Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2001, 7

WWW-ОБОЗРЕНИЕ СЕРГЕЯ КОСТЫРКО

WWW-ОБОЗРЕНИЕ СЕРГЕЯ КОСТЫРКО

Путевые заметки путешествующего по литературному Интернету —

о новой прозе Леонида Костюкова и Сергея Соколовского;

о рейтингах именных литературных сайтов;

о Довлатове и Пелевине в Интернете

Когда-то, открывая страницы каталога персональных литературных сайтов, в большинстве своем помеченных неведомыми мне именами, я испытывал, во-первых, некий комплекс неполноценности из-за своей неосведомленности, а во-вторых — радостное предчувствие от встречи со свежими текстами. Увы, и то и другое прошло быстро. В диких и непролазных зарослях нашего литературного Интернета есть только несколько относительно утоптанных дорожек и обитаемых полянок. Сворачивая в сторону, то есть наугад открывая незнакомый литературный сайт, я обычно читаю что-нибудь вроде: “...темные багровые тучи опускались на город. Татьяна стояла у окна, зябко запахнувшись своим любимым исландским халатиком, и чувствовала, как пронизывающим холодом вползает в ее душу леденящее воспоминание о разговоре с Андреем. Мой милый, что тебе я сделала, шептали ее побелевшие губы. Тяжелые студенистые капли забарабанили по стеклу...” Ну и так далее. (Имени автора не называю, хотя текст интригует: о каких каплях идет речь в последнем предложении — “студеных” или “каплях студня”? Если второе, то далее могло оказаться и что-то неожиданное.)

Естественно, что, поплутав, я — а куда денешься! — возвращаюсь на уже знакомые сайты. Например, в “Вавилон”. Там появились два новых (относительно) текста уже упоминавшихся нами авторов. Роман (!) “Великая страна” Леонида Костюкова (http://www.vavilon.ru/texts/kostyukov7-1) и повесть Сергея Соколовского “Фэст фуд” (http://www.vavilon.ru/ textonly /issue7/sokolovskiy).

Это талантливые тексты, заставляющие читать себя от начала до конца. Послевкусие, правда, остается разное.

Стремительное развитие сюжета Костюков начинает с первых же фраз: “В конце девяносто седьмого Давид Гуренко сумел подзаработать. Партнеры по бизнесу посоветовали ему немного расслабиться на Багамских островах. Там он сделал пластическую операцию на бровях и носу, а потом, поддавшись глупой рекламе, и переменил пол — на время, ради острых ощущений. После операции и адаптационного периода Дейла — так ее теперь звали, — выворачивая на хайвей, засмотрелась на собственную аккуратную американскую грудь и вмазалась в рекламный щит. Новоиспеченная вумен прошила головой пятиметровый стакан с кока-колой и, как вы уже догадываетесь, потеряла память”. Так появляется сексапильная американская красотка Мэгги. Память возвращается к ней довольно быстро, но Мэгги не торопится в исходное состояние, ей понравилось быть молодой американкой, а девица, надо сказать, получилась что надо — с американской раскованностью и едким трезвым умом, прожаренным русской действительностью.

Жанр романа плутовской. Действующие лица: американские обыватели, старики и старухи, журналисты, врачи, работники ФБР. Последних больше всего, потому как Мэгги становится консультантом в отделе ФБР, изучающем проблемы русской ментальности. Остроумно написаны, скажем, сцены, в которых зависают цэрэушные суперкомпьютеры, решая психолингвистические задачи, предлагаемые бытовыми диалогами русских. В итоге Мэгги выясняет, что, несмотря на разность менталитетов, не так уж “идиоты американцы” отличаются от нас. Цепочка знакомств и приключений путешествующей по Америке Мэгги завершается чем-то вроде бала у сатаны — сборищем ветеранов американских спецслужб, полуземных-полуинфернальных существ. Царицей и виночерпием на этих камланиях выпало быть Мэгги. Эпилогом романа становится рассказ о возвращении сознания лежащему в больнице бизнесмену Давиду Гуренко, и читателю предлагается еще один вариант финала: приключения Мэгги соратники Давида по бизнесу, не отходившие от него все время после автомобильной аварии (происшедшей, кстати, в России, а не на Багамах), объясняют его бредовыми видениями. Но сам Давид в этом не уверен — последние страницы романа содержат письма, которые Давид/Мэгги пишет из России своим американским друзьям.

