Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Архив:

2017
1 2 3 4
5
2016
1 2 3 4
5 6
2015
1 2 3 4
5 6
2014
1 2 3 4
5 6
2013
119 120 121 122
123 124
2012
113 114 115 116
117 118
2011
107 108 109 110
111 112
2010
101 102 103 104
105 106
2009
95 96 97 98
99 100
2008
89 90 91 92
93 94
2007
83 84 85 86
87 88
2006
77 78 79 80
81 82
2005
71 72 73 74
75 76
2004
65 66 67 68
69 70
2003
59 60 61 62
63 64
2002
53 54 55 56
57 58
2001
47 48 49 50
51 52
2000
41 42 43 44
45 46
1999
35 36 37 38
39 40
1998
29 30 31 32
33 34
1997
22 23 24 25
1996
14
НЛО представляет 147 номер

«НЛО» № 147 открывается блоком «Изящная словесность», где представлены стихотворения Ниджата Мамедова, Александры Цибули и Станислава Снытко.

 

РУССКИЙ ФОРМАЛИЗМ: ВИЗУАЛЬНЫЕ КЕЙСЫ
Составитель блока Ян Левченко

Существует если не универсальная матрица, то тенденция в гуманитарной культуре, крепнущая к концу XX века, — двигаться от слова к изображению, т.е. от того, что можно помыслить и при удачных обстоятельствах изложить, к тому, что можно наглядно представить и не всегда помыслить. Русские формалисты за десять лет своей групповой активности прошли схожий путь — от проблематики приема, сюжета и повествования к проецированию филологических методов на материал кинематографа. Важно, что они попытались проделать его чуть раньше других. Интуиция об ограниченности взгляда на культуру из литературной перспективы их не обманывала, но перейти от воспроизводства литературных моделей к смежным «рядам» (в смысле Ю. Тынянова) они не успели. Тем интереснее и продуктивнее кажется то, что им удалось сделать. Сейчас вклад в развитие визуальной теории — часть общей конвенциональной репутации формальной школы. Название представленного блока больше подходит для рубрики в журнале. Кейсов, описывающих и варьирующих визуальные интересы деятелей формальной школы, может быть если не бесконечное, то весьма внушительное количество. Тем не менее принципиальный характер «кейса» в данном случае очевиден.

Статья Аркадия Блюмбаума «Осип Брик и фотография: Еще раз о бергсонианстве в “Новом ЛЕФе”» содержит анализ возможного влияния философии Анри Бергсона на концепцию фотографии Осипа Брика, вычленяемую из его журнальных заметок второй половины 1920-х годов, т.е. предлагает сравнительную перспективу в русле истории идей. В статье Даулета Жанайдарова «Историческое воображение Виктора Шкловского-сценариста» реконструирована историческая концепция Виктора Шкловского в ее диахроническом развитии, и объектом исследования в ней выступают не романы, но киносценарии, построенные с учетом визуализации материала и придающие историческому воображению наглядный характер. Дескриптивная по методу, статья Жанайдарова обнаруживает аналитический потенциал самого материала, иллюстрирующего трансформации исторического сознания Шкловского в соответствии с меняющимся политическим курсом. Наконец, в работе Яна Левченко «Апология действия: «Маршрут в бессмертие» Бориса Эйхенбаума как киноповесть» выдвигается предположение, что повесть Б. Эйхенбаума «Маршрут в бессмертие» является потенциальным киносценарием, что показано на ряде примеров грамматического построения текста, усиливающего его наглядность, его акцент на визуальном восприятии. Таким образом, блок содержит совершенно разные случаи реализации интермедиальной проблематики в наследии формалистов с акцентом на различные уровни визуальности (концептуальный, описательный, воображаемый).

