчет ее имя пересохшими губами. └Лика! Лика!” — выводят губы с запекшейся корочкой. Она входит. На ней длинное белое платье. На голове — красная шапочка. В руках — корзинка, полная молока, хлеба, яиц и почему-то стирального порошка └Лотос”. └Я здесь, милый!” — торжественно говорит она и посыпает его стиральным порошком └Лотос”. Для дезинфекции…”

“Элементарная книга”. Беседу вел Антон Желнов. — “Ведомости”, 2006, № 165, 5 сентября <http://www.vedomosti.ru>.

Говорит Лев Лосев — в связи с написанной им книгой об Иосифе Бродском (“ЖЗЛ”): “Я не хотел и не мог написать биографию Бродского. Причин к тому было несколько. <…> Я понял, что то, что я хочу сделать, — это литературная биография. Литературная биография (biographia literaria) — это жанр, изобретенный Колриджем, который был не только великим романтическим поэтом, но еще и невероятно эрудированным, умным и необычно мыслящим писателем, как бы Пастернаком и Шкловским одновременно. Литературная биография, строго говоря, — не история человека, а история его творчества”. А также: “Меня удивляет нe то, что Солженицыну не нравится большинство из написанного Бродским, а то, что ему не так уж мало нравится”.

См. также: “Существуют два факта. Во-первых, за несколько месяцев до смерти Бродский написал письмо в Отдел рукописей Российской национальной библиотеки в Петербурге, в котором попросил закрыть на 50 лет доступ к его дневникам, письмам и семейным документам (на рукописи и другие подобные материалы запрет не распространяется). Во-вторых, Бродский не раз высказывался против всякого рода бульварных мемуаров и жизнеописаний писателей. Разумеется, не против жанра как такового — достаточно обратиться к его собственным эссе о Кавафисе, Рильке, Цветаевой, Фросте, чтобы убедиться, что он не чурался чтения книг о жизни поэтов…” — говорит Лев Лосев в беседе с Юрием Васильевым (“Разрешенный Бродский” — “Огонек”, 2006, № 37 <http://www.ogoniok.com>).

См. также: “Сделаю бестактную (но, честное слово, вовсе не провокационную) оговорку. Я люблю поэта Лосева гораздо больше, чем поэта Бродского (хотя и понимаю, сколь многим Лосев Бродскому обязан). И мне кажется, что именно поэтический дар и жизненный опыт поэта (все-таки совсем иной, чем у нас с вами!) позволили Лосеву так спокойно, ясно и сердечно рассказать о трагическом мироощущении Бродского, позволили увидеть за деревьями — лес, за сцеплением горьких сюжетов — судьбу”, — пишет Андрей Немзер (“Там, внутри. Лев Лосев написал книгу об Иосифе Бродском” — “Время новостей”, 2006, № 170, 19 сентября <http://www.vremya.ru>).

Дмитрий Юрьев. Низвержение в телевизор. — “Искусство кино”, 2006, № 4.

“К этому времени стало ясно, что главной опасностью олигархической медиакратии является не сама по себе принадлежность СМИ частным лицам, а полное несоответствие масштаба ответственности и вменяемости этих └лиц” с масштабом последствий применения ими медийного ресурса. <…> └Разоружение” медиаолигархов было в тот момент не способом борьбы с демократией, а вопросом самосохранения общества, вопросом выхода из кризиса, угрожающего непредсказуемыми и неограниченными по своим последствиям медиатрясениями, чреватыми социально-политическим крахом”.

Сергей Юрьенен. Великий консерватор. Очерк. — “Новый берег”, 2006, № 11, 12.

Питер Вирек (1916 — 2006). “По эту сторону Атлантики есть выражения понятные, но непривычные. Американский оригинал. Американская икона. По отношению к фигурам шоу-бизнеса, возможно, и уместные, но применительно к человеку, который полвека профессорствует в глубинке штата Массачусетс? Выражения эти с задних обложек его книг. Поэт. Историк…”

Среди прочего: “С Иосифом Бродским Вирек встречался и подолгу беседовал в 1962 и 1969, когда Бродский передал ему новые стихи для публикации в США. Переписка была невозможна из-за цензуры, но контакты были. В 1970 поэта в Ленинграде посетила молодая американка, выпускница и посланница Вирека. Отчет о свидании появился только после смерти Нобелевского лауреата, которого уже в США Вирек перетянул из Энн-Арбора, Мичиган, в свой колледж, что для него остается предметом гордости:

— Когда я рекомендовал Бродского, глава колледжа спросил, какое у Бродского образование, что, собственно, он кончил в Советском Союзе? Я ответил: └Университет ГУЛАГа”.

