Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 2000, 4

Сетевая литература

(составитель Сергей Костырко)

СЕТЕВАЯ ЛИТЕРАТУРА

 

*

Сетевые литературные журналы как новый этап структурирования литературного пространства в Интернете. О журнале “TextOnly”. Об альманахе иронической литературы “Сирано”. Еще раз о пьесе Михаила Угарова “Зеленые щеки апреля”

 

1

Этот выпуск обозрения я начну цитатой из декларации интернетовского журнала “TextOnly” (http://vavilon.ru/textonly):

“Современная русская литература переживает бурный расцвет... в первую очередь в русской неподцензурной литературе. В недавнее время произошло важнейшее событие: осознало себя новое поколение в литературе или, точнее, несколько близких поколений, в которых оказались люди, родившиеся с конца 50-х по конец 70-х...

Но проблема не только в новом поколении. Становится видно, что и авторы нескольких предыдущих поколений русской литературы, живые или ушедшие, поняты часто неадекватно...

Мы видим свою задачу в отслеживании └болевых точек”, └точек роста” современной культуры. И в сопоставлении их в более или менее едином контексте. Нам интересно ощутить этот контекст не как фон, но как силовое поле. Литературу мы воспринимаем как часть культуры, растущую по своим особым законам и свойствам. Литературные └точки роста” нас интересуют больше всего. Но понять, что происходит в литературе, можно только при обращении к ситуациям в других областях культуры.

“TextOnly” — кроме того, что с этим у каждого из нас связаны домашние компьютерные ассоциации, — это текст, интересный прежде всего своим внутренним движением, а не социальными, групповыми или поколенческими обоснованиями...” (http://vavilon.ru/textonly/decl.htm).

Появление в Сети интернетовских литературных журналов, которые ставят перед собой подобные задачи, — явление симптоматическое. Мы можем констатировать новый этап структурирования культурного пространства в Интернете. В прошлых обзорах мы говорили о таких единицах, как литературный сайт (или сервер) и сайты литературных конкурсов. И вот пришло время интернетовских литературных журналов. Это не только количественное, но и качественное приращение. До последнего времени самой характерной ситуацией в обращении с литературой могла быть, например, вот такая (цитирую одного из ведущих интернетовских обозревателей Макса Фрая): “Еще все та же └электропочта” принесла мне ссылку на страничку датского киевлянина Виктора Максимова. С тех пор как я побывал там впервые, страничка претерпела радикальные перемены (что к лучшему). Особенно мне понравилась └Аптечка библиомана”. Теперь, когда мне будут ныть на ухо, мол, └ну совсем нечего читать стало в наше время”, я буду уверенно направлять сюда. └Здесь есть что читать. Есть чем зачитываться”, — пишет Максимов. Не могу не отдать должное его вкусу. Действительно есть. Вот список авторов, собранных в └Аптечке”: Павел ПЕППЕРШТЕЙН, Лев РУБИНШТЕЙН, Дмитрий А. ПРИГОВ, Михаил РЫКЛИН, Андрей МОНАСТЫРСКИЙ, Нина САДУР, Виктор ТУПИЦЫН, Борис ГРОЙС, Игорь СМИРНОВ, Михаил ЭПШТЕЙН, Юрий МАМЛЕЕВ, Владимир ТУЧКОВ, Саша СОКОЛОВ, Игорь ЯРКЕВИЧ, Владимир СОРОКИН, Юлия КИСИНА, Бахыт КЕНЖЕЕВ, Виктор СОСНОРА, Николай БАЙТОВ, Татьяна ТОЛСТАЯ, Евгений ПОПОВ, Виктор ЕРОФЕЕВ, Иван ЖДАНОВ, Виталий КАЛЬПИДИ, Генрих САПГИР, Всеволод НЕКРАСОВ, Виктор ПЕЛЕВИН. Я бы список имен на сорок расширил, но товарищ копает в симпатичном направлении...”

Подбор имен в этом списке характернейший — здесь собраны имена, так сказать, по признаку их “продвинутости”. И не важно, в каком направлении — эстетическом ли, идеологическом, поведенческом или еще каком-то. Напоминает списки постмодернистов времен перестройки, когда эстетические категории подменялись социально-культурной ситуацией противостояния “нового” “старому”, при этом состав, характер “нового” особой роли не играл. Это список прежде всего идеологический — так самоутверждается в современной литературе новое поколение пишущих и читающих. Принцип этот, конечно, имеет отношение к литературе, но гораздо меньший, чем принято думать. Составители таких вот блоков абсолютно не смущались ни перепадами в творческой ориентации авторов, ни в их мировоззрении, ни, наконец, в уровне таланта — нужно сильно постараться, чтобы найти общее у мастера современной прозы, наследницы русской литературы Татьяны Толстой и домодельного “эзотерика”, иногда просто беспомощного в прозе Юрия Мамлеева или соединить соцартовца Пригова и “метаметафориста” Жданова. Но именно так строились библиотеки сайтов: “новизна” здесь простодушно воспринималась определяющей литературной категорией. Да и, кстати, новизна перечисленного выше сильно преувеличена, это уж скорее вчерашний литературный истеблишмент.

