Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 1999, 11

Дымок спаленной жнивы

стихи

АЛЕКСАНДР ТИМОФЕЕВСКИЙ

*

ДЫМОК СПАЛЕННОЙ ЖНИВЫ

 

* *
*

Пора отбросить все идеи,
Их выдумали прохиндеи,
И никакая из идей
Жизнь не улучшила людей.

Пора извлечь из наших лбов
Весь этот хлам и мусор разом,
Тогда останется любовь,
И милосердие, и разум.

 

* *
*

Исчез в полях развеянный
Дымок спаленной жнивы,
Мы как-то не уверены,
Что мы с тобою живы.
Славянский дух загадочный...
Да что тут долго думать —
Россия, домик карточный,
Осталось только дунуть.

 

Наливка рябиновая

Мы живы, а глядишь — помрем.
Свободе гимн не допиликав,
“Наш август смотрит сентябрем”,
Как некогда сказал Языков.
Что делать, раз такой расклад,
Раз не укрыться от судьбины:
Не приготовить ли оршад
Или наливку из рябины?
Оршад — из миндаля питье,
Я это, братцы, помню четко.
А для того, кто не дите,
Нужна рябиновая водка.

Так, стало быть, о ней и речь,
И раз назвался ты мужчиной,
Рябину ставь на досках в печь,
Чтоб ягода пошла морщиной.
И для спасения души
Бутыль заполни на две трети,
Залей водярой и глуши —
И позабудешь все на свете.

 

* *
*

Ложь подбиралась боком, боком,
Усаживалась на кровать,
Мы узнавали ненароком,
Что ночью можно воровать.
Когда темно, когда не видно,
Украсть не страшно и не стыдно.

 

* *
*

Какими все мы были корешами,
Как пили водку, целовали баб!
Как быстро мы на помощь поспешали
К тому, кто вдруг оказывался слаб.
И жизнь прошла. Каков итог, о други!
Вы, значащие все в моей судьбе, —
Мы ничего не знаем друг о друге,
Об этом мире, о самих себе.

 

* *
*

Вчера на Волгу съездил в Конаково,
Чтобы встречать со спиннингом рассвет,
И карася поймал там вот такого!!!
Карась в России — больше, чем поэт.

 

Отрывок из неотправленного письма

...Островский с Достоевским — вот курьез —
В одни и те же проживали годы,
Одно и то же видеть им пришлось,
А увидали разных два народа.
Как будто бы, взглянувши на себя,
Россия в зеркале не уместила рожу,
И пятится, икая и сипя,
И крестится, и шепчет: не похожа.
Глаза косят, и спутаны власы,
И слабая улыбка идиота —
Так гениальный автор “Идиота”
Был не похож на автора “Грозы”...

Пивной день

Нужно день пивной устроить,
День пивной — великий день.
Где “Двойное золотое”,
“Жигулевское”, “Пльзень?”
Пиво лучшего разлива
В склянках темного стекла,
В кружках пиво, в банках пиво —
Символ братского стола.
Где там груда круглой воблы
И янтарного леща —
Где пред дверью, жаждой полный,
Гость застынет трепеща.
Не звенят ли там бокалы,
Не шипит ли, как змея,
Средь креветок бледно-алых
Пива пенная струя.

 

* *
*

Пусть будет скатерть белой,
И чтоб на ней гряда
Бутылок запотелых
Под корочкою льда.
Пусть будет бок бараний
Томленный в чесноке,
Пусть будет блин в сметане
И сельди в молоке.
Пусть будет гвалт и лясы,
И шумные друзья,
Но с вами, седовласый,
Гулять не стану я.
Присяду ох не скоро
Я к братскому столу —
Пора уйти мне в горы,
В заветную скалу.
Ты, мама, слезы вытри
И не гляди в окно.
Рыжебородый Фридрих
Там ждет меня давно.
В скале той спят, как дети,
В расцвете сил и лет
Немецкий этот Федя
И Лермонтов поэт.
И я благоразумно
Их разделю судьбу:
Меня не спрячут в урну
И не сгноят в гробу,
Я под песком сыпучим
Не буду погребен,
А буду ждать до лучших,
Естественно, времен.

Тимофеевский Александр Павлович родился в 1933 году в Москве. Окончил ВГИК (сценарный факультет). Автор двух поэтических книг (последняя — “Песня скорбных душой”, М., 1998). Живет в Москве.



Версия для печати