Вопрос был решен…”

Вообще-то, этого университета Бродский не кончал, но, видимо, Вирек знал, что нужно в такой ситуации ответить главе колледжа.

Составитель Андрей Василевский.

 

“Вопросы истории”, “Дети Ра”, “Дружба народов”, “Зарубежные записки”,

“Звезда”, “Знамя”, “Иркутское время”, “Октябрь”

С. Гедройц. <Отзыв о книге> Илья Репин, Корней Чуковский. Переписка. 1906 — 1929. Вступительная статья Г. С. Чурак. Подготовка текста и публикация Е. Ц. Чуковской и Г. С. Чурак. Комментарии Е. Г. Левенфиш и Г. С. Чурак. М., “Новое литературное обозрение”, 2006. — “Звезда”, 2006, № 7 <http://magazines.russ.ru/zvezda>.

“Большой писатель, в расцвете дара заключенный пожизненно в скобки.

В угловые, квадратные, круглые, наконец — фигурные.

В 15-томном (не полном и пока не законченном) собрании его сочинений есть такие тома, что даже и непонятно, как можно было причислять себя к т. н. образованщине, их не прочитав своевременно, т. е. биографически где-то между └Мойдодыром” и └Бармалеем”.

А эта книжка — вроде как приложение. Для узкого, для избранного круга. Для специалистов, скажем, по истории Карельского перешейка. Для исследователей быта поселков Оллила и Куоккала перед Первой мировой и после. Для (вывози, родительный падеж!) — для сочинителей биографий замечательных людей.

Короче — полезное издание. В подобных случаях полагается произносить слова типа └культурный вклад”, вообще — бесшумно аплодировать.

И я бы рад, но на первой же странице, в первых же строках — лишняя запятая, опечатка, ложная дата, — одной рукой зачем-то ищешь последнюю страницу, где фамилии корректоров (две дамы, над ними еще редактор), другая тянется к воображаемой розге. Ай-я-яй, а еще └НЛО”.

Впрочем, нигде не сказано: неграмотный да не ест.

Толку-то в грамоте? Была бы культура.

В книге Лидии Чуковской └Памяти детства” есть такая страница: ей девять лет, она гуляет с отцом, Куоккала, зима, навстречу — Репин. Сняв перчатку, он здоровается с К. И., протягивает руку и Лиде. Поговорили — разошлись — через несколько шагов Чуковский срывает с ее руки варежку, забрасывает в снег.

└Тебе Репин протягивает руку без перчатки, — кричит он в неистовстве, — а ты смеешь свою подавать не снявши! Ничтожество! Кому ты под нос суешь рукавицу? Ведь он этой самой рукой написал ▒Не ждали▒ и ▒Мусоргского▒. Балда!”

Представляете, как надо благоговеть перед культурой, чтобы маленькую девочку обзывать — за какой бы то ни было проступок — ничтожеством и балдой? Я, например, не представляю”.

Борис Грибанов. “И память-снег летит и пасть не может”. Давид Самойлов, каким я его помню. — “Знамя”, 2006, № 9 <http://magazines.russ.ru/znamia>.

Автор воспоминаний, скончавшийся год назад, был незаурядным переводчиком, а главное, автором идеи издания двухсот томов “Библиотеки всемирной литературы”. В начале своих — изящно выстроенных, полных ценных психологических “штрихов к портрету”, занимательных сюжетно и достоверных в интонации — мемуаров он решительно предупреждает: “Нет, я буду писать о Самойлове таким, каким я его знал все эти годы: живым, веселым и задорным, влюбчивым поэтом, охотником за приключениями, остроумцем и выдумщиком”.

