Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: НЛО 1996, 14

Вячеслав Иванов и поэзия Х. Н. Бялика

(ПРИЛОЖЕНИЕ. Письма Вяч. Иванова к Лейбу Яффе)




Роман Тименчик, Зоя Копельман

ВЯЧЕСЛАВ ИВАНОВ И ПОЭЗИЯ Х.Н.БЯЛИКА

Настоящее сообщение, предваряющее ввод в оборот писем Вяч.Иванова к Л.Б.Яффе, хранящихся в Центральном архиве сионизма в Иерусалиме, только в отдельных чертах намечает фактографический (в публикации не использованы письма Л.Яффе к Вяч.Иванову) и общесмысловой контексты, в которые вписаны предлагаемые вниманию читателей документы. И вопрос о еврейских мотивах (в самых разнообразных аспектах) у Вяч.Иванова, и типологическое сближение поэтик Вяч.Иванова и Бялика кажутся темами достаточно перспективными.

Имя писавшего на иврите и на идише еврейского поэта Хаима Нахмана Бялика (1873, дер.Рады Волынской губ. 1934, Тель-Авив) стало сравнительно широко известно русской публике в 1911 году, после выхода в свет его книги "Песни и поэмы". Ее появление отметил обозревавший поэтические сборники того года В.Брюсов:

"Мне жаль, что у меня не остается места, чтобы подробнее поговорить о сборнике стихов еврейского поэта Х.Н.Бялика в переводе Вл.Жаботинского. Не зная еврейского языка, я не могу судить о точности переводов, но г.Жаботинский доказал свое умение передавать чужие стихи прекрасными переводами из Эдгара По. Во всяком случае и по переводам нельзя не почувствовать, что г.Бялик поэт очень значительный, умеющий сочетать истинную художественность с тем, что у нас называют "гражданственностью в поэзии". Поэзи г.Бялика, насыщенная воспоми наниями Библии, исполнена редкой в наши дни силы и своим "необщим выраженьем" резко выделяется из однообразного хора современных "певцов"" 1.

В том же 1911 году упомянутую книгу переводов поэзии Бялика читал М.Горький и послал ее в подарок сыну. Горький неоднократно превозносил Бялика, в 1916 году посвятил ему статью и в 1921 помог получить разрешение на выезд в Палестину 2.

В 1915 году имя Бялика зарифмовал в поэме "Флейта-позвоночник" В.Маяковский:

И видением вставал унесенный от тебя лик,

глазами вызарила ты на ковре его,

будто вымечтал какой-то новый Бялик

ослепительную царицу Сиона евреева.3

Позднее, уже в Тель-Авиве, Бялик рассказывал, как через Горького он познакомился с Маяковским: "Маяковский, как обычно, читал свои стихи читал уверенно и нагловато... Когда кончил, спросил меня: Ну что? Я ему ответил: Читаете хорошо. И в самом деле читал он замечательно. На мои слова он с уверенностью заявил: Пишу еще лучше! "4

А Маяковский осенью 1925 года в Минске, в разговоре с начинающим идишским поэтом М.Тейфом, обыграл эту давнюю пикировку:

" А я знаю вашего Бялика. Огромнейший поэт. А ну, смогу я вспомнить или нет? Да, да. Вот, слушайте!

В комнате зарокотал голос Маяковского:

Встань и пройди по городу резни

И тронь своей рукой и закрепи во взорах

Вячеслав Иванов и поэзия Х.Н.Бялика
Присохший на стволах и камнях и заборах

Остылый мозг и кровь!

Сильно, правда?

Правда. Владимир Владимирович, позвольте мне прочесть Вам это на идише.

А, с удовольствием, с удовольствием.

Стараясь изо всех сил подражать его чудесному мягкому басу, я начал <...>.

Не знаю, как вы пишете, молодой человек, но читаете вы превосходно" 5.

Впервые, впрочем, в русской стихотворной строке имя еврейского поэта появилось у Ионы Брихничева в его славословии Одессе:

О, Город Бялика и Фруга,

Пророка и Певца Закона!6

По-видимому, во время своей одесской ссылки7 И.П.Брихничев сблизилс с еврейской общественностью города, что было естественнымпро должением позиции группы "голгофских христиан", созданной им вместе с В.П.Свенцицким. Позиция эта отражена в ряде публикаций журнала "Нова земля" в статье И.П.Брихничева "Черта оседлости как социальное зло", в статьях Н.Степаненко "Еврейская Россия", В.П.Свенциц кого "Еще о ритуальном убийстве", в перепечатке юдофильских стихотворений П.Ф.Якубовича, Эллиса, рассказа Г.А.Мачтета "Жид", пересказа новеллы И.Л.Переца "Что выше?" и др.8 Внимание к Бялику И.П.Брихничев разделял со своим сотрудником по журналу "Новое вино" и одесскому сборнику "Вселенское дело" А.К.Горским (Горностаевым) 9, который числится среди русских переводчиков поэзии Бялика.

Отметим также, что стихотворный портрет Бялика содержится в поэме Эммануила Германа (Эмил Кроткого) "Орда" в череде посетителей Горького Шаляпин, Виктор Шкловский, Чуковский:

Вот, нервно сжав диванный валик,

Струит Чуковский шутки злость.

Вот промелькнул библейский Бялик,

Сих русских строф случайный гость.

Идет в Москву, как в чуждый дом он,

Нес пустынь палящий бред

В нас укачавший русский гомон

Философических бесед.

Он здесь в снегах чужого быта,

Как в русской песне стих псалма.

В нем пыл тропический семита

Умерен холодом ума.

Сострят ответит, чуть помешкав. 10

При том, что у Бялика и ранее бывали контакты с представителями русской культуры 11, инициаторами решительного внедрения его творчества, да и самой его фигуры в общероссийский культурный контекст, помимо Горького, явились М.О.Гершензон и Л.Б.Яффе.

В 1915 году М.Гершензон опубликовал статью о положении евреев, в которой были строки:

"Есть певучесть в последней скорби, и безутешное рыдание всегда певуче; есть острая жизненность на дне скорбей. Вот в Бялике уже запела, впервые после Иегуды Галеви, душа еврейского народа, песнь нездешняя, песнь ангельски-земная! Не предвещает ли она возрождение еврейской души? Или правда то, что только почва Палестины может родить еврейству новый творческий миф?"12

М.Гершензон лично познакомилс с Бяликом, по-видимому, в Москве весной 1917 года. Их познакомил Л.Б.Яффе, и еврейский поэт произвел
на М.Гершензона сильное впечатление, которым тот поделилс с домашними и с друзьями. Как вспоминал Андрей Белый:

"Однажды, рассерженно набивая свою папироску, взбурлил он в пространство, мину глазами меня:

Вы, Валерий Брюсов, Иванов с вашими дарами не молокососы даже, а меньше; и что там Пушкин? Пушкин юноша перед

Перед кем?

Перед... Бяликом.

В чем дело?

В том, что к Гершензону явился поэт Бялик; после беседы с ним М.О. безапелляционно решил: Бялик гений, которого свет не видел; с Бяликом встретился я через несколько лет; ну да, умница... но, но, но... О Бялике больше я ничего не слышал от Гершензона: Бялик потух в нем"13.

