Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2002, 3

Цветные мелки

стихи

Миллер Лариса Емельяновна родилась в Москве. Поэт, прозаик, эссеист. Автор нескольких лирических сборников. Живет в Переделкине.


       *   *
         *
	
Шаг влево, шаг вправо — и будет пиф-паф.
Не прав ты, начальник, ей-Богу, не прав:
Так целишься долго, мурыжишь давно,
Что нам уже стало почти все равно.
«Убью!» — говоришь. Отвечаем: «Убей!» —
Без страха гуляя по зоне твоей.
Опять невредимы, опять пронесло,
Опять не вошли в убиенных число.
А может, затем лишь грозишься убить,
Чтоб мы научились все это любить:
Весеннюю лужу, где рай воробью,
И небо, и зону с привычным: «Убью!»
Февраль 2000.

       *   *
         *
	
Неуютное местечко.
Здесь почти не греет печка,
Вымирают печники.
Ветер с поля и с реки
Студит нам жилье земное,
А тепло здесь наживное:
Вот проснулись стылым днем,
Надышали и живем.
Декабрь 2001.

       *   *
         *
	
Господь посылает сырую погоду,
Чтоб вывести всех нас на чистую воду,
На чистую воду, что льется с небес…
Ютится ли ангел, ютится ли бес
В душе нашей призрачной? Что в ней ютится —
В душе, что в конце улетает, как птица?
В конце бытия улетает туда,
Откуда течет дождевая вода?
Август 2000.

       *   *
         *
	
Все бессмысленно и плохо
С точки зрения травы,
Жизнь ее достойна вздоха
И печального «увы»,
Жгут ее, и рвут, и топчут,
И покоя не дают,
Поострей косу наточат —
И давай крушить уют,
Насекомую обитель,
Столь любимую жучком…
Не губи траву, воитель,
Лучше ляг в нее ничком.
На тебя здесь зла не держат
И тебе не отомстят…
Пощекочут и понежат,
На ушко прошелестят.
Август 2000.

       *   *
         *
	
Где же все это — язвы, проказа?
Кто-то стер аккуратно с доски.
Существует лишь tabula rasa.
Нарисуй на ней, Боже, с тоски,
Нарисуй на ней снова со скуки
Рыбок, птиц, человечьи полки.
Вот тебе в Твои чуткие руки
Кисти, уголь, цветные мелки.
Стерто прошлое — как ни бывало,
Не кровила ранимая плоть,
Никого еще не убивало,
И доски не касался Господь.
Июнь 2001.

       *   *
         *
	
Ну и как он в переводе
На земной и человечий?
Получилось что-то вроде
Бесконечно длинной речи.
Хоть бессмыслица сверкает
Тут и там и сям порою,
Но процесс нас увлекает,
Все мы заняты игрою:
Переводим, переводим
С языка оригинала,
Где-то возле смысла бродим,
Есть сюжет, а толку мало.
И пером не очень нежным
Божий замысел тревожим,
Окончанием падежным
Их скрепляя, строки множим.
Но в хорошую погоду
Свет такой ОТТУДА льется,
Что земному переводу
Ну никак не поддается.
Июнь 2001.


       *   *
         *

Всё от лукавого, ей-ей…
Иначе как могло случиться,
Что дождь прошел, и сад лучится,
И белый день еще белей.

Всё от лукавого. В манок
Дни напролет свистит лукавый,
И листья ластятся, и травы,
Дрожит роса у самых ног.

И этот луч средь бела дня,
И миг стремительного лета
Стрижа — ловушка и тенета,
Силки, тенета, западня.
Июнь 2001.

       *   *
         *

Увы, хлебаю, что дано.
Уже едва прикрыто дно,
Уже на донышке остатки,
Но, говорят, остатки сладки.
Пока июнь идет к концу,
Стекает дождик по лицу,
Водичку пьет из лужи птичка,
Пресна небесная водичка.
Стекает дождик по устам,
Пока шагаю по крестам,
По влажным крестикам сирени
Из света в тень, на свет из тени.
Июнь 2001.

       *   *
         *

Вторник, пятница, среда…
Жить-то надо — вот беда,
Дни недели обилетить,
Проводить, потом приветить,
После снова проводить,
С ними есть и с ними пить,
В их дождях-лучах купаться,
В их подробностях копаться,
Их дарами дорожить…
Ну, короче, надо жить
От восхода до восхода
И в любое время года.
Июнь 2001.

     *   *
       *

Звонят отсюда через ноль,
А также через боль и муку.
Коммуникации науку
Освоить просто. Уж не столь
Она немыслимо сложна:
Нажмете точку болевую —
И речь услышите живую,
Ту самую, что вам нужна.
Июль 2000.

Версия для печати