Надеюсь, что большая книга воспоминаний о Самойлове (подобно чичибабинской) наконец соберется и грибановские записи найдут в ней свое необходимое место. Между прочим, Бориса Тимофеевича Грибанова Самойлов однажды очень серьезно провозгласил эталоном дружбы.

А propos — об эталоне. Эталоном трогательного коллективизма будем, друзья, считать редакционное обращение “Знамени” на второй странице обложки девятого номера: “Юбилейный год продолжается. Лето — время отпусков, и поэтому журнал └Знамя” был представлен там, где побывали его сотрудники: в поселке Тацинский Ростовской области и в деревне Устье Зубцовского района Тверской области, на Лазурном берегу во Франции и Солнечном берегу в Болгарии, на Селигере, в Подмосковье и в Турции…” Так их и видишь, прибывающих с пачками родного издания на берега и в села, раздающих болотного цвета флажки нашего литературно-журнального плацдарма населению, дружно выходящих к шведскому столу или к родным грядкам в фирменных футболках и рассказывающих о своем детище на вечерних танцплощадках и деревенских завалинках — завороженным аборигенам… Это я от зависти так шучу, дорогие коллеги.

Бела Желицки. Имре Надь (рубрика “Исторические портреты”). — “Вопросы истории”, 2006, № 8.

Ведущий научный сотрудник Института славяноведения РАН пишет о легендарном венгерском реформаторе. Поражает цепь предательств, опутавших сначала действующего, а потом бывшего премьер-министра. В своем последнем слове (реформатора повесили по приговору “социалистического суда” 16 июня 1958 года) Надь сказал: “Я дважды пытался спасти честь слова └социализм” в долине Дуная: в 1953 и 1956 году. В этом мне в первом случае помешал Ракоши (один из главарей Компартии Венгрии, негласный руководитель Управления госбезопасности страны в начале 50-х. — П. К.), а во второй раз целая армия Советского Союза. В результате этого процесса, сплетенного из страсти и ненависти, я должен пожертвовать жизнью за свои идеалы. Жизнь отдаю с готовностью. Ведь после того, что вы со мной сделали, она все равно ничего не стоит. Но я уверен, что история осудит моих палачей. Вздрагиваю лишь от одного: что реабилитируют меня мои же убийцы”.

В конце своего очерка Желицки напомнил, как наши уже гэбисты летом 1989-го пытались помешать готовящейся реабилитации и торжественному захоронению Надя, передав венгерским товарищам пакет компромата. Акция не достигла своей цели, и убитого коммунистами реформатора эти же коммунисты и реабилитировали. В самый последний путь его провожали сотни тысяч будапештцев.

Удивительно, но я пишу этот обзор в те дни (сентябрь 2006-го), когда Будапешт снова волнуется, но, кажется, там уж нет подобных Надю харизматических лидеров.

Александр Иличевский. Ай-Петри. Нагорный рассказ. — “Октябрь”, 2006, № 8 <http://magazines.russ.ru/October>.

Болевое, мощное сочинение. В малой прозе у А. И. аккумулирована какая-то особая, как сейчас говорят, “энергетика” — уничтожающая и воскрешающая разом.

Елена Каштанова. Начальник над русскими художниками в Риме П. И. Кривцов. — “Вопросы истории”, 2006, № 9.

Несколько влюбленный в себя Кривцов (кстати, “начальник” — его должность так и называлась) был кем-то вроде завхоза-опекуна для пенсионеров-живописцев, вместе с тем он распределял и деньги, и посты. Интересно, что на должность конференц-секретаря Дирекции русских художников претендовал Гоголь, который Кривцова не любил и считал его невеждой. Правда, как пишет Каштанова, в своем возможном назначении (не состоявшемся) “на должность и в стабильном жаловании он видел в первую очередь способ решить собственные материальные проблемы”. Когда же Николаю Васильевичу предложили в 1841 году место библиотекаря в русской художественной колонии (книги для нее собирали профессора М. П. Погодин и С. П. Шевырев), он презрительно отказался.