Читать, повторяю, интересно: масса приключений, авантюрных микросюжетиков, колоритных персонажей — перемежается вставными новеллами — рассказами собеседников Мэгги (местами роман напоминает “Рукопись, найденную в Сарагоссе”). Но уже к середине повествования возникает странное ощущение усталости — трудно уловить внутреннюю связь все новых и новых эпизодов, и возникает другой, уже “закадровый”, интерес: как все это автор потом развяжет (или свяжет)? Легкость, с которой разгоняется глаз по тексту, уже не помогает, а мешает увидеть, что же выпадает в осадок. Остроумная игра с литературными геопсихологическими штампами, без какой-либо (для меня) логики переходит в гофманианские игры с нечистой силой. В финале автор вроде как удерживает равновесие — ностальгическая нота в финальных письмах Давида/Мэгги американским друзьям вносит некую элегичность и вполне имитирует завершение. Но — так сказать, на эмоциональном уровне. Для романа из шестидесяти глав недостаточно.

Другой текст, повесть “Фэст фуд” Сергея Соколовского, поначалу обещает легкое чтение, что-то вроде фельетона для своих:

“Двенадцатого сентября 1999 года я чуть было не сдох с героинового овера. А ровно через месяц, в октябре, стараниями Кати Ваншенкиной я устроился на работу корректором в газету └Неофициальная Москва”, выходившую в предвыборном штабе Союза Правых Сил. Редактировал ее Слава Курицын. Редакция размещалась в здании Центрального телеграфа на Тверской улице, и, когда я пришел туда, Слава первым делом показал мне глобус, как он выглядит изнутри”. “Прошел уже целый год, но я до сих пор не в силах забыть светлой и праздничной атмосферы энтузиазма, которая царила в то время на телеграфе. С самых первых дней работы я понял, что мне предстоит столкнуться с прекрасным и удивительным миром людей большого искусства и большой политики...”

Газета такая действительно выходила. Так же как абсолютно реальна, что и говорить, фигура Славы Курицына. Сам повествователь, молодой участник суровых и однообразных будней нынешней московской литературной богемы, тоже носит имя вполне реального писателя Сергея Соколовского. И описываемый им круг общения, повторяю, — люди все знакомые, персонажи нашего вчера еще “молодежного”, а ныне приближающиеся к среднему возрасту и к номенклатурному статусу культурного истеблишмента: Макс Фрай, Дмитрий Кузьмин, Марат Гельман, Федор Чистяков, Михаил Айзенберг, Илья Фальковский и многие другие. В повести нет тщательно прописанных портретов этих людей, они возникают здесь скорее как знаки определенной среды и связанного с ней образа жизни и образа мыслей.

Иными словами, перед нами автопортрет на фоне “своих”: “Вот он я” — завязавший наркоман, одинокий, неврастеничный, перманентно нищий, прячущийся от соседей и милиции, мучимый совестью за некую мелкую душевную пакостливость (отчасти действительную, но больше — воображенную), с любовью к литературе, но тоже особым образом отцеженной: культовые в определенной среде читателей тексты Егора Летова, Михаила Вербицкого и раннего Леонтьева (“самая изысканная русская проза”) — и просто с любовью к жизни, явленной герою в виде любимых кафе и забегаловок, вегетарианских супчиков, концерта любимого музыканта и т. д. Перед нами вполне бестолковая, внешне беспутная жизнь, описываемая легко, с ироничным обыгрыванием принятых при описании социума литературных штампов. То есть автор — индивидуалист, который наслаждается “праздничной атмосферой энтузиазма” некоего коллектива как экзотичным для него, неопробованным блюдом.