В деле популяризации поэзии Бялика имя М.О.Гершензона сопряжено с уже упомянутым Л.Яффе. Лев Борисович (Лейб) Яффе ревнитель иврита, который "не упускал никогда случая в стихах и прозе пропаган дировать сионистское решение еврейского вопроса" 14. Его написанные по-русски стихи, продолжение "сионид" Семена Фруга, составили сборники "Грядущее" (Гродно, 1902) и "Огни на высотах" (Рига, 1938). Яффе много переводил с иврита, он утверждал, что им были выполнены первые переводы на русский из Бялика и Черниховского. Ему принадлежит первый перевод на иврит из Ахматовой "Сжала руки под темной вуалью..." (1921). С 1921 года он поселился в Иерусалиме, где занимался общественной деятельностью. Погиб в 1948 году при террористическом акте.

Когда во врем первой мировой войны в России против евреев были предприняты репрессивные меры, в том числе закрытие 5 июня 1915 года всех повременных изданий на обоих еврейских языках, запрет на пользование этими языками даже в личной переписке (большинство еврейских писателей покинуло тогда страну, а оставшихс обрекли на безмолвие), арест 8 мая 1915 года петроградского русскоязычного "Рассвета" в Москве начал выходить еженедельник "Еврейска жизнь", вдохновителем которого был Л.Б.Яффе.

Он решил напомнить евреям, что ивритская культура не уничтожена и, если ей не дают существовать в ее исконном обличье, она получит признание на русском языке. Поводом для такого признания могло бы послужить приближавшееся 25-летие публикации первого бяликовского стихотворения "Птичке" (апрель 1891). Л.Яффе замыслил подготовить специальный, юбилейный выпуск своего журнала, посвященный Бялику еврейскому национальному поэту, и привлечь к участию в нем и кработе над переводами лучшие литературные имена. Основанием надежд на успех этого предприятия было то обстоятельство, что перед лицом бедствий еврейских беженцев и еврейской культуры русские либеральные литераторы и общественные деятели создали Общество изучения еврейской жизни, у истоков которого стояли М.Горький, Ф.Сологуб, Л.Андреев. Это Общество трижды (в 1915 и в 1916 годах) выпустило литературный сборник "Щит", в котором наряду с русскими интеллигентами предложено было участвовать и Бялику. То был единственный случай, когда Бялик согласился выступить в нееврейском органе, однако цензура запретила его статью15. Тогда во второе, расширенное издание были включены переводы из Бялика, выполненные В.Брюсовым, Вяч.Ивановым и Ф.Сологубом по заказу Яффе для юбилейного номера его "Еврейской жизни".

В связи с юбилеем М.Гершензон написал о Бялике статью "Ярмо и гений", в которой коснулся и болевой точки собственной национальной принадлежности:

"Я помню себя ребенком; наш дом был благоустроен, в нем могла бы жить радость не хуже, чем в русских домах; почему же детское сердце исходило непонятной грустью, почему в пятницу вечером, лежа без сна и глядя, как в соседней комнате среди ночной тишины догорали в подсвечниках субботние свечи, и меркли, и вспыхивали, и снова меркли, так больно томилось робкое сердце и ширилось недетской скорбью? То ложилась на душу огромна тень еврейской тысячелетней скорби; то было наследие бесчисленных поколений, чьяжизньпроходилавнепрестан ных заботах и непрестанном страхе..."

И, оценивая путь, по которому пошел Бялик, с позиции своего жизненного выбора, Гершензон продолжал: "Нет сомнения, что субъективно Бялик искренне предан еврейскому делу и стремится содействовать своей поэзией возрождению еврейства. Но в действительности его вдохновение совершенно лично, гениально-эгоистично: он негодует и плачет только о земном порабощении своего гения. В громовых раскатах его гнева и в потрясающей жалобе его я слышу один упорный звук ропот на все, что человеческими узами связало его серафический дух. <...> Его гений не хочет знать ни еврейства, ни рассеяния, ни русского правительства; он рад бы забыть все это и вольно парить, если бы по-человечески мог"16.

Интересно, что замкнутость Бялика на еврейской проблематике оценил как в своем роде сдерживающий поэзию фактор и такой сугубо националистически настроенный критик, как И.Л.Клаузнер: "Старый иудаизм крепко держит Бялика в своих цепях"17.

В том же 1916 году выразил свое отношение к Бялику и И.Бунин, которого Л.Яффе также пригласил участвовать в чествовании юбиляра. Бунин отказалс переводить стихи Бялика, мотивируя свой отказ невозможностью переводить, не зная языка18. Он не согласился и писать о поэте, о чем уведомил редактора письмом: "При всем моем искреннем желании исполнить Вашу просьбу и почтить Х.Н.Бялика, коего я считаю настоящим поэтом, что так чрезвычайно редко, ничего не могу написать о нем, ибо все-таки знаю его только по переводам Жаботинского. Окажите любезность, сообщите, когда именно его юбилей и куда направить приветственную депешу"19.

При встрече Л.Б.Яффе с М.Гершензоном, уже незадолго до намеченного срока выпуска юбилейного номера, среди прочих кандидатур участников "фестшрифта" был назван Вячеслав Иванов20. Выбор Л.Б.Яффе и М.О.Гершензона имел основанием не только высокую репутацию Вяч.Иванова как поэта, но и, смеем предположить, известную уверенность в его согласии 21. Подписавший одним из первых в ноябре 1911 года обращение к русскому обществу, протестующее против кровавого навета в связи с делом Бейлиса, Вяч.Иванов позднее принял участие в сборнике "Щит", где в статье "К идеологии еврейского вопроса" писал: "Одною из коварнейших и вреднейших доктрин нашего времени представляется мне модная идеология духовного антисемитизма, приписывающа арийству (величине, этнографически, не лингвистически загадочной) многие превосход ные и блистательные качества, в семитических же влияниях на арийство и примесях к арийской стихии усматривающая исключительно отрицательные энергии, служившие искони препятствием свободному раскрытию творческих сил арийского гения"22. А заинтересованное отношение Вяч.Иванова к возрождению ивритской культуры, по-видимому, можно было прогнозировать уже тогда, во всяком случае, чуть позднее оно недвусмысленно сказалось в его поддержке театра Габима в пореволю ционные годы. Существо позиции Вяч.Иванова в вопросе о Габиме давно уже предано гласности 23, но нелишним будет привести аутентичные ивановские формулировки в полном объеме, указав на специфический полемический контекст, представление о котором дают выступлени А.В.Луначарского, организатора Еврейской секции РКП(б) С.М.Ди манштейна и реплика директора-основател Габимы Н.Л.Цемаха на том же заседании Центротеатра 16 февраля 1920 года, на котором выступал Вяч.Иванов:

"А.В.ЛУНАЧАРСКИЙ . <...> Может быть, мы не можем вмешиватьсяв этот вопрос, но мне кажется, что театр на древнееврейском языке должен напоминать специальные театры на древнеславянском или на латинском языке, и такой театр не может иметь большого значения для широких еврейских масс, а интересен только для небольшой части еврейской нации. <...> нужно решить, имеет ли государство право давать субсидию театру, который недоступен широким массам <...>

С.М.ДИМАНТШЕЙН . <...> нет ни одного маленького еврейскогоуч реждения, где бы меня не упрекали, что существует "Габима", это бельмо на глазу не только еврейских коммунистов, но и всей еврейской демократии, так как "Габима" есть прихоть еврейской буржуазии, и содержать на средства государства, на средства рабоче-крестьянской демократии такой театр, который не нужен ни рабочим, ни крестьянам, недопустимо. Допустим, что это художественно. Но на что идут деньги. На вещиобще полезные в русском государстве. Я же считаю, что эта вещь вообще никому не нужна, а только маленькой кучке буржуазии, стоящей за старый порядок. Для нас вообще это неприемлемо, так как мы знаем характер этого театра, что это не только театр на таком-то языке, а театр известной группы, стоящей на линии национализма, представителейбур жуазии, которые хотят посредством этого театра воскресить этот мертвый язык, вернуть евреев к религиозным предрассудкам, оторвать их от широких масс и мешать классовому развитию. Поддерживать такой театр значит поддерживать развитие в еврейском народе шовинизма, значит поддерживать определенную буржуазную группу.