Павел Иванович Кривцов умер сразу по возвращении в Россию в возрасте 39 лет. И молодежь и старики вспоминали его добрым словом. “Это справедливо, особенно если сравнить с последовавшим за ним директорством Л. И. Киля (с 1845 по 1850 г., когда должность начальника над русскими художниками была упразднена), чей жесткий формализм и равнодушие доводили русских пенсионеров до отчаяния”.

Анатолий Кобенков. И. о. волшебника. — “Иркутское время” (редакторы-составители Анатолий Кобенков, Марина Акимова), 2006.

Это последний номер иркутского альманаха поэзии, который составлял и редактировал бессменный организатор и основатель Фестиваля поэзии на Байкале Анатолий Иванович Кобенков. Он умер в сентябре уходящего года, и я потерял — не знакомого, не приятеля, не коллегу, но старшего друга, человека, которого чужие дарования и стихи волновали больше, чем собственные. У него был редкий талант педагога, казалось, он действительно отдавал молодым, начинающим литераторам часть собственной души, а они относились к нему как к родителю; на его похоронах поэт и редактор Виталий Науменко просто сказал мне, что “потерял отца”.

“И. о. волшебника” — это поэт Марк Сергеев, который руководил писательским союзом Иркутска в его лучшие советские годы. Поэт он был небольшой (а чиновник, судя по всему, отзывчивый, щедрый к нуждам писателей). Кобенков пишет о нем в своей неповторимой интонации, не упуская скромной величины его дарования: “Между тем мне бы очень хотелось, чтобы каждый из нас, знавших Марка в самые разные дни и годы его жизни, в важные для себя минуты выбора, оглянулись на него. Оглянувшись на Марка, каждый из нас прибавит бытию то, чего у него никогда не бывает в изобилии: теплоты всепрощения, светлого смирения перед горечью поражения, доброго принятия всех и вся”.

Последние слова — это прямо-таки характеристика самого Толи: он был очень добрым, и я ни разу не слышал, чтобы он говорил даже о плохом или бездарном человеке с уничижительной интонацией.

А в подборке сергеевских стихов есть и “Пленка” — об оставшейся от умершего поэта звукозаписи: “Но голос можно повторить, / перемотав кассету, / и десять раз, и тыщу раз / прослушать не спеша. / А мне-то как, скажите, быть? — / путей обратных нету, / и жизнь не может повторить / бессмертная душа”. И в конце пишет даже: “Сожгите пленку, а потом / содвиньте шторы плотно…” Нет, с этим я не согласен. И голос Анатолия Кобенкова, начитавшего мне несколько стихотворений в редакции “Нового мира”, я буду хранить особенно бережно, там его душа, ей-Богу, слышится.

Кирилл Ковальджи. Пять стихотворений. — “Зарубежные записки”, Германия, 2006, № 2 (книга шестая) <http://magazines.russ.ru/zz>.

У России свой путь. Роковые вопросы
возвращают на круги своя...
На границе вагоны меняют колеса —
у России не та колея.

Эдуард Кочергин. Проволочные вожди. — “Знамя”, 2006, № 9.

Вторая часть автобиографической трилогии постоянного автора “Знамени”, известного театрального художника. Вот крохотная новелла “Матерь Божья…”:

“Из разных картинок память глаз моих удержала одну совсем неожиданную. Высмотрев в окне вагона голову своего мужика, молодая крепкая сибирячка вскочила на подножку еще не остановившегося поезда и, растолкав гроздь солдат в тамбуре, понеслась внутрь. Через некоторое время после остановки состава она, красивая, черноглазая, появилась в дверном проеме вагона, держа на руках, как ребенка, совсем безногого, однорукого обрубка в тельняшке. Он, обняв шею носительницы единственной рукой, смотрел на нее своими синими виноватыми глазами и басил ей:

— Прости меня, Нюша, не уберегся, не уберегся…

— Матерь Божья, Матерь Божья, Иисус Христос, — крестясь, завопила, глядя на них, всегда пьяная бабка-побирушка и рухнула перед вагоном на колени.

Толпа онемела.

Двое военных мужиков бережно сняли с подножки вагона └Божью Матерь” с ее ношею и выставили на перрон. Черноглазая бабенка, шагнув в расступившуюся толпу, понесла своего обрубленного христосика сквозь людей, ревя и хохоча радостью одновременно. Кто-то выдохнул: └Война””.