Но автопортрет этот в повести написан всерьез, то есть достаточно жестко. Дело не в физиологических деталях и смаковании собственного “душевного убожества”, а в изображенном Соколовским — не знаю, хотел ли он этого — налета некой неистребимой душевной инфантильности на нашей “продвинутой” культурной общественности, играющей свои игры в плохо приспособленной для игр реальности. Я уже читал в Интернете отзыв об этой повести как о пасквиле. Я бы так не сказал. Напротив. Здесь счет предъявляется не столько к “своим”, сколько к самому себе. Написание этой повести отчасти напоминает акт, совершаемый змеей, когда она выползает из старой шкуры. Название повести — “Фэст фуд”, то есть быстрая еда, еда на бегу, перекусон, короче. Вот все это — и газета, и богемный образ жизни, музыка под кайфом в модном клубе, необязательный треп со случайными, по сути, собутыльниками, все — фэст фуд, промежуток, краткая пауза. Что осталось у повествователя позади, мы видим, что будет впереди — не очень. Но возможно, что и хорошее что-то. Предположение, основанное на наличии в повести душевного тепла и участия, с которым описаны друзья-коллеги. Повесть несомненно талантливая (лучшее из того, что я читал у Соколовского), и было бы грустно, если из “переходной” по своей эстетике она станет итоговой.

Почитав новые тексты уже знакомых авторов и отложив риск (то есть блуждания по неведомым мне сайтам) на следующие разы, я решил выполнить давнее намерение — посмотреть, как представлены известные “бумажные” писатели в нашем Интернете сегодня. (Впрочем, уж не помню, в который раз я повторяю это: чем дальше, тем все меньше смысла в разделении писателей на бумажных и интернетовских. Скорее всего и роман Костюкова, и повесть Соколовского через некоторое время можно будет прочитать в каком-нибудь журнале или альманахе.)

Для начала я открыл каталог List.ru на странице современной отечественной литературы, и на первых трех страницах-простынях рейтингового списка среди множества неведомых мне имен знакомые встретились вот в такой последовательности (перечисляю, начиная с верхних строчек рейтинга): Войнович, Высоцкий, Довлатов, Губерман, Венедикт Ерофеев, Пелевин, Бутов, Галковский, Радзинский, Липскеров, Макс Фрай, Иванченко, Хургин, Солженицын, Юрий Поляков, Олег Павлов (просмотрены 150 позиций рейтингового списка, то есть остальные 138 имен в литературном отношении малоизвестны или практически неизвестны).

Слишком серьезно относиться к таким рейтингам, разумеется, нельзя — тут все зависит от массы привходящих обстоятельств: доступа авторов к Интернету, умению “раскрутить” свой сайт в каталожных серверах и так далее. Да и просто от методики подсчета — есть сайты, не попавшие в этот список и тем не менее имеющие количество посещений несравненно большее, чем некоторые, занимающие верхние позиции в рейтинге. И все же отмахиваться не стоит. Это что-то вроде витрины, она столько же отражает спрос, сколько и формирует его.

Тем более, что, скажем, аппортовский рейтинг содержит примерно те же сайты, правда, в другой последовательности. Вот известные имена, встреченные мною в аппортовском каталоге именных литературных сайтов: Довлатов, Яркевич, Солженицын, Александр Левин, Виктор Ерофеев, Пелевин, Айги, Липскеров, Кабаков, Зульфикаров, Михаил Задорнов, Чулаки, Иртеньев (просмотрено 140 адресов).

Начну с верхних позиций рейтинга. Сергей Довлатов. Собрания его сочинений я встретил на трех сайтах (допускаю, что есть еще какие-то довлатовские сайты, не попавшие в список). Ну, прежде всего — в библиотеке Мошкова, здесь, по сути, за небольшими исключениями полное собрание сочинений (http://www.lib.ru/DOWLATOW/).

Второй сайт, содержащий уже некоторую, так сказать, инфраструктуру, — это “Мемориальная страница Сергея Довлатова” на владивостокском сервере “Лавки языков” (http://www.vladivostok.com/Speaking_In_Tongues/dovlatov/). На титульной странице цветная фотография красивого, грустного, уже наполовину седого Довлатова, под фото — справка о себе, кончающаяся словами: “Жизнь коротка. Человек одинок. Надеюсь, все это достаточно грустно, чтобы я мог продолжать заниматься литературой...” На следующей странице еще одна цитата — слова дочери писателя Екатерины: “Мне жаль, что пошлость, которую ненавидел Сергей, заслоняет его действительно уникальный образ”. Здесь же — краткое уведомление создателей сайта: “Мы сознательно не стремимся к тому, чтобы собрать все о писателе — письма, рецензии, воспоминания и так далее, тем более, что для этого есть другие сайты. Нам же хочется оставить Вас наедине с книгами писателя. Тем более, кто может рассказать о себе и времени лучше, чем сам автор?..” Сдержанность, почти аскетичность оформления, тщательность в подборе цитат наводит на мысль, что создатели сайта очень не хотели делать очередную полукичевую страницу “культового писателя” для нынешних фанатов Довлатова. В оглавлении представленного на сайте — “Зона. (Записки надзирателя)”, “Компромисс”, “Заповедник”, “Наши”, “Иностранка”, более 20 рассказов, эссе “Блеск и нищета русской литературы”, “From USA with love” и некоторые другие произведения.

