Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2005, 10

Психотронная пушка

Сайт vladimir.vladimirovich.ru посещают в сутки примерно 12 тысяч человек, и его популярность продолжает расти. В раскрутку проекта так или иначе включились СМИ: рассказы про Владимира Владимировича≥ (значок “торговая марка” иронически подчеркивает принадлежность имени автору проекта) читают на радио “Эхо Москвы”, перепечатывают газеты, вербуя новых и новых читателей. Неудивительно, что пришло наконец и время книги. В издательстве “КоЛибри” вышел толстенный том с двуглавым попугаем на обложке1 (видимо, тем самым, что был выловлен в районе Чернобыльской ГЭС и подарен Владимиру Владимировичу≥ Виктором Ющенко при обстоятельствах, изложенных в истории от 23 февраля 2005 года).

Как соотносятся книга и сайт?

Признаюсь, я не читала первых историй “Владимира Владимировича≥”: как и многие пользователи Интернета, я обратила внимание на сайт лишь тогда, когда он был уже раскручен. Несмотря на то что сайт прекрасно организован и каждая история легко доступна, копаться в прошлогодних шутках мне так же мало приходило в голову, как искать прошлогодний снег. Золотое правило юмориста — “утром в газете, вечером в куплете” — счастливо соблюдается Максимом Кононенко, но оно имеет и оборотную сторону: куплет живет столько, сколько породившая его новость.

Сайт открывается на последней байке. При желании читатель может щелкнуть мышкой и посмотреть предыдущие десять историй, потом еще десять — и так двигаться от конца к началу. Читатель книги движется в нормальном направлении — от начала к концу. Так удобнее проследить путь, проделанный самим автором в “поисках жанра”.

С чем вообще связан успех сайта? С тщательно рассчитанной тактикой его создателя? Но Максим Кононенко, программист по образованию, создал великое множество интернет-проектов, однако ни один из них не мог даже приблизиться по популярности к историям про Владимира Владимировича≥. Профессиональное содружество интернет-деятелей “ЕЖЕ” провозглашало Кононенко (более известного в Интернете как mr. Parker) программистом года, человеком года и даже писателем года. К слову сказать, Кононенко действительно пробовал себя в прозе и даже был победителем сетевого конкурса “Тенёта” с энергично написанной повестью “Танго”, несколько смахивающей на антиутопии Кабакова: в Москве хозяйничают военные, расстреливая всех подряд, герои угоняют грузовик и прорываются через оцепление вон из города, борются за свою жизнь, сами становятся убийцами, и все постепенно погибают: одни от пуль друзей, другие — от пуль солдат. Ничего специфически сетевого в повести нет: ее легко представить опубликованной на страницах любого толстого журнала, вот только лавров она бы там не снискала.

Спустя год после старта <vladimir.vladimirovich.ru> mr. Parker решил продублировать успех и сделал сайт “Алла Бо╝исовна”. Самому ему казалось, что проект в том же формате, но на другом материале будет еще удачнее: у “Аллы Борисовны накопленный медийный ресурс гораздо больше, чем у Владимира Владимировича. Владимир Владимирович уйдет, а Пугачева останется” (интервью “Новой газете” от 28 февраля 2005 года). Однако особого успеха проект “Алла Бо╝исовна” не имел, и в более поздних интервью автор признает, что проект с Пугачевой не получается, и даже находит причину: “Она ярче того, что про нее пишут” — и тут же высказывает соображения, что популярность “Владимира Владимировича≥” связана, в частности, с тем, что реальный Путин лишен ярких черт, на месте его — вакуум, пустота, “которую удобно заполнять” (“Русский Журнал”, 2004, 1 октября).