Интересно, знает ли Эдуард Степанович о позднем стихотворении Семена Липкина “Военные дороги” (1994): “Мне в безумье военных дорог / Попадались советские мальчики, / Прозывались они └самоварчики”: / То солдаты без рук и без ног. // И случалось, что в саночках женщина / Привозила обрубок в мужья, / И душа трепетала моя, / Будто слышала глас благовещенья”.

Ольга Кучкина. Мальчики + девочки = … Повесть. — “Дружба народов”, 2006, № 9 <http://magazines.russ.ru/druzhba>.

По этой кошмарной в своем содержании повести можно было бы снять яркий, запоминающийся фильм. И весьма актуальный. Ведь еще в недавние времена и подумать нельзя было, что милиция может что-то там кому-то подбросить или спокойно сотрудничать с бандюками. А уж пытать-истязать, а уж “испорченных” детей-подростков, пришедших на Петровку “за правдой”, прямо на этой же Петровке и замочить… — боже упаси! — да автора за сам замысел такой вещи закатали бы под асфальт. А сегодня никто и не удивляется, только интересно: может, и мы вслед за господином Бушем попробуем узаконить какие-то основные пытки — сначала в первом, а затем и во втором думском чтении? Все равно ж пытаем.

Людмила Лаврова. Везде и нигде. — “Дружба народов”, 2006, № 9.

Интересный анализ новой повести Петра Алешковского “Рыба” (“Октябрь”, 2006, № 4).

“Алешковский в └Рыбе” поднялся на уровень притчи, смысл которой наверняка будет отвергнут многими. Или его постараются ограничить рамками частного случая (чему, конечно, способствует подзаголовок: └История одной миграции”), при этом оценив, несомненно, по достоинству глубину реалистического изображения в романе судеб героев, их мытарств и скитаний на известном историческом переломе, изменившем устоявшийся жизненный уклад миллионов людей, населявших пространства бывшего Союза. <…> Современная проза на столь взрывоопасную территорию заглядывать пока не торопится, как будто опасаясь потерять модный нынче и коммерчески успешный игровой настрой, обжечься подлинностью разворачивающейся на наших глазах драмы нового мирового переустройства. Драмы, коренным образом меняющей представления человека о самом себе и собственном предназначении.

Петр Алешковский сделал шаг на эту территорию. И что-то подсказывает: прозаик намеренно сужает в подзаголовке романное поле до рассказа об └одной миграции”. Да и казенное, затертое журнализмом словцо └миграция” здесь торчит не случайно, а вроде некоего вызова. Тем более что эпиграф к роману: └Пришли воры, хозяев украли, а дом в окошки ушел” — старинная русская загадка, поражающая своей многослойной жутковатой образностью…”

Л. Лаврова тонко прослеживает связь “Рыбы” с духом творчества французского философа румынского происхождения, изгнанника Эмиля Чорана (П. Алешковский, знаю, ценит и любит его книги). Имя Чорана не единожды встречается в статье, им и заканчивается: “└Дом в окошки ушел” не в одних лишь российских пределах. Ныне на обломках нашей прежней истории для многих не оставлено иного удела, как обосноваться в изгнании — в граде иллюзий и воспоминаний, стараясь не сделаться эпигоном собственных переживаний. С вечной Родиной в мыслях жить везде и нигде, что, по-видимому, и предстоит героине романа П. Алешковского, согреваемой и согревающей тем теплом, о котором писал Чоран. Теплом, └напоминающим предчувствие рая”. Этому французскому румыну, пессимисту и скептику, эгоисту и мизантропу, подобное тепло представлялось, несомненно, абстрактным. Героиня Алешковского — совсем иной человеческий тип, не случайна ассоциация с рыбой — древнейшим символом опоры, спасения и чистоты, магического перерождения. Дар, которым наделена Вера, согревать, возрождать к жизни прикосновением рук даже тяжело и безнадежно больных, отнюдь не абстрактен. Возможно, как уже говорилось, здесь кроется послание всем тем, кто еще способен поделиться теплом, пока не заброшен новый невод и твоя рука не столкнулась с рукой мертвеца”.

