Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Новый Мир 1995, 3

Д. К. Зеленин. Избранные труды: статьи по духовной культуре


Д. К. ЗЕЛЕНИН. Избранные труды: статьи по духовной культуре 1901 — 1913 гг. М. “Индрик”. 1994. 400 стр.

 

Появление первого тома избранных трудов великого русского этнографа XX века Дмитрия Константиновича Зеленина (1878 — 1954), на мой взгляд, — событие. Сегодняшний жадный интерес к национальным, этническим проблемам обусловлен не только распадом СССР (распадом, так сказать, советского самосознания и вспышкой русского и любого другого этнического чувства в рамках бывшего СССР). Сдвиг идет при переходе от промежуточного аграрно-индустриального общества, коим и была наша держава, к обществу индустриальному и постиндустриальному. Русская крестьянская культура умерла, и то, что собирают сегодня фольклорные и этнографические экспедиции на руинах и пепелищах, это в значительной мере омертвевшие останки тысячелетней аграрной культуры России. За прогресс приходится платить...

Поэтому интерес к последнему выдающемуся этнографу России XX века вполне закономерен. После забытья нескольких десятилетий в 1991 году наконец-то издали его уникальную работу “Русская (восточнославянская) этнография” (М. “Наука”. 1991. 512 стр.) с очень ценным в фактическом отношении послесловием К. В. Чистова, много лет изучавшего наследие Д. К. Зеленина.

Но вдумайтесь! Книгу (единственную в своем роде книгу по русской этнографии) пришлось для издания 1991 года переводить с немецкого языка на русский. А все дело в том, что книгу эту удалось издать в 1927 году только на немецком языке в Лейпциге. Авторский экземпляр был утерян. Атмосфера конца 20-х — начала 30-х годов не способствовала занятиям наукой. Об издании на русском языке нечего было и думать. С горечью писал Д. К. Зеленин перед смертью в родную Вятку местному журналисту В. Г. Пленкову: “За 70 лет моей жизни мне пришлось пережить много тяжелых минут и треволнений... Этнография, в области которой я работал, теперь считается не актуальной; старую народную деревенскую культуру теперь не принято даже вспоминать, тем более изучать. У меня готова большая работа “Русский сарафан”, и ее нельзя напечатать” (письма опубликованы автором этих строк в журнале “Советская этнография”, 1988, № 2).

Трагична была судьба большого ученого, разночинца, сына дьячка из Вятского захолустья, своим колоссальным трудолюбием создавшего эпоху в этнографии. В распространенной шутке, что Дмитрий Константинович Зеленин (кстати, в сталинские десятилетия единственный член-корреспондент Академии наук из этнографов) написал больше, чем весь коллектив Института этнографии, есть доля истины. За свою жизнь Д. К. Зеленин опубликовал триста шесть работ: книг, статей, очерков, рецензий. Более пятидесяти из них посвящены родному Вятскому краю.

Вновь изданный том Д. К. Зеленина составлен из своеобразных мини-монографий этнографа, посвященных русской обрядовой культуре. Публиковались они в начале XX века в местных изданиях мизерным тиражом: “Великорусские народные присловья как материал для этнографии”, “Народные присловья и анекдоты о русских жителях Вятской губернии”, “Троецыплятница”, “Русские народные обряды со старой обувью”, “К вопросу о русалках”.

Том предваряет насыщенная обобщающим материалом вступительная статья Н. И. Толстого, а заключают детальные комментарии Т. А. Агапкиной, Л. Н. Виноградовой и других. Составителем тома является А. Л. Топорков. Это, безусловно, ценнейшее в научном и историко-культурном отношении издание, в котором давно нуждается наша наука. Хотелось бы верить, что изданный при финансовой поддержке Международного фонда “Культурная инициатива” первый том Зеленина не станет последним.

Хочется надеяться, что составители следующих томов сочтут нужным обратиться наконец к архиву Дмитрия Константиновича, хранящемуся в Петербурге, и начать издание никогда не публиковавшихся работ ученого по русской народной одежде и другой тематике. Ведь гигантский труд его жизни — “Этнографо-географический словарь” (объемом в триста печатных листов) — так и не увидел света.

Будем ожидать также, что сможем и более отчетливо разглядеть личность знаменитого этнографа в комментариях и послесловиях будущих статей. Из вступительной статьи Н. И. Толстого разглядеть личность Д. К. Зеленина практически невозможно. Автор не воспользовался даже единственной опубликованной на сегодня автобиографией ученого. В определенной мере это может выглядеть оправданным. Дан структурный анализ творчества великого этнографа на основании его опубликованных работ. Но ведь массив неопубликованных трудов Зеленина может качественно изменить представление о нем. Особенно его работы 30 — 40-х годов, когда, яростно критикуемый в печати, он был вынужден писать “в стол”. Одна из последних прочитанных им перед смертью рецензий на свои работы называлась “Против антимарксистских извращений в изучении одежды” (“Советская этнография”, 1954, № 3)1.

Выход в свет тома избранных работ Д. К. Зеленина это не просто мемориальное издание, это базовый материал для современных изысканий и исследователей. Идеи ученого о системном анализе народной культуры как единого исторически сложившегося целого сегодня актуальны как никогда.

Виктор Бердинских.

Вятка.

1 Александр Александрович Формозов, известный современный историк, описал мне впечатления от доклада Д. К. Зеленина на юбилейной сессии Академии наук в начале 1950 года. Формозову, впервые видевшему Зеленина, врезались в память два момента. Слишком уж разительно отличался Зеленин от прилично одетой профессуры своим старым и обшарпанным костюмом. И второе: доклад его был посвящен первобытному церемониалу. В повестке дня тема казалась ничем не лучше и не хуже других специальных тем. Но по мере того, как Дмитрий Константинович читал о первобытных людях, ползавших на животе и лизавших пятки у вождей, вспоминает Формозов, у него, как и у многих в зале, начали возникать вполне определенные ассоциации. Аудитория сидела с каменными лицами. Осталось не ясно, сознательно выбрал Зеленин эту тему или простодушно упустил из виду бьющие в глаза параллели.



Версия для печати