 

АНТРОПОЛОГИЯ И ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ВИЗУАЛЬНОСТИ: СЕМИОТИКА Ю.М. ЛОТМАНА И АНАЛИЗ КИНО: НОВОЕ ПРОЧТЕНИЕ КЛАССИКИ
Составитель блока Ирина Пярт

Интерес к наследию Ю.М. Лотмана (1922—1993) с течением времени не уменьшается: идеи легендарного основателя Московско-тартуской семиотической школы продолжают разрабатываться, а неизданные работы Лотмана и его обширная переписка с известными учеными неизменно вызывают интерес у читателей. Хотя при жизни Лотман считался в первую очередь литературоведом, ныне его концепции успешно применяются в истории культуры, политологии, искусствоведении и ряде других областей науки.

Предлагаемые здесь статьи объединяет то, что все они так или иначе развивают потенциал киноведческих идей Лотмана. Здесь можно обозначить два подхода. Первый можно описать как попытку нового прочтения Лотмана через призму идей других теоретиков кино, например Делёза (Сергей Огудов), и в сравнении с ними. Второй характеризуется свободным применением теоретических конструкций Лотмана для интерпретации отдельных структурных особенностей кинематографа (статья Ирины Марголиной об окраске ранних кинохроник) или отдельных произведений киноискусства (статья Ирины Пярт о Бергмане). Все авторы блока опираются как на специально кинематографические работы Лотмана, так и на его семиотические труды, особенно позднего периода (в частности, на «Культуру и взрыв» [Лотман 1992]).

В статье Сергея Огудова «Кинематографический знак и нарратив в концепциях Жиля Делёза и Юрия Лотмана» киноведческие теории двух мыслителей, несмотря на их принадлежность разным интеллектуальным школам, рассматриваются через общие для обоих категории дискретности и континуальности. Эти категории, считает Огудов, опосредованы различным пониманием знака у обоих теоретиков. Он показывает, как лотмановская концепция дискретности нарратива может быть дополнена делёзовским представлением о динамической процессуальной природе кинематографического знака. Так Лотман и Делёз, обычно считающиеся крайне далекими друг от друга, неожиданно вступают в (заочный) диалог. Потенциал лотмановской теории, обогащенной концепцией Делёза, Огудов демонстрирует на примере анализа раннесоветского фильма «С.В.Д.», где удивление Лотмана, вызванное возможностью кинематографа передавать «эффект реальности» вопреки очевидным нарушениям исторической достоверности, интерпретируется через перспективу делёзовского понятия «потенция ложного».

В статье «Семиотика цвета в кинохронике 1900—1920-х годов» Ирина Марголина рассматривает окраску пленки в раннем кинематографе как средство, призванное усугублять «чувство реальности» (Лотман) экранного мира, сколь угодно фантастического. В киносемиотических работах Лотмана цвет упоминался лишь в контексте соотношения цветного и черно-белого уже в период широкого распространения цветного кино, при котором черно-белая съемка рассматривалась как прием. В статье же Марголиной рассматриваются фильмы, прошедшие технику вирирования и тонирования, — для них черно-белая съемка служит базой, остовом, на который цвет накладывается как дополнительный элемент, усложняя структуру кинотекста. Цвет не просто оказывается важным коммуникативным элементом, но вскрывает нелинейность в построении нарратива.

В статье «Кино и автокоммуникация» Ирина Пярт обращается к теории автокоммуникации, в которой Лотман развивал известную схему коммуникации Якобсона и концепцию «внутренней речи» Выготского, и вводит понятие автокоммуникации в киноведение. В центре внимания в статье находится фильм И. Бергмана «Причастие» («Зимний свет») — часть трилогии «Молчание Бога» («Причастие», «Молчание», «Как в зеркале» («Сквозь тусклое стекло»): сквозной проблемой трилогии Бергман называл проблему нарушения коммуникации. Пярт анализирует возможности применения теории автокоммуникации к этому материалу и одновременно демонстрирует ее ограничения. Обращаясь к теории диалога Бахтина и теологии персонализма, она предлагает расширить понятие автокоммуникации, включив в него Другого, необязательно в качестве участника коммуникативного акта, а скорее как свидетеля, реального или воображаемого. Такой подход не противоречит Лотману, который в работах последних лет был открыт интерпретациям в духе Бахтина.