Самуил Лурье. Два эссе. — “Зарубежные записки”, Германия, 2006, № 2 (книга шестая).

Из финала второго текста (“История куста”) — про толстовского “Хаджи-Мурата”:

“…Итак, — скажет критик, — сюжет не совмещается с характером героя!

Ну и бог с ним, с критиком. И с сюжетом. И даже с характером.

Человек, изображенный Львом Толстым, почти всегда больше своего характера.

То есть всегда — если он изображен с любовью.

Потому что когда кого-нибудь любишь, то не важно, какой у него характер, а важно только, чтобы он был всегда.

Как историческое лицо Хаджи-Мурат — загадка. Как литературный герой — неисправная кукла.

Но когда он идет к фонтану под горой, держась за материнские шаровары, — когда бесшумно взлетает, словно огромная кошка, в седло, — когда, вырвав из бешмета клок ваты, затыкает себе рану и продолжает стрелять, — читателю так же, как и автору, нестерпимо знание, что существует смерть.

С этим чувством и ради этого чувства написан └Хаджи-Мурат”: с чувством, что реальность прозрачна, бесконечна, залита нежным светом и наполнена смертными существами, которым дано понимать друг друга посредством бессмертной любви.

И что эта реальность разрушается работой огромных невидимых машин, принуждающих все живое превращаться в мертвое.

Но что у него — лично у Льва Толстого — пока не отключились мозг и голос, — есть сила спасти многое и многих.

То-то он и умер таким молодым.

Помните, кстати, что проговорил напоследок?

Громко, убежденным голосом, приподнявшись на кровати:

— Удирать, надо удирать!

Смерть раздирала его на волокна, точно он был стеблем чертополоха, — но была еще какая-то мысль:

— Истина… люблю много… все они…”

Мара Маланова. Остались детали. Стихотворения. — “Дети Ра”, 2006, № 4 (18) <http://www. detira.ru>.

Мне никто не верит,
когда я говорю,
что Чехов написал в “Степи”:
“бла-бла-бла”,
а Лесков в “Соборянах”
употребил слово “дискурс”.
Это не вопрос веры,
читайте классику, господа.

“В этом (└московском”! — П. К.) номере журнала, составленном при участии Константина Кедрова, Елены Кацюбы и Ольги Седаковой, — пишет Е. Степанов, — мы решили представить поэтов, которые нам наиболее близки. Это не значит, что мы не ценим других. Вопрос только в том, что число страниц в журнале ограничено”. В общем, тут и Кедров с Кацюбой, и Альчук с Врадием, и Грауз с Киссельманом, и Бузник с Милоравой. Что же до Мары, то ей стоит верить, несмотря на некоторое самодовольство, сквозящее в последней строчке, и несколько иную, нежели современная, семантику упомянутых выражений. Посмотрите сами.

“Немного погодя Егорушка сквозь полусон слышал, как Соломон голосом глухим и сиплым от душившей его ненависти, картавя и спеша, заговорил об евреях; сначала говорил он правильно, по-русски, потом же впал в тон рассказчиков из еврейского быта и стал говорить, как когда-то в балагане, с утрированным (тоже модное словечко, сам слышал в автосервисе. — П. К.) еврейским акцентом.

— Постой... — перебил его о. Христофор. — Если тебе твоя вера не нравится, так ты ее перемени, а смеяться грех; тот последний человек, кто над своей верой глумится.

— Вы ничего не понимаете! — грубо оборвал его Соломон. — Я вам говорю одно, а вы другое...

— Вот и видно сейчас, что ты глупый человек, — вздохнул о. Христофор. — Я тебя наставляю, как умею, а ты сердишься. Я тебе по-стариковски, потихоньку, а ты, как индюк: бла-бла-бла! Чудак, право...”

