Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 1995, 4

Эстафета


ЭСТАФЕТА

 

Георгий Борисович Федоров, известный ученый-археолог и писатель, в особых рекомендациях не нуждается. Давние читатели “Нового мира” помнят его по нескольким статьям, в разное время опубликованным на страницах нашего журнала.

С 1991 года Г. Федоров с женой жил в Англии, где и скончался. Рецензию на книгу польской правозащитницы Н. Карсов передала в редакцию жена покойного. Автору хотелось, чтобы его отклик на записки польской диссидентки появился в отечественном журнале.

 

Морозной зимой 1943 года битком набитый людьми состав на всех парах шел из Варшавы в нацистский лагерь уничтожения Треблинку, где их уже ждали газовые камеры. Женщина с двухлетней дочкой на руках и ее муж на ходу выбросились из поезда, видимо предчувствуя, чту их ждет. Женщина погибла. Отец нашел девочку в снегу с отмороженными руками. В Варшаве, куда тайно вернулся мужчина, эту еврейскую девочку выдала за свою дочь полька Станислава Карсов-Шиманевская. Отец ребенка, видя, как сужается кольцо нацистской облавы, и не желая ставить под угрозу спрятавших его людей, вышел на лестничную площадку и выбросился из окна...

Страшные годы нацистской оккупации сменились долгим периодом так называемой народно-демократической Польши, фактически оккупированной Советским Союзом, усиленно насаждавшим в стране кровавый коммунистический режим.

Станислава Карсов-Шиманевская воспитала и вырастила девочку с любовью и нежностью не меньшими, чем свою родную дочку Лилиану. Примечательная деталь: о том, что она приемная дочь, Нина узнала, уже будучи взрослой. Ее мачеха Станислава с самого начала немецкой оккупации вступила в активную борьбу с гитлеровскими захватчиками в рядах подпольной Армии Польской, а затем в Армии Крайовой. Именно за эту борьбу, чудовищно извратив ее суть, “народно-демократические” власти и арестовали Станиславу. Ее приговорили к десятилетнему тюремному заключению и лишь в 1957 году реабилитировали. По фальшивым обвинениям упрятали в тюрьму старшую сестру Нины Лилиану и ряд ее друзей.

Уже будучи взрослой, девушка познакомилась с польским историком и писателем Шимоном Шехтером, который был на двадцать лет старше Нины. Его жизненный путь был сложным: от веры в коммунизм и его “идеалы” к пониманию античеловеческой сути “великого учения”. Встреча Нины с Шимоном Шехтером предопределила ее дальнейшую судьбу. Они полюбили друг друга. Вместе вели неравную борьбу с коммунистическими властями, очень затрудненную для Шимона Шехтера тем, что он потерял зрение. Тем не менее они сумели сделать очень много. В частности, Шимон Шехтер написал разностороннее исследование коммунистической идеологии, идеологии лжи, глубоко проанализировав ее методы.

Нина Карсов и Шимон Шехтер по некоторым соображениям конспирации назвали свой общий дневник “Дневником Нины Карсов” и вместе с другими “крамольными” документами хранили его у себя дома, продолжая заниматься правозащитной деятельностью. Реакция органов последовала незамедлительно. Недаром первая глава книги называется “Обыск”, вторая — “Арест”, а одна из последующих — “Процесс”. Да, Нина была арестована и осуждена на три года тюрьмы за изготовление, хранение и распространение “клеветнических материалов, порочащих...” и т. д. Какой русский не знает сходных формулировок статьи 190 Уголовного кодекса РСФСР, отмененной в России только недавно, статьи, по которой можно было посадить в тюрьму практически любого человека. Судили именно Нину — рассчитывали, что ее, очень молодую и неопытную, легче сломить. Как же горько служители “правосудия” просчитались! Поведение Нины и на следствии и на процессе вызывает не только восхищение, но гордость за человека, его мужество, ум и смелость. Шехтера же, с его опытом, зрелостью, сочли фигурой, для процесса неподходящей и опасной. Ему просто предложили убраться в Израиль. Однако уехать без Нины он отказался, продолжая борьбу за ее освобождение, и победил. Нина была освобождена досрочно, и они уехали в Лондон, где основали крупное издательство “Overseas Publication Interchange Ltd”, опубликовавшее на русском языке множество замечательных книг, в том числе и повесть Шимона Шехтера “Время, задержанное до выяснения”. После кончины Шехтера в 1983 году Нина продолжает руководить издательством1.

Эта книга — и о великой любви, и о способности такой любви добиться, казалось бы, невозможного. И хотя читать ее местами трудно — так сжимается сердце, — оторваться от нее, не дочитав до конца, нельзя. Перо же, прочерчивающее на ладони линию жизни, что изображено на обложке, прочерчивает как бы и твою судьбу...

Я бы не согласился лишь с одной немаловажной для меня авторской оценкой. В “Дневнике...” дается резко отрицательная характеристика либералов, которые иначе как “гоготуны” не называются. Да, я хорошо знаю такой тип людей — пустопорожних болтунов, произносящих либеральные фразы, но при малейшем нажиме начинающих действовать, как заметил еще Салтыков-Щедрин, применительно к подлости. Но разве это настоящие либералы? Или, во всяком случае, единственный или главный тип либералов? Нет. Твердое “нет”! Либералы распространяли и читали в России самиздат, либералка спрятала у себя в квартире в Новосибирске Вадима Делоне, за которым охотился КГБ, да все демократическое движение 60-х и 70-х годов не могло бы существовать без постоянной поддержки либеральной интеллигенции. Кажется, еще Норберт Винер говорил: для того чтобы несколько ученых смогли сделать великие открытия, должны работать десятки тысяч обычных научных работников. Я не цитирую дословно, но смысл его суждения именно таков. Из либеральной интеллигенции вышло подавляющее большинство наиболее активных диссидентов.

Еще одно замечание, скорее пожелание. В книге упоминается много имен и событий. В большинстве случаев можно обойтись без комментариев — и так ясно. Однако иногда пояснения все же требуются. Например, относительно не раз упоминаемого в книге октября 1956 года в Польше. Это важный поворот в послевоенной истории страны, а широкому кругу русских читателей суть дела неизвестна. Но мне кажется, что постраничные комментарии не нужны — они только нарушат цельность вещи. Лучше дополнить ее небольшим послесловием при переиздании, которое, хотелось бы надеяться, появится и в России.

Следует упомянуть и отличный перевод книги с польского языка, сделанный Н. Горбаневской при участии Л. Шатунова.

Георгий ФЕДОРОВ.

Лондон.

Карсов Нина и Шехтер Шимон. Дневник Нины Карсов. Перевод с польского Н. Горбаневской при участии Л. Шатунова. Издательство “Overseas Publication Interchange Ltd.”. London. 1992. 293 стр.

1 К сожалению, “Дневник Нины Карсов” — одна из последних книг этого издательства, которое из-за финансовых трудностей прекратило существование. (Ред.)



Версия для печати