<...> Приходится возражать тов.Иванову, что наши мысли направлены против еврейства. Мы имеем дело с евреями, у нас есть еврейскаясту дия, нас обвинить в антисемитизме нельзя, но у нас большинство против меньшинства, а меньшинство буржуазия против большинства. Чтобы ответить представителю "Габимы", нужно прочесть целую лекцию, это не дело Центротеатра разбираться в вопросах, которые имеют отношение к истории. Факт таков, что древнееврейский язык мертв, а тот мертвец, который не хочет, чтобы его хоронили, он смердит. Они говорят о той литературе, которая вышла на этом языке. Но ведь это один лишь крупный памятник на 10 тысяч на другом языке.

ЦЕМАХ. ...А Бялик?

С.М.ДИМАНШТЕЙН . Это остатки прежней культуры. Я знаю, чтоэтот язык мертв, когда говорят о древнееврейском языке, то всякий знает, что это вещь отжившая. Здесь хотят пригласить поддержать меньшинство, которое хочет самоопределиться. Мы не стоим за самоопределение буржуазии. Если буржуазия самоопределяется, пусть сама самоопределяется. Если мы не закрываем ее учреждения через ВЧК, и за то, пожалуй, пусть благодарит, так как она тащит назад, опять к тем регалиям, которые находятся в Палестине, а мы идем вперед, и наш язык это тот язык, на котором написаны произведения, призванные провозгласить движение вперед всей культуры... Тут не дело вдаваться в лекции и рефераты, это я не считаю нужным, а просто нахожу, что в субсидии "Габиме" нужно отказать" 24.

Текст выступления Вяч.Иванова:

"ВЯЧЕСЛАВ ИВАНОВ. В Советской Республике признан и проводится в жизнь принцип культурной самостоятельности национальных меньшинств. В целях охранения таковой введены соответствующие органы в общую систему государственного управления. Культурный национализм меньшинств не встречает несочувствия, напротив находит поддержку. Нельзя поэтому отказать в поддержке и еврейству, стремящемуся к утверждению и развитию своей национальной культурной традиции. Действие принципа отнюдь не ослабляется тем обстоятельством, что не все еврейство одинаково ей привержено. Та часть еврейства, котора национальным началом не дорожит, но хочет всецело служить началу интернационализма, тем самым выпадает из еврейства, понятого как одно из национальных меньшинств, и примыкает к русскому и международному пролетариату. Это не дает ей, однако, права говорить о расколе в еврействе от лица всего пролетариата, который своего решения о еврейской тяжбе не вынес. Было бы несправедливо, чтобы самоопреде ление этой части, хотя бы она являлась численно преобладающей, отменяло самоопределение другой и лишало последнюю возможности пользоватьс правами одного из национальных меньшинств. Еврейский национализм, поскольку он существует, имеет в культурной области не меньшее право на существование, чем национализм любой из этнических групп, покровительствуемых законами Республики. Еврейские противники национального еврейского самоутверждения, оторвавшись от еврейства как национальности и враждебно противодейству ей в ее тяготении к духовной самобытности, провозглашая ее стремлени общественно-вред ными, впадают в своеобразный антисемитизм. Всякое проявление антисемитизма, откуда бы оно ни исходило 25 и как бы ни мотивировалось, меня отталкивает. В споре о "Габима" дело идет не о мнимой "буржуаз ности" театральной студии, воскрешающей на сцене древнееврейский язык, но о попытке со стороны принципиальных ее противников воспрепятствовать его оживлению. Желание и усилие задушить и похоронить его равняется в моих глазах покушению на одну из величайших культурных ценностей человечества. Деятельность же студии "Габима" представляется мне немаловажным вкладом не в национально-еврейскую только, но и в общечеловеческую культуру" 26.

Что же касается угрожающих намеков главы Евсекции насчет регалий, которые находятся в Палестине, то представляется, что прав Д.М.Сегал, прочитавший в письме Вяч.Иванова Е.Д.Шору 1933 года "понимание Ивановым внутренней сущности и уникальности сионистского движения и сионистской работы"27 .

В следующий раз Л.Яффе обратился к Вяч.Иванову спустя полтора года. В 1917 году у Яффе в Москве было издательство "Сафрут", и, ободренный готовностью русских поэтов к сотрудничеству, он вместе с В.Ф.Ходасевичем принялся составлять "Еврейскую антологию"("сборник молодой еврейской поэзии"). Ходасевич участвовал в редактировании русских текстов, Яффе делал подстрочники и вел переговоры с переводчиками и с ивритскими поэтами, чьи стихи были предназначены к переводу 28. Антологи с предисловием М.Гершензона вышла двумя изданиями, одно за другим, в начале июля 1918 года, а в 1922-м в Берлине была переиздана снова.

Тогда же, в 1918 году, Яффе выпустил три литературно-общественных сборника "Сафрут", в которые, помимо переводов с иврита и произведений евреев на русском языке, вошли и сочинения русских поэтов, например библейские стихи Бунина.

Вячеслав Иванов при совместной работе с Л.Яффе перевел четыре произведения Бялика. Первый перевод, стихотворение "Истинно, и это кара Божья", был сделан для юбилейного номера "Еврейской жизни"29. Тема стихотворения уход евреев из национальной культуры воспринималась в те годы Л.Б.Яффе особенно остро. Он с горечью говорил, что "никогда ассимиляция евреев не шла таким темпом, как теперь, в черте забывается еврейский язык... еврейская молодежь... знакомитс с Бяликом по фельетонам Чуковского" 30.

Стихотворение "Истинно, и это кара Божья" Бялик написал подвпе чатлением речи Ахад Гаама, его старшего друга и наставника, произнесенной летом 1902 года в Минске перед собранием российских сионистов 31. Речь была ответом на споры о культуре, которые, по словам Ахад Гаама, прямо вытекали из потери национального мироощущения. Ахад Гаам призывал не радоваться вкладу евреев в русскую культуру, не гордиться признанием, которое они заслужили в глазах российского общества, но горько сожалеть о том, что лучшие таланты уходят из культуры национальной. В качестве примера оратор избрал фигуру недавно скончавшегося скульптора М.М.Антокольского, которому как раз тогда были посвящены восторженные статьи в еврейской прессе32. Слова Ахад Гаама: "Однако Антокольский не единственный, кто отдал свои силы и свой талант на служение другому народу. То же самое делают и остальные, наиболее значительные наши художники, мыслители и литераторы", преобразились в строки Бялика:

В кумир иноверца и мрамор чужой

Вдохнете свой пламень с душою живой.

...И, если бы в роде был зачат орел,

Он, крылья расправив, гнезда б не обрел:

От дома далече б он взмыл к поднебесью,

Не стал бы ширяться над вашею весью.

...Так, лучших отринув потомков своих,

Вы будете сиры в селеньях глухих.

Другая статья Ахад Гаама, объяснявшая отречение евреев от национальной культуры выхолощенностью религиозной традиции 33, подсказала поэту такие стихи:

И светочи будут мерцать вам темно,

И милость Господня не стукнет в окно,

Когда ж в запустенье потщитесь молиться,

Слезам утешенья из глаз не пролиться:

Иссохшее сердце как выжатый грозд,

Сметенный в давильне на грязный помост...

