РАСКАТИЛИСЬ МЫ КАК ГОРОШИНЫ МАРИАННА КОЛОСОВА В МИРЕ МЕМУАРОВ Мы с тобой врагами не добиты, Но в тупик глухой заведены, Два обломка королевской свиты, Короля трагической страны. Подвиг — это миг самозабвенья, Огненный полет в ночную высь. Клятву долголетнего терпенья Мы с тобою выполнить взялись. Жизнь диктует новые законы, Вожаки кричат: “Не отставай!”, Но перед отцовскою иконой Огонек зажечь не забывай. Никому нас не переупрямить, Жизнь борьбой неравною полна. В эти дни сожжем о прошлом память, Чтоб не помешала нам она! Чтоб душа слезой не растекалась, В мусорную яму сволоку Нашу эмигрантскую усталость, Нашу эмигрантскую тоску. 1931 ЗА ОБИДУ По ночам я о многом думаю, На подушку слезы роняю, Но маленькую личную беду мою К общей не приравняю. На чужбину шквалом отброшены, Оглушенные гулким громом, Раскатились мы, как горошины, В поле чуждом и незнакомом. Не люблю я запаха ладана, Рано петь по нас панихиду, Будет день: нежданно-негаданно Отомстим за нашу обиду! Не за ссылку за нашу дальнюю, Не за горечь отдельной драмы, — За обиду национальную, За поруганные наши храмы! За все то, что русскому дорого, Что для сердца русского свято — Отомстим мы жестоко ворогу В грозный год Великой расплаты! 20 октября 1931 МОЙ ЩИТ Утомленная долгой борьбою, Боль и страх от врагов затая, Как щитом, я укроюсь Тобою, Православная вера моя! И во мраке глухом преисподней, И в просторах безбожной страны Осененная волей Господней Не погибнет душа без вины. Я упасть под мечом иноверца И сгореть на костре не боюсь За Христово пронзенное сердце, — За тебя, Православная Русь! 2 августа 1933 РАРИТЕТ “Где вы теперь, мой мальчик несуразный, упрямый мой, сердитый военком?” Это стихотворение Марианна Колосова посвятила одному из своих многочисленных увлечений — Валериану Куйбышеву. Представить это довольно сложно, потому что даже на фоне бесчисленных поэтов русской эмиграции, проклинавших СССР и коммунизм, стихи Колосовой выделялись своей исступленной ненавистью. Об этом говорят и названия ее сборников, выходивших в Харбине и Шанхае в тридцатых годах: “Не покорюсь!”, “Господи, спаси Россию!”, “На звон мечей”. Ее строфами были буквально забиты русские газеты Китая — она торопилась сделать как можно больше... и, конечно, ее подгоняла нищета. А за публикации хоть что-то, но платили. Стихи ее были необычайно популярны, особенно в военных и казачьих кругах зарубежья. Римма Ивановна Колосова (1903-1964), ставшая после замужества Покровской, взяла себе поэтическое имя Марианна уже в Харбине, куда она бежала после окончания гражданской войны на Дальнем Востоке. Маленькие комнаты в русских кварталах Харбина, поиски денег на каждый следующий день, русские литературные кружки и вечера... Ее муж, Алексей Покровский, человек крайне правых взглядов, организовал библиотеку, и Колосова за гроши разносила книги по домам читателей. Когда в Харбин вошли японцы, поэтесса сначала встретила их с восторгом, и лишь арест супруга несколько поубавил ее чувства. Она сумела вырвать его из тюрьмы, вместе с тысячами других русских репатриантов они бежали в Шанхай. Победа над фашизмом была встречена Колосовой с восторгом. Еще бы — слава русского оружия, которую она воспевала всю жизнь. Римма Ивановна получила советский паспорт, но после ждановского судилища над боготворимой Ахматовой через эмигрантскую печать отказалась от советского подданства. О ее последующей судьбе очень долго никто ничего не знал. И лишь в 90-м году появилась публикация о могиле на русском кладбище в Сантьяго и надписи на дощечке, прикрепленной к кресту: “Марианна Колосова. Русская национальная поэтесса. Блажен, кто правдою томим”. Тексты публикуются по сборникам “Не покорюсь!” и “Под звон мечей”, изданных в Харбине в 1932 и 1934 годах. Виктор ЛЕОНИДОВ, зав. архивом-библиотекой Российского Фонда культуры.