Mr. Parker далеко не сразу сообразил, чем заполнять эту пустоту. Во многих своих интервью он охотно рассказывает об обстоятельствах рождения сайта, всегда простодушно повторяя одну и ту же историю про рекламный билборд, на котором увидел какой-то адрес типа “petrovich.ru” и вдруг понял, что можно сделать <vladimir.vladimirovich.ru>. Домен был немедленно зарегистрирован. “Теперь надо было придумать, что там делать” (цитирую по интервью с Алексом Экслером от 28 мая 2004 года <http://spb.inout.ru/?action=pv&id=315383>. Очень интересное признание. Литературный замысел движется в ином направлении. Писатель идет от истории, от героев, от сюжета. Приходилось читать, как задуманный рассказ перерос в повесть или роман, но никогда не приходилось слышать, чтобы, получив толстую тетрадь, писатель стал думать, чем бы ее заполнить. “...истории появились случайно, — рассказывает Кононенко. — Однажды в субботу я проснулся, схватил ноутбук и написал: └Однажды Владимир Владимирович Набоков и Владимир Георгиевич Сорокин кушали христианских младенцев”. Я не хотел ничего писать про Путина — мне казалось, что это будет про разных Владимиров”.

История про то, как два писателя “кушали” христианских младенцев, а потом решили перейти на еврейских, ибо христианский жестковат попался, открывающая теперь книгу, имеет, конечно, литературную подоснову, но подпитывается фольклором. Отдает Хармсом, черным юмором специфических анекдотов про людоедов, вурдалаков и покойников и активно вторгается в область массовых фобий и антисемитских мифов. Но к путинскому мифу отношения пока не имеет. Да и следующие истории, где уже появляется обращение брателло, фирменный знак принадлежности к миру “Владимира Владимировича≥”, вряд ли было бы интересно перечитывать, если б сам феноменальный успех сайта не побуждал размышлять над тем, как складывался канонический тип повествования, как возникал жанр. А складывался он из пестрого медийного и литературного сора.

Истории Кононенко могут быть основаны на пародировании телевизионной рекламы: “Однажды Владимир Владимирович≥ Путин принял в дар от короля Иордании... пару чистокровных арабских скакунов. Сел Владимир Владимирович≥ на коня — и поскакал”, — тут буквально повторена фраза из рекламного ролика МТС.

В них попадаются не слишком высокого качества гэги — в одной из сценок Владимир Владимирович≥ никак не может произнести отчество Ирины Хакамады и в конце называет ее Хакамадовна.

В них обыгрываются фразы из популярных фильмов, зависшие на слуху зрителя. “Вот уроды”, — произносит Владимир Владимирович≥ во время урока английского языка фразу из фильма “Брат-2”, вообразив, что так и надо говорить после “сенкью вери мач”.

В них действуют персонажи литературной и интернет-тусовки, и когда “идущие вместе” кидают в бутафорский гигантский унитаз роман Владимира Сорокина “Голубое сало”, заподозренный в порнографии, Кононенко сочиняет телефонный разговор писателя с Владимиром Владимировичем≥, пародируя лексику романа. “Нинь хао, тяжелый мальчик мой”, — приветствует по телефону Владимир Георгиевич Сорокин Владимира Владимировича≥. “Рипс, байчи, — отвечает Владимир Владимирович≥. — Это так буфэцзэ сяньсян — звонить мне сюда, в Кремль”.

Все эти юмористические приемы широко распространены и многократно использованы в современной массовой культуре. Нельзя сказать, чтобы Кононенко довел их до совершенства. Вообще само чувство формы у него не столь уж развито. Остроумных находок немного, и даже когда автору удается найти удачный сюжет, он редко приобретает нужную огранку. Ну вот, скажем, звонит глава администрации Владимиру Владимировичу≥ и сообщает, что Комитет Госдумы отклонил законопроект фракции “Родина”, ужесточающий контроль за СМИ.

“— Слышь, брателло, не пропустили поправочку-то.

— Какую? — не понял Владимир Владимирович≥.

— Ну, про то, что про заложников по телику нельзя показывать...

— То есть будут показывать? — уточнил Владимир Владимирович≥.

— Будут, — заверил глава администрации.

— А когда? — спросил Владимир Владимирович≥”.

Все. Ударная фраза произнесена. Читатель (или слушатель) смеется именно здесь. Но Кононенко не останавливается, он продолжает сцену, снимая комизм ситуации скучным описанием того, как дальше ведут себя участники диалога. Иными словами, разжевывая анекдот. В процитированной сценке есть что разжевывать. Иногда не бывает и этого.