Эти злободневные отсылки переплетаются с мотивами из еврейских легенд о времени египетского рабства подобное переплетение характерно для поэтического мышления Бялика.

Остальные три произведения Бялика были переведены Вяч.Ивановым для "Еврейской антологии": поэма "Заводь" и два из трех последних стихотворений поэта, который в ту пору был в Москве и участвовал в отборе своих стихов для перевода.

Небольшая поэма "Заводь" особо значима для поэтической репутации Бялика. Произведение было дорого и самому Бялику, который, по завершении поэмы летом 1905 года, немедленно сообщил об этом своему другу Ире Ян34, причем, что было ему в других случаях несвойственно, поспешил объяснить структуру и главную идею произведения, которое первоначально предполагал озаглавить "Лес":

"... не прислал Вам и переложения нового стих. ("Лес"). Изложу Вам его сущность. Описывается там лес с имеющимся в нем прудом, и разделяетс оно на 6 главных частей: 1) лес с прудом утром, при ярком солнечном освещении, 2) в лунную ночь, 3) во время грозы, 4) перед восходом солнца, 5) в жаркий летний полдень и, наконец, 6) пруд как большое открытое "Око Лесного Царя", все видящее, все отражающее и со всеми изменяющееся (символ духа творчества) и вечно остающееся самим собою, со своей красивой, таинственной и ясной грезой о каком-то другом мире".

Первый комментатор бяликовской поэзии Фишель Лаховер35 указал, что в заключительной, шестой, части поэмы "Заводь" Бялик пересмат ривает усвоенное ивритскими поэтами из пушкинских стихотворений "Пророк" и "Эхо" представление о поэте вслушивающемся и говорит о стихотворце вглядывающемся, вбирающем в себя не звуковые, а зрительные впечатления, творящем стихи на языке зрительных образов ("лшон ха-мар'от") языке, на котором "Бог открывается своим избранникам". Эстетическа новация Бялика в "Заводи" была отмечена и критикой, и читателями, и молодыми поэтами. Лаховер предполагает, что размышле ниям Бялика на эту тему предшествовало чтение статьи поэта М.Ц.Мане, в которой дан не только свой перевод пушкинского "Эхо", но и проанализирован такого рода подход к механизму творчества.

Всего этого Вяч.Иванов, скорее всего, не знал. Оригинал не дает ключей к однозначному пониманию сочетани "язык зримого", и переводчик интерпретировал его как "свиток огненных словес". Ивановские "огненные словеса", по-видимому, сквозь "Аленький цветочек" С.Аксакова ("...и только подумала она... как на белой мраморной стене появилися словеса огненные") ведут русского читателя к библейской книге пророка Даниила, к словам, начертанным на стене перед пирующим Валтасаром. Аура сказки вызывает образ "зверя лесного, чуда морского", от которого недалеко и до упомянутого Бяликом в письме и не названного в поэме Лесного Царя, а библейский контекст эксплицирует Откровение в "зрительных образах":

Есть Божий, внятный нам язык

Язык молчанья. Всякий лик

Земной и горней красоты

В нем есть, и все цветут цветы;

Но соткан он из эхо снов,

И нет ни звука в нем, ни слов.

На нем миры творящий Дух

Непостижимо грезит вслух;

И в нем, поэт, своей мечты

Истолкованье видишь ты.

Глашатай знамений святых,

Он вечно развивает, тих,

Свой свиток огненных словес,

Являя духу свет небес

И снег вершин, и сумрак недр...

Любопытно, что в оригинале нет слова "эхо", а у Иванова оно появляется с характерным для Бялика сдвигом к семантике зрения "эхо снов", словно возвращая нас к пониманию Лаховера. Более того, "свету небес" перевода в оригинале соответствует "пас ракиа тхелет", что буквально значит "полоска лазури небесной". То же слово "пас" употреблено в книге Даниила уже как арамейское, означающее "перст": "В тот самый час вышли персты руки человеческой и писали против лампады на извести чертога царского, и царь видел кисть руки, которая писала". Интерпретаци Вяч.Иванова-переводчика как бы оказывается подкрепленной текстовой логикой.

И еще об одной особенности ивановского перевода "Заводи". Вяч.Иванов и другие русские поэты, разумеется, переводили Бялика по подстроч нику. Л.Б. Яффе снабжал их также "транскрипцией оригинала, описани ем размера и рифм", чтобы они "создавали переводы, проникшись духом стихотворения" 36. Вяч.Иванов, однако, позволил себе внести изменения в формальные параметры. В стихотворениях "Истинно, и это кара Божья" и "Да будет удел ваш безмолвный...", написанных белым стихом, он ввел парную рифму с чередованием пары мужских и пары женских в первом случае и со сплошными женскими во втором.

Безрифменные вольные ямбы с женской клаузулой в оригинале "Заводи" немедленно заслужили упрек знатока: "...стихотворение Бялика, прелестное по содержанию (описывается лес в разные моменты погоды), по форме и в смысле метрики оставляет кое-чего желать: если нет рифмы и не всюду выдержан размер, то какой смысл имеет деление на стихи?"37

Случайно солидаризируясь с этой критикой, Вяч.Иванов перевел поэму четырехстопным ямбом с парными мужскими рифмами т.е. размером "Шильонского узника" и "Мцыри"38. Искажение весьма примечательно. Поэма Лермонтова появилась на иврите в 1885 году в переводе рижского раввина А.И.Пумпянского. Современник Бялика свидетельствовал: "...выходцы из ешибота до упоени зачитывались поэмой "Мцыри", давно уже переведенной на древнееврейский язык г.Пумпянским, они проливали над нею горькие слезы, словно читая собственную исповедь..." 39 Выходец из Воложинского ешибота еврейской духовной семинарии, Бялик читал Лермонтова и на иврите, и по-русски. Это чтение оставило воистину глубокий след в его поэтическом творчестве 40. Поскольку исповедальный характер "Заводи" явствует из самой поэмы (он подтверждается и признанием Бялика еще до ее написания: "...я был подобен маленькой заводи, таящейся в глубине леса: целый мир отражаетс в ней безмолвно и инако..."41), Вяч.Иванов выбором формы отчетливее обозначил жанровое своеобразие и интеркультурную преемственность оригинала.

Вяч.Ивановым были переведены еще два стихотворения Бялика: "Да будет удел ваш безмолвный..." и "Младенчество". Первое написано после четырехлетнего молчания Бялика (19111915), которое не только мучило его, но стало притчей во языцех, а затем вызвало новый вид апологети ческой критики, толковавшей "ораторское искусство" непишущего поэта. Когда было написано "Да будет удел ваш безмолвный..." (и "Предводителю хора!"), автор не без удивления и гордости сообщил старинному другу: "Рука моя "тянется к перу" и что за чудо: оно движется, черт возьми! По правде говоря, движется неспешно, но движется. Вернее было бы сказать: ползет"42. Бялику не терпелось опубликовать новые вещи, чтобы доказать, что муза покинула его не насовсем. Он намеревалс включить их в альманах "Кнессет", который готовил тогда к печати и в котором предполагал дать возможность выступить всем еще оставшимс на территории России ивритским литераторам. Выход альманаха, впрочем, задержался до Февральской революции и отмены цензурных запретов на иврит. Но и тогда Бялику важно было оговорить дату этих стихов. В альманахе было впервые опубликовано и его последнее к тому моменту стихотворение "Младенчество" (1917).

