Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2004, 11

Со спокойствием в сердце

стихи

Сергей Георгиевич Стратановский родился в 1944 году в Ленинграде. Один из ярких представителей ленинградского литературного андеграунда. Автор трех поэтических книг. Лауреат премии имени Бориса Пастернака (2004). Живет в Санкт-Петербурге.
Поздравляем замечательного поэта с шестидесятилетием.


         *   *
           *

Жизнь — ты куст иван-чая
	у больничной кирпичной стены
На прогулке встречая,
	мы тебе улыбнемся невзросло
И заплачем невзросло,
	если вдруг обломают безмозгло
Или срежут бесцельно
2003.

        Диптих

		1
Обо мне помолитесь,
	а я не могу, не умею
Я от горя немею
	и Богу одно лишь скажу
Вслух скажу, что не верю,
	а только надеюсь, люблю...

		2
Говорил, что не верю,
	но все-таки верю немного
Но не в грубого Бога, 
	хозяина неба и слез
Верю в Свет невещественный,
	вдруг озаряющий мозг
Свет, во тьме копошащийся
Весна 2003.

Психотерапевтическое воздействие телевизионно рекламы

Слушай, боль и больница
	не должны заслонять горизонт
Пусть счастливые лица
	и нам улыбнутся с экрана
Пусть начнется реклама,
	завертится жизнь-карусель,
Предлагая товары
	добротные, нужные всем
Пусть обрадуют взор
	чудо-печи и лучшая пицца

Рекламируют специи,
	рекламируют мебель из Греции
То на фоне Олимпа,
	то на фоне Афин рекламируют...

Что ж... Будут деньги — мы купим
2003.

         *   *
           *

Здравствуй, рай, — я сказал —
	здравствуй, рай
Долго шел я к тебе
	и вот наконец обрел
Мимо пропасти шел,
	мимо пасти, разверстой на местности
Рай мой, рай обретенный,
	но знаю, что ад отстраненный
В силах прыгнуть по-рысьи
2004.

         *   *
           *

Что в России? Поворот на Запад?
Выветрится ли наконец
Лестничный трущобный запах,
Запах психбольниц
	и этих лиц понурость
Хмурость ущербная
	исчезнет наконец?
2003.

         *   *
           *

На реке непрозрачной
	катер невзрачный какой-то
Пятна слизи какой-то,
	презервативы, плывущие
Под мостами к заливу,
	мимо складов, больниц, гаражей
И Орфея-бомжа,
	что в проходе к метро пел пронзительно,
Голова полусгнившая
2003.


         *   *
           *

Замогильный мобильник
	звенит в пиджаке у покойника
В склепе великолепном,
	тортоподобном, огромном
«Как там в склепе, Колян?
Как там в смерти? Не тесно?
Или сносно? И, может быть, лучше и нам
В мир иной перебраться?»
2004.


         *   *
           *


Упырь из ГПУ,
                    неужто же любовью
Прекрасной женщины спасается и он
И словно дикий сон
кровь дел своих забудет?

Забудет? Может быть... Но сможет ли любить?
2003.


Итальянские залы в Эрмитаже

Русский ковчег — сны умбрийские,
	окна на горы лазурные
Ну а в окнах напротив:
	невская тьма, льды стигийские,
Снег смурной,
	и на том берегу, за пургой
Всей России тюрьма. Крепкозубье
Казематов холодных
2003 – 2004.


О карликах

		1
Карла петровский, уродец,
	но роста обычного сын
У него, недомерка

В гвардию сызмальства сын
Был зачислен по милости царской
За потешность родителя
	и теперь презирает отца,
Его службу колпачную,
	его обреченность до гроба
Быть курьезом природы

Скоро шуту умирать —
	царь не придет хоронить
Да и сын постесняется
2004.

		2
Карла Черномор — смешон
Ну, чего добьется он,
Мстя Людмиле и Руслану?
Лишь разбередит,
	мечтая о любви,
Сердца дремлющую рану
2003.


       О лесе

		1
Ежевичная глушь,
	и в крапивной тени — ключ живительный
А у выхода в поле
	видна бузина многогроздая
Купина светоносная — чащи заглохшей душа
2003 – 2004.

		2
Эта мебель столетняя —
	существованье посмертное
Шума листьев безбрежного,
	шума берез заонежских,
Душ их умерших,
	но воскресших в таинственных скрипах
Мебели старой, устало
2004.


         *   *
           *

Шарикова потомки,
	Швондера внуки настырные
С внуками Преображенского
	вдруг сдружившись,
	почуяли бунта блаженство
Стали рок-музыкантами,
	живописцами стали скандальными
И поэтами бурными,
	катакомбными, неконъюнктурными
Стали артистами,
	хмурым властям ненавистными,
Искупая в искусстве
	дедов былую ущербность
2003.


    Стихи о советской Индии

Арьяварта великая,
	у львиной короны английской
С гиком-свистом отбитая
	натиском конным, буденным
И бежали британцы,
	сам вице-король улепетывал
С другом Киплингом вместе

И закрылись ашрамы,
	и рушиться начали храмы
Скрылись в Ганге навеки
	ее божества многорукие
И настала тоска,
	но зато говорят, что в Москве
Завелись индуисты,
	и кто-то размножил подпольно
Гиту — книгу великую
2004.

    Туринская плащаница

Говорят, что подделка,
	но тогда до какого паденья
В морок черный
	дошел тот алхимик ученый
И художник искусный,
	оскорбивший деянием гнусным
Муку крестную Господа
2004.

     Старец Симеон колеблется

Он? А может быть, и не Он вовсе
Знаменья были — я знаю
И звезда весьма яркая
	трем волхвам освещала дорогу
Так что Он, вероятно,
	и теперь я могу мир покинуть
Со спокойствием в сердце

Были дни Хасмонеев,
	были волненья народные
Слишком много я видел —
	устали глаза от гляденья
Слишком много я слышал —
	насытился слух шумом суетным
И устал я от жизни,
	и готов умереть, но не знаю,
Он ли слава Израиля, народа Спаситель, Мессия
Или ждать нам другого?
2004.

Версия для печати