И приятно наблюдать стремительность, с которой был пройден этот этап. Создатели журналов, в частности журнала “TextOnly”, делают попытку подойти к литературе как и подобает с категориями эстетическими. И потому так неожидан на фоне джентльменского набора на других серверах состав авторов “TextOnly”. Приведу краткое содержание второго выпуска журнала: повесть Светланы Литвак “Награда Верой”, проза и графика Василя Кондратьева “Карманный альбом для Игоря Вишневецкого”, цикл рассказов Эдуарда Шульмана “Правила любви”, стихи Александра Месропяна, Андрея Полякова, Марии Степановой, Андрея Таврова, Бориса Кочейшвили, Дарьи Суховей, Наталии Осиповой; “И говорил с ними...” — три интервью о возрождении жанра притчи в современной литературе, взятые Ильей Кукулиным у Ильи Бражникова, Алексея Цветкова, Данилы Давыдова; рассказ Сантъяго Дабове “Стать прахом” в переводе Бориса Дубина; современная скандинавская поэзия в переводах Александра и многие другие материалы.

В отличие от списка, приведенного Максом Фраем, эти имена пока мало что говорят широкому читателю. Журнал делает ставку не на “имена”, то есть некие широко известные эмблемки современной литературы, а на собственно литературу. Одно из свидетельств этому — игнорирование редколлегией журнала категории поколенческой литературы. Кстати о редколлегии — вот команда, которая ведет журнал: Данила Давыдов — поэт, прозаик, критик (родился в 1977 году), Сергей Завьялов окончил филфак Ленинградского университета, преподает древнегреческий язык и античную литературу в петербургских вузах, организатор цикла литературных вечеров “Поэты Петербурга” в 1997 году (самый старый родился в 1958 году), Илья Кукулин — кандидат филологических наук, автор журналов “Вопросы литературы”, “Новое литературное обозрение”, “Знамя”, “Арион”, “Медведь”, газеты “Ex libris НГ” (родился в 1969 году), Евгения Лавут — филфак МГУ, пишет стихи и прозу, переводит прозу с английского (родилась в 1972 году), Станислав Львовский — химфак МГУ, преподавал химию и английский язык, работает в сфере рекламы и public relations, лауреат IV Фестиваля свободного стиха — Москва, 1993 (родился в 1972 году).

Перед нами писатели и литераторы новой генерации, известные в Интернете и не только. Скажем, о прозе Станислава Львовского мы уже писали как о прозе современной и по реалиям жизни, отраженным в ней, и по воплотившемуся в этой прозе авторскому взгляду, мироощущению нового поколения. Но оказывается, что вот эти признаки не играют принципиальной роли для редколлегии — редколлегия выбирает для своего альманаха прозу Эдуарда Шульмана, прозаика, по чисто внешним атрибутам принадлежащего скорее ранним 70-м, чем 90-м. Но в данном случае есть родство в эстетической ориентированности этих литераторов, и этот аргумент становится решающим для редколлегии.

 

2

Другое периодическое интернетовское издание, возникшее летом 1999 года, — альманах иронической литературы “Сирано” (http://kulichki.rambler.ru/cyrano/images/cyrano_l2.gif), представляющий прозу, поэзию, пародии, афоризмы, эссеистику. Команда, делающая этот альманах, также не слишком знакома широкому читателю: главный редактор альманаха Михаил Бару (Миня); редакторы: Дмитрий Горчев (Горчев), Игорь Петров (Лабас), Михаил Сазонов (Мишель), Дмитрий ДЫММА.

Обращение редакции к читателю:

“Иронически глядя на вполне понятную печаль, присущую произведениям многих прекрасных авторов, несколько несерьезных участников Литературного объединения имени Л. Стерна решили открыть альманах иронической литературы └Сирано”. Мы уверены, что наряду с просто глубокими и глубоко трагичными произведениями у многих авторов иногда случаются произведения легкомысленные и не претендующие на врачевание язв этого мира.