Структура сайта проста, кроме титульной страницы и “Содержания”, — “Книги”, “Портреты”, “Автографы”, “Редкости”. Основное здесь — сами тексты, доступ к которым открыт со страницы “Содержание”. Остальные страницы дают некий дополнительный материал: скажем, в разделе “Редкости” посетителю предлагается знакомство с факсимильным воспроизведением и переводом письма Курта Воннегута (“Я многого жду от Вас и Вашего творчества. У Вас большой талант, и Вы отдаете его этой безумной стране. Нам повезло, что Вы здесь”), шаржем на Довлатова Майка Уордена, обложкой книги “Демарш энтузиастов” (издательство “Синтаксис”, Париж, 1985).

Самым же полным и представительным сайтом Довлатова в нашем Интернете может считаться сайт “Сергей Довлатов” (http://dovlatov.newmail.ru/index.html). Восемь разделов: “Жизнь”, “Книги”, “Литера”, “Слова”, “Фото”, “Рисунки”, “Links”, “Ваши мысли”. В “Жизни”— краткая биографическая справка, продолженная извлечениями из книги “Ремесло”. В разделе “Книги”, в отличие от библиотеки Мошкова и “Лавки языков”, представлены не просто тексты основных произведений, а полное собрание сочинений, воспроизводящее два издательских проекта, то есть сделано все с размахом и некоторым даже филологическим шиком: читателю предлагаются трехтомник питерского издательства “Лимбус Пресс” (1995) с дополнительным томом “Малоизвестный Довлатов” (АОЗТ “Журнал └Звезда””) и четырехтомник издательства “Азбука” (1999). Тут же представлены книги о Довлатове: “Довлатов и окрестности. (Филологический роман)” Александра Гениса, “Сергей Довлатов: время, место, судьба” Игоря Сухих, “Ножик Сережи Довлатова” Михаила Веллера, “Мне скучно без Довлатова” Евгения Рейна, а также материалы Первой международной конференции “Довлатовские чтения” и переписка “Сергей Довлатов — Игорь Ефимов. Эпистолярный роман”.

Если два предыдущих сайта сделаны для читателей Довлатова, то этот адресован также и специалистам-филологам. Кроме тщательности и полноты, с которой представлены сами тексты Довлатова, внушительной выглядит страница LINKS: ссылки на содержащиеся в Интернете тексты о Довлатове, отобранные достаточно добротно, — здесь список из нескольких десятков позиций: воспоминания о писателе, статьи, рецензии, интервью. Среди авторов: Ася Пекуровская, Юнна Мориц, Елена Игнатова, Алла Цыбульская, Светлана Чекалова, Макс Фрай, Иван Толстой, Андрей Арьев, Дмитрий Ольшанский, Ольга Тимофеева, Лариса Никитина, Петр Вайль, Станислав Ростоцкий. Приведу только одну позицию из списка:

“Довлатов и окрестности” (http://www.svoboda.org/programs/cicles/Dovlatov/). Литературно-мемуарный цикл Александра Гениса подготовлен в нью-йоркской студии радио “Свобода”. Довлатов-писатель, Довлатов-собеседник, Довлатов — коллега по работе на радио — обо всем этом в 20 передачах, сопровождаемых любимыми довлатовскими джазовыми композициями.

Видимо, “интернетовский Довлатов” не исчерпывается этими сайтами, но думаю, что содержащееся на этих трех (точнее, четырех — вместе с сайтом Гениса) вполне покроет потребности большинства интересующихся творчеством Довлатова.

Еще один популярный, а может, и самый популярный в нашем Интернете писатель — Пелевин. Не берусь перечислить здесь все страницы, на которых можно найти тексты самого Пелевина или тексты о нем. Их много. Причина тому — полное совпадение и по времени, и по, так сказать, поколенческой ментальности самой эстетики Пелевина с первым “сетевым литературным поколением”. Ограничусь тремя адресами.

