Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2001, 11

Морозный голос

стихи


                 *   *
                   *
Будто видела — помню об этом дне.
Говорили: «Красные входят в город».
Это предок мой на гнедом коне
Мчал за криком своим, разорвавшим ворот.

Победитель! Его не задержит лес,
Не сломают ветра, не утопят реки.
Но другой мой предок наперерез
Выходил — остаться в бою навеки.

Два врага погибли — и две строки
Родословная вносит в свои скрижали.
До сих пор сжимаю я кулаки,
Вспомнив предков — чтоб руки не так дрожали.

Я поповская правнучка — и княжна,
На конюшне прапрадед мой был запорот.
Так — о Боже! — что чувствовать я должна,
Если снится мне: красные входят в город?

                 *   *
                   *
Встаем на восходе.
		Восхода червонная мякоть
Теплее на юге,
		но ярче в России зимой.
И трудно понять,
		то ли хочется петь, то ли плакать,
И близкое небо
		чрезмерной чудит крутизной.

Постой, не чуди.
		А не то — сколько раз уж бывало! —
Прольется на землю
		горячий рубиновый цвет.
Конечно, красиво.
		Да только Россия устала
Быть главною жертвой
		своих же великих побед.

                 *   *
                   *

С четверти первого до полседьмого
Ночь осыпбала звездами поле.
Только окно опустеет — и снова
Росчерк — и вздрагиваешь поневоле.

А из другого окошка, лесного,
Душу томили птичьи оркестры.
С четверти первого до полседьмого
Ты говорил невозможные тексты!

Ты умолкал — и, как в школе, прилежно
Запоминала я каждое слово,
Зная — все кончится неизбежно
И безвозвратно — в начале седьмого.

Вспомним опять, как дела наши плохи,
И замолчим, и уйдем из-под крова
Дома-музея лучшей эпохи —
С четверти первого до полседьмого.



                 *   *
                   *

Твой голос морозен —
		впору надеть тулуп.
Какого дьявола!
		Растопи эти льдины.
Ну почему, почему,
		почему так глуп
Самый умный
		и самый необходимый?

За что, несчастье мое,
		ты это все говоришь?
Тебя — разлюбила!
		Придумать такие бредни...
Свобода кончилась на тебе!
		Ты — Париж,
Который стоит обедни!

К Парижу этому
		вел диковатый шлях —
Дорога жизни моей,
		проложенная негладко.
И теперь я требую,
		чтобы на Елисейских Полях
Были теплые летние сумерки
		без осадков.

                 *   *
                   *

На исходе весны
Голосистых грачей над Москвой — завались.
Ах, откуда вас столько?
Откуда вы, братцы, взялись?

Не по вашей ли воле,
Продымленное навсегда,
Пахнет клевером небо,
Затянутое в провода?

И не ваши ль копируя
Громкие несколько дней,
Так любовь коротка?
Да, по сути, и жизнь не длинней?


                 *   *
                   *

Вижу цветные сны:
Млечной тропой надпорото,
Небо там, словно днем,
Льет золотистый свет.
Там ни одна весна
Не пролетает коротко —
Тянется, точно мысль,
Сколько захочешь лет.

Там горяча роса.
Там земляника вызрела.
И до земли — лучи,
Спутанные с травой...
Но не понять никак
На расстоянье выстрела,
В птицу — или в тебя
Целится верховой.


                 *   *
                   *

Когда наступит срок
		последней строчки, точки,
Когда не станет дел,
		сводящихся к рублю,
Всего на миг один
		я попрошу отсрочки,
Чтоб жизни прошептать
		последнее «люблю».

Люблю, как светит в ночь
		рождественская елка,
Люблю щемящий страх
		на горном вираже...
По правде говоря,
		жилось мне трудоемко,
Но что-то отдыхать
		не хочется уже.

И все-таки узнать
		безумно интересно,
Как выглядит итог
		во всей своей красе —
Когда уже душа
		опомнилась, воскресла
И звезды понеслись
		по встречной полосе...


                 *   *
                   *

Где, обреченный на неуспех,
Падает первый снег
И, вызывая то гнев, то смех,
Завершается век,
Где упоенно, влажно, темно
В вазе гибнут цветы, —
День забредает в мое окно,
Посторонний, как ты.

Дым расплывается по реке,
Костенеет вода...
Ты забывай меня вдалеке —
Медленно, навсегда.

Даже когда заскулит в трубе
Ветер — сильней зверья,
Ты не подумай, что по тебе
Стонет душа моя...


                 *   *
                   *

Если целый свет не свят,
Если грустно до бессилия,
Я миную улиц ряд —
На Блаженного Василия
Приподнять блаженный взгляд...
Гедымин Анна Юрьевна родилась в Москве. Окончила журфак МГУ. Автор двух лирических сборников. Лауреат нескольких литературных премий. В нашем журнале публикуется впервые.

Версия для печати