Альманах └Сирано” ни в коем случае не задумывается как юмористический, ибо хотя граница между юмором и иронией достаточно зыбка, она тем не менее есть. Мы приглашаем к сотрудничеству всех авторов, согласных с позицией хотя бы одного из нижепоименованных редакторов — основателей альманаха” (http://kulichki.rambler.ru/cyreno/content/about.htm).

Это тоже пусть на первый взгляд в меньшей степени, но эстетически сориентированное собрание текстов. Здесь ориентация чисто жанровая. Издание, повторяю, молодое, но уже быстро обзаведшееся и своими постоянными авторами, и авторами, принявшими участие в первой крупной акции альманаха: Конкурсе иронической поэзии. Среди участников журнала Михаил Бару, Сергей Бойченко, Митя Буковский, Александр Житинский, Вика Измайлова, Игорь Иртеньев, Александр Коковихин, Игорь Кручик, Игорь Петров, Михаил Рабинович, Макс Фрай (список, естественно, неполный).

Художественный уровень представленного на страницах “Сирано” разный — есть тексты более удачные, есть менее. Попадаются и хорошие. Ограничусь короткой цитатой из раздела афоризмов:

“Самый пытливый ум — у инквизиторов.

Самые хладнокровные — пресмыкающиеся.

Что ни год — то переломный. Похоже, что так всю жизнь в гипсе и проходим...” (Михаил Бару) (http://kulichki.rambler.ru/curano/baru/baru2.html).

Обаяние альманаха “Сирано” — в некой дополнительной виртуальности существования этого издания. Читатель, вероятно, обратил внимание на вторые — в данном случае интернетовские — имена членов редколлегии альманаха. Кроме текстов, которые помещаются в “Сирано”, читателю предлагается на первой же его странице познакомиться с мифологией самого журнала — хроникой жизни редакции. Это как бы некий параллельный сюжет, предложенный альманахом:

“04.09. Рано редакция обрадовалась, что удачно пережила конец света 11-го августа, рано! Конец, как известно, подкрадывается незаметно. Вчера упаковал свой компьютер отбывающий на жительство в Германию редактор Игорь Петров, потихоньку пакует вещи отбывающий на жительство в Санкт-Петербург бессменный и незаменимый редактор Горчев. Ходят слухи, пока, к счастью, не подтвержденные, что Сам Главный Редактор Миня собрался переехать на жительство из одного небоскреба, торчащего посреди чиста поля, в другой (из этих двух небоскребов и состоит его родной город)... И только редактор Мишель сидит себе тихонько в Швейцарии и никуда не собирается. И что же из этого всего следует? А следует из этого то, что редакция альманаха └Сирано” бодра и свежа, как никогда, и твердо намерена продолжать своих читателей и далее любить, баловать и лелеять, пусть даже сидя на чемоданах. Жизнь продолжается.

08.09. Ну что ж. Жизнь идет сама по себе, а конкурс иронического стихотворения тем временем продолжается.  Что удивляет редакцию, так это наивность некоторых авторов, которые из огромного списка номинаторов предпочитают именно редакцию └Сирано” и именно ей присылают свои стихи для номинации на конкурс. Вероятно, они не очень хорошо осведомлены о нравах, царящих в этой самой редакции.  А нравы там самые людоедские. Помнится, подборку стихов самого главного редактора Мини зарезали на две трети, Лабаса — наполовину, и даже отца основателя Жору не пощадили, не говоря уже про менее всех поэтически одаренного Горчева, которому удалось тиснуть в альманахе несколько стишков только после того, как он начал шантажировать остальных редакторов тем, что специально будет выкладывать их произведения с орфографическими ошибками”.

Возможно, кому-то этот юмор покажется — ну скажем так — излишне кавээновским, но из процитированного можно почувствовать определенный стиль альманаха, в котором отсутствует надрывно культивируемый некоторыми держателями литературных сайтов эстетический экстремизм, да и просто “крутизна” — лексическая, нравственная и проч.

 

3

Ну а теперь несколько слов о собственно литературных событиях последних месяцев в Интернете. К таковым я бы отнес появление пьесы Михаила Угарова “Зеленые щеки апреля ” (http://www.pereplet.ru:8081/text/aprel./html). Правда, здесь необходима оговорка — литературной новостью, строго говоря, она не является: печаталась в журнале “Драматург” в 1995 году (№ 6) и даже фигурировала в новомирской рецензии Алены Злобиной (1996, № 8). И тем не менее, представ перед новой аудиторией, а главное, в новом литературном контексте, она заставляет прочитывать себя заново. Здесь, повторяю, важна “подсветка контекста”. Трудно предположить, что Угаров писал пьесы, ориентируясь на субкультуру нарождающегося русского Интернета, но пьеса эта, что называется, легла в контекст литературного Интернета почти органично, показывая возможности “интеллектуального стеба”, которыми были заворожены многие из держателей первых литературных сайтов и которые слишком многим, претендующим на реализацию их (возможностей), оказались не по зубам. Это с одной стороны. А с другой, и это здесь принципиально важно, органичность угаровского сочинения для новой “интернетовской литературы” свидетельствует о неких общих процессах в движении современной литературы, абсолютно равнодушных к попыткам разделить ее на “бумажную” и “интернетовскую”.