Долгожданное появление стихов в печати вряд ли полностью удовлетворило Бялика: ивритом владели в достаточной мере лишь немногие еврейские любители поэзии, в чем он имел случай убедиться. Когда27фев раля 1916 года на вечере кружка студентов-евреев Московского Коммерческого института он прочел "Истинно, и это кара Божья" и "Предводи телю хора!", то "единодушно встретившая поэта публика после чтения на непонятном многим языке не столь единодушно провожала его. Компенсацией явилось чтение артисткой Малого театра г. Смирновой переводов автора на русском языке"43. Очевидно, что Бялику нужныбыли переводы его новых стихов.

"Предводителю хора!" в 1923 году было переведено В.Ходасевичем для его книги "Из еврейских поэтов"44 . Выполненный Вяч.Ивановым в 1918 году перевод стихотворения "Да будет удел ваш безмолвный..." несколько неожиданно был помянут в 1968 году в Иерусалиме, на торжественном заседании Академии языка иврит по случаю 80-летия ее президента, профессора Н.Тур-Синая. Поэт и в те годы ведущий в Израиле переводчик с русского Авраам Шлионский посвятил свое выступление ивановскому переводу:

"Мне вспоминаетс одно стихотворение Бялика, прекрасно переведенное на русский язык: "Да будет удел ваш безмолвный". Я спрашиваю: каким образом? Разве практика не показала уже, что всякая попытка перевести Бялика на какой угодно язык приводит к умалению его масштаба и именно из-за того, что его поэзия держится на языковойкуль туре, и не столько в смысле словаря, сколько в смысле национальной сокровищницы... Возьмем начало: "да будет удел ваш безмолвный моим"это выражение при всей его значимости в культуре иврита имеет эквиваленты и в прочих языках, особенно в славянском, где обильны сочетания религиозного и молитвенного ряда. Но далее: "немые душою". Здесь уже нечто именно бяликовское умение секулярными словами создать образ почти религиозный (во всяком случае, столь гуманистически возвышенный, столь близкий к религиозному!). Как перевести такое? Здесь налицо высшая уникальность уникальность языка и уникальность творчества. Как же чужому воплотить это "Я" иврита и Бялика? <...> И вот в переводе: "молчальники души". Взято слово из религиозного арсенала русского языка и сопряжено со словом "душа", и это сопряжение вывело образ из чисто религиозного обихода, что противоречило бы оригиналу, однако сохранило флёр религиозности. С помощью этого, казалось бы, сугубо русского решения дан перевод, равноценный ивритскому оригиналу, бяликовскому уникальному образу. За счет чего же? Не за счет слов и оттенков их значений, но за счет словосочетаний, т.е. за счет поэзии..." 45

И хотя память несколько подвела Шлионского и слова "молчальники" и "душа" не вполне сопряжены в переводе:

Да будет удел ваш безмолвный

Моим вожделенным уделом,

Вы, ткущие жизнь свою втайне,

Стыдливые словом и делом!

Молчальники , в сердце смиренном,

Как жемчуг в жемчужнице тесной,

Святую мечту вы таите,

Богатство души бессловесной,

по сути Шлионский прав вот еще пример из того же стихотворения:

Дыханием каждым и взором

Служа в тишине Человеку

Вы лепоту духа струите

В мирскую вселенскую реку.

Та же идея бессловесности малых мира сего нашла свое развитие в следующем стихотворении Бялика "Младенчество", отделенном от "Да будет удел ваш безмолвный" почти двумя годами поэтической "безгла гольности". "Тоска по незапятнанном мире светлых детских пережива ний <...> по ярком детском восприятии мира" вот что обозначиловчи тательском восприятии новое вероятное направление творчества автора "Песен гнева": "Кто знает, не найдет ли он в этом детском мире ту почву, которой ему нужно коснуться, как Антею, чтобы почерпнуть новыйрод ник вдохновенья? Или мятежная, вечно ищущая душа поэта не найдет себе покоя в нашей беспочвенной, суетной жизни! Тогда, вероятно, она будет и дальше таить в себе трагедию своего безмолвия, тайну могучего родника, иссякающего в пустыне жизни..."46

Это, напомним, последнее к моменту создания "Еврейской антологии" стихотворение не имеет на иврите названия, и перевод, видимо, был озаглавлен переводчиком, которого имя "Младенчество" отсылало к собственной поэме об эдеме детства, о "святом безмолвия языке". Но не только общеромантические мотивы связывают двух поэтов. Характерная для Вяч.Иванова статика сопряженных существительных как нельзя больше подходит для передачи грамматической конструкции "смихут", аналогичной в русском языке сочетаниям типа "ловцы жемчуга", "дети солнца". Бялик любил наращивать цепочку существительных в смихут до четырех, даже пяти, разбавляя их иногда прилагательными. Вяч.Иванов с помощью безглагольных конструкций воспроизводит эффект таких цепочек:

Над малой храминой небес

Округлый свод в венце древес;

А пол у храмины стекло.

И в своде, и на дне светло...

Впрочем, как сказано было выше, система межъязыковых и межкультурных соответствий, предложенная Вяч.Ивановым не без апелляции к ресурсам своего идиостиля, достойна самостоятельного и подробного рассмотрения.

1 Брюсов В. Среди стихов, 18941924. М.,1990. С.346 (первоначально: Русская Мысль. 1911. No 7) Знакомство с переводами В.Жаботинского откликнулось замечанием Н.Гумилева в 1911 году об "интересности" чтения еврейских писателей в переводе (Гумилев Н. Письма о русской поэзии. М., 1990. С.132).

2 Об отношении М.Горького к Бялику см.: Горький Максим . Из литературного наследия: Горький и еврейский вопрос/Авторы-сост. М.Агурский и М.Шкловская. Иерусалим, 1986; Агурский М. Горький и еврейские писатели. Минувшее. Исторический альманах. 10. Париж, 1990. С.175197. Перепечатку статьи М.Горького "О Х.Н.Бялике" см.: Иностранная литература. 1990. No 4 С.139140.

3 У нас нет сведений о том, в какой мере введение имени Бялика в мадригальный контекст стимулировано кругом интересов адресата как, например, мы можем объяснить появление имени Гофмана в экспозиции поэмы, ссылаясь на рассказ Лили Брик об их с О.М.Бриком времяпровождении в первые годы их брака: "...мы читали их друг другу вслух <...> Гофмана <...>. Мы прочли вслух <...> Кота Мура <...>" (Валюженич А. Осип Максимович Брик: Материалы к биографии. Акмола, 1993 С.137), но можно обратить внимание на то, что двоюродный брат Брика О.Б.Румер (Там же. С.139, 182) вскоре после того выступил как один из русских переводчиков Бялика (Сафрут. М., 1918. Кн.3. С.32). О возможном влиянии символики и риторики В.В.Розанова на выбор образа "царицы Сиона" см. в серии публикаций Л.Ф.Кациса.

4 Гликсберг М. Бялик йом йом = Бялик изо дня в день. Тель-Авив, 1953. С.11 (на иврите). Запись сделана 12 декабря 1929г. Выделенные слова приведены в ивритском тексте по-русски. Автор записей замечает: "Я не знаю, когда Бялик познакомился с Маяковским, в свой первый приезд в Москву или во второй".

5 Тейф М.С. А богегениш мит Маяковскин = Встреча с Маяковским. Ейникайт = Единение. Орган еврейского антифашистского комитета. М., 1946. 16 апр. С.3 (на идише). Выделенные слова и текст Бялика приведены в статье по-русски. Маяковский читал начало "Сказания о погроме" Бялика в переводе В.Е.Жаботинского.

6 Брихничев И. Осанна: Вторая книга стихов. Одесса, 1914. С.12.