Но вот парадокс: литературное качество историй отнюдь не повышается по мере накопления, но сам напор их создает какой-то зазеркальный, кукольный мир, который привораживает наблюдателя. В свое время так было с телевизионным проектом “Куклы” на НТВ: поначалу зрители (да и телевизионные критики) отнеслись к нему с прохладцей, потом — поругивали большинство сюжетов, однако все исправно смотрели программу и где только о ней не говорили: от кремлевских коридоров до хлипких бытовок на стройке, обсуждая кукольных политиков, как будто они и есть настоящие. Ельцин, как рассказывали, взирал на свое кукольное подобие с юмором (правда, ирония над ним носила довольно добродушный характер).

У Путина, по слухам, чувства юмора не хватило (правда, и программа была к нему куда более саркастична). Кстати, программа “Куклы” — несомненно, один из источников, оказавших влияние на сайт vladimir.vladimirovich.ru. Есть даже несколько историй, выполненных полностью в стилистике “Кукол”. Например, голодовка Рогозина в знак протеста против монетизации льгот, рекламно-фарсовый метод политической борьбы, наложена на эпизод романа Ильфа и Петрова “Золотой теленок”, где Васисуалий Лоханкин объявляет голодовку своей жене (истории от 23 января и 1 февраля 2005 года). Любовь Слиска (пришедшая посетить голодающего парламентария) предстает в роли супруги, заботящейся о брошенном муже, и принимается запихивать бутерброд с икрой в рот голодающему, меж тем как он яростно отплевывается.

Как помнят читатели Ильфа и Петрова, Васисуалий Лоханкин условия голодовки не соблюдал и по ночам таскал мясо из кастрюли с борщом. Так же ведет себя и Рогозин в скетче Кононенко, в чем его нечаянно уличает Владимир Владимирович≥, вздумавший во время бессонницы понаблюдать за голодающим на экране своего “президентского монитора”.

Готовый сценарий для безвременно скончавшейся программы.

Сравнивая “Кукол” и “Владимира Владимировича≥”, я веду речь не о заимствованиях и подражаниях.

Кремль остается для народа таинственным, закрытым, недоступным, мрачным. “Куклы” снимали ореол сакральности с власти, ставя ее представителей в комические ситуации и тем самым делая доступнее, понятнее, ближе. Закрытие программы было самым глупым ходом, который только могла сделать власть.

Mr. Parker тоже строит доступный и понятный кремлевский мир. Он населил его фигурками, лишенными всякой сакральности, обращающимися вокруг Владимира Владимировича≥, но зато сделал сакральным набор вещей, используемых президентом: ведь массовое сознание во все времена требует, чтобы власть была связана с чудом и тайной.

Чудеса, как известно, творятся с помощью волшебных предметов. В коллекции Владимира Владимировича≥ хранится забавный набор: деревянная нога Шамиля Басаева, посох Аслана Масхадова, золотая игла со смертью Шамиля Басаева, рука Руслана Гелаева, пистолет, из которого убили Игоря Талькова, ящик с землей, подаренной Ленину махатмами гималайскими, набор блесен, каждая из которых имеет свою историю. Ну, например, в декабре 2003 года не вышел на связь межпланетный аппарат “Beagle-2”. Пропал? А вот у Владимира Владимировича≥ из него сделана блесна. И из пропавших украинских ракет тоже блесен понаделали.

Видимо, попав в президентскую кладовку (которую Владимир Владимирович≥ очень любит посещать в минуты тоски), предметы обретают не только сакральные свойства, но и качество нетленности. Глаз Аслана Масхадова хранится в платиновом ящике (никаких таких замечаний про холодильники или растворы формалина в текстах не встречается). Уже после выхода книги коллекция Владимира Владимировича≥ пополнилась “рукой Кремля”.

Свой набор подобных предметов хранится у каждого действующего президента, и коллекционеры ими обмениваются, такое президентское хобби.

Что касается тайны президента, то она заключается в том, что он мысленно общается... не с Богом, нет. В голове у него сидит марсианин, время от времени подавая советы. Такой марсианин, впрочем, сидит в каждой президентской голове, а если марсианина нет — то и президент ненастоящий.

Почему пользователи Интернета подсаживаются на этот сайт и, посетив его два-три раза, многие приобретают привычку заходить туда регулярно? Ведь удачных историй про Владимира Владимировича≥ не так уж много. Но неудачи охотно прощаются автору ради немногих удач, благодаря которым и создан тот распахнутый мирок, что выступает конкурентом закрытому Кремлю.