“Зеленые щеки апреля” — это своеобразный историософский гротеск. Время действия: апрель 1916 года; место действия: безлюдная местность в окрестностях Швейцарского озера. Действующие лица: Сережа, двадцатилетний юноша, русские политические эмигранты Лисицын и Крупа и местный житель Бауэр (появляется эпизодически). Внешний сюжет: русский юноша Сережа, романтичный, чистый, восторженный, торопится в Цюрих к приходу поезда, на котором прибывает его невеста Нина и на котором они поедут дальше, но уже вместе, чтоб никогда больше не разлучаться. Сережа сталкивается с Лисицыным, совершающим прогулку со своей женой и соратницей Крупой. Вежливый юноша вынужден вступить с ними в беседу, отвечать на вопросы, ему неловко отказаться от предложенного соотечественниками шнапса (шнапсом снабжает компанию немец Бауэр), он подчиняется их в данном случае злой воле — и вот Сережа уже пьян, беспомощен, он забыл про время, он безнадежно опаздывает к поезду, и ясно, что Нину он больше никогда не увидит, и день, когда светило веселое весеннее солнце, превращается в черный вечер с ливнем и несчастным страдающим, всеми брошенным Сережей. Повествование строится на игре историко-культурных аллюзий. Автор сталкивает лубочный (из массового сознания, переиначивающего под себя Чехова, Набокова и т. д.) мир русских интеллигентных мальчиков, играющих в дачных театрах Гамлета, влюбленных первой любовью, с миром страшным, вывернутым, с нежитями-позитивистами, прагматиками-революционерами. Лисицын соответственно — лыс, картав, Крупу называет Наденькой, предельно физиологичен (икает, рыгает, мочится без стеснения), с отвращением вспоминает Россию и восхищается красотой звучания немецких имен из “тоталитарных” опер Вагнера и т. д. Сережу завораживает жуть, которой тянет от его зловещих соотечественников, — мальчик перед ними весь открыт, робок, податлив.

Это противостояние дано автором отстраненно, гротескно, почти фарсово, он работает не с образами живых людей и даже не с условными историческими персонажами, а с клише массового сознания (Крупа — имя Крупской из анекдотов), на таком же уровне переосмысляются и историко-культурные знаки русской литературы ХХ века. Автор иронизирует над устоявшимися “интеллигентскими” представлениями о несчастной попранной России: даже традиционный для русской литературы элегический мотив отроческого потрясения мальчика, случайно увидевшего купающихся нагишом русских деревенских девок, выворачивается в финале апокалипсической сценой погони за мальчиком агрессивных безжалостных валькирий, тех самых, которыми так восхищается Лисицын-Ульянов с Крупой. Кошмар двухмерных агрессивных прагматиков Лисицына и Крупы окончательно накрывает Россию.

Вещь, на мой взгляд, несомненно интересная — талантливая, а в профессиональном отношении — изощренно выполненная. Правда, не отпускает ощущение, что попытка говорить об историософских проблемах на языке фарса создает излишнюю напряженность, сковывающую мысль автора. Стихия низового фольклора иногда подминает под себя игру с культурно-историческими понятиями, выхолащивая их. Но это, возможно, просто придирки. А в целом со спокойной совестью могу порекомендовать читателю знакомство с этим текстом.

Составитель Сергей Костырко.

ИЗ ЛЕТОПИСИ “НОВОГО МИРА”

Апрель

5 лет назад — в № 4 за 1995 год напечатан рассказ Владимира Маканина “Кавказский пленный”.

35 лет назад — в № 4 за 1965 год напечатаны очерки Виктора Некрасова “Месяц во Франции” и статья В. Лакшина “Писатель, читатель, критик”.

45 лет назад — в № 4, 5, 6, 7, 8 за 1955 год напечатана повесть Николая Дубова “Сирота”.

60 лет назад — в № 4-5, 8 за 1940 год напечатан роман Алексея Толстого “Хмурое утро” (третья часть романа “Хождение по мукам”) .



Версия для печати