7 См.: Русские писатели, 18001917: Биогр. словарь. М., 1989.Т.1.С.329 (ст.Д.М.Магомедовой и Е.Б.Белодубровского).

8 См. подробнее: Мартынов И. "Голгофские христиане" и "Дело" Бейлиса. Россия. Russia. 1991. No 7. С.119130.

9 См. о нем: Русские писатели, 1800--1917. Т.1. С.642643 (ст. К.М.Поливанова); Русский космизм: Антология философской мысли/Сост. С.Г.Семеновой, А.Г.Грачевой. М., 1993. С.211214.

10 Эхо. 1922. No 4. С.2.

11 См., например, о его встрече 1911 года с Л.О.Пастернаком и об их последующей дружбе: Письмо Л.О.Пастернака к Бялику/Публ. Ж.Л.Пастернак и Л.Л.Пастер нак-Слэйтер. Комм. Л.Флейшмана; Флейшман Л.С. К публикации письма Л.О.Пастернака к Бялику. Slavica Hierosolymitana. Jerusalem, 1977. Vol.I. P.306316; Гасс Б. Пасынки временных отчизн. Тель-Авив, 1985.

12 Гершензон М. Народ, испытуемый огнем. Еврейская неделя. 1916. No 1. С.28 (первый вариант: "Дело правды и разума!" Невский альманах. Жертвам войны. Пг., 1915). Об отношении М.О.Гершензона к еврейству см.: Андреева Инна. Переписка В.Ф.Ходасевича и М.О.Гершензона. De visu. 1993. No 5 (6) С.1316; Переписка В.В.Розанова и М.О.Гершензона/ Вступ. ст. и публ.В.Проску риной. Новый мир. 1991. No 3.

13 Белый А. Между двух революций. М., 1990. С.256. О реакции М.Гершензона на личность Бялика см. также в статье В.Ф.Ходасевича "Бялик" (1934). ХодасевичВ . Колеблемый треножник. М., 1991. С.448449.

14 Вишняк М. Дань прошлому. Нью-Йорк, 1954. С.84.

15 Унгерфельд М. Бялик ве-софрей доро = Бялик и писатели его поколения. Тель-Авив, 1974. С.89 (на иврите).

16 Еврейская жизнь. 1916. No 1415, 1316.

17 Отечество. Пг., 1916. С.291.

18 Яффе Л. Йовло ха-ришон шель Бялик = Первый юбилей Бялика. Ха-олам. 1933. No 2. С.19 (на иврите).

19 Письма И.А.Бунина к Л.Б.Яффе хранятся в Центральном архиве сионизма. "Приветственна депеша" оказалась стихами:

ДА ИСПОЛНЯТСЯ СРОКИ

Х.Н.Бялику

Почто, о Боже, столько лет

Ты мучишь нас в пустыне знойной?

Где правый путь? Где отчий след

К стране родимой и спокойной?.. и т.д.

К сожалению, иногда это стихотворение печатается под неверным определением "Из Бялика".

20 Яффе Л. Цит. соч. С.19.

21 Начало изучения темы см.: Markish S. Vjaceslav Ivanov et les Juifs. Cahiers du monde russe. 1984. Vol. XXV. No 1. P.3547. Напомним, что "еврейский вопрос" был остродискуссионным в литературном окружении Вяч.Иванова второй половины 1900-х годов. Известно, что сомнения и болезненные эмоции по этому поводу обуревали Блока. Оговорим, что основной документ, касающийся воззрений Блока на сей счет, утрачен. 14 мая 1913 года художница Л.М.Сегаль -Бродская (18921977) писала Блоку:

"...Мне кажется, что мистическая сущность еврейства настолько противополож на русской, что этим самым уже является враждебной, вредной ей. Еврейское "засилье" да, ведь это так, смотрите, как фатально быстро идет смешение двух рас. Какие основы получат грядущие поколения и какими путями пойдет искусство у людей, соединяющих в себе элементы славянства и еврейства (я говорю не о смешанных браках, нет, просто о людях, выросших в смешанном обществе в смешанной среде). Ведь великое искусство может быть только глубоко национальным, и мы, с нашим бесконечным рационализмом, что внесем мы в искусство России. Левитан но мне трудно судить, внес ли он ноту специфической нашей тоски в свои картины или нет. Дух еврейства дух познавательный, критический, наши книги, Зогар напр<имер>, все врем говорят о сущности Бога, о его свойствах, мистика сводится к пророчеству, к заботе о судьбах народа о слиянии же с Богом, об уничтожении себя в порыве к Нему, этого я в ней совершенно не чувствую. Я бесконечно люблю Россию, и вот теперь мне кажется, что ради Ее блага, ради Нее, может, лучше моему народу уйти прочь пусть сионизм, так, может быть, будут сохранены два великих искусства, русское и наше, еврейское. Теперь, когда мое письмо почти кончено, я напомню Вам Ваше письмо, писанное почти ровно 5 лет томуназад 1-го мая 1908 г. "Знаете, с идеями о должном и не должном, о путях и разочарованиях очень связан национальный вопрос, в частности и особенно еврейский. Я много думал об этом и ко многим пришел выводам. Так как Вы "по крови еврейка", то я очень много имею Вам сказать. Это один из самых насущных и проклятых вопросов современности". Может быть, теперь, через 5 лет, Вы разовьете это, напишете, каковы Ваши выводы, не совпадают ли они с моими, не пришли ли мы к одному, несмотря на разные исходные точки. И если это так, что мне кажется вполне вероятным, то что делать тем из нас, что всеми корнями вросли в Россию, неужели уехать? Неужели все порвать и уйти?" (РГАЛИ. Ф.55. Оп.1. Ед.хр.396. Л.1315.)

По свидетельству Л.М.Сегаль-Бродской, записанному 17 августа 1946 г. Эммой Григорьевной Герштейн, среди некогда сожженных писем Блока к Сегаль "было одно на 12 страницах, в котором Блок отвечал на ее письмо о роли и положении евреев в русском обществе. Блок цитировал Вл.Соловьева и В.В.Розанова, а закончил письмо фразой "но надо помнить, что Христос был еврей"".

22 Иванов Вяч. Собр. соч. Брюссель, 1979. Т.3. С.308.

23 Заключительная часть приводимого здесь текста выступления с сокращениями и незначительной правкой цитируется, например, в статье С.Марголина "Летопись Габимы" (Московский театр ГАБИМА. Турнэ ЕвропаАмерика. Рига [1926]. С.1415).

24 Машинописная копия неправленой стенограммы заседания хранится в Театраль ном музее Еврейского университета в Иерусалиме. Авторизованная запись выступлени Вяч.Иванова приложена к ней.

25 Ср. характерный эпизод 1911 года, когда Вяч.Иванов, заподозривший юдофобский оттенок в выступлении поэта А.А.Кондратьева в Обществе ревнителей художественного слова, предельно резко выступил против него (см.: Annali dell' Istituto Universitario Orientale Sezione slava. Napoli, 1969. Vol.12. P.24; Тименчик Р. Осколки. Окна. Тель-Авив, 1994. 10 февр.; Тыняновский сборник. Пятые Тыняновские чтения. Рига; Москва, 1994. С.178).

26 В период своего пребывани в Москве перед отъездом в Италию он сделал запись в книге отзывов театра:

"Под мощным и жутким впечатлением "Гадибука" пишу эти несколько слов на память художникам "Габимы", чтобы выразить все свое восхищение перед художественною подлинностью, выдержанностью и внутренней силой этого поразительного создания, в незабываемых образах воплощающего душу еврейства.