И у Лескова: “Я все это слышал из спальни, после обеда отдыхая, и, проснувшись, уже не решился прерывать их диспута, а они один другого поражали: оный ритор, стоя за разум Соломона, подкрепляет свое мнение словами Писания, что └Соломон бе мудрейший из всех на земли сущих”, а моя благоверная поразила его особым манером: └Нечего, нечего, — говорит, — вам мне ткать это ваше: бе, да рече, да поне; это ваше бе, — говорит, — ничего не значит, потому что оно еще тогда было писано, когда отец Савелий еще не родился”. Тут в сей дискурс вмешался еще слушавший сей спор их никитский священник, отец Захария Бенефактов, и он завершил все сие, подтвердив слова жены моей, что └это правда”, то есть └правда” в рассуждении того, что меня тогда не было. Итак, вышли все сии три критика как есть правы. Не прав остался один я…”

Только боюсь я, что вот как составим мы список таких слов и как начнем зондировать ими библиотеку Мошкова: и объясни потом, что у Мандельштама угличские дети играют совсем не в деньги. Но слово-то “бабки” употребил!

Не поддавайтесь на провокации, господа.

Нобелевская лекция. — “Звезда”, 2006, № 7.

Нобелевский лауреат 2005 года, один из ведущих современных драматургов Гарольд Пинтер говорил в своей лекции прошлой зимой буквально следующее:

“…Нападение на Ирак было актом бандитизма, актом неприкрытого государственного терроризма, демонстрирующим полное презрение к понятию международного права. Нападение на Ирак было произволом, военной операцией, основанной на последовательной лжи, и вопиющим манипулированием средствами массовой информации и, следовательно, обществом. Оно было призвано укрепить военный и экономический контроль над Ближним Востоком, представив его — как последнее средство, поскольку все остальные оправдания больше ничего уже не оправдывали — в виде освобождения. Чудовищное утверждение военной силы, ответственной за смерть и увечья, ставшие уделом тысяч и тысяч невинных людей.

Иракскому народу мы принесли пытки, кассетные бомбы, обедненный уран, многочисленные убийства случайных людей, бедствия, упадок и смерть, назвав это └обеспечением свободы и демократии на Ближнем Востоке”.

Сколько людей нужно убить, чтобы ваши преступления квалифицировались как └массовые убийства”, а вас сочли военным преступником? Сто тысяч? По-моему, более чем достаточно. Следовательно, справедливость требует, чтобы Буш и Блэр предстали перед Международным судом ООН. Но Буш совсем не глуп. Он не ратифицировал Международный суд ООН. Поэтому, если американский солдат или, что не менее логично, политик окажется на скамье подсудимых, Буш направит туда морских пехотинцев — он уже всех предупредил. Но Тони Блэр ратифицировал Международный суд ООН и поэтому доступен для судебного преследования. Если судьям интересно, я готов сообщить его адрес: Лондон, Даунинг-стрит, дом 10.

Две тысячи погибших американцев, конечно, смущают. Их перевозят на кладбища в темноте. Похороны скромные, чтобы чего не вышло. Изувеченные гниют на койках, некоторые до конца жизни. Так что гниют и изувеченные, и мертвые, только в разных могилах…”

И читал стихотворение Неруды “Объяснение”; вообще много читал стихов.

Вслед за текстом лекции о лауреате года пишет Лариса Залесова-Докторова (“Две личности Гарольда Пинтера”):

“Его активная гражданская позиция настолько поразительна, особенно на фоне молчания многих других выдающихся деятелей культуры, что иногда публика задает вопрос: └Возможно, он стал храбрым, когда тяжело заболел и понял, что ему нечего терять?” Но его └послужной” список гражданской деятельности говорит сам за себя. Все началось еще в начале 1970-х. Конкретным поводом послужили два события: свержение президента Чили Альенде во время военного переворота в 1973 году и поддержка американцами режима Сомосы в Никарагуа.

└Обязанность каждого поколения, — говорит Гарольд Пинтер, — установить правду нашей личной жизни и правду нашего общества. Если этого не будет, то нет надежды вернуть почти утраченное достоинство человека””.

Елена Холопова. Утопленная истина. — “Знамя”, 2006, № 9.

Поразительный текст, и я благодарно снимаю перед редакцией видавшую виды шляпу: такого беспощадного, искреннего, безнадежного, бьющего наотмашь, глубоко личного текста о знаменитом российском пьянстве читать мне еще не приходилось.