Действия президента Путина часто необъяснимы, механизм принятия решений неочевиден. Смысл действий Владимира Владимировича≥ прозрачен. Возникает соблазн проверить официальную версию паркеровской.

Почему Путин вдруг летит в Тамбов проводить какое-то совещание? Да просто мелодия к нему привязалась: “мальчик хочет в Тамбов” (3 апреля 2003 года).

С чего бы это президент Берлускони к приезду Путина решил посадить четыреста кактусов? А дело было так: работал наш президент с бумагами. То есть складывал из них фигурки, руководствуясь японским искусством оригами. Вот как раз когда он мастерил кактус, позвонил глава администрации и спросил, какие цветы он любит. Владимир Владимирович≥ брякнул с досады: кактусы. А оказалось, что любимыми цветами президента интересовался Сильвио Берлускони. Удивился, конечно, вкусу дорогого гостя — но о вкусах не спорят же.

Почему военные маневры под девизом борьбы с терроризмом и сепаратизмом проводятся на Дальнем Востоке? Кто там отделяться собрался? А на самом деле, посмеивается Кононенко, это просто прикрытие грандиозной кремлевской рыбалки, вертолеты сгоняют рыбу в нужное место, а танками ее глушат.

С чего бы это Шамиль Басаев, опровергая в Интернете слухи о своей гибели, дважды на видеозаписи втыкает нож в протез? А это Владимир Владимирович≥, осматривая свою коллекцию сакральных предметов, побаловался: дважды уколол иглой со смертью Басаева его деревянную ногу. (Сломать же иглу Владимир Владимирович≥ остерегается, ибо это можно сделать только один раз, а нужно ли это сейчас, он никак не решит.)

Объяснять всем известный газетный факт (иногда вызывающий недоумение) вымышленными причинами, которые кажутся куда более понятными, чем подлинные, — удачная находка.

Газетная новость не живет долго, хотя какое-то время она не сходит с экранов, с газетных страниц, с новостных сайтов. Человек, зашедший на vladimir.vladimirovich.ru после того, как он побродил в Сети, прекрасно соображает, на каком именно событии строит Кононенко свою версию.

Через полгода он уже не помнит ни про кактусы Берлускони, ни про тамбовское совещание, ни про дальневосточные маневры. Такие вещи, как “Норд-Ост”, Беслан, арест Ходорковского, “оранжевая революция” на Украине, конечно, не забудутся, но основная масса паркеровских историй замешена как раз на событиях не исторических. Естественно решение снабдить книгу комментариями, позволяющими соотнести байку про Владимира Владимировича≥ с реальными новостями, ставшими для нее поводом. Но только ли для этой цели придуман справочный аппарат?

Издание книги сопровождалось шумной презентацией, отголоски которой долго прокатывались по электронным и бумажным СМИ. Авторы сообщений и рецензий, рассказав о заслугах перед Рунетом Максима Кононенко, особо напирали на отличие книги от соответствующего интернет-сайта обилием комментариев и обилием предисловий. В этом жанре отметились скандально популярные Марат Гельман, Глеб Павловский и Станислав Белковский, каждому из которых время от времени приписывается роль кремлевского политтехнолога, а также таинственный профессор Д. П. Васильев (таинственный — потому что ни его специальность, ни место работы, как это принято — ну, скажем, “профессор МГУ”, — не указывается, а о научных заслугах Д. П. Васильева решительно ничего не известно не только мне, но и всем поисковым системам). Многие цитировали аннотацию, где подчеркивалась роль профессора Д. П. Васильева и его исследовательской группы, сочинивших к тексту 700 комментариев, а также предисловие самого профессора, где число комментариев возрастало до 1200, а жанр “Владимира Владимировича≥” определялся как эпос: “У отдельных народов из эпических стихотворений, образующих циклы преданий, развились эпопеи или героические поэмы. Таковы └Махабхарата” и └Рамаяна” у индусов, └Илиада” и └Одиссея” у греков, └Эдда” у скандинавов, └Нибелунги” у немцев, └Калевала” у финнов, песни о Марко Кралевиче у сербов. Таков теперь и родившийся из отдельных историй о повседневной работе второго президента России эпос └Владимир Владимирович≥” у русских”. Самое смешное, что многие восприняли это прикольное литературоведческое открытие совершенно всерьез и слово “эпос” без всяких кавычек запорхало по заметкам, рассказывающим о проекте Кононенко.