...И рад, что ныне не гонима

Необычайна Габима!

Старый друг и доброжелатель

Вячеслав Иванов

15 июня 1924 года".

27 Сегал Д. Вячеслав Иванов и семья Шор Cahiers du monde russe. 1994.Vol.ХХХV (1-2). P. 349.

28 Яффе Л. Владислав Ходасевич; В.Ф.Ходасевич и современная еврейская поэзия/Публ. и комм. Луиса Бернхардта. Russian Literature. 1974. No 6. P. 2130.

29 Еврейская жизнь. 1916. No 1415. C.16. Перепечатано: Щит: Литературный сб-к/Под ред. Л.Андреева, М.Горького и Ф.Сологуба. 2-е, 3-е изд. М. 1916. С. 248. Еврейская антология: Сборник молодой еврейской поэзии/Под ред. В.Ф.Ходасевича и Л.Б.Яффе. М., 1918. С.3637; Бялик Х.Н. Стихи и поэмы. Шанхай, 1943; Бялик Х.Н. Стихи и поэмы. Тель-Авив, 1964. С.42; Бялик Х.Н. Стихи и поэмы. Иерусалим, 1994. С.113114 (в трех последних разных по составу сборниках перепечатаны все переводы Вяч.Иванова); Иностанная литература. 1990. No 4. С. 144145.

30 См. отчет об общем собрании "Общества распространения просвещения между евреями России" (Еврейска неделя. 1915. No 28. С.44). Л.Б.Яффе, вероятно, припомнил отзыв в обзоре К.Чуковского "Русская литература в 1911 году": "Место мое иссякает, но многое осталось недосказанным. Как не упомянуть, например, о значительной книге Вл.Жаботинского "Песни и поэмы Х.Бялика", где с видимым напряжением, с натугой, почти через силу, даровитый публицист -журналист пытается передать своим твердым, но негибким и ломким стихом страстную библейскую поэзию нового пророка Израильского" (Ежегодник газеты "Речь" на 1912 год. СПб., 1912. С.445; при републикации в шеститомном собрании сочинений в 1969 году это место опущено). Попутно следует отметить статью "Х.Н.Бялик", напечатанную А.М.Эфросом 23 января 1913 года в "Русских ведомостях" (за подписью "А.Э."). Вопрос о степени и путях воздействия Бялика на литературную молодежь из российских евреев заслуживает детального изучения. См., например, адресованное Бялику стихотворение Я.Ривина "Его стихи как полевой цветок..." (в альманахе "Провинциальная луна". Минск, 1915):

...Его стихи ликующий призыв,

Грохочущий прилив,

Дробящий скал оковы.

Его стихи как вихрь, не знающий границ,

Как стая птиц,

Как призрак Иеговы.

Ср. также исповедь, построенную на цитате из Бялика, в письме автора двух стихотворных сборников Натана Кивовича Пинчука (1896?) к А.В.Руманову (РГАЛИ. Ф.1694. Оп.1. Ед.хр.498).

31 Речь Ахад Гаама (псевд. Ушера Гирша Гинцберга; 18561927) под названием "Тхият ха-руах" (Духовное возрождение) была напечатана в редактировавшемся им журнале "Га-Шиллоах" (1902. Т.10).

32 См., напр.: Восход. 1902. No 28; Jewish Chronicle. 1902. July 25.

33 Ахад Гаам. Тора ше-ба-лев = Тора, что в сердце. Ха-пардес. Одесса, 1893. No 2 (на иврите).

34 Ира Ян псевдоним Эстер Иосифовны Слепян (1869, Кишинев 1919, Тель-Авив). Художница, автор нескольких рассказов, она при помощи Бялика перевела две его большие поэмы "Мертвецы пустыни" и "Огненная Хартия". Ира Ян также рисовала Бялика и была первым иллюстратором его стихов (1908). Выдержка взята из письма Бялика от 20.06.1905 (по-русски), хранящегос в доме-музее поэта "Бейт-Бялик", Тель-Авив.

35 Лаховер Ф. Бялик хайав вициротав = Бялик жизнь и творчество. Тель-Авив, 1937. Т.2. С.504517 (на иврите).

36 Яффе Л. Владислав Ходасевич. Ха-олам. 1939. No 4445. С.884 (на иврите).

37 Переферкович Н. "Га-Шиллоах". Книжки Восхода. 1906. No 3. С.164.

38 Об истории размера см.: Гаспаров М.Л. Очерк истории русского стиха: Метрика. Ритмика. Рифма. Строфика. М., 1984. С.146147.

39 Лазарев Л.И. [И.Э.Лейзерович]. Мимоходом. По поводу одного юбилея. Новый восход. 1915. No 1. С.54.

40 Ср.: "Одно имя Бялика уже вызывает в нас какой-то страх, какую-то жуткую оторопь, как имя лермонтовского пророка!.." (Лазарев Л.И. [И.Э.Лейзерович]. Трагедия поэта. Евр. неделя. 1916. No 1617. С.40.) или: "В этом стихотворении ("Перед закатом"), как в "Ангеле" Лермонтова, Евангелие романтизма, интимное и глубочайшее слово поэта, его символ веры" (Ейвин Г. К характеристике творчества Бялика. Сафрут: Лит.-общ. сб./Ред. Л.Б.Яффе. М., 1918. Кн.1. С.180). О влиянии Лермонтова на Бялика см.: Бар-Йосеф Х. Х.Н.Бялик и русская поэзия. Ариэль. Иерусалим, 1990. No 3. С.2449.

41 Лаховер Ф. Игрот Бялик = Письма Бялика. Тель-Авив, 1938. Т.1. С.162 (наиврите).

42 Там же. Т.2. С.167.

43 Б.Л. Вечер еврейской поэзии. Новый путь. 1916. No 7. С.3435. Н.А.Смирнова (18731951) жена известного театрального критика Н.Е.Эфроса. Попутно отметим, что на Палестинском вечере 19 апрел 1917 года в театре Зона в Москве (часть сбора шла в пользу евреев русских подданных в Палестине) наряду с Бяликом и Л.Б.Яффе выступала М.Н.Ермолова (Левитина В. Русский театр и евреи. Иерусалим, 1988. Т.2. С.241).

44 Ходасевич В. Из еврейских поэтов. Петербург; Берлин: Изд-во З.И.Гржебина, 1923. С.78.

45 См.: Зихронот ха-Академия ла-лашон ха-иврит. Дуах ха-ешива ха-хагигит ле-проф. Тур-Синай бе-мле'от ло 80 шана. Иерусалим, 1968 (на иврите).

46 Ейвин Г. Цит. соч. См. также: Портнова Н. Из эпистолярного наследия С.Г.Фруга. Jews and Slavs. Vol. 4. Jerusalem, 1995. C.181, 188190.
Р.ТИМЕНЧИК, З.КОПЕЛЬМАН

ПИСЬМА ВЯЧ.ИВАНОВА К ЛЕЙБУ ЯФФЕ

I

29 марта 1916

Многоуважаемый

Лев Борисович,

Изменять что-либо хотя бы и дружеской и умелой рукой в стихах поэта столь знаменитого, как Ф.Сологуб, дело весьма ответственное и деликатное; Федор Кузьмич бывает часто щепетилен, пожалуй, обидится, и прибавлю не без основания. Да и было бы из-за чего рисковать задеть его, когда он так отзывчиво поспешил исполнить наше желание, воспользовавшись немногими часами, которыми он располагал в Москве! Ведь смысл все же нимало не искажается при сохранении его текста. Французский поэт может обращаться к Богу с молитвой "за французов", немецкий "за немцев": почему же "за евреев" в стихах Бялика должно производить такое впечатление, как будто он говорит "со стороны"? В Библии постоянно говорится о "Израиле", "дщери Израиля", "дщери Сиона" вместо: "мы", "наш народ". Конечно, стихи Сологуба ничего бы не потеряли, если бы вместо "для евреев" (1 строка) и "за евреев" (4 строка) стояло "за народ мой". И я посоветовал бы ему написать это или подобное, если бы с ним лично беседовал. Но в его отсутствие нельзя позволить себе изменить ни иоты в написанном. Это вопрос принципиальный . И я бы сам не простил ни одной редакции произвольной перемены, как бы удачна она ни была. Итак, мой совет: печатайте хорошие стихи как есть и не делайте осложнений, по существу дела совершенно ненужных. Изменения мои в корректуре моих стихов тщательно соблюдите.