“Я написала заметки о пьянстве. Все, что я читала на эту тему (или видела в фильмах, юморесках), — веселит, смешит, забавляет. Я воспринимаю картину иначе. Об этом и написала.

Немного о себе: мне 53 года, я пенсионерка. Уступила детям городскую квартиру и живу в деревне, что в Усть-Вылеском районе, Республика Коми. А до этого четверть века проработала в детской библиотеке художником-оформителем. Вела в детской газете свою рубрику. Позже начала писать рассказы, очерки…”

Вот как Холопова заканчивает свой страшный очерк:

“Сейчас на слуху относительно новые для России болезни общества: наркомания (не знаю лично ни одного наркомана), пристрастие к игровым автоматам (знаю одного), психическая зависимость от компьютера. На этом фоне старая хроническая болезнь, пьянство, как будто тушуется, делается незаметной. А когда средства массовой информации кричат о преступлениях, совершенных по пьяни, ужас содеянного заслоняет основу, вскормившую этот ужас.

Статистика знает все, но я не задавалась целью подсчитывать количество больных детей, рожденных алкашами, количество брошенных алкашами детей, количество убийств и разбоев, совершенных в пьяном угаре, количество юных алкашей, проталкивающихся в качающиеся ряды пьющих родителей. Я и так знаю печальный ответ, ведь живу не на острове, а в самой обычной российской деревне, и ее проблемы типичны. Нелепо и неразумно закрывать на это глаза. Людям негде работать, некуда деваться, не на что жить. Современные никому не нужные лишние люди. И как же их много! Но всем хватает суррогата — утешения, до поры до времени заменяющего жизнь.

Положение почти безнадежное, непоправимое, истина утонула в вине, стала утопленницей. Попробуй поборись с воспитанной веками терпимостью к пьянству, с убеждением о невозможности лечения, с укоренившимся общественным мнением, что пьяница смешон, забавен, этакое невинное неразумное дитя, Женя Лукашин, напившийся в бане. И нисколько не страшен. А девахи в магазине, готовые убить за бутылку? Забавно? А сын-подросток, отнимающий у матери самое дорогое, самое святое — стопку водки, чтобы выпить ее самому? Смешно? А черные глаза Андрюши, следящие за нами сквозь прутья решетки? Как повернуть общественное мнение от смехуенчиков к осознанию национальной трагедии? Я не знаю. Может, настоящие писатели знают?

…Первым читателем записок был мой единственный относительно положительный герой Иван. Его реакция такова: все равно никто читать не будет. И все равно ничего не изменится.

Трезвый взгляд алкаша”.

Иван Чудасов. Удетроны. — “Дети Ра”, 2006, № 4 (18).

Очки положу в конце стрОЧКИ.

Остроумно (это уже я пишу). Ивана я помню по съемкам “Достояния республики” о музее Хлебникова в Астрахани, воистину велимировский молодой человек. Однако было бы нечестным ему не сообщить, что “удетроны” типа “Кто похоронит последнего умершего человека?” и “Коммунистическая партия СС”, мягко говоря, не первой свежести. В том или чуть ином виде сие уже подавали.

Следующий номер — № 5 (19) — обещали как “азербайджанский”, но вышел “Харьков на карте генеральной”. Ну ничего.

…В смысле ничего у меня не наловилось, кроме, пожалуй, названия подборки Ганы Яновськi (ее стихи в разделе “Поэзия на украинском языке”). Название такое: “Слово прийде до кого схоче”. И навпаки, навпаки — добавлю я — слово нынче берут не спросясь.

Составитель Павел Крючков.

ИЗ ЛЕТОПИСИ “НОВОГО МИРА”

Декабрь

20 лет назад — в № 12 за 1986 год напечатаны рассказы Татьяны Толстой “Поэт и муза”, “Факир”, “Серафим”.

40 лет назад — в № 12 за 1966 год напечатаны рассказы Юрия Трифонова “Вера и Зойка” и “Был летний полдень”.

75 лет назад — в № 12 за 1931 год напечатаны “Кавказские стихи” Бориса Пастернака.

80 лет назад — в № 12 за 1926 год напечатано стихотворение Вл. Маяковского “Разговор на Одесском рейде”.

Версия для печати