В первую очередь, разумеется, соответствующая страница библиотеки Мошкова (http://www.lib.ru/PELEWIN/) — “Принц Госплана”, “Омон Ра”, “Желтая стрела”, “Чапаев и Пустота”, “Жизнь насекомых”, “Поколение └П””, “Babylon”; около тридцати рассказов, подборка эссе и некоторые другие тексты — то есть вполне репрезентативное малое собрание сочинений. Плюс небольшая подборка ссылок на статьи о Пелевине и на сайты Пелевина.

Для первого знакомства следует, видимо, посоветовать “проект от компании Black & Vilkoff страничка о Викторе Пелевине” (http://www.az.ru/pelevin/logo.gif). Посетителя встречают горящие на черном фоне глаза и зазывной текст: “Привет всем!.. Если вы уже много слышали о нем, но ни разу не читали, — Вам сюда. Если вы уже знакомы с его творчеством, то вы тем более └пришли по адресу” — Вы узнаете очень много нового о Пелевине и его творчестве”. Соответственно построены разделы: “Info” (полезная информация: статьи, фотографии и многое другое), “Bio — V.P.” (“биография нашего Героя”), “Books” (книги, сборники, романы, рассказы, эссе), “Your Mail” (“Ваша почта. Вы прислали, мы опубликовали), “Shop” (место, где можно купить книги В. Пелевина, и не только Пелевина).

В разделе “Bооks” обширная подборка текстов: три повести (“Принц Госплана”, “Омон Ра”, “Желтая стрела”), два романа (“Чапаев и Пустота”, “Жизнь насекомых”), три рассказа (“Затворник и Шестипалый”, “Проблема верволка в средней полосе”, “Синий фонарь”) и несколько эссе.

Самым же полным по охвату сочинений Пелевина, похоже, является сайт “Виктор Пелевин — сайт творчества” (http://ok.novgorod.net/pelevin/). К тому же технически очень удобный сайт. В списках романов, повестей, рассказов и эссе напротив каждого названия два значка: “просмотр” (можно посмотреть тут же, на экране) и “скачивание” — текст упакован уже в ZIPе, тут же указан его объем в килобайтах. Из обращения куратора сайта Алексея Крехалёва: “Сайт начал свое существование 2 июля 2000 года. Сайт физически размещен в Великом Новгороде на сервере провайдера └Новгород телеком”... В результате своего развития и пополнения материалами сайт разрастался и много раз переделывался. Сейчас вы просматриваете пятую версию сайта. И, я надеюсь, конечную. Сейчас сайт представляет собой более 600 файлов общей емкостью более девяти мегабайт”; “...спешим Вас уверить, что рассказы, повести и романы Виктора Пелевина распространяются в электронном виде с согласия автора”.

В структуре сайта ничего особо оригинального — разделы: “Купить”, “Интервью”, “Статьи”, “Фотографии”, “Ссылки”, “Отзывы”, “Форум”, “Общение”, “Рейтинги”. Сайт, повторяю, берет полнотой.

Ну а под занавес — первая позиция в предложенном библиотекой Мошкова списке основных ссылок на пелевинские сайты: “Виктор Пелевин: home page” (http://www.pelevin.ru/). То есть по интернетовской логике — главный официальный сайт писателя. В какой-то степени он таким и является: вы щелкаете мышкой по сноске, и начинает закачиваться титульная страница — черный фон, на нем обозначается верхняя часть рамки, в рамке — воздетая рука В. И. Ленина, стоящего на непостроенном Дворце Советов, на том самом месте, где теперь снова стоит храм Христа Спасителя. На открывшейся части рамки — два слова “Сервер Виктора”. Далее вниз — черная пустота. И ближе к нижней линейке коротенькая записка вот такого содержания: “Витя! Когда найдется время, позвони мне, чтобы доделать сайт. А то люди ждут и ничего не происходит. Мой телефон: ... Тёма” (судя по всему — Артемий Лебедев). И больше ничего на этом сайте не ищите. Нет больше ничего. Я бы ничего больше и не добавлял. Выглядит вполне законченным эстетическим жестом.

Версия для печати