Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 1998, 7

Российская Еврейская Энциклопедия

РОССИЙСКАЯ ЕВРЕЙСКАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ. М., Российская Академия Естественных Наук, Научный фонд “Еврейская энциклопедия”, “Эпос”. Т. 1 — 3. Биографии. Т. 1 — 1994, 557 стр. Т. 2 — 1995, 524 стр. Т. 3 — 1997, 525 стр.

Однажды я подарил одному своему приятелю, человеку уже немолодому, некую книгу. Пообщаться с ним в этот вечер так и не удалось. Пока я ел всякие вкусности, беседуя с его женой и детьми, он сидел уткнувшись в толстенный том, не проявляя ни к столу, ни к беседе ни малейшего интереса. Время от времени он всплескивал руками, хохотал и восклицал: как, и этот тоже?! Потом отрешался, чтобы через пять минут опять воспарить: ха-ха-ха! нет! ты только посмотри! и этот?! и этот?!! ха-ха-ха! И даже сучил ногами. Число восклицательных знаков в этой тираде не преувеличено.

Книга, столь возбудившая моего приятеля, называется “Российская Еврейская Энциклопедия” (РЕЭ) и претендует на то, чтобы вобрать в себя пространство, образованное пересечением двух тем: Россия и евреи. История, география, наука, религия, экономика, политика, культура, спорт, быт — одним словом, “всё”.

Структура РЕЭ довольно необычна: энциклопедия трехчастна, причем каждая из частей построена по собственному принципу и состоит из нескольких томов.

Первая часть — биографии (причем только еврейские; поэтому, к примеру, интересный для сюжета Василий Розанов пригласительный билет сюда не получил).

Вторая часть — история и география еврейских общин на территории России.

Третья часть — предметная. Она должна вобрать в себя все аспекты еврейской жизни в России: и с точки зрения собственно еврейского творчества, и с точки зрения участия евреев в российской жизни, и с точки зрения взаимодействия евреев с народами России и реакции этих народов на еврейское присутствие. Тут помянутый в качестве модели Василий Розанов может встретиться на разных путях: в статьях, посвященных антисемитизму, юдофильству, делу Бейлиса, русской литературе.

Фундаментальный методологический вопрос РЕЭ — вопрос дефиниции ключевых понятий. У интуитивно-понятных слов, с, казалось бы, очевидным смыслом, оказываются зыбкие границы, настоятельно требующие демаркации.

Термин “Россия” с географической точки зрения в понимании РЕЭ вбирает в себя все земли, входившие когда-либо в состав хотя бы одного из российских государств от Киевской Руси до нынешней России — то есть от финских хладных скал до пламенной Колхиды, включая также и Аляску, буде там обнаружатся некие выдающиеся евреи.

Теперь касательно “евреев” (беру в кавычки как энциклопедический термин). Вопрос дефиниции возникал неоднократно, причем интерес к нему был зачастую отнюдь не академический. Решать его приходилось для разных надобностей и приложений. Соответственно, существует масса определений: по Галахе (еврейское религиозное законодательство), по Нюрнбергским законам, по негласным инструкциям, которыми руководствовались кадровики и приемные комиссии престижных вузов в СССР, по методологическим разработкам переписей населения СССР, по Закону о возвращении и так далее, и так далее.

Согласно Галахе, евреем считается тот, кто отвечает хотя бы одному из двух критериев: либо у тестируемого мать — еврейка, либо он принял иудаизм. В соответствие с этим определением евреи — команда, в которую можно добровольно войти, но нельзя добровольно выйти (впрочем, выйти нельзя и недобровольно).

Учитывая, что две первые позиции среди отцов энциклопедии занимают Герман Брановер (главный редактор) и Зеев Вагнер (его заместитель), известные как исключительно активные деятели еврейского религиозного движения в СССР, а затем и в Израиле, было бы естественно ожидать, что именно галахическое определение послужит методологическим инструментом РЕЭ. Однако это оказалось не совсем так. Галахические условия были смягчены, и в энциклопедийные евреи попадает тот, у кого хотя бы один из родителей еврей.