Но если тридцатичетырехлетнего программиста и сетевого журналиста ставят на один уровень с Гомером, должен же его “эпос” обрасти исследованиями и комментариями? Профессор Васильев (кто б он ни был) понимает это и отважно морочит головы читателям, уверяя, что “эпос” “Владимир Владимирович≥” является предметом пристального изучения и споров многочисленных ученых, которые до сих пор не пришли к единому мнению о его природе. Но почему-то не приводит ни одного имени, ни одной цитаты, ни единой ссылки на статьи участников научных дебатов. “Исследователи отмечают”, — этот оборот то и дело появляется и в тексте комментариев. “Имена, даты, сноски” — так и хочется сказать, перефразируя популярную фразу главного героя “эпоса”.

Есть у комментариев еще и такая функция. К одной из ранних баек 2002 года следует примечание: “В этой истории впервые начинается формирование образа Владимира Владимировича≥ как человека, попавшего в высшую власть случайно, по воле судьбы. Он пытается встроиться в систему и порой допускает забавные оплошности, которые вызывают у автора эпоса добрую улыбку”.

Это не дело комментатора — сообщать об эмоциональной окраске улыбки у автора. Это дело читателя — улыбнуться ему добро или рассмеяться зло. У комментариев, кроме основных, обнаруживаются и побочные задачи: эмоционально настроить читателя, внедрить в его сознание миф о “Владимире Владимировиче≥” не просто как о тексте популярном, но — сверхзначимом, уникальном, научно отрефлектированном, откомментированном, исследованном.

Но одновременно сделать это так, чтобы смысл комментариев был достаточно амбивалентным. Пусть одни воспринимают сказанное всерьез, а другие — как забавный прикол, шутку, стёб, шутовство под профессорской маской. В случае чего можно и отшутиться: да кто ж не понимает, что время эпосов ушло: для него нужны боги и герои, а не политики. Это, мол, всего лишь пародия, которая следует рука об руку с оригиналом с самой древности: героическая “Илиада” порождает комическую “Батрахомиомахию” — войну мышей и лягушек.

Но “Владимир Владимирович≥” все же не пародия. И не летопись, как то полагает Александр Гаврилов (“Книжное обозрение”, 2005, № 27-28), отказавшийся записывать Кононенко в Гомеры, но немедленно произведший его в Пимены. Летописец бесстрастен. Кононенко ангажирован. Он не свидетель, он мифолог. Эпос складывается у народа, современный миф создается напором медиа. А вот энергетика проекта “Владимир Владимирович≥” стоит сотни газетных статей: потому он так высоко ценится у современных мифотворцев, носящих звание “политтехнолог”.

Поначалу многие воспринимали проект как сатирический. Автор против этого возражал: “Я лоялен к власти. Мне моя власть нравится. Этот проект — развлекательный” (из интервью с Алексом Экслером). “Владимир Владимирович≥” действительно не является сатирой по отношению к президенту и его ближайшему окружению — главе кремлевской администрации и его замам. Министры же, губернаторы, парламентарии часто высмеиваются довольно едко. Чего стоит одна только мифология андроидов, изготовленных по заказу кремлевской администрации. У президента на приеме бывают Борис Грызлов, устаревший андроид, то и дело ломается, приходится чинить-паять, Александр Вешняков, новая модель, на атомных батарейках, и Сергей Миронов — вполне исправный андроид. Потом выясняется, что все члены “Единой России” в Государственной Думе — простейшие андроиды. (Уже после выхода книги Кононенко с гордостью рассказывал, что парламентарии не только следят за сайтом, но вполне усвоили его терминологию и обращаются друг к другу: “Ну что, андроид, как будем голосовать?”) Слуги президента (за исключением администрации), все эти парламентарии, губернаторы, Совет Федерации, министры, могут быть объектом сатиры (от этого мнимая политическая острота баек). Но над Владимиром Владимировичем≥ автор только подшучивает, ставя его в смешные и неловкие ситуации, в которых, впрочем, он выглядит скорее трогательно, чем глупо. Он просто человек, попавший во власть вопреки своей воле (паркеровский Путин все время мечтает уйти с поста, да люди не отпускают). Он томится в золотой клетке, страдает от одиночества, оттого, что с ним никто не разговаривает откровенно, кроме марсианина, поселившегося в его голове, рассматривает свою коллекцию сакральных предметов и мечтает о рыбалке. Не его вина, что, кроме собственной администрации, никто в этой стране делом заниматься не хочет, а спину перед ним гнут холопски. Не он выборы губернаторов отменил: пошутил с ними, а те верноподданнически стали восхвалять его предложение — пришлось с ними согласиться. Он и в деле Ходорковского ни при чем: сочувствует ему, Мишенькой называет, в тюрьму к нему ездит, передачки носит, в морской бой играет. И в монетизации льгот неповинен — андроиды напринимали законов. Иногда Путин становится фигурой даже драматической.

