Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2004, 4

Горизонта текучая линия

стихи

Миллер Лариса Емельяновна родилась и живет в Москве. Поэт, прозаик, критик и эссеист. Постоянный автор нашего журнала.

*    *

 *

Все “зачем” да “почему”…
Недоступная уму
Жизнь идет себе, идет
И ответа не дает,
Не дает себе труда
Объяснить, зачем, куда
Ей приспичило идти,
Нас теряя по пути.

 

*    *

 *

Небо синее, синее, синее,
Горизонта текучая линия
Никогда и нигде не кончается,
В речке облако тихо качается.

Жить легко. От лукавого сложности,
И неслыханны наши возможности,
Наверху небеса безграничные,
Под ногами поля земляничные.

 

*    *

 *

Боже, как освободиться?
Надо было не родиться —
Тучкой в небе проползти,
Светлым дождиком пролиться,
Незабудкой расцвести.
Чтобы сердце так не ныло,
Не болело, надо было
Виться розовым вьюнком,
Что с фасада или с тыла
Украшает чей-то дом.

 

*    *

 *

Жизнь проста, как буки-веди.
С этим садом мы соседи:
Вот жасмин, а вот пион,
Вот собака. Имя — Федя.
Очень громко лает он.

Жизнь проста, как веди-буки,
И сама плывет мне в руки
То лучами, то дождем,
Неизбежностью разлуки
С тем, кого любить рожден.

 

*    *

 *

И нет завершенья. Еще не конец.
И тайное что-то задумал Творец,
Еще продолжается мысли паренье,
Еще Он намерен продолжить творенье:
Нездешнее что-то в волненье слепить
И горькой любовью потом полюбить.

 

*    *

 *

Ничего не понимаю.
Пенью птичьему внимаю
И гляжу на синеву.
Жизнь прошла, а я не знаю
До сих пор, зачем живу.

До сих пор одни вопросы…
На траве сверкают росы…
Все при деле. Все в трудах:
Тополя бегут с откоса,
И жасмин цветет в садах.

Все путем, и все в порядке.
Наступает самый краткий,
Самый сладкий летний миг.
Под ногами — только шаткий,
Только зыбкий солнца блик —

Вот и вся моя основа.
Не предвидится иного.
Остальное — только миф…
Боже мой, скажи хоть слово,
Хоть словечко — чем ты жив?

*    *

 *

Берег, дерево, свет и вода…
Ты откуда? Зачем? И куда?
Небо, облако, дерево, берег…
Век живи — не откроешь Америк,
Будешь жить, как жилось до тебя:
Уповая, тоскуя, любя,
Прямо со свету в темень ныряя
И теряя, теряя, теряя.

 

*    *

 *

Хорошо, где нас нет, где нас нет и не будет,
Где не вьется наш след, и заря нас не будит,
Где не наши горят и сгорают закаты,
И не нам говорят что-то тайное даты,
Где не наши дожди льют в июне, в июле,
Где не нам “Подожди” на прощанье шепнули.

 

*    *

 *

Свет негаснущий льется и льется…
Мир без нас так легко обойдется…
Ну и ладно. Какая печаль?
Слава Богу, сегодня поется,
И видна негасимая даль.
“После нас хоть потоп”, — говорится.
День придет, и дожди будут литься,
И распустятся вновь лепестки,
Будут петь оголтелые птицы
В день, когда задохнусь от тоски.

Версия для печати