Сила гравитации большой личности неизбежно порождает вокруг себя мифологическое поле; недаром М.Л. Гаспаров давно стал героем саг и легенд гуманитарного сообщества. Подозреваю, что по тем же сложным мифотворческим канонам организован и научный универсум Михаила Леоновича. В этом интеллектуально насыщенном пространстве обитает несметное количество исторических персонажей и литературных существ, временной и пространственный диапазон исследования определяется категориями вечности, а художественная креативность и строгая эмпирика образуют причудливый симбиоз.

В этой модели вселенной, однако, нет авторитарной вертикали или жесткого фундамента — ни древа мира («великой идеи»), ни пресловутого краеугольного камня («главного труда жизни»), на основании которых ученого можно было бы залучить в компанию пророков или учителей жизни. Пространство, сотворенное Гаспаровым, — это конгломерат самостоятельных и часто самодостаточных территорий научной мысли, часть которых успешно им колонизирована, а часть лишь обозначена пунктиром или предугадана.

Не случайно Михаил Леонович при всей его многолетней безупречной профессиональной репутации стал для общегуманитарной среды знаковой фигурой именно в 90-е годы.

Его протеическая способность ускользать от диктаторских претензий «научных школ» и монологических концепций, его виртуозное владение различным профессиональным инструментарием и жанровыми категориями во имя расширения и обогащения научного поиска — эта жизненная стратегия стала для отечественных гуманитариев, ищущих свой путь в стремительно трансформирующемся культурном пространстве, и путеводной звездой и интеллектуальным вызовом.

Человеку, примирившему гуманитарную науку с художественным творчеством и соединившему Касталию с профанным миром, — наш скромный, но искренний Festschrift.

Ирина Прохорова