Вообще-то драматизм противопоказан жанру иронических скетчей. Но есть события, которые мало годятся для шуток. Прежде всего теракты с большим количеством жертв. Беслан — как раз такое событие. Ему Кононенко посвящает пять историй, и в каждой из них Путин выглядит куда симпатичнее своего окружения. В истории от 3 сентября в кабинете Владимира Владимировича≥ собирается Совет безопасности, все горячо спорят о том, что надо делать. Директор ФСБ Патрушев предлагает ограничить информацию, его поддерживает министр обороны Иванов, и только один Владимир Владимирович, в отличие от раздраженных и кричащих собеседников, тих и печален. “Давайте подумаем лучше, как детей спасти”, — пытается унять он собравшихся. “Каких детей?” — недоуменно спрашивает директор ФСБ, да и остальные члены Совета безопасности смотрят на президента с удивлением. А в следующей истории Владимир Владимирович≥ не может уснуть ночью, ворочается на своей президентской постели, закрывает глаза и видит “пол, усыпанный дымящимися телами мертвых детей”, по его щекам стекают “скупые офицерские слезы”, и глубокой ночью он отдает распоряжение главе своей администрации: “Закладывай. В Беслан полетим”. (Так вот отчего Путин прилетел в Беслан в пять часов утра 4 сентября.)

Комментатор очень настаивает на том, что следующая история — от 4 сентября 2004 года — “общепризнанно считается самой удачной во всем эпосе”. Не будем задавать вопрос: “Кем?” Достаточно того, что автор хочет обратить на нее особое внимание. Что ж, такое выступление Путина перед нацией действительно было бы куда уместнее, чем его реальная речь, полная общих мест. И нельзя не видеть, насколько лестно для Путина приписываемое ему выступление, в котором он оказывается единственным совестливым политиком посреди растленного окружения, бессильным справиться с доставшимся ему наследством. “И я, так же как вы, знаю про то, что милиция берет взятки, что высшие чиновники думают только о том, как урвать себе побольше денег, что армия используется как бесплатные строительные рабочие, что олигархи растаскивают нефть и не платят налоги, что федералы в Чечне грабят людей, что все прогнило и сыплется. Это не какие-то мои люди. Это ведь вы и есть”.

В одной из историй Владимир Владимирович≥ печально думает, что ему досталась в управление страна с плохим климатом. Вот и народ, оказывается, неважный достался. Тяжела президентская доля.