С истинным уважением

Вяч. Иванов

Если я Вас не убеждаю, единственный исход телеграфировать Сологубу (Петроград, Разъезжая,31): "можно ли поставить за народ мой вместо за евреев". Но, повторяю, этого излишне добиваться, да и времени у Вас нет. Итак, пожалуйста, печатайте стихи без перемен.

В.И.1

1 Речь идет о переводе стихотворения Бялика Аl-Ha'sohohita ("О резне", или"Над бойней"), возможно выполненном Ф.Сологубом 1819 января 1916 года во время двухсуточного пребывания в Москве. Начало в переводе Ф.Сологуба:

О милости, небо, проси для евреев,

Когда тебе ведомы к Богу живому пути.

Я к Богу путей не умею найти.

О, небо, молись за евреев!

Ср. в переводе Валерия Брюсова:

Для меня милосердий, о небо, потребуй!

Если Бог есть в тебе и к Нему путь по небу;

(Той стези не обрел я!)

Дл меня милосердий потребуй!

Вариант Ф.Сологуба был опубликован в юбилейном бяликовском номере "Еврейской жизни" (3 апреля 1916 года). Ф.Сологуб писал к Л.Б.Яффе 5 апреля 1916 г.:

"М.Г.

Г. Редактор,

Очень прошу Вас выслать мне No 14 "Еврейской Жизни", где напечатан мой перевод стихотворения Бялика. Мне было бы очень приятно, если бы Вы пожелали высылать мне Ваш журнал".

(Центральный архив сионизма; на письме помета Л.Яффе: "Уже послал?")8апре
Приложение
ля Л.Б.Яффе отвечал: "От души благодарю Вас за Ваше стихотворение. Юбилейный No нашего журнала выслал Вам. Мы, конечно, с величайшим удовольствием будем высылать Вам наш журнал" (ИРЛИ. Ф.289. Оп.3. Ед.хр.803. Л.1). Заметим, что в 1890-е годы Ф.Сологуб печатался в русско-еврейском журнале "Восход".

II

11.ХI.1917.

Многоуважаемый

Лев Борисович,

Сердечно тронут, благодарю, винюсь и памятую... К величайшему своему сожалению, на митинг попасть не удосужился. Едва поспел наназначенное в тот же день, на 3 часа пополудни, заседаниекомитетаОбщ<ест ва> Сближения с Англией.

С глубоким уважением

Вяч. Иванов1

1 По-видимому, митинг, посвященный обнародованию декларации британского министра иностранных дел А.Д.Бальфура о том, что "Правительство Его Величества относитс благосклонно к восстановлению Национального Очага еврейского народа в Палестине".

III

21/8.III.1918

Многоуважаемый

Лев Борисович,

Благодарю Вас за любезную присылку остального гонорара.

Прилагаю расписку в получении 221 рубля сегодняшнего числа. Не имею возможности проверить немедленно Ваш подсчет строк, но, мне кажется, его нужно исправить, потому что Вы, по всей вероятности, сочли36 (если не ошибаюсь) длинных стихов первого стихотворения("Да будет удел ваш безмолвный...") за 72, потому что я разделил каждый, для удобства чтения, на две строки (колона). Если мое предположение справедливо, я должен Вам, следовательно,36 руб., за коими и прошу Вас прислать ко мне, если не вздумаете сами мен посетить.

Корректуры жду, излишне говорить, что прочесть ее для мен всячески необходимо. Кстати, о корректурной поправке в первом стихотворении. Я поставил:

И Дардо слово, и Халкола .

Я думал в ту минуту, что необходимо ударение Дбрдо. Между тем в словах этого типа, по-видимому, классическое (испанское) ударение падает на конец: Дардо. Если так и если есть еще время, то исправьте так:

Вещанья Дардо и Халкола .1

Это чтение и поэтически привлекательнее.

Прошу у Вас от всей души извинени за промедление в доставке переводов и возникшие отсюда для Вас серьозные неудобства.

С истинным уважением

Вяч. Иванов

PS. Сейчас только обратил внимание на путаницу. Мальчик принес в конверте не 221 р., а 210 рублей, как и сам признает. Мы с ним были затруднены, хотели телефонить в издательство, но No телефона нет. Итак, выдаю расписку в получении только 210 рублей. Значит, буду Вам должен не36, а 25 рублей, если изложенное предположение мое оправдается; в противном случае Вы мне должны 11 рублей.

В.И.

1 Речь идет о предпоследней строфе стихотворения "Да будет удел ваш безмолв ный...":

Замрут стародавние струны

И древнего мудрость глагола,

Забудутс Ийман, Иедэфун,

Вещанья Дарду и Халкула...

Иеман, Дардо и Халкол упомянутые в Библии мудрецы Древнего Востока (3-я книга Царств, 4:31). Иедуфун "предводитель хора", священник-псалмопевец во времена царя Давида (см. напр., Псалтирь, 61:1).

Редакци перевода этой строфы связана с тем, что текст Бялика написан на так называемом ашкеназском (немецком) иврите с нормативным ударением на предпоследнем слоге, тогда как сефардский (испанский) иврит Библии имеет нормативное ударение на последнем слоге.

По-видимому, к этому же периоду работы относится и письмо В.К.Ивановой:

Многоуважаемый Лев Борисович

Вячеслав Иванович очень извиняется, что не может сейчас ничего передать посланному. У него находятся в непереписанном виде две большие поэмы, которые им переводятс одновременно, но они сейчас в черновиках и не подписаны, так что он, к своему большому сожалению, не может их отдать в данную минуту.

С истинным уважением,

Вера Иванова

IV

9 ма / 26 апр<еля> 1918.

Многоуважаемый

Лев Борисович,

Благодарю Вас за присылку последней корректуры; прочесть ее, каквидите, было не бесполезно.

Я был бы Вам чрезвычайно признателен, если бы Вы нашли возможным доставить мне несколько отдельных оттисков моих переводов, хотя бы два, три, на какой угодно бумаге и, разумеется, не сброшюрованными: хотелось бы иметь под рукой их текст.

С истинным уважением

преданный Вам

Вяч. Иванов

V

Гну Л.Б.Яффе

18/5. V.'18

Многоуважаемый Лев Борисович,

Приношу глубокую благодарность за присылку почетных билетов на завтрашнее собрание Сионистской Организации и прошу извинить меня, если мне невозможно будет на нем присутствовать: завтра вечером я должен читать (в Доме Своб<одного> Иск<усства>) большую публичную лекцию (О всенародном искусстве), и потому необходимо в течение дня к ней подготовиться и собрать силы, а я еще к тому со вчерашнего дня немного расхворался.

С истинным уважением

Вяч. Иванов



Версия для печати