В целом же статьи блока показывают, что потенциал идей Лотмана для киноведения не исчерпан, а возможности диалога лотмановской семиотики с другими направлениями культурной теории и философии кино могут привести к более глубокому пониманию кинознака и кинотекста.


МАНДЕЛЬШТАМ REVISITED

Статья Евгения Сошкина «Мандельштам и его собратья: к вопросу об автопроекции Мандельштама на библейского Иосифа» знакомит читателей с новыми аргументами в пользу давней гипотезы о том, что стихотворение Мандельштама «Отравлен хлеб и воздух выпит…» (1913) явилось реакцией на недавнюю ссору, несостоявшуюся дуэль и, наконец, примирение с Хлебниковым в связи с его антисемитской выходкой в артистическом кафе «Бродячая собака». Анализ этого стихотворения в его полемическом аспекте дает ключ к пониманию одной странности в «Четвертой прозе», где поэт изображает себя жертвой антисемитской травли, но при этом парадоксальным образом придает «советским писателям» — своим преследователям по злополучному «делу об “Уленшпигеле”» — карикатурные черты евреев антисемитского мифа.

Предмет статьи Валерия Мерлина «Внутри горы бездействует кувшин: Фонетическая техника сталинской «Оды» Мандельштама» — «губная музыка», обнаруженная Мандельштамом в «Божественной комедии» и характеризующая его собственную поэтическую технику 1930-х годов. Сталинская «Ода», рассмотренная в этом контексте, типологически соотносится с фольклорными заклинаниями, vox magica и мифологической семантикой гончарного ремесла. В биографическом плане губная музыка соответствует болдинскому гротеску Пушкина.  В то же время бранные артикуляции, переходящие в parole pleine, позволяют определить сталинскую «Оду» как фонетическую бахтиниаду.

В статье Марии Кузичевой «“Бабочка” Осипа Мандельштама: стихи о познании» рассматривается фонетическая структура и образный ряд стихотворения Осипа Мандельштама «О бабочка, о мусульманка…», исследуется контекст его создания и заложенное в нем взаимодействие философских и художественных смыслов. Стихотворение входит в цикл «Восьмистишия», названный самим поэтом «стихами о познании». Уточняются события, предшествовавшие созданию цикла, устанавливаются соответствия, на разных уровнях связывающие «Бабочку» с мандельштамовскими «Путешествием в Армению», «Разговором о Данте» и стихами памяти Андрея Белого. Мы обнаруживаем у Мандельштама восходящий к философии Аристотеля проблемный ряд «материя—форма—энтелехия», получающий новое, поэтическое обоснование.


МЕТАМОРФОЗЫ ЭРОСА

Авторы статьи «Формулы любви: математическое моделирование литературных сюжетов» Ирина Головачева, Михаил Журавлев, Полина Демони рассуждают о перспективах неколичественного метода, а именно математического моделирования, для изучения литературных сюжетов. В качестве примера анализируется динамика типологически сходных любовных сюжетов — «Вешних вод» И.С. Тургенева и «Венеры в мехах» Л. фон Захер-Мазоха. Сочетание литературоведческого анализа и математического моделирования позволяет гораздо объективней воспроизвести пространственно-временную динамику любовных (в данном случае мазохистских) отношений в произведениях.

В статье Александра Кондакова «Рабство и господство как взаимные отношения: анализ договорных отношений в БДСМ» анализируется понятие рабства в БДСМ-культуре. В качестве отправной точки принимается категоризация властных отношений в садизме и мазохизме, предложенная Делёзом. Рассмотрение феминистских аргументов «за» и «против» БДСМ, озвученных в дискуссии вокруг понятия сексуальности для феминизма, позволяет уточнить концепцию. Теоретические разработки используются для анализа интервью с людьми, практикующими БДСМ, и репрезентаций БДСМ в фильме «50 оттенков серого». Анализ позволяет обнаружить несоответствие между социальной практикой и ее репрезентациями в культурном продукте, которое имеет не только эмпирическое, но и теоретическое значение для осмысления властных отношений.