В связи со всем сказанным не может не возникнуть естественный вопрос: если самосознание, если культурная и религиозная идентификация, отливающиеся в творчестве и в общественной жизни, не играют тут вообще никакой роли, если РЕЭ раскрывает свои двери в том числе и таким персонажам, которые ни субъективно, ни объективно с еврейством никак не связаны, не превратится ли энциклопедия в этом случае в механический конгломерат ничем не объединенных лиц, по сравнению с которым “Союз рыжих” представляется верхом осмысленности?

Вопрос этот кардинальный. При положительном ответе на него РЕЭ (во всяком случае, ее биографическая часть) вообще лишается права на существование. Однако дело в том, что положительный ответ, несмотря на его (казалось бы) очевидную аргументированность, все-таки принципиально ошибочен.

РЕЭ демонстрирует поистине ядерную энергию, выделившуюся при распаде еврейской общины России. Частицы этого взрыва могут быть никак уже не связаны с ядром, могут вовсе позабыть о нем, но они продолжают нести энергию взрыва. Участие евреев во всех сферах российской жизни — грандиозно. В творческих взлетах, в преступлениях, в героизме, в создании военного, промышленного, научного, государственного, культурного потенциала России они стали ее неотъемлемой частью, в значительной мере повлияв, в особенности на протяжении последних полутора веков, на ее облик и судьбу.

Только что увидевший свет третий том РЕЭ, завершающий биографическую часть энциклопедии, показывает это с такой же обескураживающей наглядностью, как и два предыдущих.

Генрих Ягода, Иона и Петр Якиры; Емельян Ярославский и участник знаменитого солженицынского сборника “Из-под глыб”, узник совести Феликс Светов; Моисей Урицкий, глава Петроградской ЧК, убитый Каннегисером — также персонажем РЕЭ; Семен Франк, Роман Якобсон, Юлий Харитон, Альфред Шнитке, Натан Эйдельман, Михаил Таль, легендарный руководитель “Красной капеллы” Леопольд Треппер... Корней Чуковский, Михаил Чехов. Антон Павлович устами Иванова предупреждал сокрушенно: не женитесь на еврейках, — брат не услышал.

Третий том РЕЭ демонстрирует не только безоглядное участие евреев решительно во всех сферах российской жизни, но и национальное творчество, достаточно сильное, чтобы ассимилировать влияние русской и мировой культуры, и жизнь в собственном самодостаточном мире, и стойкость и упорство в сохранении своего национального лица в тяжелейших исторических условиях.

Разнообразие лиц и судеб: Шолом-Алейхем, Марк Шагал, идишистский поэт Ицик Фефер, расстрелянный по делу о Еврейском антифашистском комитете, Дов Шилянский — участник подпольного сионистского движения в СССР, подпольной организации в гетто, узник Дахау, участник Войны за независимость, писатель, депутат кнессета.

Том включает в себя статьи о двух последних лидерах любавичских хасидов: Йосефе-Ицхоке Шнеерсоне — организаторе подпольного религиозного движения в СССР, приговоренном к смертной казни, в самый последний момент замененной высылкой из страны, и его преемнике — умершем несколько лет назад Менахеме-Мендле Шнеерсоне, придавшем любавичскому движению невиданный размах и динамизм.

Я открываю энциклопедию в произвольном месте. Читаю подряд. Эффект поистине замечательный! Борис Шафиркин — один из первых разработчиков концепции создания единой транспортной системы СССР. Петр Шафиров — птенец гнезда Петрова. Даниил Шафран — виолончелист. Моррис Шаффер — американский вирусолог, родившийся в Бердичеве. Израильский раввин Элиэзер-Менахем Шах — одна из самых крупных звезд на небосклоне современного иудаизма, тоже из здешних мест. Борис Шахет — руководитель и режиссер Московского цирка. В качестве смелого эксперимента он создал в цирке образ Ленина — ну чего только не придет в еврейскую голову! Ленин! В цирке! Это ж надо!

РЕЭ удовлетворит острый сиюминутный интерес относительно лиц, которые у всех на устах. Худшие подозрения оправдаются. И читатели, как и мой давешний приятель, будут восклицать: как, и этот тоже?!

Да, и этот тоже.

Михаил ГОРЕЛИК.





Версия для печати