Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 1997, 2

Петр Вайль, Александр Генис. 60-е. Мир советского человека

ПЕТР ВАЙЛЬ, АЛЕКСАНДР ГЕНИС. 60-е. Мир советского человека. М. "Новое литературное обозрение". 1996. 368 стр.

Название книги (изданной сначала в Америке - "Ардис", 1988) навевает скуку. Вынесенные на обложку имена известных литераторов-эмигрантов обещают легкое и небесполезное чтение. Тот ардисовский томик я некогда и читал; ныне это переизданное в России сочинение перечитал, к своему удивлению, даже не с прежним, а с бульшим любопытством. Речь, напомню, идет не о календарных шестидесятых, а об "эпохе шестидесятых", которая, по мнению авторов, началась в 1961 году XXII съездом КПСС и программой построения коммунизма, а закончилась в 1968-м оккупацией Чехословакии. А что между этими границами? Да все. Коммунизм. Космос. Поэзия. Куба. Америка. Сибирь. Война. Наука. Школа. Романтика. Юмор. Диссидентство. Богема. Спорт. Вожди. Народ. Солженицын. Империя. Евреи. "60-е" - книга для чтения, а не для рецензирования. Я мог бы назвать Вайля и Гениса фельетонистами (это похвала), если бы слово "фельетон" не было скомпрометировано, а первоначальный смысл забыт. "Наиболее общие приметы Ф. как жанра - подвижность предмета сообщения или рассуждения, видимая "бесплановость", легкость, непринужденность композиции, пародийное использование различных лит., а также внелитературных жанров и стилей..." (из "Краткой литературной энциклопедии"). Да, это и о них. Их "Родная речь" (даже рекомендованная кому-то зачем-то министерством образования) - книга литературоведческих фельетонов. Их недавно переизданная "Русская кухня в изгнании" - книга "фельетонизированных" кулинарных рецептов. "└Вавилонская башня. Искусство настоящего времени" А. Гениса в └Иностранной литературе"" (1996, № 9) - фельетоны культурологические. То же и "60-е". Не столько события, сколько образ жизни. Мелочи. Реалии. Тип человека шестидесятых годов. Полемическое послесловие с профессиональным темпераментом написал шестидесятник Лев Аннинский: все было не так, иначе. Любое их частное суждение легко может быть уточнено или оспорено, но целое - воздух, стиль эпохи - схвачено. Или сегодня уже кажется, что схвачено. И главное, ведь не оторвешься. Такие книги и формируют историческую память общества куда сильнее, чем "объективные" научные (или наукообразные) исследования. Кто-то скажет: "к сожалению". И будет не так уж не прав. Кто-то скажет: "надо написать другую - альтернативную книгу о шестидесятых". Пишите. Но место уже занято.

А. В.





Версия для печати