В статье Ангелины Саул «Эротосфера поэтики желания: трансформация статуса желания в модернизме на примере творчества Хлебникова, Каббани и Каммингса»  рассматривается проблематика желания в поэтическом дискурсе модернизма на материале поэтических произведений трех поэтов-модернистов, а именно Каббани, Хлебникова, Каммингса. В модернизме традиционные представления о непрерывном, едином, последовательном были заменены идеей прерванного, множественного и некогерентного: отношения, которые существуют между словами и вещами, между говорящим и возлюбленным, становятся разрывом, в котором желание возвращается к своим корням. Анализируя языковую специфику тематизации «желания», статья доказывает довольно тесную семиотическую сочлененность трех концептуальных полей: языкового эксперимента, освобождения языка и эроса.


ПРОЧТЕНИЯ

В статье Марины Заваркиной «Социалистическая утопи я в творчестве А.П. Платонова» предложен анализ творчества одного из самых загадочных писателей XX века — А.П. Платонова. Основное внимание сосредоточено на жанре утопии и ее производных, а также проблеме утопического сознания. В статье делается вывод, что Платонов, считая себя пролетарским писателем, в середине 1920-х — начале 1930-х годов начинает «сомневаться» в происходящем. «Сомнение» отразится на изображении социалистического мифа в его произведениях, а именно, в эффекте одновременного отражения социалистических утопических идей и их критики. Это рождает сложное взаимодействие утопического и антиутопического планов в текстах писателя, что затрудняет определение «второй природы» жанра (утопия или антиутопия), а также предполагает другие варианты жанровых обозначений, более точных для выражения колеблющейся позиции Платонова.


УКРАИНСКИЕ НЕОКЛАССИКИ: ПОПЫТКА ОТСТРАНЕНИЯ

Статья Александра Дмитриева «Археология эпохи и пластика идентичности: Петров — Домонтович — Бэр» посвящена идейной биографии киев­ско­го ученого, писателя и эссеиста Виктора Петрова (1894—1969), реконструкции целостности, взаимосвязи его научных и художест­венных взглядов и в 1920-е, и в 1940-е годы. В центре его идей — вопрос об истории как сменяющих друг друга эпохах вне принципа прогресса, проблематика реконструкции первобытной идеологии рода (с опорой на Потеб­ню и Дмитрия Чижевского). Особенно важны и привлекательны в его творчестве взаимосвязь аналитического, художественного и историософского подходов, биографическая стилизация и любовь к маскам, наконец, стратегия интеллектуального выживания в пост­аван­гард­ной идеологической ситуации.

В статье Инны Булкиной «Виктор Петров и его «“Оттер”» представлены обстоятельства биографии одного из ведущих украинских прозаиков ХХ века, Виктора Петрова, и проанализированы особенности его поэтики. На примере романа «Доктор Серафикус» показано, как прием «остранения», описанный когда-то русскими формалистами как эстетический, становится своего рода защитным механизмом, единст­венно возможным «отчуждением от себя», «формой переживания мира». В этом смысле литературная практика Виктора Петрова (В. До­монтовича) сближается с опытами Лидии Гинзбург. В статье также раскрываются историко-культурные контексты романа, объясняется происхождение его героев и прототипов.

В. Домонтович (Виктор Петров) Болотная Лукроза (пер. с укр., предисл. и коммент. Инны Булкиной)


«ОСОЗНАТЬ ВОЛЮ РУКИ»: СЕРГЕЙ СИГЕЙ

В блоке представлены «Машинка со вселенским шрифтом. Сага о Сигее» Б. Констриктора, эссе Виллема Г. Вестстейна «Художник и ученый» и «хороводки речи» Сергея Сигея.


ЭССЕ

В этом блоке представлено эссе Гриши Брускина «Еще раз о Роберте Фладде, Лоренсе Стерне, Гюставе Доре, Альфонсе Алле, Казимире Малевиче и… не только»

 

Завершают номер традиционные разделы «Хроника современной литературы», «Библиография» и «Хроника научной жизни», содержащие рецензии новые художественные книги и на новейшие исследования российских и зарубежных ученых, а также обзоры значимых научных событий.