Когда в ноябре 2003 года Кононенко объявил, что права на сайт проданы и покупатель, имя которого не объявляется, оставил за собой право контролировать содержание, обязав продолжать работу как минимум до 1 ноября 2004 года, — интернет-сообщество и некоторые бумажные СМИ принялись гадать о покупателе. “Кто купил Владимира Владимировича≥” называлась в “Новой газете” беседа с Кононенко, в которой, впрочем, никаких признаний из него вытянуть не удалось. Подойдем, однако, к делу с другого конца и зададим вопрос: изменилось ли что-либо в проекте после его покупки? На сайте эти изменения были неявны: никто не читает все истории подряд. В книге заметно, что образ Владимира Владимировича≥ особо не трансформируется: он и без того обаятелен, а сделать его совсем уж розовым нельзя, читатель уйдет. Зато чрезвычайно любопытно, что место уволенного главы администрации Волошина на сайте vladimir.vladimirovich.ru занимает не новый глава — Медведев, а его заместитель Владислав Юрьевич Сурков. Он становится главным, после Владимира Владимировича≥, героем всех историй, а иногда просто затмевает президента. Образ его демонизирован, но смягчен той добродушно-почтительной иронией, с какой, к примеру, Булгаков описывает проделки некоторых своих инфернальных персонажей. Владислав Юрьевич не просто дает советы президенту. Он может все. Он придумал изготовить психотронную пушку, о которой даже президент не осведомлен, — секретное оружие, позволяющее внушить людям все, что угодно. Он знает, отчего обезображено лицо Ющенко, и объясняет неосведомленному президенту: это, мол, 9-я спецлаборатория ФСБ заклятье наложила. (Владимиру Владимировичу≥, как и всем прочим, о существовании лаборатории, где занимаются магией, ничего не известно, хотя кое-какие сведения о ней, видимо, просачивались, вон Стругацкие ее описали.) Владислав Юрьевич может даже сделать так, чтобы на выборах в США победил Буш, а не Керри (Владимир Владимирович≥ думает об этом с восхищением).

Ну а уж политическую партию создать — для него раз плюнуть. Заказать партию андроидов — и дело сделано (хорошая игра омонимами). Правда, когда спешно собирали “Единую Россию”, накладка произошла: андроидов сделали из неоцинкованного железа, они ломаются, и Владиславу Юрьевичу приходится вправлять им мозги. “Вы чё тут на кнопки жмете, а? Вы кто? Думаете, что вы депутаты? Вы же роботы, простые казенные роботы с неоцинкованными скелетами... вы все повязаны одной программой”, — ворчит Владислав Юрьевич, с паяльником в руках копаясь в головах полуразобранных андроидов. У этой истории есть реальная подоснова: жалоба одного из депутатов на разнос, который устроил им в Кремле “высокопоставленный работник Администрации”. Можно написать скетч, в котором грубый чиновник будет посягать на права свободолюбивых депутатов, честно выигравших парламентские выборы. Кононенко пишет историю, в которой Владислав Юрьевич Сурков перепаивает мозги андроидам. Да так им и надо, железякам неоцинкованным, невольно злорадствует читатель.

В этом контексте даже рассказ про то, как Владислав Юрьевич организовал покупку “Юганскнефтегаза”, подобрав в тверской рюмочной “Лондон” двух местных экстрасенсов (а то в аукционный зал психотронная пушка не добивает), выглядит не обличением нравов кремлевской администрации, а плутовской историей, в которой весело торжествуют дерзость, находчивость и удача.

Ну а Игорь Иванович Сечин, другой зам. главы администрации, кому в конечном счете и досталась “Байкалфинансгруп”, смотрится этаким маркизом Карабасом, которому находчивый Кот в сапогах обеспечивает безбедную жизнь: чужой замок, богатство и женитьбу на царской дочке.

Еще в октябре 2003 года, когда вышла книга “Владимир Владимирович≥” в переводе на венгерский, на сайте www.nonews.ru была высказана версия, что “истории про Владимира Владимировича появляются не просто так, а делаются по заказу одного из близких к кремлевской администрации политтехнологов. Цель создания проекта проста: создать положительный и человечный образ главы государства и его ближайшего окружения... Анекдоты живут в народной памяти долго, а образ их героев всегда имеет положительную окраску...”

Что ж: даже если подобное предположение не очевидно, можно только поздравить кремлевских политтехнологов хотя бы с тем, что пресса приписывает им столь высокий интеллектуальный потенциал и столь изощренные методы пропаганды. Недалекие политики закрывают “Кукол”. Умные же политтехнологи ищут возможности приручить популярный интернет-проект. Психотронная пушка, как утверждает Владислав Юрьевич Сурков, стоит миллиард долларов. Чтобы такие деньги собрать, Ходорковского мало, приходится Абрамовича доить, а он для другого нужен. Раскрученный сайт обойдется куда дешевле. А эффект не хуже, чем от психотронной пушки.

1 Кононенко Максим (Mr. Parker). Владимир ВладимировичТМ http://vladimir/vladimirovich/ru М., 2005. 674, XXVIII стр.

Версия для печати