Я зрел себя в пространной долине, потерявшей 
от солнечного зноя всю приятность и пестроту 
зелености; не было тут источника на прохлаждение, 
не было древесныя сени на умерение зноя. Един, 
оставлен среди природы пустынник! Вострепетал.
- Несчастный, - возопил я, - где ты?
               А.Н. Радищев. Путешествие из Петербурга в Москву

1
постсоветских наций дыр бул щир.
кто-то нас неправильно любил. 
вот дома зачерпывают небо.
без колес молчит автомобиль.

заходите! (вносят хлеб и соль).
я водитель и товарищ Цой.
тощий кран зачеркивает небо,
он высиживает храм-яйцо.

петергоф поливочных машин
движется навстречу и шуршит,
оставляя темный след на коже
улицы, на дне ее морщин.

осятся вдоль окон фонари
с раскаленной родинкой внутри;
розы - как коленки проституток -
над асфальтом зябнут до зори.

даль качнется в язвах, как Иов,
в жарких циферблатиках часов-
это постимперский полонез
в городе, где камень камень ест.

"шеф, довези до пупа земли -
за Бухарой, родной.
чтоб пуповину отсекли, 
тянущуюся за мной"

2
блум-блум лакатум

сигарета падает в суп, в пустоту. 
сонный череп - орех-кракатук;
золотой зуб - навозный жук.

заснуть - и проснуться в такси:
пыльным плюшем стерты до дыр виски,
и попутчик блум-лакатум
снял ботинки  - фосфоресцируют в темноте носки.


местность эта: пустыня, предел:
космогонии заплеванный партер.
саксаулы  - пальцы земли -
в бубен неба стучат: тер-тер
лакатум - и уже позади.

андижанская полька; нет
гарантий на рассвет, на... Впрочем, нет
и на это. Такая дыра,
что одно на уме: ура.


3
памятник Лошади. Город Джизак.
в пальцах Гаи - восклицательный знак,
гаечный ключ - закрутить
гайки покорности, ослабшие в пути.

майки прилипли к сонным телам,
горизонт проходит пунктиром по домам
в медалях окон  - как ветераны,
полные сил, выжившие из ума.

а какой здесь хлеб  - ммммм!
стайка лепешек ложится в багажник;
пьет воду жизни мой "блум-лакатум"
из бутылки с какой-то наклейкой  - страшной;

потом уснет, распахнувши рот: он -
карман с желтой монетой  - зубом;
и Джизак, истончаясь за поворотом,
заглянет в него белой Лошадью 
с бетонным крупом.

4
рассвет совпал с Самаркандом.
холмы остались за кадром.
ветер.
размять бы затекшие ноги.
из четырехколесной берлоги
выйти,

смотреть: готовит уголь шашлычник,
гаишник спешит на добычу;
ветер.
и мутно отражает арычек
бегущие на месте 
ветви.

а центр пуст, как после казни;
все равно в нем что-то от сказки.
ветер 
несет листву - обрывки хадисов;
и пахнет замоченным рисом-
утро.

остаться б здесь на часик (на вечность):
рожать деревья, вырастить сына;
под вечер

жизни  - наглотаться овечьей
мудрости: в незнании  - сила. 
но  - 
ветер. Ветер:
контрапункт шашлыка и бензина.

5
империя крошилась на глазах;
и мертвые голосовали "против",
когда живые как бы были "за"

и мертвых сдали бартером за шпроты.

менялись за ночь флаги; но по ту,
ту сторону песчаной амальгамы -
не одобряли нашу простоту 
передвиженья вверх ногами.
мы - антиподы мертвых; в пустоту
мы, упираясь, двигались,  -  не в землю.

все ближе Бухара. Все реже зелень.   

6
начало царства соли - Бухара.
Велик Аллах - и беспощаден Ра: 
печет; и, тень воруя друг у друга,
пасутся глинобитные стада,
и минаретов тянутся рога, 
как гибнущих от жажды руки. Руки.

водитель вышел покурить. "Иов
был здесь, скорбел, нашел источник
и, исцелившись, приготовил плов..." -
"а дальше?" - "Знаешь, что есть плов?"-
"что?" - "Целая тарелка многоточий..."

он прав: я вспомнил острый купол,
на месте, где Иов седые губы
разжал в последней обморочной речи.

7
"...Тебе известен человечий удел, Тебе известен и
ход звезд медлительно-овечий над пыльной нежностью земли.
Ты сделал Горы, вырыл Реки, чтоб те - стояли, те - текли,
отверз Луне и Солнцу веки, чтоб те - глядеть на нас могли. 
создал Павлина и Неясыть, и Женщину, на вкус как соль,
одел Барана в шерсть и мясо, и лай вложил в гортани Псов.
создал народы; о, народы создали тут же огороды,
пошел базар, возникли царства, 
под "бу-бу-бу" Экклезиаста
росли империи, старели, 
и разлагались на глазах.
а ветер шел по кругу только, 
а ветер уносил старлеев
в газообразный газават;
и человек стал волком - Волку, Овце и Птице в небесах. 
и сам себя, как Богомолка, кусал за голову. Кусал.
и сотворил себе пустыню..."

8
мы быстро доедали дыню.

хотел успеть в Чашма Аюб - Источник
Иова; но водитель Цой-
Вергилий мой - достав платочек,
протер буддийское лицо:

"поехали". Попутчик новый ждал,
прикрыв от солнца плешь "Народным словом".

у горизонта темный, как наждак,
асфальт полировал стопы Иова,
идущего вдоль трассы. "Тормозни!" -

"зачем? ну,  заурядный дервиш.
с такими столько вони и возни...
ну хорошо, если не веришь".  
притормозили. 

никого.

как в полоскании для горла,
соль осаждалась вдоль всего
пространства рыжевато-голого.

"ну, что я говорил? Мираж".

машина дернулась, оставив
фигуру, спрятанную в плащ,
уже без нас - тускнеть и таять.

9
ночь легла всем телом - дыр бул щир
блум блум, всей мускулатурой крыл
дня прочитанного всей макулатурой-
на песок, не топтанный культурой;
без колес летит автомобиль.

в царстве палачей и палачих
тихо ходят белые врачи,
раненых поклевывая, - куры;
тот, кто нас неправильно любил
бегает по воздуху, дебил.

над машиной - звезды звезды зве...
зодиака мерзлое зверье.
за спиной стреляют километры 
как патроны в дворовом костре,
и сулят инфляцию кометы.

мой сосед, узбекский адмирал,
ту же плешь все той же прикрывал
(или нет?) газетой - даже ночью,
отражая космоса лучи
строчкою правдивой "Даракчи".

сумасшедший? Видимо. Но тих.
вот и Цой, поздравьте, - тоже псих. 
кто б еще поехал пуп земли
без колес искать и без бензина?

но на третий день Его нашли.

10

"...и сотворил пустыню.
и в ней устроил пуп земли,
чтоб сын земли смирял гордыню, 
его заметив издали,-
его оплывший купол, стены
из глины, смешанной с яйцом;
чтоб слушал, как взбухают вены
под астматическим сырцом. 
о, Господи, не так ли 
и я весь в язвах, словно пакле..."

мы встали  возле кучи глины. 
водитель, мой сосед с газетой,
и этот третий - мы его 
нагнали лишь за Гиждуваном,
в плаще, как этот космос, рваном. 
вставало солнце. Пуп земли
кровавился, как пуп младенца;
я понял - следует раздеться.

и мы разделись и пошли. 

11
последним видели корейца.

Ташкент