Снег идет не по нотам.
Снег идет по крючкам.
Старовер по субботам,
Он вверяет заботу
О псалмах и киотах
Непонятным значкам.

Крючковому распеву
Предается в усы.
Борода, словно невод,
Вынимает басы.

Он свое Беломорье,
Вероятно, нашел,
В староверческом хоре
Покрываясь паршой.

Мне хотелось учиться
Крючковому письму,
По следам за лисицей
Исчезая во тьму.

Снег ходил по заулкам,
Прогибая полы,
Ухмыляясь охулкам
Предрассветной метлы.

Я хотел научиться,
Разыскать буквари,
Чтобы знаки, как спицы,
Были звука внутри.

И катались бы новым
Колесом в колее,
Как снежинки, что слово
Облетают сие.

*
Метисной глиной городов
Лепила блюдца и кувшины.
Вручную что-то вместо слов
Мне говорила, видит Бог,
Не понял я и половины.

Потом лепила ночь и снег,
Людей, идущих за делами.
Потом себе слепила смех
И расстоянье между нами.

А я словами разных длин
Все говорил и как-то разом
Исчез из рук твоих и глин,
Исчез из сердца и обмаза.

*
Старый сумрак. Редкий сумрак
С коренных деревьев хной.
Как из Красной книги зубры,
Ходит сумрак надо мной.

Наступая на трещотки
Петушиных флюгеров,
Через сердце, словно четки,
Он проталкивает кровь.

Я лежу на трафарете
Обведенной пустоты,
Я стою на табурете,
Где разводятся мосты.

Разрываются союзы
И свиваются петлей.
Окровавленные блузы
Полыхают над землей.

Давит сумрак черепицу,
Как валежник-сухостой.
Давит ребра, давит лица,
Не желает приобщиться
Мягкотелости святой.

*
Когда льется вода — даже в душе —
Это, кажется, лижется дождь
В наши мокрые липкие души,
Как собака в глубины ладош.

И зеленая оттепель капель,
Как живая, своим языком,
Отмывает двустворчатый кафель
И глаза твои от глауком.

Потому что все линии веры
Смотрят мир снизу вверх навсегда,
И ее постигает размеры
Лишь идущая сверху вода.

*
Снег распался на кибитки,
Как в степи остатки табора...
Не оставь своей попытки,
Остальное все — метафора.

Занесенные перроны,
Все разливочные, чайные —
Понесенного урона
Все метафоры случайные.

Снег стоял в степи, засыпан
До оси колес потресканных
И огонь последней "Зиппой"
Разводил за занавескою.
И земля, подставив ухо,
Чтобы ей закапал камфары
Снег цыганскою старухой,
Тоже делалась метафорой.

Подаянья да гаданья,
Конокрадство и гонения.
Это вечные скитания
Для красивого сравнения.

*
Первый снег, он милосердней
К павшим яловым листам —
Гладит лапою передней
По ушибленным местам.

Первый снег на то и первый,
Чтоб, войдя, благодарить
За натянутые нервы
И оборванную нить.

След улитки
Как замазывают швы
Меж уложенными плитками,
Основание листвы
Все проклеено улитками.

Ты всегда меня манил,
След, ведущий от ведомого,
И неведомых чернил
Траектория бездомная.

В продвижении ее
Все рассчитано — понеже
Начинается с нее
И кончается на ней же.